Страница 1 из 5
Нольман Иван Артурович – комиссар государственной безопасности 3-го ранга.
С 1918 года сотрудник Особого отдела ВЧК. Затем сотрудник Иностранного отдела ОГПУ в группе «Дугласа» («Дуглас» – Сергей Михайлович Шпигельгласс руководитель группы ИНО ОГПУ, затем ИНО НКВД).
После ареста Шпигельгласса-Дугласа в 1938 году, арестован органами НКВД. Освобожден по личному приказу Лаврентия Берия.
В 1939 году преподаватель в Школе особого назначения НКВД СССР. С 1941 года старший майор госбезопасности и сотрудник 2-го управления НКГБ СССР. В 1944 году комиссар государственной безопасности 3-го ранга.
Нольман один из центральных персонажей цикла романов «Сотрудник Абвера: Вдова», «Протокол допроса», «рыцарский крест». Он действует в книгах:
«Вдова»: Метроном смерти».
«Вдова»: Архив профессора Пильчикова».
«Вдова»: Полковник из Аненербе».
«Протокол допроса: Крыса в норе».
«Протокол допроса»: Смерть командарма».
«Рыцарский крест: Кригсхельферин Ева».
«Рыцарский крест: Русская карта».
Максимов Владимир Иванович – комиссар государственной безопасности 2-го ранга (генерал-полковник), начальник 2-го управления НКГБ СССР.
Максимов один из персонажей цикла романов «Сотрудник Абвера: Вдова», «Протокол допроса», «рыцарский крест». Он действует в книгах:
«Вдова»: Архив профессора Пильчикова».
«Вдова»: Полковник из Аненербе».
«Протокол допроса: Крыса в норе».
«Протокол допроса»: Смерть командарма».
«Рыцарский крест: Кригсхельферин Ева».
«Рыцарский крест: Русская карта».
Меркулов Всеволод Николаевич – народный комиссар (министр) госбезопасности СССР. Комиссар государственной безопасности 1-го ранга (генерал армии).
Вильке Фридрих – оберштурмбаннфюрер СС.
В 1941 году в звании СС гауптштурмфюрера (капитана) сотрудник контрразведки группы «Восток» Шестого управления РСХА. Служил под началом криминальдиректора Вальтера Кубицки.
После убийства в Харькове генерала фон Брауна осенью 1941 года переведен из аппарата РСХА в отделение службы СД в Харькове.
В 1943 году – в звании СС штурмбаннфюрера (майора) сотрудник СД генерального округа Ровно.
С 1944 года сотрудник центрального аппарата РСХА в Берлине. Доверенное лицо СС бригадефюрера Генриха Танцмана.
Фридрих Вильке один из центральных персонажей цикла романов «Сотрудник Абвера: Вдова», «Протокол допроса», «рыцарский крест». Он действует в книгах:
«Вдова»: Метроном смерти».
«Вдова»: Архив профессора Пильчикова».
«Вдова»: Полковник из Аненербе».
«Протокол допроса: Крыса в норе».
«Протокол допроса»: Смерть командарма».
«Рыцарский крест: Кригсхельферин Ева».
«Рыцарский крест: Русская карта».
Танцман Генрих – СС бригаденфюрер, сотрудник центрального аппарата РСХА.
В начале 1930-х годов получил докторскую степень по праву. Работал в министерстве финансов Саксонии. В 1930 году вступил в НСДАП и Штурмовые отряды СА. В 1936 году перешёл из СА в СС. С 1937 года служил помощником начальника отделения государственной полиции в Берлине.
С ноября 1939 по май 1940 года был руководителем гестапо в Данциге. С июля 1941 года Танцман являлся командиром полиции безопасности и СД во Львове.
С мая 1944 года сотрудник центрального аппарата РСХА в Берлине. Доверенное лицо рейхсфюрера СС Гиммлера.
Шрат Ева – оберхельферин из женского вспомогательного подразделения.
С 1942 года сотрудница службы Stabshelferinnen. С осени 1943 года – сотрудник аппарата рейхскомиссариата Украина при генеральном комиссаре Эрихе Шёне. Кригхельферин Шрат исполняла обязанности секретаря-машинистки адъютанта Шёне майора фон Ранке. В декабре 1943 года временно прикомандирована к Абверштелле-Ровно под начало майора Абвера Альфреда Лайдеюсера.
В феврале 1944 года переведена во Львов в управление службы СД. В мае 1944 года кригхельферин Ева Шрат отозвана в Берлин и получила место секретаря СС оберштурмбаннфюрера Фридриха Вильке в управлении имперской безопасности (РСХА).
«Мисси» Василевская Мария Илларионовна – личный секретарь советника МИДа графа Адама фон Тротта цу Зольца.
(Настоящая фамилия – Васильчикова. У автора изменена на Василевскую). «Мисси» принимала активное участие в заговоре против Гитлера. Известна благодаря изданному ей «Берлинскому дневнику.
Дочь графа Иллариона Васильчикова, депутата 4-й Государственной Думы. Родилась в 1917 году. В 1918-ом семья уехала из России. Проживала в Германии, затем во Франции, затем снова в Германии. Работала в бюро радиовещания, затем в Информационном отделе Министерства иностранных дел Германии.
Костина Елена Николаевна – старший лейтенант государственной безопасности. Офицер 2-го управления НКГБ СССР.
Костина один из центральных персонажей цикла романов «Сотрудник Абвера: Вдова», «Протокол допроса», «рыцарский крест». Он действует в книгах:
«Вдова»: Метроном смерти».
«Вдова»: Архив профессора Пильчикова».
«Вдова»: Полковник из Аненербе».
«Протокол допроса: Крыса в норе».
«Протокол допроса»: Смерть командарма».
«Рыцарский крест: Кригсхельферин Ева».
«Рыцарский крест: Русская карта».
Граф Клаус Шенк фон Штауфенберг – полковник Генерального штаба.
Служил у фельдмаршала Роммеля в Северной Африке, был тяжело ранен, лишился глаза, правой руки и двух пальцев на левой руке. В июне 1944 г. он был назначен начальником штаба Армии Резерва.
Кравцов Георгий Михайлович – капитан государственной безопасности. Сотрудник 2-го управления НКГБ СССР.
Кравцов один из центральных персонажей цикла романов «Сотрудник Абвера: Вдова», «Протокол допроса», «рыцарский крест». Он действует в книгах:
«Вдова»: Метроном смерти».
«Вдова»: Архив профессора Пильчикова».
«Вдова»: Полковник из Аненербе».
«Протокол допроса: Крыса в норе».
«Протокол допроса»: Смерть командарма».
«Рыцарский крест: Кригсхельферин Ева».
«Рыцарский крест: Русская карта».
Лавров Роман Романович – лейтенант государственной безопасности. Сотрудник 2-го управления НКГБ СССР.
Лавров один из центральных персонажей цикла романов «Сотрудник Абвера: Вдова», «Протокол допроса», «рыцарский крест». Он действует в книгах:
«Вдова»: Метроном смерти».
«Вдова»: Архив профессора Пильчикова».
«Вдова»: Полковник из Аненербе».
«Протокол допроса: Крыса в норе».
«Протокол допроса»: Смерть командарма».
«Рыцарский крест: Кригсхельферин Ева».
«Рыцарский крест: Русская карта».
Бергхоф.
Ставка фюрера.
25 апреля, 1944 год.
Рейхсфюреру[1] СС Гиммлеру[2] не давал покоя разговор с бригаденфюрером[3] Генрихом Танцманом[4].
Танцман назначен на свою нынешнюю должность в 6-е управление СД-Заграница и получил звание бригаденфюрера СС благодаря. Гиммлеру. Шефу СС был нужен именно такой человек в управлении РСХА[5], который зависел бы лично от него.
Начальник 6-го управления Вальтер Шелленберг мог выйти из-под контроля, если обстоятельства сложатся не в пользу Гиммлера. И в этом случае понадобится Танцман. Рейхсфюрер часто беседовал с ним и был уверен в его абсолютной лояльности. Но неделю назад Танцман прямо спросил его, про альтернативный план окончания войны.
Гиммлер и сам в последнее время много думал про это. Его беспокоила судьба Германии, но еще больше его собственная судьба. Нет, он не утратил веру в победу! Но понимал, что война закончится либо полной победой, либо полным поражением. Поэтому нужно было думать, как поссорить Сталина и его союзников. Ибо может настать момент, когда только замирение с Англией и США спасет Германию от краха.
Однако думать это одно, а говорить вслух совсем другое. Танцман решился озвучить подобные мысли. Гиммлер немного помолчал, а затем сказал:
– Кто дал вам право обсуждать со мной этот вопрос, Танцман? Что это значит?
– Я понимаю, что задал вопрос…
– Такой вопрос можно расценить как предательство интересов рейха! Наши цели не изменились – победа и торжество тысячелетнего рейха!
Танцман сохранял полное самообладание и спросил спокойно:
– Рейхсфюрер, вы позволите мне говорить?
– Говорите, Танцман, но взвешивайте свои слова.
– Даже такой великий человек как Бисмарк[6] всегда имел запасной вариант и продумывал альтернативное решение, если основной план даст сбой. Потому я и задал вам вопрос: есть ли у вас альтернативный план окончания войны?
– Фюрер прямо сказал нам всем, что только победа Германии – есть результат этой войны, к которому мы все должны стремиться. Вы не согласны, Танцман?
– Согласен, рейхсфюрер!
– Тогда что же вы хотели мне сказать?
– Только то, что сказал. Нам нужна страховка, на случай если что-то пойдет не так…
А события на фронте развивались совсем не так, как говорил фюрер, который стал слишком раздражителен и постоянно упрекал многих приближенных в том, что его приказы не исполняются.
В последнее время отношения с Гитлером испортились и у рейхсфюрера СС. И он сделал очередную попытку всё исправить. Потому добился беседы с фюрером в его ставке в скальном бункере Бергхоф в долине Берхтестадена в Баварских Альпах…
В ставке фюрера царила атмосфера напряженной работы. Всюду носились офицеры генерального штаба. В приемной ждали генералы.
Дежурный адъютант, увидев Гиммлера, сказал ему:
– Фюрер готов вас принять.
Двери распахнулись, и Гиммлер вошел в кабинет.
– Хайль, мой фюрер!
Гитлер небрежно вскинул руку.
Он сильно сдал за последние месяцы. Его спина согнулась так, что он казался горбатым, и левая рука сильно тряслась. Фюрер ступал тяжело и неуклюже как глубокий старик.
– Генрих! Я регулярно читаю ваши доклады. И мне кажется, что вы больше не верите в победу рейха.
– Я уверен в окончательном торжестве нашего дела, мой фюрер!
– Тогда что значат ваши слова о возможности переговоров?
Гиммлер понял, что речь идет совсем не о докладах. Фюреру донесли его слова о том, что «планы окончательной победы рейха реализовать не удастся, ибо все отрасли промышленности в условиях тотальной войны работали на пределе своих возможностей».
Но даже рассматривать возможность переговоров с Западом было бессмысленно, пока не получится убедить в их необходимости все руководство рейха. Министр иностранных дел фон Риббентроп был убежденным противником переговоров, и он пока пользовался полным доверием Гитлера.
– Я не говорил о переговорах с врагом, мой фюрер. Но считаю, что нам стоит потянуть время. Обстановка слишком тяжелая.
– Запомните, Генрих, в этой войне нет, и не может быть компромиссов! Только победа! Победа или поражение! И если немецкий народ не вырвет победу у врага, то он будет уничтожен! И если немцы не победят, то они заслужили это! Лучшие люди Германии гибнут на войне, Генрих! И если мы не переломим хребет врагу, то конец Германии будет ужасным. И немцы это заслужат!
– Никто не думает о поражении, мой фюрер!
– Тогда вам нужно думать о победе, а не строить планы переговоров!
– Я вас понял, мой фюрер!
– Вы говорили с Риббентропом[7]? Он считает, что устранение Сталина переменит ход войны! Может, пришло для этого время?
– Этот вопрос стоит обдумать, мой фюрер!
– Кто может все организовать, Генрих? У вас есть такой человек в вашем аппарате?
– Да, мой фюрер! Это бригаденфюрер[8] СС Танцман!
– Танцман? Это тот, который служил в Ровно в столице рейхскомиссара Коха?
– Да, мой фюрер!
– И он справится с таким заданием?
– Танцман профессионал и в его штате работают хорошие специалисты, мой фюрер
– Я хотел бы доверить это дело именно вам, Генрих. Мне много раз говорили о том, что руководитель Абвера[9] некомпетентен. Я отправил Канариса в отставку! И я принял решение о ликвидации Абвера! В феврале вы лично заверили меня, Генрих, что ваше ведомство справится лучше! Я надеюсь, что не ошибся! Запомните, Генрих, если Германия проиграет войну, то немецкий народ докажет свою биологическую неполноценность и потеряет право на существование.
– Да, мой фюрер!
– Пусть бригаденфюрер Танцман посетит фон Риббентропа. Они обговорят акцию против Сталина…
Спецпоезд рейхсфюрера Гиммлера.
Недалеко от ставки фюрера в Бергхофе.
1 мая, 1944 год.
Бригаденфюрер Танцман прибыл в резиденцию Гиммлера, которая разместилась в спецпоезде. Танцмана пропустили в салон-вагон рейхсфюрера.
Его встретил личный порученец Гиммлера штандартенфюрер[10] СС Брандт. Этот человек небольшого роста был в числе самых трудолюбивых сотрудников, обладал превосходной памятью и был для Гиммлера ходячей энциклопедией. Танцман знал, что рейхсфюрер доверяет Брандту полностью.
– Как ваши дела, бригаденфюрер? Вы плохо выглядите.
– Я не спал нынешней ночью. Вызов рейхсфюрера застал меня далеко отсюда.
– Вам стоит показаться доктору Керстену. Он творит настоящие чудеса.
Доктор Керстен был личным врачом Гиммлера
– Мне сейчас не до врачей, штандартенфюрер. Слишком много работы. Рейхсфюрер примет меня сейчас?
– Рейхсфюрер ждет вас. Прошу за мной.
Охрана пропустила Танцмана.
Гиммлер вышел ему навстречу из-за стола.
– Вы юрист по образованию, Танцман?
– Да, рейхсфюрер. Получил диплом в Дюссельдорфе.
– Я вызвал вас, бригаденфюрер, по важному делу. Вы виделись с Риббентропом?
– Да, рейхсфюрер. Меня вызывали в его резиденцию в замке Фушль.
– Он посвятил вас в детали секретной операции, – сказал Гиммлер.
– Да, рейхсфюрер. Но никакой операции еще нет. Есть только идея операции. А план еще стоит разработать и найти исполнителей. Потому у меня есть опасения что миссия, о которой говорил Риббентроп, невыполнима.
Танцман был искренен с Гиммером. Риббентропу он возразить не смог, ибо это означало бы немедленный конец его карьеры. Тот предложил акцию против Сталина. Он сказал, что режим в СССР держится на способностях и искусстве одного человека – Сталина. И смерть этого человека поможет победе Германии.
– И вы сказали это Риббентропу?
– Рейхсфюрер, Риббентроп заявил, что эта идея одобрена фюрером. Но никакого конкретного плана устранения Сталина у него нет, как я уже сказал. Риббентроп напомнил мне об операции, которую провели ОУН-УПА[11] по устранению командующего 1-м Украинским фронтом генерала армии Ватутина[12]. Но я не думаю, что устранение Сталина пройдет также гладко и просто. Сталин не Ватутин.
– И вы не верите в успех?
– Нет. Не хочу вводить вас в заблуждение. Да и не думаю, что даже если акция будет успешной, это что-то нам даст в деле войны с СССР.
– Об операции знают фюрер, я и фон Риббентроп. Теперь и вы, Танцман. И я намерен поручить именно вам разработку операции.
– Как прикажете, рейхсфюрер!
– С вами работает Фридрих Вильке, мастер на подобные операции.
– Я должен посвятить и его?
– Частично.
– А что это значит «частично», рейхсфюрер?
– Я не могу раскрыть все карты даже вам, Танцман.
– Но как же тогда я смогу готовить операцию?
– Вы будете знать достаточно, Танцман. Достаточно для разработки операции. Это дело для вашего для отделения «Восток». Но есть часть информации, которая есть секрет даже для вас.
– И что это за часть, рейхсфюрер? Я могу это знать хоть в общих чертах?
– У нас имеется важный агент в красных верхах.
– Агент? – Танцман понятия не имел, о ком говорит Гиммлер.
– О нем знают не так много людей.
– Я не слышал про это.
– Сообщаю вам это сейчас, Танцман. Но в последнее время вокруг него слишком много провалов. СМЕРШ[13] арестовал двоих связников из группы этого агента.
– И его положение не пошатнулось?
– Нет. Тот связник, что знал его лично, смог принять яд. Но после этого случая агент стал бояться своей тени, Танцман. А он нужен нам для осуществления акции против Сталина.
– Но стоит ли рисковать таким агентом, ради акции, рейхсфюрер?
– Это не моя инициатива, Танцман. Риббентроп смог убедить фюрера в необходимости акции. Я бы сказал, что этот план результат умственного переутомления Риббентропа. Но меня держат вдали от ставки, Танцман. И мне приходится только говорить: «Да». Впрочем, до самой акции против Сталина еще далеко. Пока стоит вопрос связи. Агент отказался передавать данные в письменном виде.
– И что же делать?
– Я поручил моей технической службе изготовить аппарат, с помощью которого агент сможет устанавливать связь непосредственно с Берлином. И при этом, не подвергая себя риску.
– И такое возможно осуществить технически?
– Да, но не так скоро, – ответил Гиммлер. – Потребуется несколько месяцев.
Берлин.
Принц-Альбрехт-штрассе, 6[14].
Контрразведка «Восток».
Кабинет бригаденфюрера Танцмана.
1 июня, 1944 год.
