В таверну прибывал народ. Люди входили по одному и собирались у большого стола, переговариваясь о чем-то с серьезным видом. Сидевший в углу Шутер не мог разобрать ни слова, но догадывался, что за новости обсуждались в это утро. Время от времени он чувствовал на себе презрительный взгляд, смешанный со злостью. Но потом кто-то менял тему и на лицах появлялось торжество.
Дверь хлопнула. Повисла напряженная тишина. На пороге стоял человек среднего роста. Ему можно было дать не больше сорока пяти. Мрачное выражение лица свидетельствовало о плохом настроении, да и весь облик казался весьма грозным. Сапоги, брюки, жилет, шляпа – все сливалось в единую черную массу. Только серые рукава рубашки выбивались из общего вида, разбавляя цвет, и пояс с револьвером отдавал металлом. Человек по фамилии Прайс держал в руке ружье и поглаживал звезду, приколотую на груди. Глаза бегали по помещению, охватывая всех присутствующих, словно пересчитывая стадо коров. Он пришел в сопровождении двух солдат.
– О, это вы, господин шериф! – Старший из собравшихся встал из-за стола. – Что заставило вас прийти в такой ранний час?
– А вы, я смотрю, празднуете, – проговорил тот. – Что за повод?
– Мне доставили новую партию вина из Калифорнии в честь помолвки дочери. Прошу вас, попробуйте!
– С удовольствием выпью стаканчик, – сказал шериф, растягивая слова. – У тебя дома. Сейчас.
– У меня есть некоторые дела, не терпящие отлагательств. Но я готов пригласить вас к себе сегодня вечером.
– Сейчас! – повторил представитель закона, повысив голос, и по его команде солдаты встали по обе стороны от мужчины.
– Что это значит? – возмущенно спросил тот.
– Не строй из себя дурака! – гневно выдал Прайс и кивнул на дверь.
С гордо поднятой головой, человек прошел к выходу и остановился вполоборота.
– Не утруждайте ваших солдат. Я не собираюсь убегать!
– Всего лишь меры предосторожности, – пояснил тот и добавил, смеясь: – Или ты боишься, что скажут люди?
Мужчина смерил его ледяным взглядом.
– Оставьте свой эскорт здесь. – Шутер натянул шляпу и вышел из своего угла. – Моя кандидатура на роль сопровождающего вас устроит?
Десятки глаз обратились на него – с недовольством, с опасением, с неприязнью. Этот молчаливый удар мог сбить с ног кого угодно. Рука непроизвольно потянулась за сигарой, но Шутер остановил ее, едва коснувшись кармана. Надо бросать проклятую привычку.
Судя по лицу, шериф был более чем согласен. Человек такого склада, как Шутер, мог стать отличным козырем, а поскольку этот стрелок расположен играть на стороне семейства Прайс, то можно быть уверенным – в руке у него счастливые карты.
Всю дорогу от таверны до дома арестованного никто не произнес ни слова. Особняк стоял обособленно и был окружен живой изгородью, скрывающей за своей густой зеленью большую часть территории. Хозяин, шериф и сопровождающий вошли в ворота, проследовали по дорожке и остановились у крыльца. Первый обвел взглядом территорию, словно выискивая кого-то. Второй подтолкнул его ружьем. Третий шагнул мимо и распахнул дверь.
– А теперь, – начал шериф, когда они вошли внутрь, и вытащил револьвер, – ты скажешь мне, где деньги! Ты обязан подчиниться, Раймон!
– О каких деньгах вы спрашиваете? – вопросил хозяин дома.
Прайс засмеялся, всплеснув рукой, будто услышал какую-то глупость.
– Это смешно, любезный! – Он ухмылялся и тыкал оружием в грудь собеседника. – Думаешь, я поверю в твою непричастность к вылазкам чертовой банды? Не ты ли этой ночью выпустил дружка из тюрьмы, а? Держу пари, ты участвуешь в большинстве их проделок! Я ведь прав, не так ли, Раймон?
Револьвер уткнулся в подбородок допрашиваемого человека, но тот стойко переносил угрозу. Казалось, он не боялся ни шерифа, ни этого куска железа, извергающего смертельные пули.
– Полегче, – протянул Шутер. – Если случайно нажмете на спусковой крючок, то никогда не узнаете, где деньги.
– Ты прав, дружок.
Прайс сунул оружие обратно в кобуру, и неожиданно, с разворота его кулак полетел в лицо Раймону. Однако, не долетев, замер у самой цели. Противник в миг распознал движение и поймал занесенную над ним руку, крепко схватив у запястья.
– Будь я одним из них, – с отвращением произнес Раймон, – ни за что не сказал бы правду! Такие, как вы, недостойны носить звание шерифа!
– Сволочь! – прошипел тот сквозь зубы.
Вырвав руку из цепких пальцев противника, он оттолкнул его со всей дури и вновь достал револьвер. – Я буду отстреливать тебе конечности до тех пор, пока не скажешь, где деньги!
– Хочу уточнить один момент, – вмешался Шутер, не в силах больше держаться в стороне. – Не о тех ли деньгах идет речь, что увез курьер?
Он имел право задать этот вопрос, хотя на самом деле прекрасно знал о ночном происшествии. Еще бы! Он постарался, чтобы все выглядело так, будто курьера ограбил один из монахов. Уже спустя короткое время сумка с деньгами перекочевала в руки Бенито, который с радостью принял незваного гостя и помчался, насколько смог быстро, прятать дорогостоящий подарок. Сейчас эти денежки преспокойно хранились в церкви. Как оказалось, святой отец тоже причастен к ордену.
– Они убили его! – выкрикнул Прайс. – Убили моего человека и ограбили самым грязным образом!
На лице Раймона появилось удивление, которое сменилось ненавистью. Опираясь спиной о стену, он гневно произнес:
– Гнусная ложь! Все знают, что они не убийцы! – Его глаза засверкали.
Шутер выругался про себя. Ночью, уходя от преследователя, он помчался по узкой тропе вдоль скалистого обрыва. Лошадь курьера оступилась на камнях и отправилась в пропасть вместе со всадником. Это было чистой случайностью, но оказалось огромным промахом. Его промахом.
– Значит, среди вас завелись предатели!
Ухмылка в очередной раз исказила лицо представителя закона.
Неожиданно для всех прогремел выстрел и револьвер шерифа отлетел в сторону. Схватившись за окровавленную кисть, он забился в угол и воскликнул:
– В окне кто-то был! Посмотри!
Приказ предназначался Шутеру, который уже слился со стеной с оружием наготове. В одно мгновение он преодолел расстояние до окна и осторожно выглянул наружу. Чья-то тень замерла в двух шагах, там, где начинались кусты. Боже! Да он совсем мальчишка!
– Я никого не вижу, – произнес Шутер, присматриваясь к невысокой фигуре в зарослях. – Похоже, этот человек бегает так же хорошо, как стреляет.
Услышав эти слова, юный стрелок поднял голову и их взгляды пересеклись. Шутер убрал револьвер и с облегчением заметил, как тот убегает.
– Вот видишь, Раймон, ваши благородные бандиты не брезгуют оружием! – Шериф скривился от боли, зажимая рану. – Это еще не конец! Считай, что сегодня тебе повезло!
Хозяин дома промолчал, выражение его лица было гораздо красноречивее. Раймон был определенно разочарован услышанным. Но наверняка верил, что поступкам монахов есть оправдание. Когда Шутер, уходя, уже закрывал дверь, он заметил, как тот устало опустился на стул и закрыл глаза.
Глава 8. Обитель ордена
Ранчо Каталано располагалось севернее города. Дорога отсюда вела прямиком на центральную улицу, где ближайшим зданием была церковь, на заднем дворе которой находился небольшой садик. Дальше шли скромные дома местных жителей, в том числе доктора Сандерса, таверна, кузница, и заканчивалось все это двухэтажным домом семейства Прайс. На юго-востоке, в полумиле от них, раскинулись казармы и тюрьма, обнесенные высокой стеной. Там день и ночь дежурил патруль, вышагивая у ворот с ружьями на плечах.
На параллельной улице стоял дом Раймона Кастилья, отличавшийся от остальных домов наличием живой изгороди и большой конюшни. Однако из-за трудных времен даже зажиточным людям приходилось нелегко. Конюшня пустовала, пара лошадей тихо топтались в своем углу, изредка выпуская воздух из ноздрей.
Ближе к полуночи огни в окнах начали угасать и город постепенно погрузился во тьму. Ветер обдавал прохладой. Шутер плотнее укутался в накидку, удобно устроившись на дровах.
Справа скрипнула дверь и на крыльцо тихонько вышел Бенито. Крадучись, он спустился со ступенек, нагнулся и пошарил рукой под досками. Потом выпрямился, держа какой-то узел с вещами, и вдруг увидел сидящего неподалеку Шутера.
– Куда-то собираешься, дружище?
Старик крепче прижал к себе ношу и молча разглядывал соседа, как будто подбирал слова.
– Так это правда? – смеющимся голосом сказал Шутер, развалившись на дровах. – Ты и впрямь тайно наведываешься к бедной старушке. Я думал, это шутка!
– Не люблю сплетни.
Шутер поднялся, отряхивая одежду.
– Что ж, желаю тебе хорошенько повеселиться! А я, пожалуй, пойду. – Он широко зевнул. – Предпочитаю спать по ночам. Привет старушке! – Он взмахнул рукой, подмигнув Бенито, и вошел в дом.
Шутер быстро преодолел гостиную, на ходу погасив последнюю свечу. Потом набросил на себя рясу, полученную прошлой ночью, повязал платок на лицо и бесшумно выскочил в окно.
Пробравшись вдоль стены, он напряг зрение и разглядел Бенито, торопливо шагающего в тени деревьев. На полпути к городу тот остановился и, оглянувшись, развернул узел. Когда старик вышел из-за раскидистого дуба, на нем уже красовалось монашеское одеяние. Он подтянул веревку на поясе и, все так же держась у леса, направился к параллельной улице.
Недалеко от дома Раймона они остановились. На том конце улицы послышались шаги и чей-то смех. Бенито спрятался за телегой с сеном, Шутер, все еще незамеченный, затаился в едва заметном проходе меж сараями. Двое солдат вразвалку прошли мимо, увлеченные разговором. Едва шаги затихли, Бенито выглянул из укрытия. Он напряженно всматривался в заросли и, наконец, увидев какой-то сигнал, перешел улицу и исчез в темноте.
Потеряв из виду старика, Шутер шагнул вперед, но вдруг перед ним выросла еще одна фигура в обличье монаха. Человек повернул к нему голову, потом кивнул в сторону леса, призывая идти за ним, и они пошли в указанном направлении плечом к плечу.
Место, куда они пришли, оказалось неширокой поляной, скрытой от посторонних глаз густо обступающим ее с трех сторон лесом. С четвертой стороны начинался крутой извилистый подъем, выводящий на дорогу, по которой обычно проезжали дилижансы.
Здесь уже собрался добрый десяток людей. Все, как один, в одинаковых одеждах, с платками на лицах и капюшонами на головах. Дождавшись, когда подтянутся остальные, они пропустили вперед главаря и замолкли в ожидании.
– Друзья мои! – начал он. – Вы, конечно, уже слышали о том, что произошло прошлой ночью. Прежде всего заверю, что деньги действительно в наших руках!
Радостный гул прокатился по поляне.
– Вы сможете получить то, что у вас отобрали. Святой отец уже начал их раздавать. Но прошу вас! – Он поднял руку, требуя тишины. – Я прекрасно знаю, что вы готовы пожертвовать многим ради ордена и церкви. Однако не стоит забывать, что дома ждут жены и дети. Пожалуйста, заберите ровно столько, сколько отдали, и ни монетой меньше!
Послышались одобрительные возгласы, кое-кто вышел, чтобы пожать руку говорившему.
– Вовсе не меня нужно благодарить, друзья мои! – возразил он. – Один из нас смог нагнать курьера и забрать наши деньги. Мы в огромном долгу перед ним! Однако меня печалит один факт – курьер не должен был умереть!
– Кто это сделал, Чиро? Пусть выйдет и объяснит! – потребовал один из монахов.
– Справедливое предложение, – согласился главарь. – Если этот человек здесь, пусть выступит и расскажет всю правду о прошлой ночи!
Повисла напряженная тишина. Люди переглядывались, желая распознать в присутствующих неизвестного героя.
– Я не убивал его! – раздался голос, оборвав нетерпеливый ропот окружающих.
Люди отступили и вокруг Шутера образовался круг. Он вышел в пятно лунного света и посмотрел на главаря, готовый отвечать на вопросы.
– Как вы докажете свою невиновность? – Чиро посмотрел ему в глаза, будто пронизывая насквозь.
– Вам придется поверить мне на слово. Его лошадь сорвалась в пропасть, когда он пытался меня догнать. Это не было убийством и даже не было несчастным случаем. Бог покарал его за то, что он сделал с одним из нас часом ранее.
– Если это правда, – задумчиво произнес Чиро, – то совесть ордена чиста. Но почему вы уверены, что нашего человека убил курьер? Там был новый сообщник врага, этот стрелок по имени Шутер. Разве не он виновен в смерти?
При звуке своего имени, Шутер вздрогнул. К счастью, никто этого не заметил. Теперь предстоит отчитываться за двоих.
– Пусть ответит тот, кто принес весть о смерти нашего друга. Только он способен подтвердить мои слова, он видел лицо настоящего убийцы.
Главарь оглядел притихшую толпу. Когда от нее отделилась фигура, Шутер облегченно выдохнул.
– Мой напарник был убит, – проговорил тот, – но не от руки Шутера. Его действительно застрелил курьер. – Он подошел еще ближе и встал рядом. – Я лежал бы вместе с собратом, если бы не тот человек, которого вы назвали новым сообщником врага.
– Что вы имеете в виду?
– Уезжая, курьер приказал ему убить меня, но пуля прошла мимо. Шутер стрелял не в меня, а в землю. Не знаю, на чьей стороне он играет, но в ту ночь он никого не убивал.
– Я тоже хочу высказаться! – выкрикнул из толпы какой-то юноша, пробираясь на свет. Он остановился перед главарем и опустил лицо. – Чиро, на мне лежит вина, не дающая покоя. Я не имел права стрелять в шерифа, но не мог поступить иначе. Можете осуждать меня.
Главарь разочарованно покачал головой, но потом положил руку ему на плечо.
– Вы помогли Раймону и все мы ценим этот поступок, но на кону репутация ордена. Впредь не забывайте о ней! – Отойдя на шаг, он продолжил: – Это все, что вы хотели сказать, юноша?
– Оправдывать врага сродни предательству, но раз уж речь зашла о Шутере… Он сохранил и мою жизнь, Чиро. Он видел меня, но не подал виду.
– Вы уверены в том, что говорите? – Главарь был удивлен.
– Мы были в двух шагах друг от друга. Могу поклясться, что он запомнил мое лицо!
– Что скажете на это, друзья мои? – Чиро повернулся к Шутеру и стоящему рядом монаху.
– Проверим стрелка, – предложил монах. – Прошлой ночью он оставил нож, чтобы я смог избавиться от веревок. Я верну его и попробую завести разговор.
– Опасно, – возразил главарь. – Мы ничего не знаем об этом человеке, кроме того, что он работает на шерифа.
– Будь он честным, то не стал бы отбирать земли у старика, – сказал кто-то с хрипотцой.
Шутер повернулся на голос, в котором узнал Бенито, не желавшего мириться с потерей дома. Их обоих беспокоил этот факт. Однако ни тот, ни другой еще не придумали, что можно предпринять.
– Разве он отобрал их? – отозвался Шутер. – Где сейчас живет старик?
– Там же, где и раньше, но он там больше не хозяин. Документ, хранившийся у Шутера, подтверждает это.
– Вы видели бумагу?
– Я хоть и стар, но не глуп. Конечно, я ее видел! Иначе не стал бы говорить о ней.
Кажется, пришло время разобраться.
– Предлагаю очную ставку. – Шутер обратился к главарю: – Пусть один из нас наведается в гости к стрелку и убедит его уничтожить документ. Бенито будет присутствовать при этом. Если Шутер не убивает невинных, не убьет и сейчас.
– Но он может отомстить старику!
– Вряд ли вы мне поверите, но я готов поклясться, что этого не случится.
Главарь взял паузу. Он был не из тех, кто принимал скоропалительные решения, и предпочитал сначала все обдумать. Доверится ли он тому, кого все еще не смог узнать по голосу? Тому, чье лицо под темным платком осталось загадкой?
– В этом что-то есть, – неуверенно произнес главарь. – Но кто рискнет жизнью Бенито?
– Вчера я не справился с задачей, Чиро. – В разговор вновь вступил рядом стоящий монах. – Позвольте мне наверстать упущенное! Бенито получит ранчо, Шутер – свой нож, а я – ваше доверие!
"Отлично сказано!" – подумал Шутер. Пока все складывалось так, как надо. Значит, в скором времени можно будет ждать гостей.
– Я доверяю каждому из вас. – Чиро обвел рукой поляну. – И, если вы, мой друг, хотите проявить себя, не стану вас отговаривать. Возьмите помощника и завтра же отправляйтесь.
– Быть может, этот юноша тоже захочет доказать свою преданность? – вовремя вставил Шутер, указав на паренька, и улыбнулся под платком, увидев, как тот воспрял духом и подался вперед, услышав слова в свой адрес.
– Что ж, будьте осторожны! Мы еще не знаем, с кем имеем дело.
Глава 9. Все или ничего
– У меня к тебе дело, Шутер.
Покачиваясь на стуле, обитом дорогой тканью, шериф смаковал незажженную сигару. Правое запястье его было перевязано и, по-видимому, доставляло множество неудобств. Он то и дело теребил повязку.
Шутер почувствовал, как самоуверенный взгляд Прайса задержался на рукоятке револьвера, выглядывающей из-под пончо. Глаза поблескивали от выпитого алкоголя.
– Дело государственной важности! – напыщенно произнес шериф и добавил: – Не исключающее моих собственных интересов.
– Намечается новая работа?
– Новая жизнь, дружок! Новая жизнь!
– Умеете же вы интриговать.
Шутер ухмыльнулся, а про себя подумал, что неплохо бы подогнать этого осла, чтобы побыстрее уехал из города. Интересно, что у него на уме?
– Личный кабинет, большой дом, красавица-жена… – растянуто начал шериф. – А? Как тебе такое начало?
– Неплохо.
– Огромный сад, лошади, земли…
– И мешок, набитый золотом, – закончил за него Шутер. – Любите помечтать, мистер Прайс?
Тот громко рассмеялся, запрокинув голову. Сегодня он находился в хорошем расположении духа, что уже настораживало.
– Это реальность! – Прайс левой рукой откупорил бутылку, удерживая ее под мышкой, и налил вина на двоих. – Угощайся! Выпьем за наше будущее и губернатора!
– Вам обещали повышение? – предположил гость.
– Я сам устрою повышение! – изрек шериф довольным голосом. – Ждать осталось недолго.
– Вы говорите загадками.
Шутер обошел вокруг стола и поставил ногу на стул, выставляя напоказ свой начищенный кожаный сапог.
– Не могли бы вы объяснить чуточку подробней? Не могу уловить суть разговора.
– А ты никому не расскажешь? – с хитрецой в голосе сказал тот.
Шутер ненавидел пустую болтовню. Пришлось приложить усилия, чтобы не вспылить на ровном месте. Прайсу же все это приносило несравненное удовольствие. Видимо, мечтать он все-таки любил, особенно о деньгах.
– Ну что вы! Я люблю коллекционировать чужие тайны, особенно, если дело касается неприступных карманов и толстых красавиц. Хм… Точнее, наоборот.
– Ха-ха! А ты тот еще шутник, Шутер!.. Кстати, как твое имя?
– У меня нет имени. Я вырос среди индейцев. Они называли меня – белый брат.
– Белый брат?! – Тот снова покатился со смеху. – Тупые краснокожие даже не смогли выдумать прозвище получше!
Физиономия представителя закона, раскрасневшаяся от вина, вызывала у стрелка отвращение. Когда Прайс надул щеки, пытаясь успокоиться, дверь открылась и в комнату вошла Кэтлин.
– Кажется, вы нашли общий язык! – Она щелкнула каблучком, встав перед ними, и похлопала сложенным веером по ладони. – Ты уже рассказал ему о наших планах?
– Как раз собирался это сделать. Знаешь, дочь, у моего будущего зятя отличное чувство юмора!
Что он несет? Какого зятя? Шутер перевел взгляд на женщину. Та удивленно вскинула брови.
– Ты хочешь сказать…
– Что этот человек – твой будущий супруг! – закончил за нее отец.
Кэтлин расплылась в улыбке. Может быть, для нее это тоже новость? Или притворство у них в крови?
– Мистер Шутер! – Она протянула руку в перчатке. – Я польщена вашим неожиданным предложением! Но вы уверены, что мой характер вас устроит?
– Я вовсе… – начал было он, пожимая руку.
– Вот увидишь, вы будете прекрасной парой! – встрял шериф. – А теперь, Кэтлин, нам с Шутером нужно обсудить кое-какие дела.
Стрельнув на прощание глазками, женщина вышла из комнаты и оставила после себя лишь аромат сладких духов.
– Значит, я тоже вхожу в ваши планы, шериф? – проговорил Шутер, в котором начала закипать злость.
– Ты будешь благодарить меня до конца жизни! – Прайс разлил еще вина. – Сядь и слушай!
Приняв стакан из его рук, гость уселся на стул и закинул ногу на ногу. Это уже становилось интересным.
– Каждые две недели мы собираем налоги с горожан. Эти глупцы отдают последнюю монету, лишь заметив вооруженного офицера. Ха! Так и вижу их трясущиеся от страха руки… Так вот. Знаешь ли ты местного губернатора?
– Я объехал пол-Америки. Губернаторов слишком много, чтобы их всех запомнить. – Он вынул сигару из кармана и зажег от свечи. – Слышал, он в почтенном возрасте.
– А еще суеверен и туп. Этому старикашке пришло время покинуть пост! – Шериф вытянулся, гордо подняв голову. – Я заменю его!
– О! – вырвалось у собеседника. – Примите мои поздравления! – Он склонил голову, отдавая честь. – Из вас выйдет отличный правитель! Сила, деньги, власть!.. Все это очень интересно, но причем тут моя свадьба?
– Ты станешь моей правой рукой! Мне нужен именно такой человек, как ты. Ваш брак с Кэтлин укрепит этот союз. У меня будет защита и поддержка, у тебя – богатство и дочь губернатора в роли жены. Что скажешь?
– Отличный расклад! – Шутер выдавил из себя улыбку. – Но как вы добьетесь такой высокой должности?
– Проще простого! На деньги, вывезенные из города, мы закупаем оружие, порох и лошадей. Люди могут избавиться от кого угодно, если им хорошенько заплатить.
От услышанного по спине Шутера пробежал холодок. На минуту он словно отключился от происходящего в комнате. Будто в тумане, перед ним проплыло лицо действующего губернатора. Так вот о чем мечтает чертов законник! Сместить уважаемого человека и занять его место. Ради денег и власти.
Тем временем, шериф продолжал:
– В один прекрасный день я сяду за дубовый стол губернатора Техаса и награжу всех, кто мне помогал!
Дослушав фразу, Шутер едва не вскочил. Его кулаки инстинктивно сжались, но он заставил себя расслабиться. За окном все еще раздавались шаги солдат, выхаживающих у ворот.
– А знаете, шериф… – Стрелок откинулся на спинку, выпуская клубы дыма и стараясь говорить спокойно. – На днях я обсуждал с Бенито возможность жениться на мисс Кэтлин. Старик почему-то утверждал, что в городе есть множество других хорошеньких девушек. Но, я думаю, он просто не разбирается в женщинах. Мисс Прайс – само очарование! Признаюсь, она сумела впечатлить меня в первый же день нашего знакомства.
Как же! Перед глазами возникла картина из прошлого. Ночной берег, звезды… И дочь дьявола, готовая избавиться от всякого, кто встанет у нее на пути.
– Значит, пришло время закрепить сделку! Естественно, все остается между нами, Шутер. Красивая жизнь или… – Шериф провел большим пальцем по шее. – Но я уверен, мне не придется в тебе сомневаться! Не так ли? – Он поднял свой бокал.
– Бесспорно, губернатор!..
Глава 10. Ночные гости
Шутер ждал гостей и только поэтому все еще был на ногах. Он подошел к холодному камину, провел рукой по шершавой поверхности и смахнул пыль. Пламя свечи, обрамленной застывшими каплями воска, всколыхнулось и снова замерло, стройно вытянувшись вверх.
Бенито был явно недоволен, когда Шутер поселился в этой комнате. Именно в ней жил прежний хозяин ранчо. На стене, чуть выше каминной полки, все еще висели две скрещенные рапиры, напоминавшие об испанских корнях дона Марко. Однажды Шутер застал Бенито за попыткой снять их и утащить к себе, но, появившись в самый неудачный момент, пресек эту возможность, чем очень огорчил старика.
Однако в тот день кое-что все-таки пропало – несколько старых книг из шкафа. И странность не в самом исчезновении, а в том, что написаны они были на итальянском языке. С одной из них Шутер познакомился еще в юном возрасте, когда ездил с отцом в Италию. По ней же учился читать иностранные слова. К пятнадцати годам, только спустя два года, он одолел эту книгу полностью. И вот, несколько дней назад, когда на глаза попался знакомый корешок, воспоминания нахлынули с новой силой. Тогда Шутер просидел полночи, извлекая из глубин своей памяти родные лица, размытые временем. А теперь эта книга находилась у Бенито. Что ж, может быть, он тоже знает итальянский?
К слову, старик был неплохим человеком, только не очень-то шел на контакт, не любил много разговаривать и к новому жильцу относился с опаской. Бенито не признавал здешних законов и обходил стороной прислужников шерифа. Неудивительно после всего, что они сделали.
Как разузнал Шутер от местных жителей, земли, принадлежавшие раньше дону Марко, простирались от леса, далеко на востоке, и до самых скал на западе. Чтобы осмотреть всю территорию, не хватало глаз, а сам особняк находился гораздо севернее. Однако в период обострившихся конфликтов между шерифом и горожанами часть земель была отобрана властями, а особняк сожжен и разрушен. Дон Марко вынужден был перебраться в этот небольшой одноэтажный дом с тремя комнатами, туда, где ранее обитали только работники ранчо, а сейчас жил последний из былых тружеников – престарелый Бенито.
– Это хорошо, что вы еще не спите.
Шутер мгновенно обернулся. В дверях, сливаясь с тенью, стоял человек.
– Иначе пришлось бы вас будить, – продолжил монах, сверкнув глазами из-под капюшона. – Даже не думайте, – добавил он, заметив взгляд, устремившийся на револьвер, что аккуратно лежал на столе в противоположной стороне комнаты. Там же, едва прикрывая оружие, покоилось брошенное на ходу пончо.
– Вы застали меня врасплох.
В голосе Шутера не было ни доли страха. Он прислонился плечом к камину и вынул из внутреннего кармана сигару.
– Кажется, в этом городе вошло в моду врываться в дом без приглашения.
– Вам ли говорить о правилах приличия, – возразил гость, слегка касаясь кнута, заткнутого за пояс. – Помнится, и вы здесь появились не по воле хозяина.
Справедливое замечание и своевременное.
– Вы явились, чтобы сказать мне об этом? – чуть помолчав, произнес Шутер. – Если это все, то уходите. Предпочитаю видеть монахов в церкви, а не в собственной спальне.
– Увы, завтра эта спальня будет уже не вашей. И дом тоже.
Махнув рукой, он подозвал кого-то из темноты, и в комнату вошел второй монах. За ним, со свечой в руке, появился Бенито.
– В чем дело, друг мой? – спросил Шутер, обращаясь к соседу. – Решили устроить из дома монастырь?
Бенито нахмурил брови, но промолчал.
– Где бумага, что дал шериф? – Первый монах не отступал.
– Нехорошо лезть в чужие дела.
– В чужие дома лезть еще хуже! – Он повысил голос. – Доставайте бумагу!
– Черта с два! – бросил Шутер. – Убирайтесь по-хорошему или кому-то не поздоровится.
С этими словами в его руке, будто из воздуха, появился второй револьвер. Благодаря меньшему размеру, он легко помещался за поясом и не бросался в глаза. Эта железка частенько спасала его в передрягах. Монахи переглянулись, но не сдвинулись с места.
– Оружие вас больше не пугает, парни? – Шутер сунул сигару в зубы и свободной рукой поднес к ней свечу. – Кажется, однажды у нас была подобная история. Хотите повторить?
– Сделайте то, что требуют, и разойдемся! – проговорил монах, вынимая и раскручивая кнут.
– Преимущество на моей стороне. – Шутер усмехнулся. – Пуля гораздо…
Не успел он договорить, как кнут взлетел и звонко хлестнул по руке. Револьвер подскочил и исчез в темном углу. Удивленный стрелок вздрогнул от неожиданности. Вот что-что, а с кнутом они обращаться умеют.
– Фокус удался! – со смехом сказал Шутер, вынимая сигару, и поднял руки. – Что ж, вы победили!
Он прошел к шкафу, где обычно держал бутылку вина с парой стаканов, повернул ключ и, распахнув дверцы, извлек на свет сложенный вчетверо листок. Развернув одним движением, он бросил его на каминную полку. Конюх схватил бумагу и потянулся к свече.
– Даже не прочитаешь, Бенито? – остановил его Шутер. Тот со злостью глянул на него, но все же решил пробежать глазами по строчкам. – Вслух, пожалуйста!
– Данной бумагой заявляю, – начал старик хриплым голосом, – что владельцем ранчо Каталано и всех прилегающих земель, ранее принадлежавших дону Марко Каталано и ныне пустующих, с этого дня является…
Он поднял голову, в удивлении уставившись на Шутера.
– Ну? – не выдержал первый монах.
Его напарник, до этого лишь стоящий в стороне, выдернул листок из трясущейся руки старика и поднес к свету.
– Является… Это что, шутка? – не понял юноша и передал бумагу тому, кто все еще стоял, сжимая кнут.
– Вовсе нет! – воскликнул Шутер. – Старик так убивался, что у меня рука не поднялась вписать свое имя, поэтому я оставил все как есть. – На лице мелькнула улыбка. – А потом вдруг вспомнил, что мне негде жить. Пришлось припрятать, пока не появится новое жилье. – Шутер снова закурил, наблюдая за сценой. – Ха! Похоже, мой фокус тоже неплох. Согласитесь?
Монах опустил кнут и скрутил его.
– Неожиданный поворот… – проговорил он. – Зато теперь мы знаем, что совесть у вас все-таки есть.
