Страница 1 из 5
Закрой глаза, чтобы увидеть…
Обида на Бога
Небольшой городок был окутан осенней дымкой. Одинокие фонари отражались в лужах, ветер покачивал деревья, срывая с них последние листья. Снова моросил дождь. Где-то вдалеке слышался лай собак и редкие шарканья сапог заблудившихся прохожих. Город спал глубоким сном. Только в единичных окнах горел тусклый свет. Кто-то засмотрелся в телевизор, одурманенный полуночными передачами, кто-то, разбуженный детским кряхтением, подошёл к кроватке хныкающего младенца, кто-то потерял свой сон на страницах увлекательного и интригующего детектива.
За оранжевыми шторами одного из окон маленькая девочка, лет трех, сонная, с растрёпанными волосами, стояла на коленях перед резными иконами. На кухне раздавались неистовые крики родителей, которые и разбудили ребёнка глубокой ночью. За окном шумел ветер, ветки качающихся деревьев царапали по окнам. Приглушённый свет детского ночника слабо освещал комнату. Старенький плюшевый медвежонок лежал у её ног. Маленькие, хрупкие ручонки, сложенные в молитвенную позу, тряслись от страха. По бледным щекам катились слезы. Дрожащими губами она бормотала молитву, которой обучила её бабушка. А потом обратилась к Богу своими словами, моля его о спасении. Она просила не для себя, для этих двух взрослых, которые потерялись в мире претензий, которых поработил призрак непонимания и душевной боли. Девочка верила, что Бог творит чудеса. Но в ту ночь чуда так и не произошло. Родители продолжали ругаться до рассвета, как и последующие зловещие вечера и ночи. Девочка, с глубочайшей верой в маленьком сердечке, дала шанс Богу проявить себя и спасти её семью. Она молила и плакала, взывая к создателю. Но небеса, казалось, были глухи к её мольбам.
Время шло. Девочка рано научилась писать. Если Бог не слышит её молитв, может ему нужно предоставлять их в письменном виде? Она стала вести дневник, в котором писала письма создателю.
Из письма Богу: "Дорогой Бог, я понимаю, что ты очень занят, и у тебя и без меня много важных дел. Но очень тебя прошу. Помоги, пожалуйста. Сделай так, чтобы мои папа и мама не ссорились".
Родители девочки были молоды и увлечены жизнью, в которой она занимала не так много места. Большую часть времени девочка проводила с бабушкой. В доме бабули было тихо ночами, спокойно и безопасно. Иногда бабушка читала ей сказки. Любимой книгой девочки была сказка о маленьком принце. Особенно ей нравилась в этом рассказе роза. "Твоя роза так дорога тебе потому, что ты отдавал ей все свои дни"… Как же эта девочка мечтала стать такой же особенной розой в чьей- то жизни, непохожей на тысяч других роз.
Как-то Бабушка прочла ей рассказ о мальчике, который поменял свою новую машинку на светлячка. Посадил его в спичечный коробок и принес домой, словно сокровище. И когда его спросили: "Как же ты мог новую игрушку поменять на букашку "? Он ответил: "Так ведь он живой и светится". Для этого мальчика светящееся живое чудо было важнее материальных вещей. Девочка тоже решила променять свою любимую, а в прочем и единственную игрушку, плюшевого медвежонка, на мир в семье. Она обращалась к Богу с просьбой совершить такой обмен.
Письмо Богу из дневника ребёнка. "Здравствуй, милый Бог. Это снова я. Я долго думала и всё поняла. Ты не отвечаешь на мои письма и не выполняешь мою просьбу, потому что нужно предложить что-то взамен. Я должна купить своё желание у тебя. Взрослые говорят, что за деньги можно всё купить. У меня нет денежек. Но я предлагаю тебе поменяться: я тебе отдам своего медведя, а ты помиришь родителей". В ту ночь она плакала, обнимая своими горячили руками медвежонка, прижимая его к себе, прощаясь с ним навсегда, обливала его слезами и, всхлипывая, уснула с ним в обнимку. Проснувшись утром, она с удивлением обнаружила своего любимого плюшевого друга рядом.
Через год из записей дневника: "Бог, предлагаю тебе новую сделку. Завтра я вскарабкаюсь на самое высокое дерево около цирка и спрыгну, а ты, пожалуйста…"
Через год в заметках дневника: "Знаешь, Бог… Мне ничего от тебя не надо. Прощай…"
Так у маленькой девочки закралась обида на Бога, такого великого и всемогущего, игнорирующего её. Бабушка говорила, что Бог – это отец. А оба её отца, земной и небесный, не обращают на неё никакого внимания, словно её нет. "Так зачем же тогда я появилась на этот свет, если никому не нужна"?
Нет, она не перестала верить в Бога. То, что он есть, она не сомневалась. В одну из ночей, усыпанную очередной ругнёй родителей, стоя на коленях перед иконами, она просто перестала ждать и звать… " Он меня не слышит, он покинул меня в самый трудный момент, когда он мне так нужен…" – звучало в детской головке.
У Бога были свои планы относительно маленькой девочки, взывающей к нему в ночи. Но она о них не знала.
Шли годы. Девочка перестала просить помощи у Небес, потом вообще перестала что-либо у кого- либо просить, а со временем и разучилась желать. А зачем? Ведь всё – равно её просьбы никто не слышит. А до её желаний никому нет дела. Она росла, научившись сама себя защищать. А ещё, чтобы не ощущать нарастающую боль, обиду и предательство самого Бога, потом родителей, которые всё – равно развелись, она научилась Не Чувствовать. Ничего не чувствовать, словно вырубив "рубильник". Единственное она не учла, что выключив "рубильник", наряду с болью, она потеряла способность проживать и приятные эмоции, перестала испытывать удовольствие, чувства радости. Но так было безопасней и надёжней.
Человек, который не чувствует самого себя, может быть очень коммуникабельным. Не имея собственных чувств, он просто подстраивается под чувства и эмоции других людей. Он одевает маски и меняет их, словно одежду. Такие люди хорошие психологи, протекающие, просачивающиеся в глубины человеческих душ. Большинство людей слишком увлечены собой, своими переживаниями, их взгляд устремлён только на себя, они ничего не замечают вокруг, словно клоуны и шуты дурачатся на арене. А человек с выключенными эмоциями является зрителем, сторонним наблюдателям, гостем на этом празднике, его сложно вовлечь в игру. Чаще всего он сам задает правила игры, меняя их, производя смену декораций и, тем самым, играя человеческими судьбами. Такие люди умеют не привязываться ни к чему и к кому. Умеют легко расставаться и сжигать мосты, хладнокровно, без эмоций, глядя на пылающие чувства других людей. Большинство смертных подсаживаются на химию чувств. Словно наркоманы, одурманенные эндорфинами, привязываются, прикипают к первому встречному, потом сожалея о содеянном. Любовь, страсть, влюбленность – это не про другого человека. Это про то, что именно Ты испытываешь рядом с определенным человеком. Как Ты себя чувствуешь, какие ощущения в теле и душе, какие волшебные образы к тебе спускаются, когда объект твоей любви находится рядом. Люди с выключенными "рубильниками" не способны любить! Они могут находиться рядом с тобой, могут смеяться и внешне быть активными, но внутри пустота. Они считывают твои эмоции, будь то позитивные или негативные и, словно зеркало отражают их тебе. И тело их молчит.
За годы совместной жизни они становятся асами в симуляции удовольствий, чтобы тебя не обидеть. Они не способны по – настоящему любить ни родителей, ни даже своих детей. Потому что их собственный внутренний ребёнок запуган и притаился, в каком – то из уголков памяти, тихонечко обливаясь слезами. Внешне они могут быть отменными родителями. Они стойкие и выносливые, сутками на ногах, чётко выполняющие все необходимое по инструкции, а не по сердцу. Эти люди многое тебе могут дать, но только не проси их об истинном тепле и любви. У них самих внутри холод.
Лестница к Богу
Девочку, которая писала письма Богу, звали Неонила. Она жила в маленьком южном городке. С семи лет после развода родителей её воспитывала бабушка. Вскоре отец её умер от побоев, полученных в очередной пьяной драке. Мать, красивая, 26-ти летняя молодая женщина, уехала в курортный город, в поисках счастья. Встретила там мачо, который был на пару лет её младше, и решила начать жизнь с чистого листа. Наличие дочери не вписывалось в её планы. Поэтому со словами: " Я делаю это исключительно ради тебя. Тебе так будет лучше" – и дежурной фразой – " Я тебя люблю, дорогая", мама Неонилы растаяла в призрачном тумане надежд, оставив её на попечительство пожилой бабушки. Картина маслом…
Бабушка работала в две смены на хлебозаводе, пытаясь прокормить себя и внучку. Ещё умудрялась откладывать гроши и отправлять их дочери, которая пока не устроилась в жизни.
–"Пропадёт девка", – переживала бабуля за дочку, – Пусть Бог хотя бы ей поможет выбраться из этого болота".
Единственным развлечением в этом городке был цирк. Дядя Неонилы, его звали Марк, работал в цирке уборщиком. Он с гордостью выполнял свои обязанности. Бабушка часто оставляла её на попечение дядюшки. Ребёнок был вне себя от счастья, помогая чистить клетки слонов, выносить мусор и мыть инвентарь. Цирк для Неонилы был, словно храм. Здесь она мечтала и чувствовала себя лучше, чем дома. Под куполом она грезила, ощущала себя избранной, словно ангелы вплетали волшебство в её косы, украшая кучерявую головку чудесами.
У Неонилы не было друзей – одногодок. В окрестностях были детки постарше, которые не хотели с ней водиться. Они издевались над ней, посмеивались и подшучивали, называя её подкидышем. Дети часто бывают жестокими. Не все детки были из полных, благополучных семей, но редко кого бросала родная мать. Они смеялись над её потрёпанным плюшевым медвежонком, хвастаясь своими новыми игрушками. Неонила ходила в стоптанных и потертых красных туфельках, которые ей достались по наследству от троюродной сестры. Её платьице было чересчур велико на неё. В нём ещё мама ходила в старших классах. Рукава были подкатаны, а на талии платье подпоясывалось бабушкиным поясом. Зелёная вязаная кофточка была аккуратно заштопана на локте. Вещи у Неонилы были старенькие, поношенные ещё до неё, но всегда чистые и опрятные. На смену у неё было ещё пару нарядов, таких же немодных и без лоска. Единственным украшением девочки были её роскошные густые темно- русые волосы. А её большие глаза василькового цвета, обрамлённые черными ресницами, отвлекающие внимание от внешнего неброского образа, маня куда- то вглубь.
Неониле было одиноко, и её детский мозг сотворил для неё друга. Это был Ангел с красивыми белоснежными, мягкими, блестящими на солнышке крыльями. А может ангелы, и правда, спускаются с небес, чтобы поддержать тех, кто нуждается в их любви, дружбе и заботе? Неонила была уверенна в том, что её Ангел настоящий. Она с ним разговаривала, и он ей отвечал. Называла она его Кнопочкой. Они общались безмолвно. У них был свой мир, яркий, красочный, полный чудес. Девочке никогда не было скучно, она перестала тянуться к другим детям, за что окружающие её прозвали странной и нелюдимой. Никому не было дела до неё: мама живёт своей жизнью, бабушка пропадает на работе, пытаясь заработать на корочку хлеба, чтобы прокормиться, дядюшка Марк слишком устаёт на своей работе, чтобы уделять ей внимание, сам Бог игнорирует её слёзы. И только её Ангел всегда рядом. Общение с бестелесным духом заменило ей сложность отношений с воплощенными людьми.
Впервые Неонила увидела Ангела в цирке. Как всегда, поздним вечером, после представления, Марк наводил чистоту на арене и за кулисами. Бабушка задержалась на работе и попросила его приглядеть за ребёнка. Чтобы девочка не путалась под ногами и не мешала, Марк натягивал толстый канат между двумя вертикальными опорными трубами, и ребёнка не было ни слышно, ни видно. Неонила училась ходить по канату. С раннего детства она, пряталась за кулисами, тайком наблюдая за репетициями, а затем и вечерними представлениями на арене. Ей так приходилось по душе созерцать, казалось невесомую, магически притягательную артистку Лейлу, в совершенстве владеющую искусством хождения по канату. При виде этого зрелища у маленькой Неонилы захватывало дух. Больше всего на свете ей хотелось оказаться на месте этой чарующей артистки. Поэтому ребёнок использовал каждую возможность, чтобы в опустевшем и засыпающем цирке, кряхча и падая, набивая синяки и шишки, каждый раз продвигаясь по миллиметру, снова взбираться на канат, пытаясь удержать равновесие. Её никто не учил. Она просто старалась повторить то, что делала Лейла, по какому-то внутреннему наитию, шаг за шагом двигаясь навстречу к своей мечте. Она просила строгого Марка натягивать ей канат всё тоньше и тоньше, и закреплять его все выше и выше, строя милые мордочки и хлопая своими длинными ресницами. Однажды, уговорив дядюшку поднять канат чуть повыше, Неонила битый час тренировалась. Медленно и плавно она передвигала свои ножки, сохраняя равновесие, перемещалась к противоположной стороне. Ею овладел такой восторг и ликование. У неё получалось, мышцы окрепли, и появилось ощущение удовлетворения. На долю секунды она закрыла глаза, расставила руки в стороны и вообразила себя артисткой, ей показалось, что зрители аплодируют стоя и выкрикивают слова оваций. Губы ребёнка растеклись в улыбке, подбородок от гордости вдёрнулся вверх, спина выпрямилась, словно струна. Ножка соскользнула с каната и Неонила вскрикнула. В тот же миг, словно какая-то сила её подхватила и помогла приземлиться на пол. Светлый размытый образ, прикосновение чего-то тёплого и нежного плавно растаяли, словно туман.
Для себя, внутри, маленькая Нила твёрдо решила, во что бы то ни стало, стать цирковой эквилибристкой, канатоходцем. Говорят, что когда ученик готов, учитель найдется. В один из вечеров Нилочка, как всегда, балансировала на тренировочном канате. В это время на арену вернулась Лейла за своим реквизитом, который забыла накануне. Она долго наблюдала за неуклюжестью ребёнка, а потом подошла и сказала: "Какой смысл обучаться одному из самых опасных искусств, если ты так ни разу не поднялась на высоту?"
– "Я очень хочу забраться повыше" – тихо сказала Нила.
– "А насколько высоко ты готова забраться?"
– "Я хочу пройтись по канату, натянутому над пропастью" – уверенно сказал ребёнок.
– "Зачем?"
– "Там я буду ближе к Богу. Может тогда он обратит на меня внимание и услышит мои молитвы".
Лейла недоверчиво взглянула на девочку. Слова ребенка коснулись её сердца, словно семена одуванчика, подхваченные ветром.
– "Приходи завтра в 16 часов. Не опаздывай" – строго сказала Лейла и удалилась со своим реквизитом.
Неонила ещё долго стояла, словно вкопанная. Она не могла поверить своему счастью. Сама Лейла…. Внутри всё переполняло и распирало от радости и восторга. Лейла не была сентиментальной и мягкотелой девушкой, которая из жалости к ребёнку готова была бы пожертвовать своим временем и расположением. Нет. В её хрупком, изящном теле восседал дух мужества и силы воли. Качества, которые были неотъемлемыми составляющими любого канатоходца. Эти качества Лейла заметила и в маленькой Ниле. К тому же Лейла была помолвлена с цирковым акробатом. Вскоре они планировали пожениться. Он очень хотел детей от неё. Свой благородный поступок, свои занятия с Неонилой, за которые ей никто не платил, для себя Лейла объяснила холодным и корыстным расчётом. Якобы она просто готовит себе замену в цирке на время беременности и декретного отпуска. Но, на самом деле, с каждым днём общаясь и тренируя эту маленькую девочку с сердцем бесстрашной львицы, Лейла всё глубже проникалась необычным ребёнком. И каждый раз, глядя в глаза Нилы, Лейла видела своё отражение. Она помогала не только ребёнку, но и самой себе. Общение с девочкой, в чьём сердце живёт мечта. Стремление и видение своего пути, окрыляло саму Лейлу, богиню эквилибристики, укротительницу высот.
День за днём, год за годом Неонила покоряла всё новые и новые вершины. После школы вместо того, чтобы гонять во дворе с ребятами, всё своё свободное время она проводила в цирке, как одержимая, падая, снова взбиралась на канат, пытаясь его усмирить. Выжимала из своего тела последние соки. Стремительно, шаг за шагом, двигаясь к своей мечте. Смиренно повторяла всё, что говорила и демонстрировала ей Лейла. Она оказалась очень способной ученицей.
Гамсахурия: " Кто не был учеником, тот никогда не станет мастером. И тот не станет мастером, кто смотрит только в рот учителю".
Шли годы. Девочка выросла. К пятнадцати годам она стала первоклассной эквилибристкой, выполняющей сложнейшие опасные трюки под куполом цирка. Вся её жизнь заключалась в канатоходстве.
Внутренний маяк
На улице пахло розовой акацией. Дул лёгкий тёплый ветерок. Птицы щебетали свои замысловатые песни, а облака на небе резвились, словно пытаясь обогнать друг друга.
Нила проснулась рано и пребывала в прекрасном расположении духа. Из окна её спальни была видна суета оживленного города. По улице ездили машины и велосипедисты. Люди куда-то спешили, не замечая ничего вокруг. Юность не любит ждать. Девушка спешила начать свой будний день, полный мелких хлопот и забот. Она хотела, чтобы этот день был особенным. Сегодня ей исполнялось 15 лет. Так хотелось, чтобы этот день пах ванилью и корицей, был наполнен чудесами и предвкушением настоящего волшебства. Неонила вприпрыжку спустилась по лестнице и выбежала во двор. Улыбка на её лице резко сменилась смятением, а дыхание замерло. Во дворе стояла до боли знакомая женщина, та, чьё лицо является ей во сне, чьё имя она повторяет перед сном в своих молитвах. Та, что её бросила и предала. Та, по которой Нила так скучает, та, встреча с которой была тайным заветным новогодним желанием на протяжении стольких лет.
На бледном лице молодой женщины ярко выделялся бирюзовый цвет её глаз. Густые ресницы, обрамляющие бирюзу моря и красивые брови, величественно возвышающиеся над веками, придавали образу аристократические нотки. Губы были наполовину сомкнуты, словно придерживали какой-то порыв. В промежутке между ними искрились белые зубы. Щёки были то неестественно розовыми, то бледнели прямо на глазах, придавая лицу мраморную окраску. Волосы, густые и мягкие, легко ниспадали на плечи, обрамляя овалы лица. Бархатистая кожа и плавный переход подбородка к тонкой шее, подчеркивали прелесть милого личика. Совершенные формы тела и втянутый живот скрывала тонкая ткань платья. Изящные кисти дополняли картинку. А тонкие щиколотки были украшены элегантными ремешками летних босоножек.
"Какая же она красивая" – пронеслось в голове Нилы. Как же ей хотелось быть похожей на свою маму. Она даже не догадывалась, что повзрослев, она стала выглядеть так же, словно две капли воды, они были, словно сестрёнки внешне.
Их глаза встретились, и тепло нежности на мгновение разлилось по их венам. Но боль и обида, словно подкарауливавшие, вонзили острый нож в сердце Нилы. И она отвела взгляд, чтобы не показать свою слабость и извечно подавляемую любовь к матери.
– "Нео", – нежно прошептала мама, виновато ища взгляд дочери. Только она так называла Неонилу, – С днём рождения, милая".
Нила не выдержала натиска переполнявших её эмоций, её душили слёзы, в ней гордость боролась с желанием броситься в объятия маме, разрыдаться, рассказать обо всех секретах и разочарованиях. Победило желание проучить мать. Нила сдержанно и холодно произнесла: "Спасибо". Мама Марта, опустив голову, взяла свой чемодан, и они вместе зашли в убогонькую квартирку.
Столько лет Нила ждала её приезда, столько раз представляла себе радость их встречи, столько ночей плакала в тоске по материнской ласке и нежным её рукам. А сейчас… Нила пребывала в прострации и не могла идентифицировать свои чувства по отношению к матери.
"Ну, ты располагайся тогда, а мне пора в школу" – сухо произнесла Нила и быстро удалилась.
На этот раз Нила медленно вышла из квартиры, словно ноги её были из сладкой ваты. Растерявшаяся, она брела по знакомой дороге.
Да уж, вот так сюрприз на день рождения. Такого Нила точно не ожидала. Она надеялась, верила, мечтала о встрече с самой родной, годами сидела у окна с зажжённым фонариком, чтобы осветить маме дорогу домой. Но уже давно перестала ждать её и верить.
День прошёл сумбурно. Нила была сама не своя. Всё происходящее вокруг воспринималось не реалистично. Словно не по своей воле участвовала в фильме с замедленной съемкой. Школьные друзья её поздравляли, говорили озорные вещи, смеялись и пытались привлечь её внимание. Нила присутствовала физически в школе, но мысленно она была не здесь.
Вернувшись домой, Нила застала маму и бабушку дома.
– "Ой, Нео, я же тебе подарок привезла" – радостно, по-детски, крикнула Марта, увидев в дверном проёме дочь.
В руках она держала красные туфельки, лаковые, такие красивые, с пряжкой и перемычкой.
– "Померяй" – сказала бабушка, улыбаясь.
Нила попыталась втиснуть ногу в туфель, но безуспешно. Тогда они присела на пол и высунув язык, стала тщательнее запихивать стопу в подарок, но… Перевернув туфельку и посмотрев надпись на обратной стороне, Нила со вздохом огорчения сказала: "Этот размер я носила в прошлом году". И ушла к себе в комнату. Её мать не знала, какой размер ноги у ребёнка, а в прочем, она вообще ничего не знала о своей дочери. К праздничному ужину Нила выйти отказалась. Она просто не знала, как вести себя в присутствии женщины, которая называла её дочкой.
Нила лежала на своей кровати, отвернувшись к стене лицом, когда в дверь комнаты раздался стук.
– "Можно?" – тихо и осторожно прошептала Марта, приоткрывая дверь и просовывая своё худенькое лицо в щель. В ответ она услышала только тиканье часов. Сделав глубокий вдох, она набралась смелости и всё равно вошла в комнату. Аккуратно и почти бесшумно присела на краешек кровати. Так молча незваная гостья просидела какое-то время, а потом, сглатывая слёзы, положила руку на Нилу. Робко, очень медленно, Марта прилегла рядом с Нилой, обняв её сзади. Неонила затаила дыхание, она лежала, как мышка, боясь пошевельнуться и даже глубоко вздохнуть не решалась.
– "Знаешь, Нео, чего я хочу тебе пожелать сегодня? Чтобы ты зажгла в своей душе свой маяк. Я поняла, что это самое важное в жизни, – Марта запнулась, – Меня с детства манили маяки. Мне всё время снится один и тот же сон: будто я тону в бушующем океане. Вокруг кромешная тьма, ночь, холодно, идёт сильный дождь и волны то и дело накрывают меня с головой. Я барахтаюсь. Ужас одолевает меня. И вдруг вдалеке я вижу блеклый свет маяка. Это придаёт мне веры и сил, и я начинаю плыть к нему. Но так никогда и доплываю. Сон всегда прерывается.
Я убегала из дома и часами сидела на берегу, смотря на свет маяка. У меня внутри была такая кромешная темнота, пустота и необъяснимая боль, что я не могла с этим справиться, я убегала от самой себя, всегда чего-то искала. Когда ты родилась, я увидела этот свет в тебе. Ты стала для меня спасением. Я стала жить, словно питаясь твоим сиянием, поглощая твой свет. И твой внутренний маяк стал меркнуть. Ты была ещё слишком мала, и твоего источника не хватало на нас двоих. Так не должно быть, дети не должны спасать своих родителей, жертвуя собой. И мне стало страшно. Я знала, что у тебя дар, редкий дар. Ты согреваешь чужие души. Рядом с тобой внутренний свет других людей начинает светить ярче, они оживают. Я боялась, что пустота внутри меня поглотит весь твой свет, и ты погибнешь из-за меня. Я стала избегать долгого общения с тобой. Всё чаще стала уходить из дома. Я искала спасения у маяка, словно хотела насытиться его светом, чтобы заполнить бездну внутри. Поэтому я оставила тебя, чтобы не причинить тебе вред.
Я искала свой маяк наяву. Но так и не нашла его. Я поняла, что свет маяка должен светить внутри, как у тебя. Понимаешь?"
Нила лежала всё так же, тело её тряслось от всхлипываний. Мать сильнее прижала её к себе и тоже разрыдалась. Нила развернула заплаканное лицо к Марте и впервые посмотрела в её глаза с такой любовью, которая тлела в её сердце все эти годы.
– "А что за внутренний маяк, мам?" – Нила впервые за долгое время назвала её мамой.
– "Милая, это самая большая сила внутри каждого. Это то, что зажигает желание жить. Этот внутренний маяк освещает путь, придаёт сил двигаться, что-то творить на этой земле. Он помогает привлечь в жизнь Того Самого человека, твоё близнецовое пламя. Свет маяка придаёт смысл жизни. Без него человек не живёт, а болтается в безбрежном океане реальности, он не в состоянии найти свой истинный путь. Поэтому люди зачастую проживают не свою жизнь,
ориентируясь на свет чужих фонариков, даже не маяков, не имея внутри своего. Люди блуждают бесцельно по жизненному пути. Обрастают материальными ценностями, семьями, детьми. Они начинают затыкать тёмную пустоту внутри себя деньгами и достижениями, регалиями и статусом. Чем угодно. Но это не помогает. Некоторые тонут и грязнут в болоте быта. Переходя вброд по пути жизни, их тянет ко дну избыточный груз материального мира, который они нагрузили в свои "рюкзаки". Но жадность и страх не позволяют им опустошить их от избыточного и уже ненужного. Из последних сил они хватаются за свои "чемоданы без ручек" в виде нелюбимых супругов; давно повзрослевших детей, которые готовы вылететь из гнезда; за ненавистную работу; старую мебель и хлам; за свои отжившие убеждения … Не понимая, что, единственное, что может спасти – это внутренний свет".
– "Мам, а у тебя теперь внутри горит твой маяк?"
Марта тяжело вздохнула и посмотрела вдаль грустными глазами.
– "Нет, милая. Я так и не зажгла свой маяк. Мне порой кажется, что некоторым людям для того, чтобы зажечь маяк, небеса посылают помощника. Это особенные люди. Я чувствую, что ты особенная. Тебе важно помочь зажечь много, может быть 100, чужих маяков. И тогда ты встретишь Того Самого, своё близнецовое пламя, и твой маяк засияет так ярко"… – Марта говорила так, словно она была посвящена в какую-то мистическую тайну и нарушила обет молчания, рассказывая сейчас об этом.
– "Ты говоришь так странно, мам, я не совсем понимаю".
– "Ты поймешь, моя дорогая, обязательно всё поймешь, когда придёт время".
Нила сильнее прижалась к матери, уткнувшись носом в её шею. Как же она пахнёт. Это был любимый запах детства, запах спокойствия и безопасности, запах предвкушения чудес и душевного тепла.
– "Ты пахнешь мамой" – протяжно и тихо пробормотала Нила.
Марта поцеловала Нилу в лоб с огромной нежностью, на которую только была способна.
– "Запомни, моя милая, что бы ни случилось в твоей жизни, где бы ты ни оказалась, в каких передрягах или мирах, свет твоего маяка поможет тебе найти дорогу домой, к себе…" – шептала Марта на ухо уже засыпающей Ниле. Её слова звучали так, словно она прощалась. Нила, расслабленная и окутанная материнской нежностью, не заметила этого.
– Мам, а что такое близнецовое пламя?" – зевая, еле ворочая языком, протянула засыпающая Нила.
– "Спи, моя дорогая, об этом позже. У тебя уже глазки закрываются. Залазь ко мне в карманчик. Я тебя спрячу, и ты будешь мирно спатки." – Нежно гладя по голове дочь, сказала Марта.
Когда Нила была маленькой и иногда плакала или ей было страшно, чтобы успокоить дочь, Марта придумала историю про маленького зайку, которого мама прятала в свой карман в случае опасности. Марта говорила, что Нила тоже похожа на этого зайку, и что она может её спрятать в своем кармане от всех бед. Нила представляла, как залазит к маме в карманчик, там было тепло, тихо и спокойно. Это её успокаивало, и она засыпала, свернувшись в комочек. Вот и сейчас повзрослевшая Нила, ощутила безграничную заботу и защищённость. Дыхание Нилы углубилось, тело обмякло. Девочка спала в маминых объятиях. Это был самый счастливый день рождения в её жизни. Это вообще был самый счастливый день…
Когда родители физически отдаляются от детей, по разным причинам, будь то развод, сдача ребёнка в детский дом или интернат, переезд в другой город, и даже в случае смерти родителя, ребёнок воспринимает это на свой счет. У него часто формируется убеждение, что мама или папа покинули его, потому что он плохой, какой-то не такой. Это на бессознательном уровне всё происходит. И в результате прививается чувство вины, лжеответственность за происходящее и другие токсичные установки. Такие дети лишены чувства безопасности. Они часто живут с убеждением, что мир опасен, что их некому защитить. Иногда некоторые спасаются бегством в религию, ища защиты у Господа. Но у Нилы были особые отношения с Творцом.
Нила тоже, где-то глубоко в подсознании, верила, что мама её бросила, потому что она плохая девочка. А папа ушёл из жизни, потому что не любил её.
Какова же целительная сила истины. Если бы все родители говорили правду своим чадам, объясняя настоящие мотивы своего поведения, тогда на свете было бы гораздо меньше травмированных детей, из которых потом вырастают травмированные взрослые. Но как часто мы говорим правду хотя бы самим себе?
ГЛАВА 4
Книга с чистыми ст
р
аницами
Следующее утро пахло ванильными оладьями и корицей. За завтраком воссоединились три поколения женщин. Бабушка с мамой стряпали, а Нила, отдохнувшая и счастливая, потягиваясь в дверном проёме, освещала утро своей довольной моськой. Все аппетитно жевали, когда раздался звонок в дверь.
– "Нео, открой, это наверняка к тебе".
На пороге стоял высокий стройный мужчина, достаточно крепкий. Выглядел лет на сорок, с посеребренными висками и серыми умными глазами. В руках он держал три букета разных цветов. В ногах его стояла достаточно большая кожаная сумка.
– "Добрый день, вы Нео?" – осторожно сказал незнакомец низким голосом, отдававшим хрипотцой, и по – дружески улыбнулся. Неонила успела заметить блеск его красивых белов зубов.
– "Доообрый, да" – неуверенно ответила Нила.
– "Я Николай, друг Марты" – чётко ответил он.
Марта услышала знакомый голос и выбежала в прихожую. Сердце её заколотилось, щёки стали пунцовыми.
– "Доброе утро, милая" – улыбнувшись во все зубы, обратился он к Марте.
– "Это тебе, Марта, это вам, Нео". Николай протянул каждой по букету. Марте он подарил белые розы, полу-раскрывшихся семь бутонов, перевязанных красной атласной лентой. Ниле достался букет из сиреневых и белых цветов, гармонично украшенных декоративными бабочками. Сиреневая лента была завязана в красивый бант. Нила впервые в жизни получила букет в подарок. Названия этих цветов она не знала, но их тонкий аромат ещё долго будет преследовать её по жизни. С позволения хозяек, Николай вошёл на кухню. Тепло поздоровавшись с бабушкой, он вручил ей оставшийся букет в жёлто-оранжевой гамме.
По поведению бабушки, Нила поняла, что она знакома с этим загадочным джентльменом. Пока они оживленно вели беседу, Николай выгружал из своей сумки продукты на стол. Ананас и бананы, консервированные деликатесы, конфеты, цитрусовые, различные сласти появлялись на столе, словно на скатерти – самобранке. Такого изобилия Нила точно ещё не видела.
– "А это вам, юная леди" – снова улыбнувшись, Николай протянул Ниле свёрток, украшенный бантом.
– "Что это?" – с недоверием и несдержанным любопытством спросила Нила.
– "Чтобы понять, что это для тебя, нужно соприкоснуться с этим и почувствовать. Всё вокруг нас, это всего лишь энергия. Я выбирал эту вещь, вложив в неё энергию таинственности, загадки. Но что это будет для тебя, решать только тебе".
Нила аккуратно, но спешно развернула упаковку, не повредив бант, который она планировала позже использовать для украшения своей скромной комнаты. Внутри оказалась книга в шикарном переплете, выгравированными буквами и рисунками.
– "Книга" – громко сказала Нила.
Но страницы книги оказались пусты.
– "Это книга твоей жизни. Тебе решать, что в ней будет написано" – по-свойски подмигнув ей, сказал гость.
Нила вела свой дневник уже много лет. Но она для этого использовала школьные тетрадки, украшала их вырезанными аппликациями из старых журналов и использованных открыток. А такой красивый дорогой блокнот она впервые держала в руках.
– "Спасибо!" – радостно крикнула она, прижав к груди свой подарок, и побежала к себе в комнату.
Пока Нила была увлечена своими девичьими делами в комнате, из коридора доносились приглушенные голоса.
– "Зачем ты приехал?" – тихо вопрошала Марта.
– "Я приехал за тобой, хочу, чтобы ты была моей" – отвечал Николай.
– "Это невозможно, ты же знаешь" – настаивала Марта.
– "Я подал на развод. Судебный процесс займёт всего несколько месяцев, и потом мы сможем быть вместе навсегда".
– "Я не хочу быть причиной твоего развода и чужих слёз", – уже почти крича, говорила Марта.
– "Ты моя Та Самая, моё близнецовое пламя. Ты знаешь, что шанс встретиться, обрести друг друга, выпадает крайне редко людям. Больше всего на свете я хочу, чтобы ты побежала мне навстречу с распростёртыми объятиями. Я буду бороться за тебя до конца. Я от тебя не откажусь, Марта". – Настаивал Николай, пытаясь прижать к себе рыдающую женщину. Она отстранялась, сжимаясь в комок.
Позже Нила узнала от бабушки, что Николай и Марта учились вместе в школе. Он был старше её на несколько лет. Их семьи жили по соседству, поэтому бабушка хорошо знала и прекрасно помнила юного сорванца. Окончив школу, он переехал в столицу, отучился в университете, построил карьеру, дом, женился, обзавёлся двумя детьми. В общем, устроил свою жизнь по стандартному сценарию, о котором мечтают многие. А потом снова встретил её… Марту, случайно. Он любил эту женщину. Он её чувствовал, принимал такой, какая она есть, любил всё, что было связано с ней. Он готов был весь мир бросить к её ногам. Она вдохновляла его и придавала его пресной жизни пряностей и ароматов. Он достиг многого в этом мире, путешествовал, занимался спортом, мог позволить себе жить в своё удовольствие. Но теперь без неё всё перестало его интересовать. Его манила только она… И всё складывалось, как нельзя лучше. Марта была уже свободной женщиной. Он тоже подумывал о разводе уже много лет, но не решался из-за детей. А теперь дети уже совсем взрослые, у них уже своя жизнь. Когда, как не сейчас. Жить с той, которая предназначена тебе судьбой. Все энергетические долги уже отданы. Всем всё доказал и заплатил.
Но… Марта была девушкой честных правил. Чужая семья для неё была табу. Она не хотела, чтобы её жизненный путь был окроплен чужими слезами.
Нельзя мужчину увести из семьи. Это ведь не баран. Невозможно разрушить дуновением ветерка то, что построено монументально. Если песчаный или глиняный замок, песчинку за песчинкой, разрушал ветер, и ослабляла вода дождей на протяжении многих лет. Люди делали вид, что не замечают этого. А потом в один момент после очередного весеннего ливня они осознали, что больше этот замок для жизни не пригоден, что он разрушен. И прокляли именно этот весенний день и этот дождь, который оказался для них последним. Страшно оказаться последней каплей в чьей-то жизни. Для этого нужна смелось… И Марте было страшно.
Николай уехал в тот день, уважая выбор Марты. Он знал, что она тоже любит его, но боится даже себе в этом признаться. Он уехал с намерением закончить все дела дома, официально развестись с женой и вернуться за Мартой с предложением руки и сердца.
Люди по-разному реагируют на страх. Кто-то, осмелившись, идёт в этот страх, встречается с ним один на один. Это смельчаки. Кто-то впадает в ступор. Он замирает, останавливается, его, словно парализует перед знаком "стоп". Это стопперы. А кто-то бежит без оглядки от страха. И чаще этот кто-то бежит от себя. Марта относилась к таким людям, беглецам.
Страх будущего, страх быть счастливой заставили её убежать от реальности. Способов побега существует множество. Можно убежать в зависимости, наркоманию или алкоголизм; религию, вступив в секту; в кому; в неизлечимую болезнь; сумасшествие; тюрьму или…
Марта выбрала самый радикальный метод, конечно, бессознательно.
Несколько недель после отъезда Николая она была сама не своя. Металась по квартире, словно раненая тигрица в клетке. Пыталась собраться с мыслями, улыбалась и готовила вкусняшки, хлопотала по дому и заботилась о дочери, навёрстывая годы упущений. Но глаза у неё были грустными. Взгляд был отсутствующий. Её что-то очень тревожило. На любые вопросы она отшучивалась и хихикала. У неё это получалось мастерски. Один раз Нила увидела её плачущей в темноте. Лунный свет освещал её милое личико, и капающие слёзы блестели, словно драгоценные камешки. Нила обняла маму, словно ребёнка, прижала к себе. Марта молча всхлипывала и содрогалась в тихих рыданиях с полчаса, а потом уснула на диване, лёжа на коленях дочери. С самого детства они менялись ролями мама – дочка. Родить ребёнка – ещё совсем не значит повзрослеть. Сколько в мире инфантильных людей заводят детей. Марта не была взрослой и целостной личностью. Она нуждалась в поддержке. Этой поддержкой для неё часто была маленькая Нила. С самого детства, когда мама плакала, после ссоры с мужем или по другим причинам, Нила приходила, садилась рядом, укладывала мамину голову себе на колени, вытирала слёзы, гладила по голове, качаясь при этом своим маленьким телом, убаюкивала её.
– "Залазь ко мне в карманчик. Я тебя спрячу" – тихо, с безумной нежностью в голосе произнесла Нила. Марта улыбнулась, поудобней устроившись комочком на коленях доченьки, и стала засыпать.
Так бывает, когда душа ребёнка, пришедшего в этот мир, более мудрая и древняя, чем душа мамы. Если бы люди обращали внимание на такие вещи, то извечная острота вопроса "отцы и дети", мамы и дочки не был бы таким болезненным. Мама – это не только человек, который меняет подгузники, кормит, моет, ухаживает за ребёнком, заставляет надеть шапку зимой и силой вытаскивает из моря перекупавшегося ребёнка, с криками помогает делать уроки, покупает подарки и вытирает сопли. Это всё может делать и чужой человек. Всё, без исключения. Мама – это нечто большее. Мама – это ангел-хранитель, посланный небесами в помощь ребёнку. Мама – это тот человек, который чувствует ребёнка на расстоянии. Это нянькам приходится глаз не сводить с ребёнка, чтобы с ними ничего дурного не произошло. Материнский же инстинкт помогает маме жить своей жизнью, интуитивно оказываясь рядом с ребёнком в самый подходящий момент. Маме не нужно собой занимать всё время и пространство ребёнка. Тогда дитя начинает задыхаться, ему становится тесно, не комфортно. Задача мамы состоит в том, что не навязчиво, не вмешиваясь и не нарушая задумки природы относительно её чада, помогать развивать сильные стороны ребёнка, его таланты. А самое главное, помочь ребёнку отыскать своё божественное предназначение, вернее вспомнить. И для этого порой нужно отдалиться от этого самого ребёнка. Порой нужно оказаться "плохой" мамой в глазах обычных земных людей, дабы не мешать своим присутствием разворачиванию хода закономерных событий в жизни ребёнка. Истинная мама помогает пройти малышу его первые шаги по выбранному его душой пути. А потом отпускает своё чадо, легко, без сожаления, позволяя ему двигаться дальше без неё.
Птицы тоже заботятся о своих птенцах. Выстилают пухом и веточками гнездо, чтобы им не задувал ветер, приносят в клюве червячков, защищают их от хищников. Затем перестают им приносить пищу. Это для них вызов. Это процесс взросления и становления взрослеющей особи. Птицы своим примером учат добывать себе пропитание. Это процесс обучения. Когда наступает подходящий момент, птицы медленно выталкивают птенцов из гнезда, одного за другим. Так они учат своих птенцов летать. Когда птенцы, оперившиеся и окрепшие, превращаются в красивую птицу и улетают из гнезда, родители – птицы не скорбят и не причитают, как это обычно принято у родителей – людей. Птицы с гордостью наблюдают, как парят их чада в небесах.
Задача мамы обучить ребёнка заботиться о себе, благословить и отпустить. Остальным обучением займётся жизнь. Это не входит в задачу родителей. В зависимости от избранного пути, предназначения, миссии каждого человека, жизнь будет устраивать ему встречи с необходимыми учителями, подстраивать, словно мозаику в калейдоскопе, разные события и ситуации, в результате которых будут приходить соответствующие осознания и решения. Так происходит становление зрелой личности. А что было бы, если бы львицы не отгоняли вовремя своих любимых львят от сиськи, а птицы бы задраивали гнёзда, чтобы птенцы не сбежали. А любящие родственники гусеницы, которая замечталась о превращении в бабочку, соорудила себе кокон, шёлковыми ниточками потуже затянули бы этот самый кокон, чтобы неповадно было покидать ряды родных гусениц, и идти на поводу метаморфозов. Не было бы в природе сильных львов, смелых птиц и прекрасных бабочек. Это не любовь!
Ведь именно так поступают большинство "любящих" мамочек и папочек среди людей. "Как же я могу отпустить или оставить своего ребёночка? Ведь я так его люблю!!!!!" – сплошь и рядом эти фразы изрыгаются из уст людей, через которых пришла душа ребёнка в этот мир. А этому ребёнку уже давно за.. или лет эдак -дцать. И они продолжат жить вместе с любящей мамочкой, которая задаривает подарочками, подкидывает денежки и продолжает заботиться так же, как заботилась, когда её чаду было пять лет. Зачем же взрослеть? Зачем заводить свою семью, брать на себя ответственность за свою жизнь, принимать сложные решения… Родители – это всего лишь проводники. Временные!
Этап взросления – это не про определенный возраст. Это про готовность, срок. И у каждого он свой.
Марта была хорошей мамой, истинной. В социальном плане её поведение относительно Нилы было недопустимым. Оставаясь ещё сама ребёнком, Марта заботилась о маленькой Ниле, помогла ей сделать старт в жизни. Так и не став взрослой и зрелой личностью, Марта покинула дочь в тот момент, когда почувствовала срок. Этот сценарий был тайно оговорен их душами ещё до прихода на эту землю. Все события в жизни каждого происходят только с его согласия. С вами ничего не может произойти без вашего на то согласия. Сознательного или бессознательного. Как сказала главная героиня из фильма "Москва слезам не верит": "Если бы ты меня тогда не бросил, если бы я так сильно не обожглась тогда, ничего бы из меня вышло". Для совершенствования души Нилы такой сценарий её детства был идеальным. Страдания, которые она пережила, укрепили её внутренний мир. Это помогло ей стать такой, которой она стала.
В поисках маяка…
Через пару недель после своего возвращения, Марте снова приснился кошмар. Она тонула в холодном море. Ночь царила над бескрайними водами, ветер поднимал волны всё выше и выше.
Она барахталась, пытаясь удержаться на плаву. Вертела головой, ища хоть какие-то намеки на спасение. Она искала свет, свет маяка. Но вокруг было темно. Дикий ужас окутывал её, она кричала, но никто не слышал…
На рассвете, проснувшись в холодном поту, Марта накинув лёгкую кофточку, выбежала из дома. У неё периодически были приступы панических атак. Её тело трясло, дыхание было прерывистым и поверхностным, сердце колотилось не в такт, в ушах звенело, перед глазами всё плыло. Её душой и разумом овладел панический ужас. Ноги бежали в неизвестном направлении. Рыдая и всхлипывая, ничего не видя перед собой, она неслась по просыпающемуся городу.
Что ей двигало, было не совсем понятно. Марта оказалась на привокзальной площади. Гул машин и скопление людей сейчас пугали её. Больше всего на свете ей сейчас хотелось оказаться в объятиях своего любимого мужчины, спрятаться от всего мира. Она искала его глазами среди людей в толпе. Что-то внутри ей подсказывало, что он должен быть сейчас здесь. Это абсурд. Но она, почему-то, была в этом уверенна.
– "Поберегиииись" – раздалось за спиной Марты. Это был грузчик, который вёз впереди себя огромную телегу, нагруженную сумками и баулами.
От неожиданности Марта отскочила в сторону и оказалась на проезжей части. Сбоку раздался сигнал и скрежет тормозных колодок об асфальт. И на фоне всего этого она услышала знакомый голос: "Марта!". Она успела только повернуться в пол-оборота на зов сердца в поисках любимого мужчины. Их глаза встретились на мгновение. Николай бежал к ней, он приближался. Машина, летящая на скорости, не успела затормозить. От удара тело Марты подлетело на несколько метров вверх и…
Николай сидел на коленях, держа на руках окровавленное тело любимой женщины. Он что-то кричал. Вокруг столпились люди.
Глаза Марты, в которых обычно искрились огоньки, были закрыты. Её гладкий лоб не искажал никакой боли. Уголки рта испачканы кровью. Кровь красная, словно восход солнца перед штормом, медленно струилась по подбородку, который, как всегда был немного вздёрнут вверх.
Гул и все пугающие Марту звуки стихли. Она почувствовала себя под водой. Дышать нечем, она пытается выплыть из пучины на поверхность. Невероятные усилия и … Ей это удается. Теперь она борется с волнами в ночи. В панике ищет глазами хоть-какой-то намёк на спасение. Ищет свет маяка. Но вокруг темно. Она неистово сражается с холодом и накатывающими волнами. Из последних сил плывет. Молит небеса послать ей спасение, хотя бы слабый лучик света. Но вокруг темно. Обессилевшая, уставшая…
Трое суток душа Марты искала свой маяк. Она была в коме. Трое суток её тело и душа продолжали бороться. Николай вызвал из столицы лучших специалистов. Врачи делали всё возможное. Но, не смотря ни на что, на третий день Марты не стало.
Как выяснилось позже, интуиция не обманула Марту в день аварии. По словам Николая накануне ему приснился вещий сон о том, что Марта в беде. Обычно он не верил во всю эту ерунду. Но на утро он проснулся с таким зловещим предчувствием, которое не покидало его весь день. Вечером, отложив свои дела, он сел в поезд и мчался к любимой. А утром на вокзале в поисках такси, он случайно увидел Марту за несколько секунд до трагедии. Он не успел…
Он собирался с Мартой провести всю свою жизнь, а провел её в последний путь.
Дорога в вечность
Даже в этот день Марта прекрасна, как всегда. Сегодня как-то по-особенному. Может потому что это в последний раз. Собрались люди, говорят только о ней, и только хорошее. Глаза Марты закрыты под тяжестью век. Густые ресницы отбрасывают на щёки тень. Её губы сегодня не налиты той живой краской, но они по-прежнему волнующие. Хрупкое тело обтянуто белым нарядным платьем, как на торжество. Но это не обычный праздник. Она не листала журналы в поисках фасона, никто не составлял список приглашённых, и гости не несут дорогих подарков. Только цветы. Марта любила цветы.
– "Смотри, сколько цветов тебе сегодня подарили. Только тебе".
В её озябших руках свеча, и воск безжалостно обжигает пальцы.
– "Слышишь? Играет музыка".
Она любила музыку.
Кто-то пытается вплести в волосы Марты живые цветы. Копна её густых волос аккуратно уложена на подушке. Над головой появился венец. Что это? А, это игра солнечных лучей, которые пробились сквозь щелку полузакрытых ставней. На мгновение каждый дюйм её тела пошевелился. Люди в тёмных одеждах подняли её и куда-то понесли. Все "гости" медленно, по одному, держа в руках венки из цветов и свечи, вышли вслед за ней. Дорога в плачущей толпе казалась долгой и утомительной. Вскоре "Ложе" Марты поставили на землю.
На кладбище жутко. Громко завывает ветер, растрепывая волосы, пытаясь оборвать кружева на её платье. Вокруг – холмики, увенчанные крестами. Появился священник с длинной седой бородой. Он окропил всех водой. Щёки Марты тоже стали покрыты мелкими каплями, а она лежит неподвижно, словно вдыхая аромат весенних цветов.
Они накрыли её крышкой, как мышонка. Всхлипывания людей и крики птиц смешиваются с гулом ударов молотка. Они запечатали её, чтобы никто больше не смог любоваться её красотой. Она теперь обречена на вечный покой. Все её бессонные ночи будут восполнены теперь сполна. Звуки летящих комочков земли и ударяющихся о крышку гроба похожи на барабанную дробь дождя.
Для души Марты эти удары становятся всё сильнее, а земные звуки людей, птиц, ветра затихают. Последние аккорды грустной музыки и всё. Всё позади. Все мирские заботы, переживания, любовные мучения… От них не осталось и следа. Марта при жизни так искала душевного покоя и защищённости. Теперь – только тишина и вечность.
Среди собравшихся людей на кладбище стояла худенькая фигура девушки. Она выглядела растерянной, щеки её были не естественно бледными, глаза блестели от слёз, губы и подбородок дрожали. Сложно описать то, что чувствовала Нила сейчас. Она повернула голову в сторону и встретилась глазами с молодым человеком. Он стоял в нескольких десятках метров возле чьей-то могилы с цветами и смотрел на Нилу, сочувствуя ей, словно половиня её боль. Нила застенчиво отвела взгляд. Но у неё осталось ощущение какой-то теплоты. Словно её обнимали сзади ангельские крылья, боль утихала, и ей становилось легче. Когда Нила снова повернулась в ту сторону, где стоял молодой человек, там никого уже не было.
К Ниле подошел Николай и по-отцовски обнял её за плечи.
– "Я хотел стать для тебя отцом, но не успел. До конца своих дней я буду сожалеть о том, что опоздал. Если ты не против, я могу быть твоим другом. Больше всего на свете я любил твою маму. А когда любишь человека, то любишь всё, что связано с ним. Поэтому по отношению к тебе у меня тёплые и искренние чувства".
Нила склонила голову ему на плечо и горько разрыдалась. Все эти дни она себя сдерживала, не позволяла проявлять свои чувства. Это отравляло её и мучило. А сейчас она изливала свою боль через слёзы, и ей становилось легче.
Через много лет эту могилку никто не узнает. Надписанные слова на надгробье никому ничего не скажут. Но всё так же будут цвести цветы, петь птицы, будет шуметь ветер и светить солнце. Ничего не измениться. И Марта останется всё такой же молодой и прекрасной. Такой, какой она осталась в памяти. И эти воспоминания отпечатаются в вечности.
Посмертный подарок
Жизнь продолжала течь своим чередом. Даже на выжженной земле когда-то снова прорастут цветы и трава. Даже в израненном сердце и опустошённой душе снова когда-нибудь поселится радость и желание жить.
Нила очень тяжело переживала потерю мамы. Николай поддерживал её и бабушку. Он иногда приезжал без предупреждения с охапкой подарков и сластей. Он развёлся со своей женой. Дети его поступок не одобряли. И отношения с ними стали натянутые. Единственной отдушиной для него теперь стала благодарная и обожающая его Нила. Виделись они редко, но эти встречи были пропитаны отцовской заботой и тёплыми дружескими нотками.
Однажды по весне, приехав в очередной раз, чтобы навестить Нилу, Николай предложил ей сходить с ним в поход. Дорога предстояла дальняя. Он помог ей собрать все необходимые вещи, и на рассвете они выдвинулись в путь. Шли они по холмистой местности вдоль моря. Припекающее солнце вынуждало их делать привалы и отдыхать в тени раскидистых деревьев. Они делились приготовленными заранее бутербродами, болтали о жизни, любовались открывающимися видами. Николай рассказывал много занятных историй из жизни. Нила искренне хохотала, прикрывая полный рот рукой. Когда в пути они встречали зайца или косулю, Нила радовалась, словно ребёнок. Она бегала по траве, пытаясь ладошками поймать пёстрых бабочек. У неё ничего не выходило, и Николай по-доброму подшучивал над её нерасторопностью. Николай обучал её, как себя вести в горах, как реагировать при встрече с дикими животными. Нила чувствовала себя рядом с ним защищённой и нужной. Николай, не смотря на свой возраст, высокое социальное положение и прожитый опыт, так же нуждался в душевном тепле и ощущении своей ценности в чьей-то жизни. Нила была благодарна ему за всё, что он делает для неё; за каждую минуту, которую он уделил ей; за каждый момент жизни, украшенный его присутствием. И ему хотелось для неё сделать ещё больше.
Уже серело, когда неподалеку на горизонте появился белоснежный маяк, стоящий отдаленно от берега, на выступающей над поверхностью моря скале.
– "Нам туда", – бодро сказал Николай, указав рукой в сторону маяка.
Когда маяк озарился светом, и стал вертеться по кругу, у Нилы пробежались мурашки по коже.
Они спустились к самому морю. На берегу у причала была пришвартована моторная лодка. Николай, заговорщически подмигнув Ниле, достал ключи из кармана и прыгнул на палубу шлюпки. Он протянул ей руку, помогая спуститься с причала в лодку. Рёв мотора, морской бриз и зажигающиеся на небе звёзды придавали этому вечеру мистическую окраску. Они высадились на скале с маяком. По очереди поднялись по лестнице. Нила смотрела по сторонам с огромным изумлением. Это место для неё было почему-то родным, хотя раньше она здесь не была. Вокруг всё выглядело немного зловеще. Сереющее небо, бьющиеся волны о скалу, ревущий ветер и крик чаек. А Нила чувствовала себя, словно она пришла домой. Когда они зашли внутрь маяка, Николай повернулся к ней и сказал:
– "Этот маяк я построил для Марты".
Нила вопросительно посмотрела на Николая, подняв вверх свои бровки и приоткрыв рот.
– "Я долго размышлял, почему она не пришла в себя, почему она не вернулась из бессознательного состояния. Ведь многие возвращаются".
– "Николай, врачи сказали, что её травмы были не совместимые с жизнью. Она боролась до последнего" – пытаясь его успокоить, сказала Нила.
– "Марта верила, что душа покидает тело в результате травм, сильных потрясений или переживая нестерпимую душевную или физическую боль. И вернуться в тело она может, только если летит на свет внутреннего маяка. Душа Марты не вернулась в тело, она где-то потерялась. Я верю, что свет этого маяка поможет обрести покой её душе. Моя Марта научила меня верить. Пусть этот маяк осветит путь её души" – промолвил Николай тяжело- тяжело вздохнув. В его голосе были слышны нотки боли и какой-то обреченной надежды.
– "Я хотел подарить ей весь мир. Но это маленькая частичка того, что я могу сейчас для неё сделать, понимаешь?" – виновато сказал Николай.
– "Не кори себя. Ты ни в чём не виноват" – с заботой сказала Нила, гладя его по плечу. Она хотела поддержать, подбодрить его как-то.
– "Однажды я приехал из командировки, она встречала меня на вокзале. Она увидела меня издалека и побежала ко мне, как ребёнок, смеясь и расставив руки в стороны. Я поймал её, она запрокинула голову назад. Я целовал её в шею, кружил, а она хохотала. Я был тогда самым счастливым на свете. А затем я сделал ей больно. Через пару дней она увидела меня с женой в городе. Я не успел ещё расстаться с ней. Марта расценила это как предательство. И больше ни разу не побежала ко мне на встречу. После этого, чтобы я ни делал для неё, она больше не хохотала, как маленькая девочка.
Может когда – то наши души встретятся у подножия этой скалы. И я смогу ей сказать то, что не успел. Сказать, как я её люблю", – Николай опустил голову, прикрывая лицо рукой. Когда он снова поднял глаза на Нилу, они были наполнены слезами. Нила крепко прижалась к его груди. Она чувствовала его отцовскую нежность.
"Это же, как он любил мою маму, если так сильно смог полюбить всё, что с ней связано, то есть меня", – думала про себя Нила в объятиях ещё недавно совершенно чужого ей человека, но ставшего таким ей родным.
– "Когда захочешь пообщаться с мамой, почувствовать её любовь, приходи сюда. Каждый кирпичик здесь пропитан памятью о ней", – сказал Николай, когда они выходили из маяка.
Они переночевали в домике смотрителя маяка. Их гостеприимно напоили чаем с баранками. Смотритель, старый моряк, за столом развлекал их рассказами о своих морских приключениях, историями о пиратах и морских чудищах. Засыпая, Нила поймала себя на мысли, что ей здесь очень хорошо, словно и вправду душа её мамы витала неподалеку, напевая ей колыбельную.
Спала Нила сладко и крепко, словно у мамы в карманчике. На рассвете, глядя через маленькое окошко вдаль, на берег, Нила почувствовала непреодолимую тягу пройтись по канату, натянутому между верхушкой маяка и выступающей скалой на берегу. Тогда она точно будет близка к Богу, и возможно к маме. И Бог услышит молитвы, обращённые к нему, и заметит её. Юная Нила рассуждала так: если Небеса ей посылают столько несчастья и окрашивают её жизнь тонами горя и потери, то Бог просто забыл о её существовании. И Нила непременно собиралась заявить о том, что она есть, чтобы её заметил сам Бог. Она была полна решимости. Даже если для этого ей придётся рисковать собственной жизнью, это того стоит. Так зародилась мечта в сердце Нилы, которая стала согревать её израненное существо.
Возвращаясь обратно, отдаляясь от маяка на лодке, Нила всё время оглядывалась назад. У неё была внутренняя уверенность в том, что она сюда еще вернётся.
С Николаем же она виделась в последний раз. Вскоре он разбился на машине, попав в автокатастрофу. Без своей любимой он потерял смысл жизни, и перестал её ценить. Возможно, там, в других мирах Марта и Николай встретятся, чтобы слиться воедино. Кто знает…
Первая любовь
В очередной раз Нила пережила боль потери, утраты близкого человека. Снова в жизни Нилы остались лишь мечты, разбитые в дребезги, ангелы с оборванными крыльями и глубокое одиночество.
Её грела лишь страсть к высоте, запах опасности и ветер, раскачивающий канат над пропастью. Ещё один год тренировок без отдыха. Жизнь закаляла Нилу, словно готовила её к выполнению какой-то особой миссии. Нила научилась управлять своими эмоциями, своим страхом. Нервы её были натянуты, как струны, как канат, по которому она ходила.
