Страница 2 из 2
– Сэр, доклад службы дальнего контроля, – произнёс дежурный, войдя в кают-компанию, где обедал адмирал.
– Давайте сюда, – проговорил он, расписываясь в донесении и беря конверт.
«Обнаружены шумы, удаление сорок миль, предположительно дизельная подводная лодка проекта «Варшавянка», шумы стабильные, сигнатура плохо улавливаемая. Возможно, работа имитатора»
– Чёрт! Всё-таки выжили, да что с этими русскими сделать, чтобы потопить их корыто, – в сердцах высказался адмирал.
– Что там? – спросил Нельсон, обедающий с ним.
– Опять нас русские обыграли, уже шестой раз топим их лодку, а они всё живы. Мы уже на подходе к границе, и, если не уничтожим их, они могут потопить наш авианосец, даже не знаю, что делать, их «Гарпуны» нашинкуют нас как дробь утку и потопят.
– А если их спровоцировать, отвернуть чуть в сторону и послать пару кораблей вперёд, они их атакуют, а мы накроем их в момент пуска ракет?
– Да, Нельсон, нужно тебе было не на медика учится, а на капитана. Идея неплохая, попробуем их спровоцировать, заодно проверим, что есть у русских наземных служб. Наши друзья по НАТО убеждают, что все их ракетные комплексы «Бастион» уничтожены, но это ведь русские, с ними вообще не знаешь, к чему готовиться, – проговорил адмирал, прерывая обед и направляясь в капитанскую рубку.
Остров Гогланд, гарнизон береговой охраны.
В командный центр временного пункта дислокации, подразделения береговой охраны, зашёл дежурный:
– Товарищ генерал, шифровка из Москвы.
Уставший генерал, встав, расписался в журнале учёта донесений и взял конверт, который разорвал и вынул дешифрованный листок с телеграммой.
« В ваш район входит сборный флот стран НАТО под Польским флагом. Дистанция двести миль. Приказ, уничтожить корабли противника, приоритетные цели – авианосец и десантные корабли. Разрешено наносить удар до входа в зону территориальных вод Российской Федерации. Задача нанести максимальный урон. В составе флота, крейсер и эсминцы последнего поколения, вооружённые крылатыми ракетами. Приказ выполнить по прочтению».
Отложив приказ, генерал на секунду замялся, но тут же отбросил все ненужные мысли и отдал приказ.
– Боевая тревога, развернуть первый и второй дивизион Бастионов, приготовить вертолётный комплекс целеуказания к вылету, дублирующие комплексы радиолокационного обнаружения активировать по команде, приготовить комплекс радиолокационного перехвата и комплексы «Панцирь» к перехвату крылатых ракет. Всему личному составу приготовиться к отражению десанта и массированному обстрелу.
Кремль. Секретный бункер. 13 июня.
– Господин президент, – прервал делавшего доклад министра иностранных дел министр обороны.
– Наша пограничная база на Гогланд полностью уничтожена, судя по последним донесениям, им удалось попасть двумя ракетами по одному из больших десантных кораблей, одной ракетой по авианосцу и тремя ракетами поразить три средних десантных корабля. Остановить продвижение десанта им не удалось. Силы слишком неравны, да и комплексы были наземного базирования на днях переброшенные на остров.
– Что говорят американцы? – спросил президент.
– Утверждают, что данные корабли не имеют к ним никакого отношения. В любом случае, пока ведём переговоры, они успеют высадить десант, – ответил министр иностранных дел.
– Чем мы можем встретить их десант? Какими силами располагаем в том районе? – спросил президент, обратившись к министру обороны.
– Если они войдут непосредственно в город, то там мы их практически нечем встретить не сможем. Вся центральная часть города – это сплошной очаг заражения, даже после вакцинации там главенствуют инфицированные. Раздача оружия помогла организовать небольшие участки сопротивления, но заражённые слишком быстро расправляются с ними. Попытка ввести военную технику ни к чему не привела, поэтому мы контролируем только окраины и снабжаем несколько очагов сопротивления в центре города, в основном, где базировались военные училища и государственные службы. На окраинах города положение лучше, но заражённые быстро мутируют и постоянно нападают на блокпосты. Если знать район, в котором будет происходить высадка десанта, то можно попробовать подготовить скрытые точки с системами залпового огня, но, в таком случае, удар придётся наносить по условно жилым районам. Потери среди личного состава именно Северо-Западного округа, самые большие, так как вакцинацию там начали, когда количество заражённых уже было велико, и нанесение ядерных ударов по городу только усугубило положение, – доложил министр обороны.
– Высадка десанта будет на Юго-Западе города, целью будут Красное село и его окрестности. Они точно захотят посетить НИИ гриппа, расположенный там, а распылять свои силы они не станут. Поэтому готовьте операцию по противодействию из расчёта этих данных. Я бы ещё рассмотрел отвлекающие удары со стороны Финляндии и Эстонии, там расстояние в двести пятьдесят километров, преодолеть можно за несколько часов, подготовьте комплекс мер по противодействию. Параллельно с этим нужно продумать наш ответ американцам, но так, чтобы они не могли, гарантировано подумать на нас, – сказал президент.
– Предлагаю нанести удар по стратегическому запасу Соединённых Штатов Америки, в том числе и по нефтяному. Местоположение их недавно узнала наша служба разведки, а удар можно нанести с атомной подводной лодки, там всего девять целей, можно сделать дублирование и двойное перекрытие целей. Уверен, что это нанесёт очень серьёзный урон их стране. Легкоизвлекаемых запасов нефти у них нет, поэтому уже через год вся промышленность у них встанет, – предложил Генерал внешней разведки.
– Что же, уверен, что это будет достойный ответ за их агрессию, попытайтесь свалить всю вину на Индию или Китай, нам сейчас нельзя вступать в прямое противодействие. Сделайте утечку, что все наши атомные подводные лодки уничтожены блоком НАТО, остались только дизельные, не несущие баллистических ракет. А теперь давайте выслушаем министра здравоохранения, чем она нас может порадовать, – сказал президент.
Япония.
Рэн проснулся, как и обычно, в восемь утра по будильнику, он жил в маленькой комнате для рабочих морского порта, через час должны будут прибыть торговые корабли, и ему снова придётся детально проверять все грузы, сравнивая их с зарегистрированным списком перевозок. В среднем на разгрузку и досмотр одного большого транспортного корабля, который заполнен до предела различными контейнерами, которые могут перевозить всё что угодно, начиная от товаров массового пользования, заканчивая продуктами или медикаментами, и для того, чтобы отследить и проверить каждый контейнер, порт города Тояма нанимает специальных проверяющих, в обязанности которых и входит проверка всех грузов и поиск контрабанды, формально Рэн работает таможенником, хотя на бумаге он обычный проверяющий с обычной, средней для его города зарплатой и огромным количеством обязанностей.
Умывшись и переодевшись в рабочую униформу, Рэн в девять утра уже был на причале и смотрел на приближающийся к порту корабль, который не показался ему хоть как-то отличающимся от других таких же кораблей. Но смутное предчувствие не могло отпустить его после пробуждения. Рэн воспитывался в полной семье, которая чтила старые традиции и устои, которые возникли в Японии ещё до оккупации США после поражения во Второй мировой войне. Его с детства учили тому, что необходимо доверять своему предчувствию и своей интуиции, а также жить в гармонии с природой и самим собой. И сейчас, когда Рэн стоял на берегу и смотрел на приближающееся красное судно, на чёрной корме которого было написано синей краской "MAXIM IVANOV", что-то в душе не давало ему покоя. Несмотря на то, что последнее время досмотр кораблей из России было приказано усилить из-за ухудшения и без того натянутых отношений, ранее мужчина не испытывал чувства тревоги или страха, которые одолевали его сейчас. Посмотрев на свои часы, которые показывали уже девять пятнадцать шестого июня, он с негодованием подметил, что корабль уже отстаёт от запланированного графика, а это могло повлиять на другие проверки, которые были чётко распланированы и не терпели задержек.
После Рэн перевёл взгляд на пистолет, расположенный на его бедре, в кобуре, последние распоряжения, выданные правительством несколько дней назад, предписывали более строгие правила проверки, а также техники безопасности, ходили слухи, что на большом континенте началась невиданная ранее эпидемия, поэтому теперь проверяющих снабдили всеми средствами защиты, от специальных масок до плотных костюмов, которые могли выдержать укусы животных или удары острым предметом, а также, на удивление всех проверяющих, им были выданы пистолеты компании GLOCK, конечно, они не обладали большой огневой мощью, но большое количество патронов и простота в обращении делали их популярными среди полицейских Японии, а именно работников таможни, которым было бы тяжело таскать с собой тяжёлое оружие.
– Чёртовы русские, как всегда опаздывают! – проговорил стоящий рядом напарник Химари, который протянул Рэну сигарету. Закурив, они продолжили обсуждение последних новостей.
– Слышал, что сейчас в Москве происходит? Говорят, там зараза появилась, по слухам, смертельная штука, люди после неё сходят с ума и бросаются на других, – проговорил Химари, продолжая наблюдать за русским кораблём, который, видимо, не слишком спешил к причалу. Поскольку в какой-то момент показалось, что он замедлил ход и даже как-то странно развернулся боком, меняя курс.
– Вот идиоты! Ну, точно, пьяные! Я когда прошлый рейс досматривал, так обнаружилось два вскрытых контейнера с водкой, сколько они выпили по дороге, до сих пор непонятно, часть бутылок оказались с морской водой, – с горечью проговорил Рэн, осознавая, что планы на вечер из-за опоздания корабля явно отменяются.
– А что сказал капитан?
– Что-то, он был так пьян, что даже из каюты вылезти не смог! Выдули они всю водку, пока из Владивостока до нас шли.
– Два контейнера? – недоверчиво спросил Химари, нахмурив брови. На что Рэн кивнул.
– Пьют, как лошади воду! Погоди, рация что-то пищит.
В этот момент их прервало сообщение по внутреннему каналу, которое передавалось на рации всех сотрудников таможни, находящихся на порту.
"ВНИМАНИЕ ВСЕМ, АВАРИЙНАЯ СИТУАЦИЯ, корабль MAXIM IVANOV подал сигнал SOS, на запросы диспетчера корабль не отвечает, сотрудникам таможни срочно прибыть в штаб для получения дальнейших инструкций!"
Химари и Рэн переглянулись и быстро побежали в сторону штаба, так называлось здание, где обычно они собирались для оглашения какой-либо информации или просто для общения друг с другом. Здание находилось недалеко от смотровой вышки, с которой отлично просматривалась территория порта, а также все корабли, которые в него прибывали. Подбегая к штабу, Рэн заметил и других сотрудников таможни, которые получили сообщение. Быстро построившись в два ряда, они с нетерпением смотрели на своего командира, Такеши, человека в возрасте, с уже седыми волосами и такими же седыми усами.
– Нам поступил сигнал SOS с русского корабля, к сожалению, мы не смогли связаться с ними, чтобы понять, что происходит, уже сейчас корабль отклонился от курса более чем на пятнадцать градусов, замедлив при этом ход. Решено собрать две группы для немедленного выдвижения к кораблю и оказания помощи экипажу. В связи с эпидемиологической обстановкой в мире вас всех снабдят костюмами противорадиационной защиты первого класса, помимо этого, вам будут выданы винтовки M16 и по три рожка патронов каждому, время на сборы десять минут, и оно началось! – чётким и решительным голосом проговорил Такеши, после чего все сотрудники таможни направились на склад для получения необходимого снаряжения.
– Как думаешь, почему именно нас решили послать туда? Есть же специальные службы, которые должны оказывать помощь в таком случае, – с тревогой поделился Химари, натягивая защитный костюм, который представлял из себя плотный комбинезон серого цвета с респиратором и маской для защиты глаз.
– Не знаю, может, нештатная ситуация, или службы задействованы в другом месте, в любом случае, нам следует поторопиться, чёрт его знает, что там у русских случилось, – ответил Рэн, надевая комбинезон и проверяя связь через специальный передатчик, расположенный внутри костюма.
Уже через двадцать минут после собрания две группы по восемь человек каждая, грузились на полицейские катера, которые тут же отправились в сторону русского корабля, который окончательно замедлил ход и теперь стоял на расстоянии нескольких миль от порта. Японское море в этот день было, на удивление, спокойным, поэтому катера без проблем достигли корабля, начав спасательную операцию. Но подняться на борт идущего своим ходом корабля было не так просто, как казалось изначально.
Первым оказавшимся на борту был Рэн, который сразу же осмотрелся по сторонам в поисках членов экипажа. Вся палуба корабля была плотно заставлена контейнерами с товарами, а в небольшом проходе между ними он сразу же обнаружил следы крови, о чём немедленно доложил по внутренней связи.
– Наблюдаю следы крови на палубе, членов экипажа не обнаружено, продолжаем исследование корабля, направляемся в капитанскую рубку, – произнёс Рэн, после чего помог остальным членом своей группы подняться на палубу. После того, как все восемь членов группы были на борту, они не спеша направились в сторону капитанского мостика, держа винтовки наготове. Предчувствие подсказывало Рэну, что что-то явно не так, обычно перед прибытием в порт большая часть экипажа находится на палубе и подготавливает корабль к прибытию, но сейчас их встретила полная тишина и повсеместные следы крови.
Вторая группа передала сообщение о том, что они спускаются в моторный отсек, и, возможно, связь с ними будет потеряна на какое-то время. Группа Химари и Рэн, подойдя к капитанскому мостику, открыла тяжёлую стальную дверь и зашла внутрь. Увиденное напрягло их ещё больше. На капитанском мостике был полный кавардак, как будто на этом месте происходила жестокая драка, в результате которой пострадали штурвал и большая часть навигационных приборов. Подойдя к одному из окон на капитанской рубке, сделанных из укреплённого стекла, Рэн обнаружил следы от пуль, которые прошили стекло насквозь. Происходящее на корабле всё больше и больше не нравилось ему, но он сразу же передал информацию в штаб о новой находке, как вдруг они услышали звуки очередей из нескольких винтовок со стороны машинного отделения, попытка связаться со второй группой оказалась безрезультатна. Поэтому они приняли решение немедленно выдвигаться на помощь, быстро покинув капитанский мостик и пробежав по палубе, они спустились по лестнице в тёмное помещение, включив фонарики, которые были прикреплены к дулу винтовок. Почти сразу на стенах обнаружились новые следы крови и непонятные отметены на металле, больше похожие на следы когтей. Не придав этому значения, группа Рэн и Химари отправилась дальше по коридору, в направлении выстрелов, которых становилось всё меньше и меньше. Перед входом в машинное отделение они остановились, ещё раз попытавшись связаться со второй группой и не получив никакого результата, более того, стало понятно, что связь со штабом также потеряна.
– Значит так, разрешаю стрелять без предупреждения во всё, что покажется вам опасным, всю ответственность я беру на себя, наша главная задача вытащить вторую группу, если у них есть раненые, если раненых нет, оказываем помощь гражданским, всем всё ясно? – спросил Рэн у напарников и только после того, как он увидел утвердительные кивки от каждого, группа открыла дверь в машинное отделение, в которую сразу же зашли несколько бойцов, освещая помещение белым светом. Увиденное повергло их в шок, поэтому они остановились не в силах пошевелиться, когда Рэн прошёл в проём и увидел всё своими глазами, его замутило.
Большое количество непонятных тварей, похожих на людей устроило некое гнездо, в которое стащило весь экипаж и теперь постепенно поедало их, всё пространство рядом с двигателем и другим оборудованием было завалено человеческими телами и перемазано в крови, раздавшееся рядом рычание вывело Рэна из ступора и, направив винтовку с фонариком в другой конец помещения, где находился второй спуск в машинное отделение, он увидел членов второй группы, а точнее, то, что от них осталось, большая часть их тел уже была разделена на части, но, кажется, некоторые из них ещё подавали признаки жизни. В этот же момент из ступора вышли его напарники, и помещение наполнил звуки выстрелов.
– Быстро всем назад! Закрыть дверь и на палубу, живо! – прокричал Химари, всаживая несколько патронов прямо в грудь, бросившемуся на него мутанту.
Санкт-Петербург. Юго-Запад.
До блокпоста на Лиговском мосту мы доехали без проблем, подсаженный к нам военный всю дорогу молчал и очень нервничал, чувствуя тревогу. Через три блокпоста мы проехали без проблем, так как у солдата был спецпропуск, который достаточно было только показать, только вот дальше Лиговского моста нас не пустили.
– Дальше проезд запрещён, – сказал постовой, которому предъявил пропуск наш сопровождающий.
– А куда тогда больных деть? – спросил я, ему в ответ, вмешавшись в беседу.
– Да кто вообще додумался вас сюда отправить? – возмутился постовой.
– А куда? Из города выезд закрыт для всех, да и с глазами в областной больнице девчонке не помогут. Могу высадить их здесь, а я тогда с сопровождающим дальше поеду, – ответил я.
– А нам они здесь зачем? – изумился он.
– Ну а я почём знаю, вы же правила устанавливаете, так и решайте, а у меня ещё куча вызовов к больным. Связи же нет, поэтому и отправили в больницу.
– Дак, из тех больниц почти все закрыты, там такое творится, что и близко туда не подойти. Вон, десятый роддом, там совсем жуть творится, даже говорить не хочу, что там у заражённых рождается. Лучше обратно возвращайтесь, – проговорил постовой.
– Ну, хоть одна больница работает? – спросил я.
– Пятнадцатая, вроде, там у одной из частей полевой лагерь, но гражданских они не берут, и на своих медиков не хватает, – ответил парень.
– Пусти до пятнашки, тут ехать пять минут, я быстро, туда и обратно, если не возьмут, то верну в посёлок, – ответил я.
– Ну, хорошо, дорогу знаешь?
– Да, тут налево, через сплошную и дальше по авангардной, в больницу и упрусь, – довольно ответил я и, посмотрев на сопровождающего, добавил, может, здесь останешься, а то вдруг задержат, что ты там куковать будешь, а нет, так на обратной дороге подхвачу.
– А не боишься заражённых? – спросил он.
– Так, у меня автомат вон есть, – показал я на висевший сбоку от сиденья автомат.
– Полицейский вариант? Откуда такой? – подозрительно спросил сопровождающий.
– А я почём знаю, что выдали, с тем и езжу, один раз даже стрельнуть пришлось, когда на бешеного нарвался, хорошо хоть, чудом в голову попал, а так бы и не сидел бы сейчас с вами, – ответил я, начиная нервничать.
– Ну ладно, на обратной дороге пообщаемся, если повезёт, давай, медицина, езжай уже, – сказал он, выходя из машины и с силой захлопывая дверь.
С трудом воткнув первую передачу, медленно выжал сцепление и поехал, мимо поднятого шлагбаума. Спустившись с Лиговского моста, повернул налево и проехал пятьсот метров за изгиб дороги, когда машину прикрыла от наблюдателей многоэтажка, свернул ещё раз налево во дворы.
Мимо РОВД, в котором дежурили полицейские, дворами поехал мимо многоэтажек. Решив спрятаться в районе Сосновой Поляны, только при первой возможности переехал главный проспект и углубился во дворы с другой стороны. Проезжать мимо десятого роддома мне резко расхотелось.
Картина, представшая нам, удручала. В некоторых квартирах были видны следы пожара, а где-то выгорели целые подъезды. Многие окна побиты, а входные двери выломаны, и очень много бродит безумных тварей. Ехал я быстро, и приходилось лавировать по дворам, а пару раз заезжать на поребрик и ехать по газонам, чтобы не дать догнать нашу машину.
Изначально хотел доехать до Балтийской Жемчужины, но по дороге заметил большую каменную церковь, в окнах которой горел свет, поэтому решил свернуть туда, посмотреть, может,нас там примут.
– Снимайте срочно бинты и прячьте их, попробуем тут устроиться, – сказал я своим пассажирам.
– Думаешь, нас пустят к себе? – спросила Ольга.
– Ну, если уж в церковь не пустят, то не знаю тогда, куда ещё податься. Большой группой надёжнее, только вот машину придётся спрятать во дворах. Давай садись на моё место, а я схожу на разведку, – сказал я, заруливая на одну из стоянок и паркуя автомобиль между двумя газелями, стоящими на ней, теперь заметить её будет довольно трудно.
Машину не глушили, и я осторожно вышел, осмотревшись вокруг, заражённых видно не было, поэтому перебежками двинулся в сторону церкви. Преимуществом её был высокий забор, так как Храм достраивался, и он находился в небольшой парковой зоне, вдалеке от многоэтажек.
На подходе увидел надпись «Преображенская церковь», слышался звук работающего генератора. Ворота были заперты, как и калитка, поэтому пришлось постучать прикладом несколько минут, пока не раздался голос.
– Кто там?
– К себе возьмёте? – спросил я.
– А вас много?
– Трое, я, жена и дочь. Оружие у меня есть, могу помочь отбиваться от заражённых, если нужна поддержка, жена неплохо готовит, но и у самой ружьё есть, может помочь, если понадобиться.
– Нет у нас лишнего места, и так еле помещаемся, шли бы вы дальше к блокпосту, там подскажут, где центры для беженцев, – ответил другой голос.
– Неужто у вас ничего святого нет? Христа ради, пустите к себе, скоро вечер, а ночь мы точно не переживём одни, – крикнул я в ответ.
– Прости господи, потеснимся, братья и сёстры, человек просит, отказать не можем, да и с оружием они, могут помочь ночь пережить, – проговорил басистый голос, явно принадлежащий священнику.
– Я сейчас, я быстро, они тут рядом прячутся, на стоянке. В открытую идти побоялись, вдруг тут нелюди поселились, вот я и прошёл проверить.
Вернуться с Ольгой и Женей заняло пять минут, и вот нас пустили за ворота, а встретили там три молодых парня с винтовками в руках.
– Оружие в сторону, раздевайтесь, мы должны вас осмотреть. Не бойтесь. Если вы не покусанные, вас никто не тронет, – проговорил один из них.
Австралия.
Я проснулся в 9:00, помылся, стараясь экономить воду, насколько это возможно. После чего поймал себя на мысли, что ещё несколько дней назад, когда в город Перт прилетело несколько ядерных боеголовок, я жил обычной жизнью простого австралийского фермера и занимался выращиванием пшеницы на продажу. Кто бы мог подумать, что подземные склады, обустроенные ещё много лет назад, которые были сооружены с целью сохранения продукции от палящего пустынного солнца, теперь послужат моим убежищем на ближайшие годы.
Моя попытка найти укромное место, где можно спокойно встретить пенсию, не оправдала моих надежд, после работы во Всемирной организации Здравоохранения я надеялся на спокойную пенсию, для чего переехал на земли, принадлежащие моему умершему отцу, но реальность нашла меня и здесь.
Мне повезло, моя ферма находилась примерно в сотне километров от места удара, что позволило мне укрыться от радиации, но не от заражённых, которые появились незадолго до ядерного удара по городу. Сейчас я собирал разные упоминания о них из газет, телевидения или интернета, стараясь понять, что могло привести к столь ужасным мутациям, разместив в отельном помещении небольшую лабораторию, в которой старался найти любое средство для борьбы с новым вирусом, а также наблюдал за его изменениями и мутациями. Еще до начала ядерного конфликта заражённые не сильно отличались от людей на первый взгляд, но уже тогда они имели острые клыки и когти, которые позволяли им карабкаться по стенам и разрывать лёгкий металл, тогда, казалось, что хуже уже быть не может, но уже после ядерных ударов стало понятно, что заражённые, попавшие под действие радиации, начали мутировать. Самым ужасным оказалось то, что вирус смешивался с ДНК животных, которых в достатке находилось во всех ближайших землях и водах. Первые мутировавшие твари начали нападать на ферму уже через сутки после удара. Тварь размером с небольшой автомобиль оказалась невероятно живучей, она походила больше на большую сороконожку, сращенную с человеческой плотью и выросшую до невероятных размеров, чтобы убить такую потребовалось всадить в неё несколько обойм из винтовки практически вплотную, но при этом пострадало несколько членов общины, которая образовалась в подземном убежище.
После того, как на горизонте появились ядерные ракеты, и сработало оповещение о воздушном ударе, в подземных помещениях фермы собралось сорок пять человек, большая часть из которых были членами моей семьи и ещё несколько соседей, которые успели добраться до укрытия. Во время небольшой вылазки на следующий день после удара и последующего нападения мутанта несколько человек оказались ранеными, среди них был мой сосед, приехавший на заработки Джон, родом из Америки, и моя сестра по имени Амели, у обоих из них были достаточно глубокие колотые ранения, в которые могла попасть зараза, поэтому было решено запереть их в отдельном помещении, куда я и направлялся, держа в руках несколько контейнеров с едой и медикаменты. Своеобразный госпиталь было решено сделать в самой дальней комнате подземных помещений, в которой ранее располагалась небольшая коморка для хранения запчастей, комната едва могла вместить в себя несколько кроватей и тумбочек, но по сравнению с другими дверь комнаты выглядела более прочной и способной выдержать натиск нескольких мутантов. Подойдя к месту, где находились раненые, я заметил охранника, который мирно спал на табуретке рядом с дверью, облокотившись спиной о стену. Молодой парень, который оказался в убежище случайно, только закончил школу и приехал поступать в универ, но не успел. Рядом с ним лежал автомат АК-47, который долгое время находился в старом сейфе и был обнаружен при исследовании ближайших к убежищу территорий в поисках припасов. Не став будить паренька, я спокойно достал ключ и, стараясь не шуметь, открыл дверь в госпиталь и вошел внутрь.
Поскольку я был единственным человеком, обладавшим достаточно большими знаниями в медицине, наблюдение за ранеными было доверено мне. Оба пациента сразу после попадания в госпиталь были прикованы к кроватям по рукам и ногам специальными наручниками и прочными ремнями, которые удалось найти на складе. Почти все жители убежища опасались, что пациенты могут быть заражены и обратятся в таких же мутантов, которые бродили огромными стаями по поверхности в поисках добычи. На стенах лазарета, прямо над ранеными были расположены мониторы, которые показывали состояние организма каждого из пациентов, проверив показания за последние двадцать четыре часа, добытые в небольшом госпитале по соседству, я насторожился. Судя по состоянию организма каждого больного, было ясно, что их тела борются с невероятно сильным вирусом, повышая температуру тела до 39 градусов, но безрезультатно. У Амели уже начались первые физические изменения по превращению, а Джон ещё продолжал бороться, но, судя по крови, образцы которой я взял у них сразу, после того, как вошел, шансов у него тоже не было. В небольшой китайский микроскоп с ужасными линзами было видно, что клетки крови имеют необычную форму, в межклеточной жидкости присутствуют непонятные живые микроорганизмы.
На моё удивление, ни один из пациентов так и не пришёл в сознание, поэтому я покинул лазарет, оставив еду в контейнерах рядом с незатейливым охранником и отправился обратно в комнату отдыха, где меня уже ждали остальные выжившие.
Комната представляла собой помещение порядка сорок квадратных метров, без окон, с несколькими входами, высокие потолки позволили сделать небольшой подиум для выступлений перед людьми, который была собрана из подручных материалов, состоящих из старых столов и досок, находилась небольшая трибуна, заняв которую я и начал своё выступление. Подобные встречи было решено проводить по всем важным для поселения вопросам, чтобы вместе принимать решения о дальнейшей жизни и развитии поселения.
– Итак, сегодня нам предстоит обсудить дальнейшую судьбу нескольких раненых, которые на данный момент содержатся в лазарете. Как всем известно, после недавнего нападения на наше убежище Джон и Амели получили серьезные ранения и были доставлены в лазарет, на данный момент их состояние продолжает ухудшаться, анализы показывают, что превращение уже началось, антибиотики не помогают, и думаю, что через несколько дней, они оба превратятся в ходячих мертвецов, – сказал я, после чего обвёл собравшихся внимательным взглядом.
Все понимали, что для заражённого человека может быть только один путь – смерть, но принимать такие решения в одиночку я не мог, вернее, не хотел. Пока я находился в своих мыслях, местный шериф, по имени Макбет встал со своего места, готовясь высказать своё мнение. Макбет знал о нахождении убежища ещё задолго до войны и во время предупреждения о ядерной атаке успел добраться до фермы с целой машиной оружия и патронов, которое много раз послужило выжившим в борьбе с мутантами. Поэтому его слово имело особый авторитет среди выживших, и зачастую к нему прислушивались и уважали. На момент появления в убежище Макбету было уже сорок шесть лет, но при этом он оставался достаточно бодрым и подвижным человеком, среднего роста и плотного телосложения. Он был единственным полицейским, на многие километры в округе и знал всех с самого детства, так как мам был местным.
– Всем здесь известно, что случается с заражёнными, выход всегда только один, отправить бедняг на тот свет, и чем быстрее, тем лучше, нам незачем продлевать их страдания, ведь результат уже известен, против вируса нет вакцины, а та, которую нам удалось найти в правительственных учреждениях – не работает, – закончив говорить, Макбек уселся на своё место, ожидая голосования. По результатам которого обычно и определялись дальнейшие действия. Голосования проводились путем сбора специальных листовок. Красная – означала отказ от предлагаемого решения, зеленая – согласие, а белая – воздержание. Собирали их в небольшой пакет, проходя по рядам собравшихся выживших, после подсчёта голосов оказалось, что из сорока присутствующих: восемь высказались «против», ещё шестеро «воздержались», а двадцать шесть высказались «за».
Мне ничего не оставалось, как согласиться с решением группы, поскольку другого выхода я и сам не видел. Исследования над вирусом не приносили результатов, скорость его мутации и противостояние любым антибиотикам делали излечение невозможным. Тем более проводить полномасштабные исследования в самодельной лаборатории не представлялось возможным. Вакцина, обнаруженная при вылазках в город, оказалась неспособной побороть вирус, поскольку была создана для более ранних его форм, и оказалась полностью бесполезной при его мутациях. Поэтому решение об убийстве зараженных было необходимостью, исполнить решение взялся сам Макбек, который сразу же отправился в лазарет, решив не медлить с этим делом. Через несколько минут из коридора, в который отправился бывший шериф, послышались выстрелы, а после и крики, заподозрив неладное, я схватил свой излюбленный автоматический дробовик и побежал в сторону лазарета, быстро преодолевая небольшое расстояние подземных коридоров. Наконец, свернув в коридор, ведущий в нужную комнату, я замер от ужаса, который увидел своими глазами. Существо, некогда бывшее Амели, сейчас склонялось над телом Макбека и с отвратительным лязганьем челюстей пожирало его, тело шерифа иногда подёргивалось, но почти не реагировало на происходящее. Из оцепенения меня вывел второй заражённый, который появился из распахнутой двери лазарета, это был Джон, его трансформация также завершилась, и теперь вместо ногтей у него были когти, которые пока что достигали всего 5-7 см в длину, и такие же клыки. Зрачков у мутанта не было, лишь белые бездонные глаза, которые были направлены в мою сторону, тварь открыла пасть и издала протяжный вой, который эхом пронесся по убежищу, после этого, не став ждать ни секунды, я вскинул дробовик и, направив в сторону мутантов, нажал на курок, после чего начал идти в их сторону, продолжая каждую секунду выстреливать очередную порцию дроби. Когда я подошёл к ним в плотную, от мутантов уже мало что осталось, дробовик в замкнутом помещении представлял собой страшное оружие, почти все патроны нашли свою цель, превращая мутантов в развороченные куски мяса. Немного успокоившись и перезарядив дробовик, я осмотрел тело Макбека и лазарет. Оказалось, что ремни и наручники не смогли сдержать превратившихся в мутантов людей, и как только шериф открыл дверь, они сразу же напали на него, не оставляя ему ни шанса на спасение.
Мысль о том, что на месте шерифа мог оказаться я, не давала мне покоя, из-за чего у меня началась паническая атака, руки начали дрожать, а мысли путались, к счастью, в этот момент подоспели другие вооруженные оружием жители убежища, которые проводили меня в мою комнату.
Вколов себе успокоительного, я почти сразу же отключился заснув. Во сне я оказался в прошлом, в кругу своей семьи, близких и дальних родственников, которых я уже никогда не увижу, такие сны часто посещали меня, напоминая о прежней жизни и делая пребывание в новой практически невыносимым.
Очнулся я неожиданно от того, что кто-то дёргал ручку в помещение, где я спал. Как хозяин фермы, я забрал себе одно из небольших помещений, с хорошей дверью, где оборудовал личную комнату для сна и отдыха.
– Кто там? – спросил я, но в ответ на это, никто не ответил, а ручка стала дёргаться ещё быстрее.
Тут меня посетила мысль, что шерифа никто не додумался проконтролировать выстрелом в голову, а значит, он мог превратиться в мутанта и напасть на других. Включив небольшой фонарик, который осветил помещение, увидел лежащее на столике ружьё и сразу бросился к нему. К сожалению, когда я шёл к себе в комнату, то не додумался пополнить патроны, и сейчас у меня на руках их было всего шесть штук. Если там больше двух мутантов, то мне не справиться с ними, а значит, я в беде.
Внезапно раздался глухой удар в дверь, от которого она содрогнулась, а я нервно стал снаряжать дробовик. Руки опять затряслись, и ушедшая паника вернулась ко мне, что делать дальше, я не понимал. Снарядив дробовик, нашёл начатый рулон изоленты и привязал к нему фонарик, после чего встал напротив двери, взяв её на прицел.
От мощного удара замок не выдержал, и дверь резко распахнулась. В проёме стояло двое знакомых мне человек с соседней фермы, рот которых был в крови. Вот почему они так быстро обратились, ведь раненым до этого потребовалось на обращение двое суток, а тут потребовалось всего несколько часов. «Что за несправедливость такая», – подумал я, нажимая на курок.
Так как я целился в голову, а люди стояли рядом, то одним выстрелом, я разнёс обе головы и даже начал радоваться, что у меня появился шанс выбраться отсюда, как в проёме сразу же появилось ещё несколько фигур, от следующего выстрела, мой фонарик внезапно погас, и стрелять пришлось наугад. От грохота выстрелов я оглох и, когда закончились патроны, замер, не шевелясь, стараясь услышать, есть ли шорохи. К сожалению, моя стрельба не принесла достаточного успеха, и мне в грудь врезался кто-то, сбивая меня с ног. Буквально через секунду обращённый вцепился мне в горло, а от страха я потерял сознание.
Санкт-Петербург.
Разместили нас в небольшом подвале и даже накормили похлёбкой, похожей на суп, но главное, что горячей. Половину своих продуктов мы сразу отдали, как взнос в общину, такие у них тут были условия. Проверив нас на предмет укусов, незаживших ран и на заражение радиацией с помощью портативного дозиметра Охотник, отправили устраиваться, а меня пригласили потом подойти на улицу в приходской дом.
Оружие мне вернули, сразу после нашего осмотра, только просили при входе в Храм его разряжать в целях безопасности. Закончив с обустройством, отправился на знакомство с местным начальством.
Сам приходской дом был сделан из объединённых вагончиков, в народе называемые блок-контейнерами, без внутренних перегородок. Внутри стояли длинные столы с лавками, всё помещение было отделано вагонкой.
– Добрый вечер, – сказал я, входя в помещение.
– Проходи, присаживайся, меня зовут отец Вениамин, рассказывай, откуда вы тут появились и куда шли.
Усевшись напротив пожилого мужчины с длинной бородой, вероятно, священника или служителя церкви я ответил.
– Из Красного Села мы, жили там и хотели выехать, но никого из города не выпускают, а вот в город вернуться у нас получилось. Только тут, я смотрю, положение не лучше. Заражённые и мутанты…
– Мы их называем зомби, – прервал меня молодой парень и, поняв, что прервал мой рассказ, добавил, – Извините, что прервал.
– Зомби там начали развиваться и мутировать, одним не выжить, а куда пристроиться, мы не нашли, когда выехать не получилось, решили попробовать через город попасть в порт и уже оттуда попробовать выбраться, – коротко сказал я.
– Сталкивались с зомби? – спросил отец Вениамин.
– Да, несколько раз, но успешно. Если стрелять в голову, то убивает их с первой пули, – ответил я.
– И много настреляли таким образом? – спросил он.
– Достаточно.
– Ну, смотри. Порядок у нас следующий. Все люди, по возможности, принимают участие в защите и в жизни общины, поэтому твои навыки пригодятся в охране и в походах за продуктами питания. К сожалению, зомби сильно мутировали и сейчас выламывают двери у спрятавшихся людей, поедая их. В эту ночь нам пришлось нелегко, и мы отразили несколько нападений, в результате которых мы потеряли пятерых, которые стояли на охране, поэтому этой ночью мы ожидаем повторения нападения. Если эту ночь удастся пережить, то завтра придётся отправиться за продуктами, и тебе в этом придётся нам также помочь. Понимаю, что это очень опасно, но в Храме у нас много женщин и детей, а запасов тут у нас нет, – рассказал отец Вениамин.
– Это понятно, в любом случае, большой общиной легче выжить, а у одиночек шансов никаких нет.
– Тогда сейчас отдыхай, а через три часа тебя разбудят, постарайся выспаться, ночью поспать не удастся.
ЮАР.
Я осмотрел найденные в недавнем походе военные ящики, которые были забиты АК-47 и патронами к ним. Ещё не так давно моё племя и все наши соседи воевали друг с другом с помощью луков и мечей, а уже сейчас мы используем самые современные автоматы, способные убивать противника на достаточно большом расстоянии, и один воин может убить сотню мирных жителей за несколько минут.
– Это всё, что удалось вытащить из военной базы в городе, в этой вылазке мы потеряли девять человек, если так пойдёт дальше, скоро мы все станем кормом для этих существ, – проговорил Петер, главный из охотников в нашей деревне, который теперь руководил всеми воинами в племени и обучал их стрельбе из огнестрельного оружия. Его знания помогли многим из племени выжить во время ужасного нападения обезумевших людей, в будущем Петер претендовал на моё место, главы племени, поскольку я не имел детей, а моя жена умерла от странной болезни крови. Белые врачи назвали её лейкемией, но лечить бесплатно отказались. Рано или поздно потребуется новый вождь, который проведёт людей к мирной жизни в такой сложный момент.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
