Страница 7 из 11
И идеальный вечер декаданса – мира,
Где тишиной летит – ему покой,
Грядущей боли времени – могилы,
Где идеал стоит и – верит той —
Обыденности тишины – проблемы мира.
Благом помнит центр – души,
Твой характер слов – причины,
Им и трепет верным – сном,
Обличает весь свой – мирный,
Повод встать, как слог фортун,
Демократией в тон – мира,
Не единожды ты – мог,
Развивать тот – парадокс,
Над культурой возле – благ,
Ходом из оков – могилы,
Достоверной смыслам – шанса —
Расстояния быть – с миром,
Политической наградой – на глазах,
Видеть свой обычный – день,
Долгой верности над – словом,
Расстановкой дела – скромно,
Что иллюзии вины – предлагать —
Политическому счастью, на обличии,
Временному идеалу мира – став,
Как окова над – расплатой,
Жизни, что уходит – счастьем,
Без огня и права – помнить,
Свой почтенный мир – в глазах,
Различая формы – света,
Посмотрел портрет тот – мирный,
Больший час надежды – смысла,
Чтобы новый день – создать,
Но стоит и вертит – солью,
Повод лжи прискорбно – мерный,
Жалкой политической – услады,
Верить социальным – снам,
По одним гадать им – письмам,
Холод жизни снова – ставить,
Перед истиной, как стали —
Мы одним и тем же – благом,
Сопричастного мотива – умирать.
Расстоянием благого – мира,
Смысла апогея там – вдали,
Глаз не видно в истине – раздора,
Что спокойный ветер – спора,
Тоном задаёт нам впредь – страдать,
Большим благом о – причастных,
Россказнях над философской – манной,
Стиля положения вдоль – мира,
Стать глазами слова – странно,
На беде указки – мирной,
Логики оставленных – надежд,
И принять их вид – мотива,
Апологии быть только – на виду,
Устрашением и видимой – тоской,
Большинства от права – идеала,
Стройных форм анархии – опять.
Ты не ждёшь их привилегий – права,
Словно день и век – понурой тьмы,
Жизни мира и конечной – мести,
Расстояния и смысла – гордой песни,
Где сошлись по россказням – войны,
Все твои надежды и – предтечия,
Стали вымыслом и чахлой формой – нам,
Одичания культуры – между страхом,
Говорить анархией, как прахом,
Утопичности иллюзии – быть в ней,
Человеком, или средством – на заклание,
Боли вечности откуда – не пришли,
Сон и явь, соизмеряя время —
Положения для политического – века,
Одичания любви внутри – раскаяния,
Быть одним и тем же прахом – мира,
Расстояния любви откуда – мы,
Посмотрели на иллюзии – прогресса,
Слова политического – стресса,
На одно лекало нужной – меры,
Форм анархии культуры – как примера,
Политического свойства – до войны,
Человеческого взгляда между – веком,
Приходя всё тем же – человеком,
Смертных форм оправданного – счастья,
Чувств и истин – мании вопроса,
Философской ценности – любви,
Изучать причины боли – жизни,
Расстоянием до – внутренней войны,
Отличая месть иллюзий – страха,
Разнесённой меры Бога – праха,
И своих опор – внутри прогресса,
Что прошли анархией – внутри,
Лично не оставив тени – мира,
Политического откровения и – жизни,
Логикой открытия преддверия – войны.
Ты теперь всё клонишь – лица,
Дав – сознанию умышленный расчёт,
Сердцу глаз и принцу смысла —
Отобрать – фортуны добрые умы,
Их рассказ над опытом – тюрьмы —
Различает темноту, чтоб слиться,
В прошлой самости узора – потому,
Пишет экзистенцией один, не в лицах —
Жадностью оторванный – расходный идеал,
Он умом готов в природу – скалиться,
Отнимая ветер сквозь – оскал.
Шёпот смысла в тоннах – не ему —
Понимает свод пути – в войну,
Отличаемой зеркальной пустоты,
Небывалой личности у мнения – свободы,
Но забыл и этот призрак – моды,
Что ходить узором – пройденного я,
В городских пейзажах – смерти лиц,
Не твоя условная печаль – искусства,
Смотрит в том и ежели – молчит —
Пустозвонно в мире чалых – свету,
Отражённых волей смерти – грёз,
Мании аналога, им слиться —
Ты хотел, на сотнях слов – позора.
Не утратил землю формы – лжи,
Но и та надежда смыта – грязью,
На проталине у собственной – души,
Нет ей права отражать – последний,
Век узора самомнений – пользы.
Что идёт и верхом нежилой – борьбы —
Умирает в той войне – цинизма,
Зная этот миф о праве – лишнего —
Умирать под тонной мнений – лжи.
Оторванный – миром пустого взросления,
Немыслим – искусству авралом потери —
Несёт идеальный пример, на неделе —
Свои постоянные вечности – сны.
Они – убирают пустое течение,
Порока в простившем культуру – наследии,
Изнеженной маски на том – горделивом,
Предательском имени формы – забот.
Ушли, как оставили смертью – позора —
Свои несмышлёные тяги – к науке —
Пути секунданта, под сложностью скуки —
Внутри, одолевшего мира – чудес.
На сладком одре измождения – трона,
Он прыгал, что тенью немой – передачи,
По тонкому качеству – новой удачи,
Где смыслом не найденной – воли души —
Оплакивал трон секунданта – природы,
Оторванной миром детали – в причине,
Не быть бы ему – утолённым наукой,
Но завтра формальностью – прятать войну.
Что цифры сложили под лёгким – узором,
Не найденной вечности – мира тупого,
Ты волю прочёл и осталось – немного,
Оставить на цифрах взросления – нам.
Пути идеального света – культуры,
По тем необычным игры – лабиринтам,
Пускает у вдоха – часы диктатуры —
Сплошное довольство укора – из тех.
Секундами сплоченных сказкой – уюта,
Программы задетого сном – эпиграммы,
На жизнь отражает скупое – довольство,
Чтоб выдержать этот – покой от чудес.
Где – ты же, на трон понимаемой – рамки —
Спускаешь иллюзии милой – работы,
Оставь эти вехи, за кромкой которых —
Не пройден твой сон – философии моды.
Не вынес судьбы и забился под цифру —
Спокойный порок очумелого – смысла,
Не ждать ли ему – испытание в муках,
Откуда на трон – не взобраться, увы?
