Максим Ваньковский
Хождение по Гиперборее
Том первый
Глава Ⅰ
Нескончаемый снегопад шел не менее трех суток, практически столько же, сколько одинокий путник был в дороге. Его светло-русые волосы, ниспадающие до плеч, были полностью покрыты инеем и сливались в один тон со слегка отросшей желтоватой бородой. По его размашистому шагу было видно, насколько он устал, а ведь путь становился все сложнее из-за постоянно увеличивающегося уровня снега. Несмотря на то, что никакого небесного светила не было видно, он чувствовал, что день подходил к концу. Приостановившись с целью отдышаться, он внезапно осознал – снегопад закончился, опершись руками в колени и скинув со спины тяжелое снаряжение он разогнулся и хрустнул всеми своими уставшими костями. Слегка размявшись и широко открыв глаза, на расстоянии нескольких сотен метров от него, он заметил таверну, которую так надеялся встретить на пути. Закинув обратно на спину все свои вещи, он быстрым шагом двинулся к долгожданному месту привала, которого ему так не хватало несколько последних суток.
Без стука он отворил дверь заведения и наклонившись из-за низкого дверного проема, переступил через порог, захлопнув за собой дверь. Оглядевшись по сторонам, он сразу же понял, что еще ни разу не был в этом месте на своей памяти. Атмосфера здесь стояла своеобразная, запах плесени и старой, сырой древесины ударили в нос в первую очередь. Обширный зал с большим количеством круглых столиков был заполнен посетителями, большинство из которых уже спали, кто на столах, а кто на полу, после того, как перебрали со спиртным. Однако те, кто был еще в сознании сразу же обратили внимание на нового посетителя, который своей незаурядной внешностью сильно отличался от привычного для этого места контингента.
Сняв со своей головы шлем и убрав за уши волосы, слегка расчесав их рукой он двинулся к барной стойке, которая судя по всему была еще и местом регистрации посетителей данной таверны и находилась на противоположном конце зала, поэтому на пути пришлось периодически переступать через других спящих посетителей. Помещение отапливали большим камином, а потому можно было очень быстро согреться. С первого взгляда ему показалось, что на месте никого нет, однако подойдя в упор он увидел, как со стола поднялся, только что пробудившийся ото сна владелец таверны, коим был маленький лысый старичок, с кудрявой седой бородой, свисающей до груди и огромным красным носом, усеянным бородавками.
Он широко раскрыл глаза и начал рассматривать своего нового посетителя, который разместился за барной стойкой и тихим, монотонным голосом попросил крепкого чаю и номер для ночлега, не глядя не то, что в глаза, а вообще в сторону хозяина заведения.
Однако дед начал пристально разглядывать посетителя, а как только тот повернулся в его сторону резко воскликнул – да неужели это ты!? На что получил ответ – в зависимости от того, кого ты хочешь увидеть перед собой…
Из-за шума проснулось несколько человек, которые с интересом обернулись в сторону барной стойки. Только завидев огромную секиру ручной работы, находившуюся за спиной незнакомца в до боли знакомом доспехе с запоминающимися глазу узорами, который они видели единожды в жизни, они поняли кто находится перед ними. Лысый мужик в кольчуге, медленно встал с места и положил руки на широкие плечи громко ответив старику – ты не ошибся папаша! Это сам Синеок Бессмертный! Полгода назад между нами было одно дело, а кажется, что только вчера! Так ты и правда жив!? Не знал, что возможно выжить после такого!
Известный в узких кругах путник ничего не ответил на столь эмоциональные воскликни человека, который судя по всему его знал, а лишь оставил несколько серебряных монет на столе и взял у старика ключ от своего номера, после чего молча удалился, оставив всех посетителей в замешательстве. Дед же еще больше заинтересовался личностью незнакомца, которого видел впервые.
К лысому мужику он обратился по имени – Гумтик! – Воскликнул старик. Так ты знаешь его? Я конечно слышал о Синеоке Бессмертном, лет пятьдесят назад в пору моей молодости во время великой войны о нем много говорили, но не слишком ли он молод, чтобы быть тем самым воином?
Сейчас папаша, я поверю в абсолютно любое чудо! – Заявил Гумтик. Он такой же наемник, как и мой отряд, вот буквально полгода назад нас вместе с ним нанимал военный совет вольного города Ладоги, который страдал от варварского племени, пытавшегося обложить их данью. В бою он двигается совершенно не по-человечески, через-чур пластично, словно дикая большая кошка, бьет словно конь копытом, так что шлем врага сам раздавливает его череп от удара по нему, да и стрелы он ловил на ходу. Все это мне пришлось лицезреть лично! Наш отряд остался практически не при делах в одной единственной битве, в которой он разделался с силами всего поганого племени! Такое впечатление, что он видит в темноте все, как при свете дня, словно филин, ни разу он не промахнулся, но и это не все!
Старик, слушая историю главы отряда наемников, продолжал наливать горячительные напитки, параллельно отрывая взгляд, чтобы посмотреть на лицо Гумтика и понять, пьян ли он совсем, что несет всякий бред или просто фантазирует, а как разлил и раздал всем кружки, спросил его о том, что удивило его в нем больше всего, после чего чуть не упал со стула, заявив, что он видимо напился до чертиков, ибо в рассказ его совсем не верилось. По словам Гумтика из первых уст, вождь варваров, который прибыл на поле боя в последнюю очередь метнул в него свое копье, длинною не менее полтора метра, которое пробило Синеока насквозь в области желудка, от чего тот упал не колени и свалился наземь, тяжело дыша, остаток же варваров вместе с вождем Гумтик расстрелял из пороховых ручных орудий, использованием которых и славился его отряд из десяти человек.
Они подобрали еще живого Синеока и вытащили из него поразившее его копье, было решено отвести его в город, пока тот еще был жив. Оставили они его в лазарете, а утром, решив навестить его узнали, что он получил свою долю и спокойно ушел на своих ногах, удивив абсолютно всех, от лекарей до прочих наемников, которые видели в каком состоянии его привезли.
Старик осушил внушительный бокал пенного напитка, отрыгнулся настолько громко, что разбудил нескольких пьяниц которые валялись на полу с самого утра и спросил Гумтика, чего его отряд делает у него уже три дня? Так как сам он уснул от нескольких литров спиртного, его главный помощник, перехватил инициативу и поведал про их планы, заявив, что в таверне они ждут окончания непогоды, а уже потом вновь двинутся в сторону Ладоги, которая снова предлагает хорошие деньги в обмен на эффективную службу.
Слушай, как там тебя зовут парень? – Старик. Тот же приподняв окосевшие от хмеля глаза, пытаясь собрать их в кучу, заявил, что не помнит, ибо не просыхал уже третьи сутки подряд, после чего просто свалился со стула и свободно уснул на полу, словно в теплой постели. Тогда дед постучал стаканом по лысой голове Гумтика, заставив его проснуться, а, чтобы привести в чувство дополнительно окатил его холодной водой. Как только тот начал сыпать в его адрес нецензурную брань, стало понятно, что он пришел в себя.
– Сколько будет стоить приобрести такие же ружья, как у вас? Поинтересовался старик.
– А тебе это зачем папаша? Не староват ли ты, для подобного рода заработка? – Ответил Гумтик.
– Мне пригодится на всякий случай, заведение родимое, отстроенное собственными руками, в случае чего защищать. – Пробормотал старик.
– Цена самого дешевого ствола составляет не меньше пятидесяти золотых монеток! А сколько уходит на эксплуатацию и поддержание в пригодном для применения состоянии вообще молчу… – Отмахнулся Гумтик.
– Эх, понятно. Поздно уже, что-то меня в сон клонить сильно стало, ты со своими, когда уходишь от меня? – Старик.
– Рано утром, нужно будет привести всех в чувства за ночь, они и так тут отоспались на месяц вперед. А за сколько дней тебе заплатил Синеок? – Поинтересовался Гумтик.
– Две серебряных монеты заплатил, а значит до утра. – Старик.
Пока Гумтик сидел и протирал ствол от лишней сажи, которая могла подвезти его в ответственный момент, он осознал, что дед просто отключился за барной стойкой, а потому решил прекратить расспрашивать его, ведь сейчас это уже будет бесполезно. Вместо этого он начал будить своих подопечных, с которыми на рассвете отправится в город. Но больше всего на данный момент его интересовал Синеок с его целями. Ему хотелось расспросить его о многих вещах, которые не давали ему покоя, однако препятствием выступал факт молчаливости и замкнутости данного человека.
Он вышел на улицу где свирепствовала настоящая метель и набрал немного снега, который несколько минут спустя, запихнул за шиворот своим подопечным, которые все еще спали. Эффект не заставил себя долго ждать и так с горем пополам, спустя менее чем через полчаса работы по отрезвлению, почти весь его отряд был в полном боевом состоянии. Когда Гумтик понял, что все девять человек его внимательно слушают, он провел классический инструктаж и проверил состояние снаряжения каждого бойца в отряде. Все мероприятия вместе затянулись на несколько часов и продлились до глубокой ночи. Теперь отряду Гумтика, оставалось лишь позавтракать рано утром, после чего они могли смело выдвигаться в путь.
Дабы не переплачивать лишнюю сумму, отряд решил употребить в пищу свой заранее заготовленный паек, ведь их финансовое положение на текущий момент оставляло желать лучшего, а старик вечно гнет неподъемные цены на продукты хорошего качества. Так ближе к рассвету они накрыли на стол и сели завтракать. Неожиданно для всех, в тот момент, когда уже закончилась метель, Синеок спустился со своего номера и устремился на выход, однако Гумтик воспользовался случаем и окликнул его пригласил к ним за стол ожидая равнодушной реакции, но он в свою очередь обернулся и молча двинулся прямо к их столу, молчаливо ответив на приглашение.
Сев за свободный стул, который Гумтик поставил рядом с собой, он окинул всех присутствующих беглым взглядом, не задерживаясь ни на ком дольше мгновенья, словно оценивая их по каким-то своим собственным критериям. Гумтик решил прервать всеобщее молчания и предложил гостю отведать консервы из собственных припасов.
– Ты же помнишь меня? Полгода назад мы участвовали в битве под Ладогой с диким племенем? Ты тогда нас всех поразил. – Гумтик.
– Помню, хотя за все время видел огромное количество лиц, которые в основном похожи друг на друга, как две капли воды, видимо еще недостаточно много времени прошло с тех пор, для того, чтобы я успел забыть тебя. – Синеок.
– Я можно сказать спас твою шкуру в тот день, еще бы ты меня забыл! – усмехнулся Гумтик.
Опустошив до дна консервную банку, Синеок небрежно бросил ее в мусорную корзину, стоявшую возле выхода. Ничего не ответив на неосторожно сказанные слова, он поднялся со стола и двинулся к выходу, не оборачиваясь назад. Гумтик вновь окликнул его и спросил о том, куда тот держит путь, ибо его отряд намерен идти до Ладоги, а значит в таком случае, они могут быть попутчиками.
Услышав это, Синеок замер, но потом ответил согласием и заявил, что будет ждать их на улице. Поняв это Гумтик начал спешно одеваться в теплую верхнюю одежду, параллельно подгоняя весь свой отряд, давая при этом напутствие – не говорить ничего по пути и не перебивать старшего. Покинув заведение, они двинулись по единственной дороге, которая вела к Ладоге из этого места, но была полностью покрыта внушительным слоем снега, а ведь и по чистой путь занимал не менее полудня. Теперь же даже сильно стараясь прибыть в город раньше, чем к заходу солнца не выйдет.
– Что-то не могу вспомнить никого из твоих подопечных Гумтик. – Синеок.
– Эх, конечно не можешь! Ведь тот состав уже давно мертв, этих ребят я набрал меньше месяца назад. – Гумтик.
– А ты через-чур живучий получается в таком случае. – Синеок.
– Не живучее тебя уж точно! Как это у тебя выходит? – Гумтик.
– Это совершенно не твоего ума дела, да и даже если бы я знал, то все равно не поведал кому попало. – Синеок.
– Ну как знаешь! А ты чего снова в эти края подался? Тут ведь платят гроши, тебе с твоим талантом должны предлагать контракты монархи сильнейших империй! – Гумтик.
– Месяц назад я получил сообщение от Верховного Совета Ладоги с просьбой прийти к ним на помощь, от чего не смог проигнорировать. – Синеок.
– А что у них случилось? Я не в курсе, просто тоже хотел наняться к ним на службу? – Гумтик.
– Несколько варварских племен объединились под властью какого-то шамана и теперь вновь разоряют земли Ладоги, дань с города судя по всему не предел их требований. – Синеок.
– Я-то думал мы всех этих чертей тогда перебили! Чего же они никак не кончаются!? – Гумтик.
– Часть из них бежали в неизвестном направлении после разгрома, где объединились с родственными племенами у которых дела точно также шли не очень благоприятно. Теперь же их новый лидер решил ударить всеми силами по Ладоге, это все, о чем мне известно на текущий момент. – Синеок.
– А чего же они докопались именно до этих мест!? Им тут что медом помазано!? – Гумтик.
– Не нужно задавать мне вопросов, на которые у меня нет однозначных ответов, видимо они собираются поселиться здесь и организовать свое собственное государство, если с таким энтузиазмом жертвуют своими жизнями в борьбе за небольшой город и куски земли в зоне преимущественной мерзлоты, где больше полугода идет снег. – Синеок.
Гумтик не знал, как корректно расспросить Синеока обо всех интересующих его вещах, а потому просто замолчал и следил за собственными подопечными. В пути они были достаточно долго, чтобы холодный этап рассвета сменился более мягкой погодой. Многие новобранцы жаловались на слишком быструю скорость передвижения и наступившую усталость, но Гумтик не хотел отставать от Синеока, а потому просто орал на тех, кто жалуется, иногда угрожая бросить на месте или урезать паек.
Синеок заявил, что не намерен сбрасывать темп, ибо хочет, как можно быстрее достигнуть своей цели. Резкая смена климата, которая была характерна для этих земель постоянно действовала против путников, осложняя без того не легкую дорогу. Наконец-то они увидели знаки на деревьях, которые обозначали, что они пересекают территориальные владения Ладоги. На старых, массивных дубах были выбиты надписи на большом количестве человеческих и не только языков, которые могли поведать о многом для тех. Кто был в силах их прочесть.
Синеок по-прежнему не хотел останавливаться, однако в отряде Гумтика уже назревал мятеж, из-за не человеческих условий службы, из-за чего ему пришлось договариваться со своими людьми. Однако все было прервано в тот момент, когда Синеок, стоявший на расстоянии нескольких десятков метров от них поймал одну стрелу и отбил стальным нарукавником еще две. Хриплым голосом он крикнул всем, чтобы они прятались за деревья, но большинство новичков даже не поняли о том, что только что произошло.
Синеок инстинктивно залез на дерево и начал осторожно оценивать ситуацию, пытаясь понять откуда прилетели стрелы. Он осторожно посмотрел в том направлении, куда стреляли наемники Гумтика и увидел, что им удалось поразить несколько целей, однако еще около двух десятков неприятелей перемещались между деревьями в двухстах метрах от них. Было слышно, что при помощи стрел им удалось поразить насмерть одного бойца Гумтика и ранить еще двоих, поэтому медлить было нельзя.
Синеок приготовил свою секиру для кровопролития и начал прыгать с одного дерева на другое, стараясь не привлекать внимание сбивая снег с веток, которые едва выдерживали весь вес его массивного тела в снаряжении, благо дубы это позволяли. Заприметив место скопления врагов в нескольких метрах от него, которые в свою очередь прятались от шквального огня отряда Гумтика, Синеок увидел, что пятерых варваров пристрелить им удалось, после чего кинулся на них сверху, размахивая огромной секирой, словно веером.
Застав их в врасплох, он начал рубить неприятеля, который даже не успел понять, что произошло. Менее чем за минуту он зарубил остатки отряда варваров, часть из которых явно относилась к знакомому ему племени, если судить по волчьим шкурам, в которые они были одеты, а также синим узорам на лице. Вооружены они были достаточно слабо по меркам технического прогресса большинства государств и использовали каменное оружие вперемешку с костями животных.
Неожиданно одно из тел, которое Синеок разрубил на двое по линии пояса развернулось к нему и посмотрев в лицо произнесло фразу на своем языке, захлебываясь от крови. В агонии предводитель варварского отряда нашел в себе силы сказать фразу, которую Синеок сумел понять – «Хватит бегать от смерти, забвение настигнет даже тебя!»
Не придав этому значения, он лишь хладнокровно раздавил череп дикарю, наступив на него, после чего вспомнил про Гумтика и его отряд. Вернувшись на место, где их застали врасплох, можно было лицезреть жуткую картину. Снег был окрашен в ярко-алый цвет от пролитой крови, вокруг валялись тела, как варваров, так и семь обезглавленных трупов, которые принадлежали наемникам Гумтика. Самого его же Синеок отыскать не сумел, как и тела еще двоих бойцов из его отряда.
Подумав недолго, он решил продолжить путь, ибо больше не было времени, чтобы хоронить целых семь тел, да и знаком он с ними не был. Голод и холод подгоняли его двигаться дальше, как можно быстрее, но теперь подключив ко всему прочему бдительность, которая не раз выручала. Прислушавшись к округе Синеок понял, что слышит лишь звуки, издаваемые птицами и волчий вой на достаточно большом от него расстоянии, а значит угрозы исходящей от человека на текущий момент нет.
Быстрым шагом он двинулся дальше по намеченному пути, параллельно поглядывая по сторонам. Таким темпом до того, как солнце скрылось во мраке он успел дойти холмов с вершины, которых можно было лицезреть Ладогу. За полгода, что он не видел города, тот в свою очередь успел сильно измениться. Если раньше это был лишь небольшой торговый центр данных земель, то сейчас его стали постепенно превращать в настоящую крепость. Несколько рядов внушительных каменных стен вместе с четырьмя наблюдательными башнями на каждую сторону света окружили город. Похоже, что совет полиса не поскупился на свою оборону, наверняка и наемникам они стали платить значительно больше.
Осмотревшись по сторонам можно было приметить, что близлежащие к городским стенам лесные массивы они тоже вырубили, видимо дабы те не мешали обзору для наблюдения и тем самым исключили риск неожиданной засады. Уверенной походкой Синеок направился к центральным воротам, где стоял пропускной пункт для всех гостей города, вне зависимости от их рода деятельности. Сейчас же там стояла охрана из нескольких десятков хорошо вооруженных человек, которые остановили путника и предъявили требования представиться и назвать цель визита.
Не успел Синеок открыть рот, как появился главнокомандующий и заявил, что старейшины его давно заждались, после чего распахнул перед ним ворота и попросил пройти за ним. Оглядевшись, он понял, что сам город особо не изменился, сильные метаморфозы произошли лишь с его внешними рубежами, а также вооружением его армии. Одно только обмундирование со снаряжением каждого солдата Ладоги на вид стоило не меньше пятидесяти золотых монет. Вкладывать средства в обновление самих фасадов зданий и качество дорог никто не собирался, видимо все ушло на оборонный комплекс, но оно и понятно, когда имеешь дело с подобной угрозой ничего более не остается, как вложить последнюю монету в гарант своей безопасности.
Командир отвел Синеока на место провидения вече, после чего удалился, сообщив, чтобы тот ждал. Место это представляло собой небольшую площадь на открытом воздухе, где могли уместиться ограниченное количество человек, очень хитрый способ не допустить до мероприятия огромное количество простолюдинов. Оглядевшись, он не увидел никого кроме дежуривших солдат, но спустя несколько минут к нему пришел Гостомысл, один из восьми старейшин Ладоги. Это был человек преклонных лет, уже сутулый с достаточно длинными седыми волосами, которые до сих пор не начали редеть, а также все еще живым взглядом, который все никак не угасал. Синеок был с ним знаком и знал насколько влиятельным он был в этом городе и за его пределами.
– Здравствуй! Рад вновь видеть тебя в нашем скромном городке, ты ни капли не изменился. – Гостомысл.
– Здравствуйте, так прошло не так уж и много времени, это вы хотели меня увидеть? Прибыл, как только смог. – Синеок.
– Да, надеюсь дорога была тихой? – Гостомысл.
– Можно и, так сказать, ничего не обычного не произошло. – Синеок.
– Давай, я отведу тебя в твою комнату в нашей лучшей гостинице и введу в курс дела? – Гостомысл.
– Я очень любопытен и не терпелив, поэтому поведайте мне все и сразу, а уже потом идем в гостиницу. – Синеок.
– Будь, по-твоему. Я вот с чего начну, ты же помнишь, что мы нанимали тебя ранее? У тебя сильные провалы в памяти, но то, что было не так давно ты вероятнее всего помнишь отлично? – Гостомысл.
– Не знал, что вам известны такие мельчайшие подробности обо мне! – Синеок.
– Это сейчас не сильно важно, в общем несколько полукочевых племен объединились под властью одного шамана по имени Модэ и теперь угрожают нам полным порабощением. Говорят, с Окой они поступили далеко не самым гуманным способом, после того, как те сдались под давлением их осады. – Гостомысл.
– Я уже слышал об этом, от города не осталось даже камня на камне, а от жителей лишь горелые кости. Не знал, что это их рук дело, думал обычная война полисов, как это бывает. – Синеок.
– Мы решили, что лучше всего с его ликвидацией может справиться всего один человек и это ты! Если возьмешься за это дело и принесешь нам тело Модэ, либо же его голову, получишь пятьдесят тысяч золотых монет! – Гостомысл.
– Видимо он действительно доставляет вам много неудобств, раз так, то я берусь за это дело! Каков план и как я его узнаю? – Синеок.
– Он сильно отличается от всех дикарей из любого племени, которыми командует, но главное это оленьи рога, которые растут из его головы. – Гостомысл.
– Оленьи рога!? А он точно человек!? – Синеок.
– Не меньший человек чем ты, но и не больший, поэтому мой тебе совет – будь осторожен, ибо он обладает гораздо большей силой, нежели способность ломать хребет с одного удара! – Гостомысл.
– И где мне его искать? Вы так и не рассказали о вашем плане!? – Синеок.
– Сегодня на рассвете ты вместе со всей нашей армией пойдешь в поход на этих тварей, лагерь Модэ находится в нескольких километрах от наших стен, твоя задача разобраться с ним, ведь без него дикари просто разбегутся, не имея централизованной силы, которая бы их направляла, а мы уже по возможности истребим их всех до последнего. Но помни, что если хочешь получить всю названную мной сумму, ты должен принести либо все тело, либо голову Модэ! – Гостомысл.
– Тогда последний вопрос, а на сколько силен он в колдовстве? – Синеок.
– Ты видал намного сильнее, даже если и не помнишь этого Синеок Бессмертный… – Гостомысл.
Не успел Синеок спросить старейшину про источник его осведомленности об его жизни, как тот отдал ему ключи и взяв за руку потащил в гостиницу, дав напутствие отдохнуть, как следует. Там же он решил перекусить, ведь обед для него приготовили и подали за счет заведения, но оно и понятно, ведь им заправлял Гостомысл, который имел целую сеть гостиниц в городе. Было видно, как старик нервничал, постоянно поглаживал свою длинную седую бороду, боясь, что Синеок откажется от миссии, несмотря на щедрую награду. После того, как Гостомысл убедился в том, что гостя его сотрудники обслужили по высшему уровню, удалился по своим делам.
Пообедав бесплатно на внушительную сумму и съев в процессе несколько килограмм рыбы различного вида и способов приготовления, а также пять видов закусок к ней, Синеок выпил практически весь бочонок самой дорогой медовухи, которая только была в столовой при гостинице, не услышав ни одного возражения в свой адрес от персонала. Солнце уже начинало садиться, и чтобы не терять даром времени постоялец, взяв ключи отправился в свою комнату, которая располагалась на самом верхнем этаже, практически под крышей.
Отворив дверь, он увидел то, как выглядят самые дорогие апартаменты Ладоги, предназначенные лишь для особых гостей. Сняв с себя снаряжение и тяжелую броню, он завалился без сил на огромную дубовую кровать, которая без труда выдержала вес его тела. Пуховые подушки и шелк настолько расслабили его, что он достаточно быстро снял все накопившееся напряжение. Синеок не любил данный процесс, но ничего не мог с этим поделать, несмотря на то, что его каждую ночь преследовали кошмары, здоровый сон требовался ему, как и всем людям. А теперь, когда у него уже практически неделю не было благоприятных условий для отдыха, он и вовсе позабыл о всех возможных неприятностях, которые видятся ему в час сновидений, что в итоге позволило свободно погрузиться в царство снов.
Обычно он всегда понимал, что спит, но никогда не мог управлять этой реальностью полностью, из-за чего испытывал страх. Вот и сейчас он обнаружил себя посреди густого леса во время оттепели, где невозможно было свободно идти по вязкой болотистой местности. Он не мог найти свою секиру, с которой никогда не расставался, хотя даже не помнил того момента, когда обзавелся ею, словно она была с рождения с ним. Шел он, абсолютно инстинктивно обращая внимание на каждый шорох, который только улавливал его чуткий слух.
Неожиданно за спиной, он услышал звук, который обычно издавали олени, однако намного сильнее с обильным порывом ветра, который сломал все деревья, вставшие на его пути попутно отбросив его самого на лесной пустырь. Сразу же стало ясно, что олень чихнуть подобным образом не может, но и узнавать причину данного происшествия уж больно не хотелось. Поднявшись с земли и вытащив из плеча обломок ветки, который пробил его и застрял там в процессе, Синеок услышал, как земля содрогается от шагов, которые приближались к нему. Несмотря на то, что небесное светило резко исчезло из мира, в котором он пребывал во время сна, он все равно мог четко рассмотреть то самое чудовище, совершившее то, что только произошло.
Это создание неизвестных сил потустороннего мира отдаленно напоминало животное, которое парадировало, издавая звуки. Высотой в полтора десятка метров без учета наростов из ветвей, напоминающих оленьи рога, на четырех деформированных столпах вместо копыт оно упорно двигалось к Синеоку, который не забоялся ни на одно мгновенье, ибо видал тварей и похуже в реальности. Единственная общая черта, которая присутствовала у всех них, это то, что они знали его имя при этом регулярно произносили его вперемешку с угрозами и страшными проклятьями к которым Синеок уже привык. Данный злобный дух не был исключением, однако понять его, как и половину других созданий тьмы было невозможно.
Этой схватке в мире снов не суждено было свершиться, так как наяву Синеок проснулся ото сна из-за громких, очень настойчивых стуков в дверь. Как только он встал с кровати было понятно, что уже глубокая ночь за окном. Открыв дверь, он увидел командира, которого встретил при входе в город, а также нескольких сотрудников отеля. Командир одетый в полное боевое обмундирование попросил войти, на что получил согласие. Персонал отеля принес крепкий чай и завтрак из нескольких яиц, бекона и большого количества фруктовой нарезки. Пока гость завтракал, командир объяснял ему, что выдвигаться будут все вместе через час и сейчас он хотел обсудить план действий.
– Надеюсь ты выспался и нормально себя чувствуешь? – Командир.
– Да, превосходно, сейчас позавтракаю и буду готов рубить головы на право и на лево. –Синеок.
– Отличный настрой! Но будь добр придерживаться плана, в условия которого я сейчас тебя введу! – Командир.
– Говори, я весь во внимание. – Синеок.
– Ты пойдешь со мной позади всех, помни, твоя задача убить Модэ, а не его пешек! У нас в операции будет участвовать пять тысяч солдат, – Командир.
– Пять тысяч? А сколько у Модэ дикарей? Неужели вы сами не справитесь? – Синеок.
– Если бы все было так легко, никто не предлагал бы тебе весомый процент нашего бюджета! Несмотря на то, что по нашим данным у Модэ не более двух тысяч боеспособных воинов, угроза которая исходит от него самого и его элитного отряда, сопоставима с целой армией… – Командир.
– Тогда у меня нет больше вопросов по этой части. – Синеок.
– Вот и славно! От тебя требуется сразиться с ним и убить, после чего предоставить нам доказательства, сам знаешь какие, поэтому не трать просто так силы в бою на кого попало, мы постараемся уничтожит, как можно больше варваров без твоего вмешательства при помощи технологий и численного преимущества. – Командир.
– Я все понял, когда выдвигаемся точно? – Синеок.
– Доедай свой завтрак, одевайся, чтобы через пол часа был в полной боевой готовности, помолись тому, кому ты молишься если нужно и спускайся вниз, буду ждать тебя там, но не задерживайся, рассвет уже близко! – Командир.
Объяснив всю суть миссии Синеока со всеми деталями, командир удалился из его номера громко хлопнув за собой дверью.
Глава Ⅱ
По истечению нескольких минут, основная боевая единица Ладоги в лице Синеока прибыла в строй. Первые ударные части всего войска уже двинулись на врага, пока Синеок с командиром и элитными частями численностью не более пяти сотен человек предстали перед старейшинами, которые давали им свое напутствие. По истечению часа они двинулись вперед по следам всего войска.
Основная их часть не могли далеко уйти, ибо их мобильность страдала из-за того, что они тащили на себе пороховые и огнеметные орудия с необходимым запасом боеприпасов, не прибегая при этом к помощи каких-либо животных, дабы не выдать себя раньше времени. Не прошли Синеок с отрядом и одного километра, как раздались звуки битвы, в первую очередь звуки залпов из тяжелых и легких орудий, а также повсеместные человеческие крики. Все это было знакомо Синеоку, по этой причине за все прожитые годы в битвах, он полностью перестал обращать на это внимание.
Неожиданно открытая местность сменилась лесистой, где периодически можно было встретить островки с различными деревьями. Несмотря на то, что земли Ладоги были преимущественно покрыты хвойными лесами и иногда тут можно было встретить редкие дубы, на этом участке преимущественно росла береза, прямо как во сне, который Синеок видел несколько часов назад. Это совпадение сильно его заинтересовала, ведь зачастую в своих снах он искал подсказки для себя. Его волновало кто он такой, откуда взялся и какого его место в этом мире? До сих пор он не нашел ответов на интересующие его вопросы, как и того, кто мог бы ему помочь разобраться с этим.
При приближении и переходе через местность, которая совсем чуть-чуть отгораживала их от поля брани, можно было лицезреть участок с кольями, на которые были насажены человеческие головы, либо же тела целиком. Там Синеок сумел разглядеть Гумтика и двух ребят из его отряда, которые были нанизаны на деревянную скульптуру, отдаленно похожую на рога оленя. Увидев заинтересованность Синеока увиденным, командир проявил инициативу и без лишних расспросов сам поведал ему, что в этом месте варварские племена всегда проводили свои обряды и ритуалы с жертвоприношениями, однако с того момента, как ими стал командовать Модэ и частота и массовость резко возросла. Практически все селения в округе стали страдать из-за набегов и увода жителей в плен. Это случалось и раньше, но не так часто.
Неожиданно последние звуки, издаваемые артиллерией, стихли, а на встречу отряду вышли несколько сотен варваров, точно таких, как Синеок видел прошлым днем. Командир воскликнул чтобы все, у кого есть дальнобойное оружие приготовился стрелять без команды со свободным выбором цели, но тем не менее его сильно заботил вопрос о том, что стало со всеми силами, которые двинулись вперед? Неужели дикари, которые сражаются костями животных и камнями, уступая в численности, сумели одолеть продвинутую армию с артиллерией и машинами для метания огня?
Посмотрев на Синеока, он положил руку ему на плечо и попросил обойти через жертвенный лес, не встревая в этот бой, полностью придерживаясь плана. Не ответив ничего, Синеок побежал в нужном направлении, сразу же подготовив весь свой арсенал из клинков, которые он прятал под стальными рукавами брани, надетых на предплечья, а также за пазухой. Позади можно было услышать звуки выстрелов, треск костей и крики, от чего он с каждой минутой отдалялся. Пробегая мимо жертвенных тел, ему казалось, словно они пристально следят за ним и вот-вот заговорят. Неожиданно пошел снег вместе с резким потеплением, как никак солнце уже стало освещать землю. Несмотря на то, что Синеок торопился, он все же старался зацепить взглядом каждый узор мимо которого пробегал, ибо эта информация могла о многом ему поведать. Сражаться с людьми и монстрами обладающими сверхъестественной силой ему уже приходилось не раз, поэтому видя в этом некие подсказки он тщательно старался их прочесть.
Единственное, что удалось понять, так это то, что Модэ питает свою силу жертвоприношениями и связанным с ним наиболее тесно животным является олень. Насколько он силен на текущий момент не понятно, но будет очень нелегко снести ему его рогатую башку, ибо несколько тысяч свежих жертв он успел принести той сущности, которой поклоняется. Кто знает, может и вовсе целые силы природы подвластны ему на текущий момент?
Преодолев жертвенный лес, Синеок вышел на тропу, которая должна привести его к намеченной цели, он увидел дым, источником которого скорее всего был небольшой костер, а значит лагерь Модэ уже неподалеку. Холмистая местность с высокими деревьями сильно загораживала обзор, однако развернувшись назад он увидел причину, по которой основная часть войск Ладоги прекратила бой. Такое впечатление, словно на территории занимаемой пустырем резко вырос лес, уничтожив все войско вместе с вооружением. Так как тела воинов города были нанизаны на деревья причудливой, уже знакомой формы, было ясно, на что способен шаман. В одиночку он способен остановить целую армию из нескольких тысяч человек, ведь скорее всего практически все варвары были перебиты за считанные минуты и их вождь взял на себя инициативу, закончить этот бой.
Так как Синеок никому не молился, он просто крепко сжал в руках верную секиру и побежал вперед к источнику дыма. Пробежав несколько десятков метров его взору предстала землянка, достаточно большого размера, внутри которой явно горел очаг, как только он направился к ней из нее выбежало пятеро воинов одетых в шкуры медведя, а их открытые части тел были украшены узорами алого оттенка.
Действуя сообща они пытались поразить Синеока, однако им не удавалось даже поранить его кожу, настолько виртуозно он уходил от их ударов, а когда ему надоело тратить зря драгоценное время и силы, он двумя взмахами секиры вывел из строя четырех воинов, которые по совей неосторожности встали слишком близко друг к другу в попытке окружить неприятеля. После того, как четыре тела упали замертво, окропив своей кровью снег, покрасив его в алый цвет, последний варвар собрался с духом и схватив свое каменное копье с костяным наконечником побежал прямо на Синеока и пробил ему предплечье левой руки, которым тот прикрылся от удара. Сломав копье тем, что дернул рукой в другом направлении, Синеок разрубил последнего воина Модэ поперек от макушки и до паха при помощи своей секиры. Он позволил нанести ему удар, дабы проверить насколько опасно их оружие для его брони, результат его сильно удивил. Вытащив обломок вражеского копья из своей руки и выбросив его, Синеок проследил за тем, как быстро затянулась его сквозная рана, после чего вошел внутрь землянки, ведь все пришло в норму за одно мгновенье.
Войдя внутрь, можно было ощутить сильную жару от костра, который горел прямо на полу по середине строения. В конце, за костром на противоположной стороне от входа, сидел человек скрестив ноги и положив руки с длинными ногтями на колени. Он словно пребывал в состоянии транса, но явно чувствовал все происходящее вокруг. На его голове действительно красовались рога оленя, а черные словно смола волосы, заплетенные в две косы, ниспадали то пола пока он пребывал в положении сидя. Длинная козлиная бородка была заплетена в косу по такому же принципу. Он был раздет по пояс, а на его теле красовались все узоры, всех цветов, что он видел на варварах из различных племен. Неожиданно он раскрыл свои черные, как два уголька глаза и кинул свой меткий взор на легендарного воина.
– Ах, Синеок Бессмертный! Никогда не думал увидеть тебя вживую! Ради чего ты пожаловал ко мне в мою скромную обитель? – Модэ.
– Жаль я не испытываю столь восторженных чувств от нашей с тобой встречи, кем бы ты ни был, поэтому давай закончим это быстро и безболезненно? Только пожалуйста не открывай больше рот, твой мерзкий скрипучий голос действует мне на нервы! – Синеок.
– А ты оказывается всего лишь напыщенный глупец! Какая жалость… – Модэ.
В углу комнаты и на стенах висели копья, стрелы и топоры, которыми орудовали воины варваров, один из которых Синеок взял и со всей силы метнул в сторону Модэ, с расчетом сразу же снести ему голову с плеч. Однако Модэ набрал полную грудь воздуха и выдохнул, сразу же погасив весь огонь костра и выбросив Синеока вместе с топором за пределы землянки. Деревянное строение было полностью разрушено в один миг. Пролетев с десяток метров, Синеок врезался в дерево, сломав его ствол, а топор, который он метнул в Модэ сбил его шлем с головы. Он сразу же вспомнил про сон, который он не смог досмотреть до конца, ведь нечто подобное он видел этой ночью по другую сторону реальности.
Не успел он встать на ноги и надеть шлем обратно на голову, как из земли, практически из-под ног вырос корень дерева, ствол которого он только что сломал и обвился вокруг его тела, словно змея, так что тот едва мог пошевелиться. Уже из образовавшегося, кривого пенька неожиданно начал возникать Модэ, плавно выходя на поверхность. Он с усмешкой заявил о том, что нельзя подобным образом обращаться с природой, ведь она может ответить в аналогичной манере.
Дождавшись, пока Модэ полностью выйдет из дерева и примет человеческую форму, Синеок приложив немного усилий и расправив руки в стороны, разорвал опутавший его корень, застав колдуна врасплох. Ударом ноги по торсу он буквально отправил его в полет в сторону замерзшего озера, куда добежал сам вдогонку за ним, продолжил бой. Как нестранно, Модэ быстро пришел в себя и начал блокировать удары Синеока, отвечая ему равноценными. Как только Бессмертный потянулся за своей секирой и взялся за рукоять, из-под льда выросли водоросли, опутав собой ноги с руками воина.
– Похоже, что голова у тебя работает, раз ты вытащил меня из леса с моего поля боя, где я был бы для тебя неуязвим, но ты кажется не в курсе, что я способен управлять не только деревьями, а вообще любыми растениями, поэтому сейчас ты допустил самую грубую ошибку! – Модэ.
– Твоей ошибкой была ввязываться в бой со мной дружок, а ведь я предлагал закончить все быстро… – Синеок.
Не успел Модэ ничего возразить, как Синеок разорвал созданную им сеть из водорослей, а следом секирой разрубил колдуна на две части в области торса чуть выше пупка. Обе части развалились, словно трухлявый пень. Тело все еще могло двигаться и пыталось уйти, однако Синеок взял его голову за рога и резко отсек часть шеи вместе с остальным торсом. Удивительным образом вывалившиеся внутренности колдуна превратились в сырую почву, пригодную для посева каких-либо культур, а конечности стали затвердевать, превращаясь в дерево.
Подняв его голову перед собой Синеок с недоумением обнаружил, что она пыталась что-то ему сказать, сжигая своим взором. Похоже это было на ту самую фразу, которую произнес один из варваров, которого Синеок убил прошлым днем, видимо Модэ знал о их неизбежной встрече, но не сумел увидеть ее исход. Как только было ясно, что бренный дух Модэ окончательно покинул внешний мир, а его тело уже ничем не отличалось от рельефа местности, Синеок ответил вслух – «возможно мой час неизбежно настанет, но пока я не выясню то, что всегда хотел знать, не бывать этому» …
Достав из свой набедренной сумки мешок для трофеев, Синеок обломал рога Модэ об колени, дабы голову можно было легко поместить туда для переноса. Как и ожидалось, рога моментально превратились в обычные ветки, до чего он довел себя своими экспериментами с силами природы. Возможно, что если бы он не делал никаких жертвоприношений в течении определенного срока, то эта учесть, стать обычным деревом, настигла его намного раньше смерти.
Закинув мешок с трофеем на плечо, Синеок пошел обратной дорогой, предвкушая свой денежный гонорар за проделанную работу и обдумывая планы на будущее, ибо наемнику негоже сидеть без дела слишком долго, а часть денег придется потратить на починку брони, что всегда стоило баснословной суммы из-за специфики его снаряжения. Проходя мимо того места где ему пришлось разделиться с командиром и его элитным отрядом, он заметил, что все варвары численностью несколько сотен человек были мертвы и сложены в пирамиду, как это делали войска некоторых полисов с целью пересчета потерь противника, а значит они выиграли в этом столкновении.
Пройдя еще несколько сотен метров, он увидел командира вместе с большей частью его отряда, они остановились на привал, где оказывали помощь раненым и считали свои собственные потери. Завидев приближение Синеока, командир вместе со всеми, кто был жив и при этом здоров резко побежали к нему. Командир быстро всех утихомирил и потребовал продолжить заниматься своим делом, когда сам побежал навстречу. Не успел он спросить о том, как все прошло и что с Модэ, Синеок вынул голову Модэ их мешка ошарашив всех присутствующих.
– Так вот каков этот демон! Ты ему рога обломал? – Командир.
– Да, чтобы без лишних хлопот можно было засунуть башку в мешок. – Синеок.
– Тяжело было с ним справиться? А где остальное тело? – Командир.
– Бывало и хуже, а тело уже искать не стоит. – Синеок.
– Что это значит? Я не слишком люблю гадать, ты его сжег? Утопил? – Командир.
– Нет, как только я отсек ему голову, тело еще шевелилось какое-то время, но потом превратилось в дерево. – Синеок.
– Даже такое бывает… – Командир.
– Именно, но он сам выбрал свою судьбу, никто более над этим не был властен. – Синеок.
– И то верно! Ну ты тогда иди обратно в город, там тебе выплатят всю обещанную сумму, сегодня наверняка будут праздновать победу, не просто в битве, а в войне, так что оставайся, как желанный гость, да и без тебя этой победы просто бы не было, чего уж греха таить. – Командир.
– Я подумаю над этим. – Синеок.
Засунув трофейную голову колдуна обратно в мешок, Синеок быстрым шагом отправился в город. Снег, который прекращался лишь на момент его битвы с шаманом, вновь пошел, заметая все оставленные на дороге следы. В его голове была лишь одна мысль, которая касалось того, куда ему отправиться теперь? В городе нужно было обязательно приобрести карту всей Гипербореи, которую он потерял не так давно, без подобных приспособлений очень сложно ориентироваться в этом мире.
Спустя не большой промежуток времени, он прибыл к вратам города, где его сразу же пропустили, смотрящий за городом чиновник сообщил, что старейшины ждут его на месте проведения вече, куда он и направился. Улицы Ладоги были пусты и безлюдны, ведь не зная, чего ожидать, власти полиса объявили комендантский час, который должен длиться ровно столько, пока они не посчитают нужным его снять. Лишь патрулирующие город военизированные формирования государственные структуры встречались на каждом шагу.
На месте провидения вече между старейшинами и важными чиновниками шел жаркий спор, который был прерван появлением Синеока, вынувшего из мешка голову Модэ. На лицах всех присутствующих появилась радость, ликование охватило трибуны. Гостомысл поспешил к вернувшемуся с задания наемнику и повел в свою резиденцию с целью расплатиться. Голову же отдали заведующему городским музеем ратного дела.
– Ну что? Как все прошло? Мы тут себе места не находили, ведь спустя час времени, гонец заявил, что большая часть нашего войска была уничтожена, каким-то колдовством! – Гостомысл.
– Это правда, выжил в основном только элитный отряд вместе с командиром, а так все, кто ушли вперед нас погибли. – Синеок.
– Какой ужас! Значит наш город остался без половины своих воинов, имеющих боевой опыт! А что с варварами? – Гостомысл.
– Ну женщин, детей и стариков я не видел вообще, а всех, кого нам удалось встретить, что на пути, что на ставке Модэ, мы перебили. – Синеок.
– В таком случае, никакой угрозы для нас они более не представляют, а для того, чтобы добить их женщин и детей, мы уж сами отправим экспедицию. А бой с Модэ у тебя как прошел? Много неудобств он тебе причинил? – Гостомысл.
– Вообще не слишком, ибо я сталкивался с гораздо более грозными противниками. Он переборщил с жертвоприношениями силам природы и духам, с которыми связан, из-за чего у него выросли рога, а отрубленные части тел просто превращались в дерево. – Синеок.
– Вот оно что, а как он уничтожил основную часть нашего войска? – Гостомысл.
– Вырастил под их ногами целый лес, насадив их на ветви… – Синеок.
– А ведь, таким же образом он мог и город стереть в порошок! Ладно давай заплачу тебе ровно пять десятков золотых, как и обещал. – Гостомысл.
– Благодарю. – Синеок.
– Куда теперь отправишься? – Гостомысл.
– Пока не знаю, мне надо бы броню починить и оружие проверить для начала. – Синеок.
– Ну ты это в нашу оружейную мастерскую обратись за этим. Оставайся до завтра, сегодня будем отмечать победу в войне, потом уже отправишься куда пожелаешь? – Гостомысл.
– Наверное я так и поступлю. – Синеок.
– Тогда можешь провести в этом же номере до завтрашнего утра бесплатно, а вечером приходи ко мне в резиденцию на пир. – Гостомысл.
Отдав обещанную сумму золотых монет, Гостомысл удалился по своим делам, Синеок же сразу направился в мастерскую, которая была буквально за углом. Мастер подсчитал весь ущерб и специфику материала, а также учел тот момент, что закончить работу желательно до конца дня и выставил счет в пять тысяч золотых монет. Несмотря на то, что это была одна из причин почему Синеок так быстро оставался без денег после успешного выполнения большинства своих миссий, счет, выставленный мастером его, полностью устроил. Ударив по рукам и заплатив заранее всю сумму, Синеок также приобрел у него все виды карт Гипербореи от политической до топографической, после чего отправился в свой номер, чтобы выспаться после насыщенного дня, который начался слишком рано.
Вернувшись в свой номер и выпив пару литров воды из своих запасов, Синеок расположился на полюбившейся ему кровати. Не прошло и мгновенья, как он погрузился в сон уткнувшись в пуховую подушку.
В ходе блужданий в тонком, нематериальном мире, он чувствовал себя намного лучше, нежели наяву, ведь в этом месте он не чувствовал гнетущий обстановки, вне зависимости от того, какие картины он видел. Подобного рода парадокс он не мог объяснить самому себе никогда. Во снах он зачастую находил подсказки о том, как ему следовало поступить в реальности или даже увидеть будущее с разными вариантами исхода, где его выбор имел определяющее значение. Так за несколько недель до текущих событий, Синеок видел во снах погоню за оленем в дремучем лесу, а также прообразы, связанные с древом, дающим жизнь. Теперь же они полностью себя раскрыли, потеряв весь интерес, который был окутан пеленой тайн.
Зачастую он видел один и тот же сон, который возникал в его сознании уже достаточно длинный промежуток времени, который превышал срок жизни среднестатистического человека. Там Синеок в поисках ответов на его вопросы, которых он еще не слышал ни от кого в этом мире, шел к древу мироздания, которое никак не мог найти, либо же вместо него выступал древний фолиант.
Отыскать все эти места в реальности у него еще ни разу не вышло, однако он чувствовал, что сами небеса благоволят ему совершить это. Однако судя по всему в этот раз он настолько устал, что и вовсе не увидел никаких картин, пока его дух путешествовал вместе с сознанием, оставив тело восстанавливаться после столь сложного дня. Проснулся он резко от звуков издаваемых черной птицей, севшей на его окно и длительное время сверлившей его своим горячим взором.
Кинув в сторону окна подушку, Синеок прогнал птицу, испугав ее, совершенно не предавая этой встрече никакого значения. Однако ее глаза были уж очень похожи на глаза Модэ, что по началу сбило его с толку. Выпив остатки воды из своей фляги, он решил пополнить запасы, а заодно и зайти в мастерскую, мало ли его заказ был уже полностью готов, в конце концов по меркам Ладоги, он заплатил за работу целое состояние при помощи которого можно и вовсе организовать свой бизнес, если удалось бы договориться с Гостомыслом и прочими старожилами полиса.
На улице уже начинало темнеть, а комендантский час отменили совсем недавно, от чего на улицах было невозможно пройти от огромного потока людей. Было видно, что вся паника и тревога, которая буквально витала в воздухе прошла, словно ее рукой сняли. Сильное похолодание заставило Синеока прибавить шаг, дабы быстрее добраться до своей цели. Совершенно без стука, практически с ноги он отварил дверь. Дождавшись пока появиться мастер, он начал расспрашивать его о ходе работы.
– Мой заказ уже готов? – Синеок.
– Да, практически закончил, уж очень сложные механизмы, не часто такое увидишь, откуда у тебя все это снаряжение если не секрет? – Мастер.
– Ах, я бы сам не отказался узнать, откуда все это у меня, да и откуда я сам взялся… – Синеок.
– У тебя отличное чувство юмора, подожди еще немного и я отдам тебе уже весь комплект целиком. – Мастер.
В ожидании того, как скоро мастер закончит работать с его броней, он присел на скамейку для посетителей, полностью погрузившись в свои раздумья, после того, как в очередной раз услышал вопрос, касающийся его лично. Таким образом, уставившись в одну точку он сидел неподвижно какое-то время, пока мастер его не окликнул и не заявил, что все готово. С приподнятым настроением, он заново облачился в свое полное обмундирование, но не сумел уйти, так как мастер вновь окликнул его.
– Эй, подожди! С тебя еще пятьсот золотых монет! – Мастер.
– Что значит еще? Я тебе заплатил сумму, которой хватит чтобы еще одну мастерскую открыть и тебе этого мало? – Синеок.
– Подожди, не кипятись ты так. Вот смотри, я весь день возился с твоим снаряжением, без единой передышки, даже по нужде не отлучался! При этом подобный комплекс механизмов и сам материал увидел впервые, не зная предварительно, как с ним элементарно работать, но при всех условиях выполнил все даже раньше срока, ибо день еще не закончился! А самое главное, я забил на все мои иные заказы и теперь должен буду объясняться перед клиентами, каким образом еще не знаю, надеюсь оправдание, что я обслуживал героя, который нас всех спас мне поможет! – Мастер.
– Героям обычно полагается крупная скидка, а ты с меня содрал больше чем кто-либо на моей памяти. Вот и скажи своим клиентам, что на вырученные деньги ты откроешь еще одну оружейную мастерскую, наберешь квалифицированный персонал и будешь обслуживать всех в несколько раз быстрее. – Синеок.
До ведя весь разговор до конца ни разу не обернувшись, Синеок покинул помещение, громко хлопнув дверью, так что она слетела с части петель на которых держалась. Уже заметно стемнело, а вдалеке на местах проведения мероприятий виднелись костры. Люди в городе повсеместно водили хороводы, выпивали и жарили быка, тем самым отмечая свою победу в противостоянии с варварскими племенами. Похоже, что праздничное настроение будет витать в этом месте еще очень долго, даже несмотря на то, что за день они потеряли несколько тысяч солдат. Как бы Синеок не устал, а засиживаться на одном месте он не любил и проведя в этом городе около суток, ему уже сильно хотелось покинуть его пределы.
Неожиданно его окликнул знакомый голос, а обернувшись он увидел Командира, которого за ним послал Гостомысл, ведь все высокопоставленные гости уже были в сборе и желали лицезреть того, кто одолел Модэ. Зайдя в резиденцию Гостомысла, Синеока тут же встретили громкими овациями, а хозяин приготовил ему место рядом с собой за столом, рассчитанном на сотню человек. Вся элита полиса была собрана в этом месте.
Единственное же, что интересовало Синеока на данном мероприятии, так это яства от которых ломился стол и его любимая медовуха. Присутствующие тщательно рассматривали нелюдимого гостя, постоянно задавая уйму вопросов разного характера и компетенции, на которые Синеок отвечал через силу, стараясь никому не нагрубить, что у него обычно редко получалось. Однако рассказывать о его похождениях или говорить о чем-то личном он отказывался еще до начала разговора, обозначив свои границы.
Голову Модэ, Гостомысл решил прибить к стене в комнате для приема гостей, при этом попросив Синеока оставить свою роспись под трофеем, на что он сразу же отказался, а пытаться уговаривать его при всех присутствующих, старейшина не стал. Точно также он отказался наняться на постоянную службу Ладоге, заявив, что на рассвете покинет этот город. Спустя продолжительный промежуток времени, когда многие гости были уже пьяны и спали лицом в своей тарелке, Гостомысл решил поговорить с Синеоком в последний раз и с глазу на глаз, выйдя на улицу и закурив трубку.
– Что теперь думаешь делать? – Гостомысл
– Не знаю, буду искать возможность заработка в других землях, думаю отправиться туда, где сейчас значительно теплее. – Синеок.
– Так подождал бы месяц другой и тут снег сойдет, ты все-таки не хочешь остаться? – Гостомысл.
– Нет и никакие деньги с условиями проживания меня не устроят, не пытайтесь даже. – Синеок.
– Эх, жалко… Но надеюсь, что в случае чего ты отзовешься на призыв о помощи? – Гостомысл.
– Без проблем, хотя я не думаю, что в этих землях есть еще сила способная вам угрожать, да и ближайший к вам полис был Ока, которого уже нет вовсе. – Синеок.
– Все не так просто, как ты думаешь. Так куда теперь отправишься? Хотелось бы знать, где тебя искать? – Гостомысл.
– К сожалению, я пока что не могу ответить вам на этот вопрос. – Синеок.
– Ты явно одержим какой-то идеей, как и поисками чего-то! Раз уж ты идешь туда, где теплее чем в наших землях, посети озеро тайн в землях Белоозера. – Гостомысл.
– Белоозеро это полис? – Синеок.
– Да, полис владеющий гораздо большим количеством земли нежели чем мы, в его владениях находится несколько древнейших озер всей Гипербореи, которые связаны с божествами напрямую. Там ты возможно найдешь ответы на интересующие тебя вопросы. – Гостомысл.
– Спасибо за эту информацию, в таком случае вы знаете где меня искать, хоть путь и не близок будет. – Синеок.
– Это да, в зависимости от того, каким образом будешь добираться до тех земель, по воде, пешком на своих двоих или на лошади, что может занять от семи до тридцати дней. Как собираешься поступить? – Гостомысл.
– Я всегда хожу пешком, в крайнем случае буду предпринимать решение по ходу дела, как и привык. – Синеок.
– Решаешь проблемы по мере их появления значит, ну дело твое конечно же, но мой тебе совет все же арендовать у нас лошадь с качественной переносной палаткой. – Гостомысл.
– Нет, спасибо. Меня полностью устраивает моя, тем более я ее недавно приобрел, а выкидывать лишний раз деньги не намерен и так оставил уже приличную сумму тут у вас. Кто знает, когда они мне понадобятся? – Синеок.
– Ладно, будь по-твоему, но по нужде можешь мне посылать вести, если что отзовусь непременно! – Гостомысл.
– Благодарю вас за заботу, к вам это тоже относится. – Синеок.
– Ночевать будешь в номере? – Гостомысл.
– Наверное, я сегодня уже хорошо поспал за весь день, не знаю усну ли еще. – Синеок.
– Может тогда вернешься к гостям? – Гостомысл.
– Нет спасибо большое! Я уже через-чур устал от них, сами развлекайте толпу, а мне надо настроиться на нужный лад перед дорогой и маршрут посмотреть. – Синеок.
– Ну тогда до встречи! – Гостомысл.
– Да, до встречи… – Синеок.
Долго не прощаясь, Синеок отправился в свой номер. На улицах до сих пор не умолкало веселье праздной толпы, которое плавно переходило грань и превращалось в вакханалию. Проталкиваясь через огромное скопление людей на узких улицах, он все-таки дошел до гостиницы и закрылся в своем номере, предварительно заявив, чтобы его никто не беспокоил.
Сев перед окном с картой, он долго всматривался в нарисованную копию Гипербореи и поглядывая на звезды, планировал свой путь. Чаще всего именно звезды Синеок использовал в качестве своих путеводителей, а познаниями в данной сфере мог затмить любого звездочета. Спустя какое-то время он уже точно знал, какими путями отправится до Белоозера и просчитал, что на всю дорогу у него уйдет около семи дней, при условии, что он будет идти своим обычным темпом и не будет встревать в серьезные неприятности.
Как только подошло время рассвета, он покинул номер, собрав все свои вещи. На пятьдесят золотых монет, пополнил свои запасы пищи и чистой питьевой воды в гостиничной столовой. Присев на лавочку возле заведения перед трудной дорогой, он обратил внимание на то, что кто-то так и не угомонился за ночь и все еще кутил. В тот момент, когда определенные звезды заняли те позиции, на которые Синеок и рассчитывал, он покинул пределы Ладоги отправившись в Белоозеро, ни разу не обернувшись.
Глава Ⅲ
Ему предстоял далеко не самый легкий путь, однако за все время приходилось испытывать гораздо большие трудности. Погода будет суровой только первые три дня пути, потом же климатические условия сменятся на более мягкие в новых землях. Звезды подсказали, что сильных метелей на намеченном пути не предвидится, а значит погодные условия вряд смогут затруднить шаг, разве что таким образом невозможно было узнать об удобных местах для привала, а также тавернах, которые периодически попадались на пути практически всюду, где была граница человеческой цивилизации.
Синеок шел своей уверенной походкой со средним темпом, экономя силы, вдоль по чищенной от снега тропе, ведь Ладога тщательно следила за всей своей инфраструктурой на подвластных и вассальных землях. Не прошел он и нескольких километров, как уже наткнулся на зависимое от Ладоги поселение, которое располагалось неподалеку от водоемов и платила свой налог рыбой, ибо была это деревня потомственных рыболовов. Синеок не собирался посещать ее, однако услышав, как кто-то истошно кричит в его адрес, тут же обернулся будучи наготове.
К своему удивлению, он увидел, как какой-то маленький старичок бежит к нему, спотыкаясь на ровном месте. Облачен он был в привычную одежку для осуществления рыбной ловли в холодном климате. Подойдя вплотную он прокашлялся, после чего начал просить Синеока о помощи.
