– Ты слушаешь меня? – раздался над ухом возмущённый голос. Крылья носа вампира раздулись, словно парашют, а глаза призрачно сверкнули красным огоньком.
«Колобок-колобок, я тебя съем. Не ешь меня, вампир, я тебе зубы выбью и сделаю себе бусы…»
– Нет, – честно призналась я без всяких угрызений, учитывая, что «грызть» собираются меня. – Верните меня домой.
Ни один мускул не дрогнул на лице Ледышки-младшего, но глаз неуловимо дёрнулся.
– Лойд, – вампир щёлкнул пальцами. Откуда-то выполз коротыш. Где он прячется всё время? – Проследи, – коротко приказал он, и заложив руки за спину, высокомерно удалился, оставляя после себя липкое ощущение неминуемой гибели рода человеческого…
– Хотите осмотреть резиденцию? – робко обратился коротыш.
– Ещё как хочу… – в предвкушении оскалилась я, уже решив, что так просто не сдамся ни одной почётной делегации. Сегодня посол останется голоден…
***
Минут через двадцать я, переодетая, заплетённая и даже немного накрашенная, засыпала коротыша вопросами, от которых у него дымок из ушей пошёл.
– А запасной выход есть? Нет? Пожарная лестница? Бомбоубежище? Что это? Ну… А охрана часто меняется? Два раза… А сколько длится пересменка? Есть «окно», чтобы сбежать? Не стоит и пробовать? Жаль, жаль… А аэропорт далеко от резиденции? Космопорт?! Ого, ну хорошо, а такси ходят? Мопы? Летающие капсулы? Я могу попросить у министра денег на билет до Земли в один конец, как думаете?
– Послушайте! – едва сдерживая раздражение, произнёс коротыш и шумно выдохнул. – Ваши вопросы, саита, неуместны. Лучше подумайте о предстоящем ужине, посмотрите чудесный сад лиэра: сколько там деревьев, а какой пруд!.. одно загляденье.
Скептически взглянула на коротыша и положила ему руку на плечо.
– Только об ужине и думаю, все мысли о нём. Извелась вся, – притворно улыбнулась и пошла дальше. Попробуем с другого конца зайти. Нет, не через ж… Жарко что-то, фух!..
– А современные коммуникации в резиденции есть? Или министр ограничился летающей тарелкой, а остальные деньги на покупку людей тратит?
Коротыш долго переваривал мой вопрос, задумчиво хмуря ворсистые брови.
– Высокоскоростной микрогаджет – похож на часы – есть почти у каждого вампира. С него осуществляются видео-вызовы, выход в электронные сети Эльмира, передача сообщений и многое другое. Знаете, я в технологиях немного туговат, – нехотя признался коротыш и поскрёб светлый затылок. – В резиденции есть искусственный интеллект – Дарси, но она работает только с хозяевами и редко – с лотами.
– Ясно, – недовольно вздохнула я. А была надежда покопаться в интернете, но если всё проходит через министра, то глупо даже пробовать. Меня поймают раньше, чем я успею до конца произнести запрос. – А можно я одна поброжу? Знаете, новое место: надо углы обнюхать, в хозяйские ботинки нас… сыпать соли. Примета такая: чтобы жилось долго и счастливо. А? Клянусь своей совестью, что буду предельно осторожна, – заверила я, невинно улыбаясь.
Коротыш не понял ни слова и недоумённо хлопнул зелёными глазами-бусинами.
– Система безопасности следит за всем через встроенные по всему периметру камеры и в случае угрозы вмешается. Я просто думал, что в компании вам будет не так страшно и одиноко вдали от дома.
– О, спасибо, что напомнили, – саркастично улыбнулась в ответ. – Сейчас слезу пущу от умиления. Рада, что у министра всё схвачено и мне ничего не угрожает. Это отличная новость! Ну я пошла?
Коротыш поклонился и двинулся в обратном направлении, а я вперёд: изучать теремок. Интересно, на какие шишки министр себе такое логово отгрохал? Берёт взятки или скрывается от налогов? Зато благодаря ему я теперь знаю, сколько стою на «чёрном рынке». Пять миллионов неизвестно какой валюты. М-да… Папочка мог бы мной гордиться, если бы узнал, где я оказалась…
Петляя по коридорам и ломясь в закрытые двери, у каждой из которой был электронный замок, я вышла на веранду, ведущую, видимо, в сад. Все в сад! Выходим-выходим! И любуемся деревьями, пока есть возможность, скоро посол объявится: надо успеть навести марафет, а то как же: я – и без марафета?
Уже через две минуты я позабыла о всякого рода ехидстве, залюбовавшись раскидистыми цветущими красавцами. Сакура, по сравнению с ними, давится листочками от зависти. Кусты вокруг – ухоженные, играют роль живой изгороди, лавочки кованые, фигурные, так и тянет опустить на них попку и просто вдохнуть поглубже чудесный, сладковатый запах сада. Нет, это просто наваждение какое-то! Разве может быть так волшебно?
– А-а-а-а-а-а-а! – завизжала я, уткнувшись во что-то пушистое носом. Отпрянула, похлопала глазами и выдала: – О-фи-геть! Ты ж мой хороший, иди к мамочке, – и раскинув руки, зарылась в густую чёрную шерсть двухметровой собаки. Красавец пускал слюни мне на плечо, а я пищала от восторга: – Какой ты лапочка! Какой мягкий! Чей ты, малыш?
Собака отстранённо рассматривала меня в ответ, словно оценивая качество «новой игрушки». Мне же приходилось задирать голову, чтобы разглядеть его морду и эмоции на ней. Кажется, он не против обнимашек, но на самом деле, у здоровяка просто нет выбора, я всё равно буду его тискать! Это же настоящий плюшевый гигант! Мастиф местного разлива.
– А кто это у нас такой красивый? – погладила пса по груди и потянулась почесать за ушком. Стремянки ни у кого нет случайно? – Кто такой ласковый? А у кого такая шёрстка гладкая? Ты мой патиссончик. Баклажанчик мой ненаглядный. Кабачок мой упитанный!..
– Его зовут Граф, – раздалось ледяное за моей спиной, заставив вздрогнуть и прижаться к собаке, прячась в густых зарослях шерсти. – Я ожидал вас увидеть в глубоком обмороке, когда Дарси сообщила, что вы отправились в сад, но вижу, что спасать надо не вас…
Я почти оскорбилась от такого нахального заявления.
– А я вообще не ожидала вас увидеть, – язвительно фыркнула в ответ и погладила Графа. – Ни вчера, ни сегодня.
Ледышка-министр никак не отреагировал на моё заявление, казалось, я вообще ничего не произнесла.
– Аскверу – опасные существа, не стоит обманываться. И в вашем мире такие не водятся, если не ошибаюсь.
– Зато в вашей резиденции водятся существа пострашнее, – доверительно шепнула в ответ. – Бледные. Красноглазые. И всё время что-то шипят. Видела одного сегодня утром. Лучше вызовите санэпидемстанцию, а то погрызут вам всю проводку и нервы, точно вам говорю, – кивнула в подтверждение своих слов и погладила кабачок по шелковистой спинке.
– А, вы уже познакомились с Даэром поближе, – невозмутимо отозвался вампир и внимательно посмотрел на собаку, словно пытаясь что-то прочесть на его равнодушной морде. – И как он вам?
– Честно? – скептически выгнула бровь и улыбнулась животному, который устал сидеть и решил лечь. Пришлось подвинуться: одна такая лапа накроет меня, словно цунами.
– Ясно, – отозвался министр, достал из кармана коричневый кругляшек и протянул его Графу. Собака вытянулась, понюхала воздух и приоткрыла гигантскую пасть. Признаться, на мгновение мне стало страшно: как-то слишком опрометчиво я обнимаюсь с незнакомыми существами. – В следующий раз обратитесь к Дарси, если хотите куда-то выйти… – зубастик задумался. – Рядом с вашей комнатой есть ещё одна: в ней проживает Лиза – мой лот. Можете навестить её, пообщаться. Думаю, вам не помешает подруга.
Я недоверчиво прищурилась, отрываясь от созерцания меланхолично жующего Графа.
– Мне не помешает визит к психиатру и билет на Землю. Не надейтесь усыпить мою бдительность, подсовывая мне «подруг», коварный министр. Я не дам себя укусить. Ни вам, ни вашему отщепенцу… то есть, отпрыску…
Вампир пристально взглянул в мои глаза и кивнул своим мыслям.
– Вы меня не слушали. У меня есть лот, следовательно, ваша кровь мне не нужна, а с… отщепенцем разбирайтесь самостоятельно. Вы его подарок, не мой. Удачного вечера, – нахал поклонился и важно поплыл в сторону веранды.
Я тебя запомнила, головастик! Ты второй в списке на ожерелье из клыков. Ух… я такая боевая!
– Ну что, Граф-Слюнопускаф-Дракула, пойдём готовить меня на ужин?
Существо приподняло морду и одобрительно меня лизнуло… Что ж, теперь я точно во всеоружии. Осталось отмыть лицо от слюней. И волосы… Не язык у собаки, а лопата. Таким огороды можно вспахивать без особых усилий.
– Ты тоже ничего, – погладила пса и отправилась раздобывать ингредиенты для званого ужина.
***
После долгих и тщательных скитаний по теремку, я обзавелась всем необходимым и заперлась в комнате. Не обошлось без помощи Дарси. Не знаю, чем я так приглянулась искусственному интеллекту, но проказница с радостью сдавала мне все «тайники» хозяев, при этом не на шутку интересуясь всем, словно живой человек. Наверное, министр уже в курсе моих похождений, но раз не долбится ко мне в дверь с пеной у рта, значит, всё в порядке.
Никогда ещё не ела с таким удовольствием продукты, на которые у меня аллергия.
– Ам, – с садистским удовлетворением произнесла я, погружая очередной орех в рот. Умереть – не умру, но раздует знатно, а красные слезящиеся глаза прибавят образу пикантности, как и «пчелиные» губы. Осталось нарисовать красные точки наподобие прыщей по всему телу и лицу, всклокочить волосы… О, сопли уже появились. Отлично!
Подошла к зеркалу и улыбнулась сквозь щёлки в глазах, которые стремительно отекали.
– Красотка! –послала воздушный поцелуй зеркалу и занялась модернизированием своей одежды. Немного пыли, сажи из камина, вот так, замечательно…
Ну, я готова! Подать сюда посла: пусть кусает.
Снова глянула в зеркало и усмехнулась. Да-а, пугало вышло знатное. Будь я на месте вампиров, высосала бы кровь у себя, чтобы не мучиться. Только успела снять со стула приготовленный плащ с капюшоном и закутаться в него, как в комнате возник коротыш. Теперь я увидела, что появляется он из синей дымки. Видимо, магия какая-то, кто их разберёт. Он вообще не вампир и неизвестно, что тут делает. Может гастарбайтер: приехал на заработки?
– Саита? – немного удивился он. – Что это на вас?
– Немного стесняюсь, – тихо просипела я, едва вращая разбухшим языком. – Одета откровенно, сюрприз для младшего господина.
Коротыш одобрительно улыбнулся и распахнул дверь.
Ну, с богом!
Мы долго петляли, поднялись на третий этаж, и только в конце правого крыла коротыш остановился.
– Кабинет господина Даэра для приёма важных гостей. Желаю удачи, саита. Вам понравится… – загадочно улыбнулся он и откланялся.
«Ещё как», – мысленно отозвалась я и опустила ручку двери.
Помещение встретило меня красным приглушённым светом. На бархатных антикварных диванах устроились бледненькие с бокалами в руках и вяло перекидывались ничего не значащими для меня фразами. Наконец сын министра заметил меня и поманил пальцем.
Я медленно двинулась, внутренне подрагивая от напряжения. Страшно всё-таки! Столько вампиров…
– Лиэр Эладор, – гордо замурлыкал отщепенец. – Лот номер пять – подарок отца, – и махнул мне рукой, мол: «давай раздевайся».
«Конечно, конечно, только сопли бантиком завяжу…»
Медленно развязала тесёмки плаща и резко скинула его, чтобы добиться максимального эффекта. Осталось чихнуть как можно громче.
– Апчхи! – вот так. Молодец. Вампиры синхронно шарахнулись в стороны, словно коты при звуке включённого пылесоса. Я чуть не покатилась со смеху и чудом сдержалась. Даэр так смотрел на меня, словно готов был разрыдаться. Ничего, ничего, я ещё и говорить умею.
Присела на диван, нагло забрала бокал из рук онемевшего посла и понюхала содержимое.
– А-а, ликёрчиком балуемся, шалунишка! – и кокетливо пошевелила пальчиками, заставив вампира вжаться в спинку дивана. Бедненький. Кажется, присутствующие забыли, как пользоваться голосовыми связками. Эк их контузило! Знатно. – Ну, за знакомство! – подняла бокал и опрокинула его в себя, вытерев рот краем пиджака посла.
– Что ты… – запинаясь, выговорил сын министра и попятился назад.
– Ну как? Укусишь меня? – поиграла бровями и приобняла онемевшего вампира. Нечего с делегациями по чужим резиденциям ходить. И вообще, ужинать дома надо, а не в гостях. Кровь нынче дорого стоит. – Давай, не стесняйся. Кусай сюда, прямо в прыщик, а то чешется, зараза! – демонстративно почесалась и чихнула. «Сено» на голове радостно встрепенулось.
Посол испуганно взирал на своё плечо, по которому сползала прозрачная сопелька.
– Ой, – притворно вздохнула я. – Не бойтесь, пиджак отстирается.
– Ну знаете! – у вампира прорезался голос: он стремительно вскочил и вихрем вылетел за дверь, остальные не заставили себя упрашивать и тоже покинули кабинет.
Даэр гневно сверкал глазами и сопел, а я изучала содержимое остальных бокалов.
– Ты-ы! – процедил он и шагнул ко мне, намереваясь прибить.
– Я-я, – лукаво протянула в ответ и отсалютовала бокалом. – За ваше здоровье. Присоединяйтесь, – похлопала рядом с собой и закинула ноги на диван.
– Ты… Ты не дефективная! Ты больная! Дура! – выругался Ледышка-младший, пообещав скорую расправу, и удалился, хлопнув дверью.
Ой-ой-ой, какие мы грозные! Зато день я выиграла.
Только потянулась за третьим бокалом, как в помещении возник министр: спокойно оценил обстановку, мой внешний вид, – и сел напротив. Взял бутылку, чистый фужер и плеснул немного себе.
– За вашу первую победу, – произнёс он и сделал несколько маленьких глотков.
Я недоумённо хлопала глазами.
– Э-э-э… – вымолвила я, не совсем понимая вампира. – Может, вернёте меня домой, раз на моей стороне? – осторожно поинтересовалась я.
Министр покрутил фужер и сделал ещё глоточек.
– Забудьте. Человек высоко ценится на Эльмире, а аукционы бывают раз в год. В этот раз повезло и вас было много: обычно три-четыре человека – не больше. Думаете, добровольцы с Земли к нам в очередь выстраиваются? – насмешливо произнёс он и отвернулся к камину. Расслабленный, уверенный, спокойный. Опасный. С ним придётся повозиться: не то, что с его истеричкой-сыном.
– За что вы так «любите» своего отпрыска, что подсунули ему меня? – вкрадчиво поинтересовалась в ответ и пригубила ликёр.
– У вампиров нет понятия «любовь», – снисходительно пояснил вампир. – Нет родственных уз, нет типичных союзов, как у землян. Мы исключительно властвуем, не тратя время на никому не нужные чувства, поэтому процветаем и шагнули далеко вперёд за пределы Галактики, а вы так и топчетесь вокруг своей оси…
– Не захлебнитесь пафосом, – не совсем вежливо перебила я и улыбнулась. – И в чём смысл тогда? Ну, живёте вы вечно, холодные бесчувственные твари, а радость в чём? Где счастье? Вы безнадёжны, – махнула рукой и допила ликёр. – Нет супрастинчика, случайно? – спросила, поднимаясь, так и не выслушав пламенную речь вампира.
Министр удивлённо приподнял брови. Как с таким милым и утончённым лицом можно быть таким циничным существом?
– Раз нет, я пошла, – махнула рукой, пошатнулась и отправилась искать выход.
Вампир поднялся следом и внезапно прижал меня к себе.
– Долго плутать будете, – пояснил он, и мы растворились в пространстве. Это было похоже на прыжок с парашютом. Ощущения схожи.
– Спасибо, но больше так не делайте, – испуганно произнесла и отцепилась от руки вампира. – Я лучше ножками.
– Лойд принесёт вам лекарства, – произнёс вампир, склонил голову в поклоне и удалился. Ледышка.
Я упала на кровать, прямо так и, кажется, отключилась.
«Спокойной ночи, малыши, кровавых снов…» – зевнул внутренний голос и погас…
Глава третья
Пора обзаводиться ошейником из гипса, или как прожить ещё день…
«Это становится традицией», – устало подумал мозг, пытаясь собрать себя по кусочкам и морщась от боли. Всё бы ничего, но похмелье… Так и до алкоголизма бокалом подать.
– Зачем же вы так, саита, хозяина огорчаете? – раздался участливый, с долей обвинения голос прямо над моей многострадальной головой.
Приоткрыла один глаз, жалея, что не родилась василиском. Сейчас бы комнату украшало оригинальное произведение искусства…
– Лойд, – голосом кота Матроскина произнесла я и приподнялась на локте. – Ты – балбес. Если не хочешь испытать на себе всю силу моего праведного гнева, принеси клубничную рвоту. Будем поправляться, – решительно села и так же решительно причмокнула сухими губами. М-да… Во рту пробегали скунсы, а на них сверху гадили чайки. Лучше не дышать…
Коротыш хлопал глазами. Побоялась, что хлопать будем до утра, и расщедрилась на пояснение.
– Средство от похмелья из ваших ягод.
– А-а! – радостно воскликнул коротыш. – Конечно, конечно, саита! Уже готово. Вот.
В два глотка опустошила стакан, вытерла рот рукавом ночной рубашки… Та-да-да-дам…
– Лойд? – вкрадчиво поинтересовалась, пытаясь отыскать на себе бельё. – А кто меня переодел? Скажи, что сама…
– Так… уважаемый лиэр заходил вас проведать и отдал нимфам распоряжение.
– Нимфы – это хорошо, – задумчиво пробормотала и коснулась шеи. Вроде не болит, но лучше проверить. Я ломанулась к зеркалу.
– Фух, – облегчённо выдохнула и с удовольствием отметила, что от аллергии не осталось и следа. Хотя, может, стоило ещё пару деньков красавицей походить?
– Проснулась? – раздался раздражённый голос за спиной. Лениво обернулась и приподняла брови, разглядывая пылающего гневом отпрыска министра. И тут мне пришла мысль на ум, что не слишком они и похожи. Это сперва я так решила: с перепугу, да на пьяную голову. А вот сейчас вижу, что младший ледышка просто упырь, а министр –упырь породистый, благородных кровей: из тех, кто в детстве со шваброй, привязанной к спине, ходил, чтобы осанка ровная была, кто учился никогда не отводить взгляд, кто изучал не математику и естественные науки в школе, а поглощал житейские хитрости и мудрости вместо манной каши на завтрак. Ему прививали цинизм и закаляли от глупостей…
– …ты, жалкое существо! Разве можешь ты сравниться с вампиром? Оскорблять –кто дал тебе такое право? – распалялся отщепенец, а я с ужасом поняла, что пропустила часть обвинительной речи. Попросить, чтобы повторил?
– Помедленней, пожалуйста, я записываю, – произнесла невозмутимо, держа в руках воображаемые блокнот и ручку. Коротыш, глядя на нас жалобно, прижал уши и поник. Вампир вспыхнул с новой силой.
– Я разотру тебя в пыль, ты будешь молить о пощаде…
– Простите, а пыль космического происхождения, или это будет природная пыль? Если второе, то у меня аллергия, – я вполне натурально поморщилась. – А вот насчёт молитв не уверена. Однажды я пошла на исповедь… Батюшка выбежал из церкви в слезах, срывая с себя рясу. Предлагаю заменить молитву увлекательной дискуссией за чашечкой цейлонского чая. Ум-м?
Вампир впал в ступор. Я улыбалась; коротыш, кажется, не дышал.
– Я просто приду ночью и выпью твою кровь, и плевать я хотел на запреты лиэра! –взорвался клыкастый, брызгая гневом и слюной. – И тогда… – процедил он рядом с моим лицом: я попятилась, – тогда ты сама будешь отдавать мне кровь…
– Ага, чайной ложечкой, – презрительно усмехнулась и отступила ещё на шаг. Ну в баню этого психованного. Может, бешеный? – Уже лыжи смазываю и лечу во весь опор на своей скоростной кобыле. Слышишь? Тыг-дым, тыг-дым, тыг-дым. Лошадь едет, кровь тебе в авоське везёт.
Психованный зарычал и бросился с протянутыми руками. Я зажмурилась…
– Даэр! – а вот этот страшный голос я ни с чьим не перепутаю. Ух, мороз по коже. Жуть. Отщепенец замер, шумно выдохнул, и натянув фальшивую улыбочку, развернулся приветствовать отче.
– Лиэр, – слабый поклон (как не переломился только от натуги), и снова выдох.
– Кажется, я уже говорил о применении силы. Она не решает проблемы, а создаёт, –Ледышка с большой буквы обошёл сына по кругу и взглянул в мои честные, невинные глаза. – Пригласи лот на завтрак, не помню, чтобы мы её нормально кормили. От такого обращения кто угодно озвереет, – он развернулся и направился к дверям, жестом поманив за собой Даэра и оставляя мороз…
Я упала на кровать и раскинула руки. Нет, с таким вампиром я не то что на одном поле… кукурузу собирать не стану, а предпочту вовсе не пересекаться: даже во снах.
– Собирайтесь, саита, не пойдёте же вы в рубашке, – устало произнёс коротыш, о котором я благополучно забыла. – Не понимаю вашего упрямства: быть лотом вампира даже почётнее, чем быть сидом, – как я. Ничего делать не нужно, только шею подставляй: никаких обязанностей! Даже у нас на Эльхиме многие эраку мечтают попасть на Эльмир, но вампиры только людей берут, – огорчённо выдал этот сид, копаясь в большой гардеробной. На свет появилось нежно-фиалковое платье, от цвета и фасона которого у меня моментально свело скулы.
– А почему не женятся тогда? Всегда была бы под рукой тёплая кровь и женщина –прямо два в одном! – я осторожно подошла и забрала ужасное платье из рук коротыша. Он смерил меня взглядом, но возражать не стал и продолжил раскопки.
– Женятся? Это союз, что ли? – озадачился он и протянул мне простое чёрное платье с длинным рукавом. Уже что-то. – Так вампиры вообще… ну, того… – сид тяжело выдохнул. Я в ужасе распахнула глаза.
– Импотенты? – шепотом спросила. Коротыш шарахнулся в сторону.
– Слов таких не знаю, но уверен что-то дурное, – отмахнулся он и полез на полку за туфлями. – Нет, вампиры просто не нуждаются в плотских утехах и союзах. Они же бессмертные. Дети – это привилегия Высших Древних, как наш лиэр: он ещё помнит те времена, когда на Эльмире было всё иначе…
– Расскажи ещё, – с придыханием попросила, прижимая к себе платье. Обчиталась фэнтези, называется.
Коротыш нахмурился.
– Вампиры – не любят. Запомните сразу, не тешьте себя иллюзиями, как некоторые…
– Кто? Скажи кто? – я прямо запрыгала от любопытства.
– Вам пора, – отрезал упрямый сид, подталкивая меня к ширме.
***
Вот оно – скромное семейное застолье. Ледышка, отрыжка… простите, отпрыск, и девушка с русских земель, прекрасная Лиза. Глядя на одеяние соотечественницы, глубине декольте которого позавидовала бы Марианская впадина, сразу ясно кто тут «некоторые влюблённые». Глазками стрель-пострель, кокетливо улыбается… Сейчас тряпочка, по ошибке зовущаяся платьицем, на ней задымится.
– Может, принести огнетушитель? Что-то у вас жарко… – вместо приветствия произнесла я и упала на белый стул с высокой спинкой. Очень аристократично и умно – устроить трапезу на застеклённой лоджии второго этажа с видом на пруд. Министр умеет «блеснуть чешуёй».
– Лучше тебе не раскрывать рта, – наклонившись, прошипел упырёныш, видимо всё ещё злясь на меня.
– Кто бы говорил, – парировала я и расстелила на коленях салфетку.
– Лиза познакомьтесь с Лисаветой, она тоже из России, – вставил министр, продолжая есть какой-то салат.
– Думала, вампиры только кровь хлещут, – обратила внимание я. Лиза машинально потрогала шею – мне стало противно. Я, конечно, не знаю причин, но просто не понимаю, как можно добровольно стать кормушкой для клыкастого?
– Это ошибочное мнение, – спокойно отозвался лиэр.
Я осмотрела стол и притянула к себе симпатичную запеканку. Ну, думаю, что запеканку.
– А скажите, что ещё портит вкус крови, делает её непригодной? Ну, кроме алкоголя: его влияние на организм мы уже выяснили опытным путём… – совсем ненавязчиво поинтересовалась и похлопала глазками. Младший был готов меня придушить. Папочка невозмутимо промокнул бледные губы и отложил салфетку.
– Вы зря стараетесь, – осадил министр. – Самое ценное, что есть у вампира и чего нет у людей, – это время. Вы тратите своё время, лот номер пять, и пытаетесь оттянуть неизбежное. Я, как и мой сын, как любой другой вампир, можем ждать вечность, а вы попусту боретесь…
– Воу-воу! Полегче, философ! Разогнался. Тормози мысли, а то на поворотах заносит, – изумлённо воскликнула я, просто поражаясь вампирской наглости и самоуверенности. – Давайте вы не будете меня лечить и тратить моё драгоценное время? Если других тем, кроме «как выпить мою кровь», нет, приступим к трапезе. Вы сможете закончить и удалиться – я вообще не обижусь, – заверила я и потянулась за сладким соусом к запеканке.
– Так и поступим, нам как раз пора, – министр поднялся и поманил за собой сына, который обречённо отложил приборы, так и не успев поесть.
Пепельная блондинка, которая Лиза, сокрушённо вздохнула, словно упустила свой последний шанс выйти за принца.
– Зачем ты влезла? – раздражённо произнесла девушка и пододвинула к себе пирожное. Я сначала немного не поняла предъявы, но она так тяжко вздохнула, что мне расхотелось наезжать на единственного человека в этом царстве бессмертных снобов.
– Как тебя угораздило? – из любопытства поинтересовалась я.
Девушка перевела на меня взгляд, поставила маленький клатч на стол, извлекла сигарету и закурила. Ого!
– Я детдомовская, понимаешь?
Отрицательно мотнула головой и потянулась за чашкой с чаем.
– После выпуска я получила квартиру, а что делать с ней – не знаю. Мы же вообще к жизни не приспособлены! – девушка нервно затянулась и стряхнула пепел на мраморный пол. Смело, однако. – Короче, когда ко мне в баре подсел тип и стал предлагать «работу», суть которой заключалась в «сдаче крови», я согласилась. Естественно, о другом мире мне и словом не обмолвились, как и о вампирах. Мне лишь рисовали радужную жизнь с прислугой, без проблем и хлопот. Остальное узнала на месте, когда на аукционе оказалась. – Лиза махнула рукой и аккуратно потушила сигарету о край тарелки: окурок завернула в салфетку и оставила на столе. Я скривилась.
– Слушай, а тебя не ругают, ну, за курение? – осторожно поинтересовалась я. Девушка смерила меня недоумённым взглядом. – Ну, у вампиров вроде нюх чувствительный, и кровь разве не горчит?
– А, это! Да нет. Главное – не курить за сутки перед укусом.
Я внутренне поморщилась.
– И часто тебя… того… гм… кусают? – и почему так неловко? О сексе говорить в два раза проще.
Блондинка прищурилась и потянулась за соком.
– Раз в неделю, – с заметным сожалением произнесла девушка. – Ты же не метишь на моё место?
– Боги упаси! – открестилась я, чуть не свалившись со стула. – А можно у тебя пару сигарет попросить?
Лиза усмехнулась и полезла в сумочку.
– Тоже бросить не можешь?
– Ага, – буркнула, опасливо беря «маленьких солдатиков смерти», распространителей раковых клеток и причину смрада изо рта. То, что доктор прописал.
– Только больше не проси: сигареты на Эльмире найти невозможно, мне Крис через «десятые руки» достаёт, – предупредила любительница никотина.
Прибережём на чёрный день в качестве оружия химического поражения.
– Спасибо, – произнесла я и поднялась. – Пойду поброжу.
– Эй, уже уходишь? – изумилась блондинка. – Давай вместе в город рванём? Там такие рестори, закачаешься! Типа наших клубов, только круче. Есть одно место на крыше… там такое обслуживание! И шоу устраивают…
– В другой раз, – вежливо отказалась я.
– Как хочешь, – недовольно бросила Лиза и первая вышла с лоджии.
И я отправилась – как хочу, куда хочу и сколько хочу, – с тяжёлым сердцем и думами. Что же мне с этим кровопийцей психованным делать? Может, ему намордник связать? А что, отличная идея! Из шерсти ежа иголками вовнутрь.
Или нет! Лучше подарю «любимому» придурку красный шарик для бдсмщиков: пусть балуется, котик мой тормознутый. Начинать курить, чтобы отравить клыкастого, не хотелось. Не сейчас, когда ещё есть надежда уйти с целой шеей и нервами.
«А что ты станешь делать, если папаша-министр вмешается?» – ехидно напомнил внутренний голос.
Ну-у, тогда я скурю не только сигареты, но и обивку от его любимого кресла, фикус и шторы из спальни. Пусть наслаждается видом из окна. А, кстати, как у бледных обстоят дела с солнечным светом?
«Ты вообще куда смотрела, когда из тарелки вываливалась? Нет у них света, нет. Только серый густой воздух, на смог похожий», – учтиво напомнил не в меру умный голос.
Я, между прочим, была не совсем в адеквате.
Мой чувствительный нос уловил приятные запахи и повёл, следуя зову желудка, который должен был наесться, но по каким-то причинам довольно заурчал в предвкушении.
Толкнула неприметную белую дверь и шагнула в мир кулинарных изысков, звона посуды и божественного шипения овощей на сковороде.
Я попала в рай! Огляделась, неуверенно шагнула, боясь отвлекать повара и его помощников.
Внезапно мужчина повернулся, сверкнув голубыми глазами, и недовольно заговорил на французском языке. Я так и обомлела.
– Вампирские бутылки! И сюда уже добрались. Где Лойд? Пусть уводит свою корову…
Я глазками хлоп-хлоп, а сама улыбаюсь. Интересно, ему сразу сказать, что язык знаю или постепенно блеснуть знаниями?
«Очнись, кулёма! Это же человек. Землянин! Вампиров явно недолюбливает, давай, подружись и заимей себе союзника, чтобы вместе вампирские кости перемывать и планы по захвату власти строить», – зашипел голос.
Точно! А это идея.
Пока помощники суетятся, я нагло подхожу и становлюсь рядом, рентгеновским взглядом сканирую содержимое кастрюлек, изучаю специи на столе, соусы и выдаю:
– В рататуй мама добавляет немного розмарина и чеснок, это секрет такой. Петрушку лучше заменить укропом: в данном случае он лучше сочетается с кабачками и баклажанами. А вот крепы мама обычно посыпает сахарной пудрой, а иногда готовит соус из сливок и сгущённого молока, – может, не лучшая идея давать советы повару, но мне показалось, что это отличный повод завязать знакомство.
Француз скользнул по мне изучающим взглядом и внезапно взял меня за подбородок, повернув в сторону: сначала в одну, потом в другую.
– Не меченая, – то ли спросил, то ли утвердил: кто их французов разберёт. – Значит, новенькая. На француженку непохожа, тебя акцент выдаёт. Русская?
Я улыбнулась во всю мощь лицевых мышц.
– Что значит «меченая»? – недоумённо спросила и макнула палец в томатный соус болоньезе.
Повар укоризненно покачал головой и отодвинул от меня пиалу подальше.
– Значит, тебя ещё не успели укусить, – проворчал он и занялся готовкой.
– Не смогли, – с усмешкой исправила я. – Но очень пытались. Сын министра такой нетерпеливый, – украдкой отщепнула кусочек сыра и быстро спрятала его в рот. Ом и всё, словно так и было.
– А зачем тогда договор подписывала, если сопротивляешься? – поинтересовался повар и покосился на сыр, затем на меня – и отодвинул сыр. Ничего, у меня тут клубника с листиками мяты под рукой…
– Ну-у… – загадочно протянула я, тыря ягоды. – Дело было утром, делать мне, видимо, было нечего, раз замуж собралась… Я-то в книге регистрации браков расписалась, но вместо ресторана попала на аукцион. Лот номер пять – почему бы не взять? –улыбнулась и развела руками.
Повар убрал миску с клубникой, а потом усмехнулся и полез в холодильник: на свет появились божественные сэндвичи с бужениной, сыром и ветчиной.
Вот это я понимаю. Это по-нашему!
– Кофе сварить?
Я активно закивала, берясь за бутерброд.
