На самой высокой башне, часы со стрелками в виде скелетов, пробили семь вечера. Наступило время ужина и окончания занятий в Академии боевых заклинаний. Над моей головой сделали почетный круг горгульи, мерно размахивая большими кожистыми крыльями, и протяжно завыли. Нет, не от тоски, а от того, что разрешалось им только два раз в день пролететь вокруг высоких шпилей здания академии, а потом они магически приковывались к высоким башням главного здания альма-матер. Они были наказаны. За то, что напортачили на задании, когда по приказу ректора, прибыв в мир Эдвинон для помощи в свержения местных бестий, решивших захватить власть. А после удачно проделанной работы так напились, что подрались с синеглазками. Нет, не бабочками, а многокрылыми хищными птичками, стражниками местного правителя. От чего тот осерчал и выгнал без оплаты работы наших горгулий. Поэтому их и приковали магической цепью к шпилям здания. Надолго нет, не знаю, потому что ректор Академии боевых заклинай был суров, но справедлив.
– Добрый вечер, магистр Дюпрэ, – дружно поприветствовали меня студенты, идущие в столовую.
– Добрый, – буркнула я вовсе недобро, потому что день у меня выдался паршивым. Студенты на занятии по боевой магии, которую я преподавала, решили, что они певчие птички и заорали песни, а надо было заклинания, которые я втолковывала уже им два семестра. А песня была посвящена животинке, что доставили нам из самой Бездны для учебных целей. Нет же! Не оценили мои студенты такого счастья: повидаться с созданием Иного мира – Смури, очень красивым, с тремя хвостами заканчивающимися острыми ядовитыми шипами, двумя головами с гребнем, как у ящерицы, смотрящим на всех круглыми красными глазками на выкате, и капающей слюной, что прожигала даже камень. Из его вытянутой пасти сверкали белизной длинные кинжалы-зубы, и вырывались крякающие звуки. Мне кажется, он не очень добро выражался. Ну так из Бездны же – там все очень милые.
Смури очень редко ловили, а уж попрактиковаться на них будущим боевым магов удавалось еще реже. Я тут, понимаешь ли, целый год выпрашивала редкую зверушку, чтобы и полюбоваться прекрасным созданием Бездны, и студентов научить с ними бороться. Так они как увидели зубатика, когда я сняла купол невидимости и торжественным воплем: «Тадам», так и побежали в разные стороны. М-да… Что сейчас за боевые маги пошли? Но нет, я не дала потерять им лицо передо мной, магистром магии пятого уровня и просто прекрасным преподавателем, который защитил магистерскую диссертацию в двадцати четыре года. Я быстренького перенаправила Смури магическим потоком, и опустила его прямо перед орущими песню ужаса студентами, чтобы полюбовались редкой красотой. Ну а что? Гость из Бездны переливался зелеными красками, словно спинка навозной мухи, глазки бегали, ручки дрожали от предвкушения вкусного обеда. Обожаю таких редких тварюшек. Одно удовольствие их уничтожать! И хотела, конечно, обучить искусству убивать своих студентов. Не, ну а пусть приучаются – это же вся жизнь боевого мага.
Так студенты все же не оценили моего посыла. Только шкуру Смури подпортили – та задымилась, пошла пятнами и покраснела. От чего уже завыла дурниной магическая бестия, и серьезно так рассердилась. Встрепенулась, зыркнула зло глазами и заморозила студентов, превратив их в ледяные изваяния. Тогда быстро уж подсуетилась я. Достала магический аркан, и обхватила Смури за шею. Вот она рвалась-то! Но не смогла выбраться. Ибо веревка лишила ее магии и силы, превращая в просто злобного, но не опасного питомца.
Когда я разморозила бедолаг-студентов, те упали на траву, изображая желе, заозирались, дико вращая глазами и пооткрывали рты, увидев моего песика цепного. Да, может, немного и страшновато, когда возле маленькой меня, сидела зубастая и шипастая зверушка, три метра роста и высунутым фиолетовым языком. Смури дышал глубоко и зло щурился, покрасневшими глазками до цвета крови. А мне нравилось. У меня никогда не было собаки, а тут хоть на время появилась. Даже подумала притащить ее домой, но решила, что соседи вряд ли оценят такое чудо.
– Даю всем два дня на подготовку для практики на полигоне. Моя зверушка вас там будет ждать.
– П-простите, магистр Дюпрэ, – стыдливо попросили прощения студенты. Бледные, утирая лица от влаги, поплелись в академию, низко повесив головы.
– Ну что, чудо мое, пойдем, покормлю тебя, – ласково обратилась к зверушке. На что та сначала недоверчиво покосились, и клацнула зубами возле моего уха. Но не тут-то было! Мага пятого уровня не проведешь! И быстро схлопотала намордник. Красивый такой, светился розовым.
***
В тихом, словно склепе, коридоре этажа для руководства нашей академии, загадочно мерцали светильники. Мне показалось, что темновато и я одним щелчком зажгла внушительные огненные шары, что весело запрыгали под высоким потолком. Подошла к массивной дубовой двери – табличка на стене гласила: «Ректор Академии боевых заклинаний, профессор Винсен Лазар». Заправила за уши длинные блондинистые кудри, и зашла в приемную.
Милая зеленая дриада, худая словно камыш, с изумрудными волосами, достающими до пояса, что-то писала в тетраде. Мисс Фиара Кабрин вообще была очень старательной дамой, педантичной до мозга костей.
– Магистр Дюпрэ! Профессор Лазар вас ждет, – улыбнулась она и показала ровный ряд очень острых зубов.
– Спасибо, – кивнула ей в ответ и направилась к двери ректора.
Шаг внутрь кабинета, и я оказалась окутана дымом, или туманом, густо сиреневого цвета. Закашлялась, отгоняя от себя мерзкий сладковатый аромат воздушной сахарной ваты.
– О, Кассандра, рад тебя видеть! – один хлопок и дыма не стало, а на меня посмотрели с улыбкой. Ректор стоял перед тумбой, над которой возвышался конус, и из него вырывались клубы того самого тумана. Это наш ректор проводил опыты с энергиями Бездны. Любил он эту тему, и, между прочим, именно он притащил из Бездны Смури.
Винсен Лазар – маг высочайшего уровня, прекрасный ректор, и просто красивый мужчина. Высокий, статный, с широкими плечами, мощными бицепсами, что не скрывал даже свободный сюртук цвета оливы. Светло-русые волосы блестели, а челка упрямо падала на глаза светло-зеленого цвета первой весенней зелени. Обаятельная улыбка заставляла всех женщин смущаться, и желать пообщаться с ним, надеясь на продолжение.
– Ректор Лазар, – поприветствовала начальство кивком.
– Проходи, – и он приглашающим жестом указал мне на диван для гостей, с бархатной обивкой черничного цвета.
Я уселась, тщательно расправляя платье на коленях. Шелковое, красивое, дорогое, алого цвета. Оно прекрасно облегало мою стройную фигуру. Ну не зря же я шлялась по всяким злачным мирам, выискивая разную милую живность в опасных условиях. Иногда охотясь за ней в непролазных горах, или в цепи пещер, непроходимых лесах и на болотах, а это требовало недюжинной физической подготовки.
Профессор Лазар изогнул одну бровь, осматривая меня с ног до головы. Я демонстративно выставила ножку в туфельке на высоком тонком каблучке, и повела плечами, от чего взгляд профессора тут же утонул в моем глубоком декольте. Его кадык нервно дернулся.
– Магистр Дюпрэ, вы в таком наряде… – честно признаться, в платьях меня можно было увидеть очень редко. Я же боевой маг – моя одежда – это брюки, высокие сапоги, рубашка немаркая, чтобы всякие жидкости, да кишки разных гадов можно было без труда вывести.
– Да, на ужин собралась вот, – пояснила ректору.
– Повезет твоему мужчине, – ослепительно улыбнулся Винсен. Как же он умудрялся так безупречно выглядеть? Всегда чисто выбрит, одет с иголочки, приятно пах парфюмом. Он даже на боевом задании оставался элегантным, не позволял себе крепкого словца, в отличие от меня.
Винсен богатый лорд, аристократ, с безупречными отточенными манерами, природным обаянием и чарующим голосом: бархатным, западающим в душу. Не мужчина, а мечта, – вздохнула я. Я, конечно, тоже не из простых девушек, хорошая семья, не бедная, образованная и с сильными родственными связями. Но они до сих пор не могли смириться с моим увлечение боевой магии. Но что я могу поделать – с самого раннего детства, как моя магия проявилась, так я и пыталась ее удержать – она вырывалась буйными огненными потоками, ледяными бурями и ливнями стрел.
Я нашла себя в жизни, как только увидела в лесу, где мы с родителями землянику собирали, вылезающую из портала кракозябру, с шестью ногами и таким же набором рук, похожую на майского жука переростка. Она злобно поблескивала ядовито-зелеными глазищами и шевелила усищами. Сама не знаю как, но я испарила ее мгновенно, превратив в горку пепла, который подхватил весенний ветер и развеял по лесу. Вот тогда, в восемь лет от роду и поняла свое призвание – боевой маг. От восторга прыгая над своим первыми останками вражины, меня распирало от гордости, ведь эта каракатица могла уничтожить полдеревни, где мы жили. Пока мои родители приходил в себя от увиденного, я радостно планировала свое великое будущее.
– Конечно, такая как я всегда мечта для любого мужчины, – я встала с дивана и направилась плавной, кошачьей походкой к ухмыляющемуся ректору, которому даже на каблуках еле доставала до плеча. Подойдя ближе, заглянула ему в глаза, они лучились теплом.
– Главное, ты моя мечта, – притянул меня за талию Винс, прижимая к своему сильному твердому телу. Его рука нежно коснулась щеки, а большой пальцем погладил мою нижнюю губу. – И только моя женщина, Кэсси. – Я несильно прикусила кончик его пальца, а он хохотнул и накрыл мои губы своими, даря сладкий многообещающий и крышесносный поцелуй.
– Но, любимая, ужин у нас, к сожалению, отменяется.
– Что? Почему? – удивленно вскинула на него глаза.
– Нам нужно срочно разобраться с одним делом.
***
Тишину нарушал стрекот цикад. В ночном небе приветливо сверкали холодные звезды, перевернутый диск луны напоминал безумную улыбку. Ага, в нашем мире луна вела себя как хотела: то улыбалась, скалясь так, что была похожа на злого гоблина, то вообще поворачивалась к нам задом, демонстрируя глубокие кратеры.
– М-м, ты решил в таком романтичном месте меня полапать? – игриво спросила Винсена, с которым мы лежали прямо на траве в кустах. Впереди виднелась опушка леса, покрытая седой травой. Мы наслаждались прохладой вечера, вдыхали густой мшистый аромат леса, и прислушивались к звукам ночи. Рука ректора скользнула мне под платье, и медленно поползла все выше.
– В другой раз, милая, сегодня ночью, например. Но сейчас я просто убираю многоножку, которая решила покуситься на те местечки, что положено видеть только мне.
– А-а, – воскликнула я. Не люблю насекомых! Вот животинок разных – да, а этих мерзких пресмыкающихся нет.
– Хорошо, что я установил полог тишины, – хмыкнул Винсен. Да, я почувствовала легкую вибрацию воздуха, когда он нас окружил. – Так кто, конечно, как же было не воспользоваться ситуацией, когда рядом со мной лежит такая шикарная девушка, и не заняться ей. – Погладил он мою попку. – Но у нас, к сожалению, дела, милая.
– Зачем мы сюда пришли? Могли бы сейчас пить вино, и наслаждаться устрицами в ресторане. Я такое платье для тебя надела, – пробурчала недовольно я.
– Кэсси, ты мне нравишься в любом наряде, но я предпочитаю, когда ты без всего, и лишь на тебе мои руки, а я внутри тебя, – ослепительная улыбка осветила ночь. Вот всегда поражалась белизне его зубов.
– Я предпочитаю в траве все же лежать в более пригодной для этого одежде.
– О, да, в милых брючках в обтяжку ты всегда привлекаешь внимание, и впервые именно в таком виде произвела на меня неизгладимое впечатление.
– Это ты намекаешь на наше первое знакомство? – захлопала кокетливо ресницами я.
– Да-а, – протянул ректор и обнял меня за талию. – Когда я увидел, как ты лихо оседлала дракона, крепко сжимая его бедрами, и радостными криками оглашая арену, я пропал – понял, что ты моя женщина.
Впервые Винс меня увидел на соревнованиях наездников драконов, где я боролась на звание лучшей укротительницы. И после того, как я, счастливая победительница турнира, слезла с трибуны, где нас награждали, увидела красавца мужчину с букетом белых лилий, и хлыстом с золотой рукояткой в руке, тоже поняла – это мой мужчина. С этим хлыстом я потом выиграла еще пару соревнований, кстати.
– Смотри! – понизил голос Винс, указывая мне вперед.
Воздух зарябил, и образовалась черная дыра. Нет, не дыра, конечно, это был портал. И оттуда показалась маленькая сгорбленная фигура уродца. В зеленой кофте и шортиках. При лучшем рассмотрении оказавшейся гоблином, но от этого они все равно уродцами не перестают быть. И не шортики это вовсе были, а новомодные бриджи. С их волосатыми ногами смотрелось ужасно.
Мелкий гоблин воровато оглядывался, и, когда никого постороннего не приметил, засунул голову в портал, и, видимо, что-то крикнул. И вот уже вереница нескладных фигур выбралась оттуда, и притащила с собой ящики, выставляя их на травку. Слышать мы их не слышали, но наблюдали внимательно за их действиями.
Переговорив о чем-то между собой, гоблины влезли в портал, оставив на поляне одного своего товарища, и несколько внушительных ящиков.
– Что происходит? – шепотом спросила у Винсена, хотя посторонние слышать нас точно не могли, и видеть тоже.
– Я недавно заприметил в этом месте магическую активность, и мне показалась она странной, вот и стал наблюдать. У меня нюх на заговоры. И что-то мне подсказало, что здесь замышляют недоброе, – прищурившись, Винс, внимательно смотрел за нетерпеливым хождением гоблина вокруг ящиков.
–М-м, – покивала я. – И что ты, позволь спросить, делал ночью в лесу? – приподняла иронично бровь.
Винсен бросил:
– Ничего.
– Ответ не принят. Не скажешь – буду думать, что ты тут с кем-то встречаешься тайком от меня. С девушкой, например.
– У меня есть любимая женщина, – вскинула на меня взгляд Винс.
– А я ее знаю? – кокетливо захлопала ресницами, на что Винс усмехнулся и выдал:
– Я искал оленя.
У меня брови поползи вверх.
– Что?
–– Непростого! Он убежал от нашего короля, а это был подарок от дружественных соседей из другого мира.
– И что в этом олене такого особенного, что на его поимку отправили одного из самых лучших боевых магов страны?
– Олень очень умный и говорящий. И не только на человеческом. Он считал себя свободным и гордо ушел, посчитав, что его нельзя дарить. А заговорить он может любого. И настроить против своих врагов пол-леса. А ты сама знаешь, какие милые зверушки проживают у нас. Ты же по ним спец. – О, да, моя любовь к «милым» тварюшкам неистребима.
– Вот и подумали, что справиться со всеми воинственно настроенными хищниками и нежитью, благодаря одному свободолюбивому оленю, доступно только боевому магу. Я нашел этого оленя. И смог уговорить его вернуться во дворец добровольно.
– И что же ты ему сказал такого?
– Что он сможет создать себе гарем из олених, и что никто не будет препятствовать его творческому развитию и научной деятельности.
– Он ученый? – поразилась я.
– Да, он захотел опробовать свои методики обучения животных говорить на человеческом.
– Ну, удачи бедному королю. Теперь его доберманы много что ему скажут, – хохотнула я, представляя любимых собачек короля. – И что же такого необычного в этом олене, что ему предоставят все преференции?
– Он приносит удачу тому, кто сможет ему угодить, если соизволит, конечно. Таких как он рождается мало, именно говорящих и волшебных. Раз в тысячу лет, и это действительно удача такого заполучить.
– Тут удача скоро понадобиться нашему королю, и стойкость еще. Неизвестно, когда осчастливит олень своим волшебством его, а вот вся живность дворца точно осчастливит короля своим запросами и требованиями.
Тем временем подъехала старая телега, оглашая округу скрипом. На козлах восседал гоблин в темном плаще и широкополой шляпе. Они вдвоем загрузили ящики в телегу, и она покатила по лесной дороге, скрываясь в густой темноте ночи. Винс рванул за ними, прячась между деревьями. Я за ним. И тут он накинул магическую сеть, бледно мерцающую в темноте серебром, и стащил один верхний ящик. Я побоялась грохота от его падения, но тот плавно пролевитировал к нам в кусты, где мы скрывались. Ничего не заметив, гоблины укатили по дороге, освещенной лунным светом.
– Ну что там? – я нетерпеливо пританцовывала возле ящика. Обожаю всякие загадки!
– Не торопись, – и ректор медленно обошел загадочный груз, измеряя магический фон. Видимо, ничего опасного не обнаружил, и, сев на корточки, открыл железным ломиком крышку. Я удивленно посмотрела на то, как небольшой металлический предмет, выуженный из кармана Винса, с палец длиной, превратился в ломик.
– Это что, муравьи? – скривившись от омерзения, спросила Винса.
– Хм-м, – он осторожно вынул насекомое с усиками из ящика. Тот яростно вырывался.
– Отойди! – приказал ректор. Я торопливо сделала пару шагов назад и поинтересовалась:
– Ну что за заговор ты учуял? Гоблины собрались мир захватить с помощью муравьишек? – И тут Винс кинул в усатое насекомое заклинание, и передо мной неожиданно предстала … лошадь.
Ну как лошадь, размер ее, а усы муравья, теперь достигающие метра длины. Тело, состоящее из двух звеньев, с перевязанной, словно кушаком, талией. Четыре мощные лапы чуть вывернуты. Голова овальная с выпученными черными глазами.
– И что это? – подойдя ближе, рассматривала чудо.
– А вот тебе и пустота пригодилась.
– Что ты имеешь в виду?
– Пустоты поля – это разработки наших ученых, которые недавно украли из королевской академии магии. Проводились опыты – уменьшения изначальных размеров живых и не живых существ, предметов до размера пуговицы.
– Гоблины украли, значит… Но зачем?
– А это не муравьи вовсе. Это боевые конкроды – их используют в армиях. они воюют наравне с наездником и могут применять заклинания простейшего уровня, которые им внушат владельцы. Так что воин на конркоде вдвойне эффективнее боевой единицы. И их сюда привезли, похоже, для отправки повстанцам, которые разбили лагерь на южной границе с нашим королевством, где назревает конфликт.
– Да уж. Не знала, что туда и гоблины влезли, – качнула головой.
Винс достал из кармана кристалл связи, и с кем-то связался по нему.
– Это Лазар, срочно пришлите службу безопасности. Координаты я вышлю. Тут чрезвычайная ситуация.
Ректор Винсен Лазар также состоял в службе безопасности королевства, потому что магов такого высокого уровня без присмотра короны не оставляли.
– Разбежались и прыгнули! – скомандовала студентам, что дружной толпой попытались пересечь глубокий овраг, из которого весело тянулись к нам щупальца бриоби, с присосками и метра два длины. Бриоби – это такая милая тварь, которая могла в любую секунд заключить тебя в крепкие объятия, и засосать в смертельном поцелуе. Ну а что? Третий курс все-таки, уже можно их на такие полевые задания выпускать.
– А-а, – заверещал студент и замахал руками аки ветряная мельница, когда по его ноге проскользнула щупальца бриоби.
– Используй прием «Удар вслепую» – спокойно произнесла я, наблюдая за вакханалией, когда студенты именно вслепую, зажмурившись от страха, беспорядочно лупили файерами и ледяными стрелами по бриоби. А был ли от этого толк? Нет, конечно.
Одним пассом я испарила до состояния тумана бриоби, который уже радостно заглатывал нерадивого студента, плохо изучившего боевые заклинания. Когда его выпустили щупальца, парень упал в воду, и еще сильнее заголосил, бестолково взмахивая руками и пуская пузыри. М-да… он еще и плавать не умел. Но я всегда на страже, так как я за студентов отвечаю, поэтому легким взмахом руки, и, пробубнив заклинание, высушила всю воду в овраге. Студент лежал на песке, вдыхая жадно воздух, как и рыбы рядом с ним. И безумно таращил глаза в небо, как и офигевший от происходящего краб, застывший рядом с ним. Его одногруппники быстро подбежали к нему, и вытащили парня на берег.
– Так, все, конечно, хорошо, но, смотрю, у нас тут некоторые студенты плавать не умеют, поэтому мы в этом семестре поедем в Ракселон, там прекрасное море, солнце и белоснежные пляжи. Вот там и попрактикуете свои навыки в плавании.
Кое-кто из студентов радостно захлопал в ладоши, и раздались одобрительные выкрики. Ну как же! Вдруг такое счастье привалило – среди семестра отдых на море!
– Развлекаешься? – хмыкнул рядом ректор Лазар. Подошел близко и так бесшумно, что я даже не заметила.
– Ну а что? И им полезно, и мне отдых, – пожала невозмутимо плечами.
– Так себе отдых, на самом деле, – усмехнулся он. Его глаза светились теплом.
– Им, может, и не понравится по первой, зато у меня отдых на пару дней будет.
– Не прибей их там, милая, – дал напутствие ректор Лазар, и покачал головой, уходя с полигона.
Да ничего со студентами не случится! Я же буду рядом. Ну подумаешь Ракселонское море Забытых надежд кишит разными опасными магическими тварями, и в нем не купаются, и даже не ходят корабли. А те, кто пытались там устроить заплыв, уже никогда не расскажут нам, почему решились на такое. Но в нашей Академии готовят самых сильных боевых магов, так что поплавать в море Забытых надежд, слазить на гору, где открыты порталы из недружелюбных миров, сходить в поход в леса, кишащие дикими инвигами – это запросто. Пока студентов нашей Академии боевых заклятий не превзошла ни одна академия дружественных миров, с которыми мы регулярно соревнуемся. Вот и продолжим поддерживать боевой дух в обучаемых. И, загадочно улыбаясь, я проследовала к месту следующей пары – Комнату страха, пугающую студентов до ранней седины. Ну а что? Зато это позволит выжить им в других мирах, где местная флора и фауна не так дружелюбна.
***
– Раз, два три! Замри! – Нет, мы не играли в игру «Море волнуется раз…» Мы всего лишь со студентами находились в огромном крытом лабиринте, напичканном самыми разными тварями из всевозможных миров. Очень кусачих и страшных на вид. Они залижут до смерти и ядом заплюют. Так что держи ухо востро. Есть и очень опасные – они могут убивать мысленно, перед этим парализовав тело и сознание. Таких тоже держали, чтобы студенты не расслаблялись. Потому что, когда на тебя летит мощная Жыхра, с динозавра ростом и маленькими скрюченными лапками, с длинными когтями, и раздвоенным хвостом, словно у мокрицы, это заставляет взять себя в руки, и придумать нужное заклинание очень быстро, чтобы остаться в живых. Вот и сейчас крупная высокая студентка Мари Капино, смотрела внимательно вперед. Ее косички мелко подрагивали, а руки, которые она выставила перед собой – скрючила, словно будет не магичить, а выцарапывать глаза тварям.
– Трип Плопукс! – несущаяся на нее Жыхра зло сощурилась и ухмыльнулась, вполне так злорадно, показав острые кинжалы зубов. А у Мари глаза округлились от страха.
– Трип Плопукс Сакер! – закричала она, что есть мощи. И появилась перед ней стена огня, высотой пару метров. Удивленная Жыхра остановилась, и взвыла от досады, заклацала зубами и заметалась, пытаясь преодолеть стену будущего пламени. И даже лапку туда попыталась просунуть, но обожглась и заорала так, что студенты за моей спиной присели от ужаса.
– Мари Капино! Ваши дальнейшие действия? – спросила девушку, а та заморгала глазами и замямлила:
– Я …
– Не слышу?
– Я поражу Жыхру молнией! – радостно возвестила она, а Жыхра замерла от удивления. Еще бы! Такая нелепая смерть ей предстояла. Она оскалилась и зло фыркнула на студентку Капино. Махнула хвостом, вышибая сноп искр, и понеслась по коридору, что-то зло бормоча. Ругалась, наверное. Правильно, жила себе спокойно в своем мире, людей там почти не было, и такие как она была царями. А тут на ней студенты тренируются. Она, наверное, прокляла свою судьбу, когда ее привезли в наш мир и засунули в тренировочный лабиринт. Но мы гуманные. Дело в том, что мы их воскрешали, для новых тренировок. Ну не можем же мы бедных животинок из других миров таскать постоянно. По одному экземпляру и не больше. Ну, зато мы их хорошо кормили. А потом отпускали на заслуженный отдых в свои миры. Надеюсь, психика у них не сильно повреждалась после моих студентов, которые портачат с заклинаниями и добивают зверушек не сразу.
– Студентка Мари Капино, марш за Жыхрой! Нейтрализовать ее и притащить ко мне тело!
– Будет сделано, магистр Дюпрэ, – кивнула она и понеслась по коридорам выполнять приказ.
***
– А, о, давай так, – предложила я.
– Нет, давай лучше ты внизу будешь, мне так удобнее, – ответил мне Крис Феннинг.
– М-м, какой ты выдумщик, но мне нравится.
Дверь открылась со стуком, и в Зал торжеств влетел взбешенный ректор. Его глаза гневно пылали, а в руках сверкал огненный кинжал. Такой длинный, красивый, родовой. Я на него все время засматривалась. Еще бы, у меня такого не было, а он очень интересный и полезный – так наносил раны, что не оставлял шансов на жизнь. Особая магия, вплетенная в редкий металл, давала такой эффект. В моих походах в другие миры очень бы пригодился.
Ректор полыхал гневом и был готов кинуться, отстаивая права на свою женщину, то бишь на меня.
– Милый, ты все не так понял, – захлопала ресницами и начала оправдываться.
– Вы что тут делаете? Что за разврат устроили? – Винсен подошел к нам и поднял с пола трусики – красные, шелковые.
– Это для конкурса, – отобрала у него невесомую ткань, и полезла на стремянку, подвешивать их на веревку к потолку.
Винс хмыкнул, и уперся руками в бок.
– Что, опять свои дурацкие конкурсы затеяли?
– Профессор Лазар, ну у нас же на носу главный праздник в году. Все-таки конец учебного года, – произнес Крис Феннинг, наш преподаватель боевых искусств. Высокий, статный, мускулистый. Правда вот нос кривоват и губы слишком тонкие.
– Винс, – я начала аккуратно слазить с лестницы, а ректор меня обхватил за талию и поставил рядом с собой, не выпуская из объятий. – Ты же знаешь, конкурс с красными труселями пользуется успехом у наших коллег. И это действительно работает! Вот в прошлом году вышла замуж наша библиотекарша. Так что его очень ждут все незамужние дамы.
– Я надеюсь, ты то не ждешь его, – прошептал мне на ушко ректор, окутав меня ароматом свежести моря и солнечного летнего утра. Его теплое дыхание колыхнуло мои волосы на макушке.
– Ну как же, – развела руками удивленно. – Я же тоже не замужняя.
Крис Феннинг удалился в другой конец зала, и делал вид, что не подслушивает наши интимные разговоры.
– Поверь, это легко исправить вот даже сегодня, – погладил меня по спине Винс, остановив руку на том месте, где еще было прилично.
– Сегодня мне некогда, дорогой, надо готовить сюрпризы и конкурсы для наших сотрудников и преподавателей академии, – промурлыкала я. На что он хохотнул и произнес:
– Я жду тебя в своем кабинете, как закончишь, поедем ко мне.
– О, ты что, да как же так? – притворно изумилась я, прикрыв рот ладошкой. – Что о нас подумают люди?
– С каких пор тебя, моя дорогая, волнует мнение других людей? – иронично изогнул бровь Винсен. – Без вариантов, Кэсси, я тебя жду. – А взгляд стальной, с таким мужчиной не забалуешь. Только по его все будет. Винсен всегда берет от жизни все, что захочет. Я ему тепло улыбнулась и направилась развешивать другие сюрпризы для веселья. Ведь грандиозно надо отметить самый лучший и для преподавателей и студентов день – Праздник окончания учебного года!
***
Зал наполняли веселый шум голосов, смех, легкая игривая музыка. Радостные лица, улыбки и приподнятое настроение царило повсеместно, ведь наступил самый долгожданный день – окончание учебного года. А, значит, впереди отпуск, каникулы и время ничегонеделанья. Сотрудники и профессорско-преподавательский состав академии только приступили к пья… застолью и пока сидели чинно-мирно за длинными деревянными столами, покрытыми белоснежными накрахмаленными скатертями.
Выступил ректор Винсен Лазар с торжественной речью, все покивали, поаплодировали и выпили… Потом еще и еще, и вот теперь уже наши незамужние дамы пытались с веселыми криками сбить красные труселя, подвешенные к потолку! Ну, это незамужние дамы, а другие хотели получить мешок с конфетами – если достанется, то будет следующий учебный год сладкий. Еще призом был кошелек, набитый мелочью – чтобы быть богатым.
И так наши дамы подпрыгивали старательно и высоко за этими красными труселями, оголяя ножки почти до самых бедер, что наши мужчины завороженно следили за взлетающими подолами их платьев. Вон многие даже закоренелые холостяки уже заблестели пьяно глазами, и чуть не облизывались на женщин. Но это они, конечно, зря. Охотницам за мужиками это как раз на руку – как сигнал для наступления на бедных холостяков. Проснется утром такой мужик в постели с дамой, и даже не поймет, что в его предстоящем браке не он виноват, напившись, а красные труселя, которые дама заполучила в конкурсе.
– Пойдем, милая, – шепнул мне на ухо Винс, и взял за руку.
– Но еще будут конкурсы с мыльными пузырями и летающими тарелками! – возразила я. Тарелки да, летали, уже в конце, и об стену в основном. Было у нас так заведено, на счастье, так сказать, бить. И еще поорать вдоволь, а потом, обнявшись, уйти в закат на не шатких ногах. Любили мы оторваться, ничто не скажешь. Ну а что? Работа у нас нервная, опасная и стресс снимать надо.
– Нам есть чем заняться, любимая, – лукаво подмигнул мне мой ректор, и я от такого, конечно, не смогла отказаться.
***
– М-м, как красиво! – разглядывала я браслет, что надел мне на руку Винс. Мы расположились на диване в гостиной, просторной, выполненной в светлых тонах и с окнами, через которые утром заглядывало солнце. В камине горели поленья, уютно потрескивая. У Винса в городе был шикарный особняка в три этажа, где можно потеряться в многочисленных коридорах. Несколько слуг скользили тенями по дому, выполняя все молча. Личный повар готовил превосходную еду, и меня всегда баловали любимыми блюдами и десертами.
– Рад, что тебе понравилось, – погладил мое запястье Винс. А браслет был очень необычный – толстый, золотой, жесткой формы, усыпанный драгоценными камнями.
– О, а тут надпись! – внутри браслета была сделала гравировка, тонкой вязью «Trimo piveri rokos». – Что означает это надпись, Винс?
– «Вся сила в сердце», – задумчиво глядя на браслет, пояснил Винс.
– О-о, прекрасная надпись. Спасибо, любимый! – и потянулась с поцелуем к нему. Винс тут же заключил меня в объятия, поцеловал жадно, но нежно и когда дыхания уже не оставалось, оторвался от меня и, глядя серьезно в глаза, произнес:
– Я тебя люблю, Кэсси. Ты самая лучшая девушка на свете.
– Я тоже люблю тебя, Винс, – и погладила по его щеке, заглядывая в глаза цвета лета, самые родные и любимые.
Винс властно притянул меня к себе, и потянул вниз бретельку платья, и оно послушалось, шелковым облаком упало к моим ногам. Я осталась только в одних туфлях на высоком тонком каблуке.
– М-м, как ты мне нравишься в таком виде! Вот бы ты только так и ходила дома, – глаза моего мужчины блестели от страсти, а я прижалась к нему и вдохнула аромат тепла его тела, свежести весенних лугов и летнего дождя.
Горячие губы накрыли мои, а объятия стали крепче, так, как будто он боялся, что я исчезну прямо сейчас, и меня непременно надо удержать. Я растворялась в нем, в его руках, таких умелых и нежных, что дарили неимоверный восторг быть подчиненной сильному мужчине. Утопала в радости отдать всю себя, чтобы получить сильнейшее наслаждение, и отдаться на его волю, зная, что тебе ответят искренне и в полной мере.
– Кассандра, я должен с тобой поговорить, – Винсен уверенной походкой вошел в аудиторию, где только что закончились у меня лекции. Поправил шейный платок из шелка василькового цвета, подходящий под синий сюртук. – Тебя пригласили в качестве руководителя летней практики, для студентов второго курса Академии боевых магов, в мир Орах.
– И, конечно же, я была одна кандидатура? – скривилась я от такой перспективы. Я так мечтала все лето провести спокойно, нежась на пляже под ласковым теплым солнышком, где-нибудь на райском острове с белоснежным мелким песочком. Лежать в шезлонге с коктейлем, и любоваться обнаженными торсами мускулистых мужчин. Но нет же! Мне тут решили сорвать поездку на море, что я уже целых три года жду!
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
