– Уважаемые, – начал Алекс Бусан, заняв своё место. – Начнём. Принцесса Татиана Тартис, вы утверждаете, что «Патир», зафиксированный шесть дней назад – дело ваших рук. Если это так, и это заклинание было целенаправленным, как вы пояснили, то мы просим представить нам доказательства.
Ти взволнованно моргнула, после чего кивнула, сложив ладошки.
Я ощущала, как нервозность сестры заставляет её трястись. Выпустила чернильные щупальца, радуясь, что мои манипуляции не так-то легко просчитать или заметить… если ты не демон.
«Или не другой какой житель Херона, – сделала неутешительный вывод, когда Цисана открыла рот от изумления, следя за стелющимся чернильным облаком. – Значит, она всё-таки их Нижнего… По фиг!»
К моему удивлению, особа никак не прокомментировала мои манипуляции. Захлопнула рот и, о чём-то размышляя, уставилась прямо перед собой.
Тати, волнение которой вытянула обычная клякса-эр, тут же мной развеянная, умиротворённо улыбнулась, выставила кисти перед собой, несколько раз взмахнула, закручивая вихри воздуха, и чётко прошептала:
– Patir vocant. Ut tueri mandatum!
Сфера выплыла из солнечного сплетения Тартис, ослепляя нас всех своим светом, прежде чем войти обратно, только уже не сырой энергией резерва, а сформированным благословением.
Тати опять засияла, преображаясь в красотку.
«Эх… жалко только, что через двадцать четыре часа сестрица будет похожа на фосфорную куклу. Откат у заклинания тот ещё!»
– Что ж, – нервно улыбнулся Ильяс Рогмар, тут же подскакивая с места. – Отлично. Мы можем быть свободны?
– Позвольте! – Возмутился тот преподаватель, который в коридоре весьма настойчиво вёл себя в отношении необходимости поцепить на меня ограничитель. – А сирена?!
– А что я? – Не стала молчать, прекрасно зная, что этот наезд был сегодня неизбежен.
– Титаны до своего совершеннолетия должны носить ограничитель! – Возмутился пока неизвестный мне дядька. – Это опасно!
– Не переживайте, я контролирую себя.
– Каким образом?! – Ехидно спросил мужик, достаточно сильно зля меня своим пренебрежительным поведением.
– Меня хранит великий древнеегипетский бог покоя и умиротворения – ДАНУНАХ.
– Что?! – Удивление и непонимание отразилось на лицах почти всех присутствующих… только Элияр хрюкнул, резко отворачиваясь к окну.
Я невозмутимо продолжила, закинув ногу на ногу:
– Говорю, что выбросов и хаотичных всплесков магии с моей стороны не было и не будет.
– Молодая мисс, вам о пятом этаже напомнить, который вы разнесли в прах, пощадив только несущие колонны?!
– То не моя вина. Нельзя на сирену цеплять брачные наручи…
– Э!
Глянув на Элияра, поморщилась:
«Прости, дорогуша, но начудили мы вместе, и выпутываться тоже будем вместе!»
– Но…
– Как?!
– КТО?!
– Элияр, – в шоке спалил своего племянника ректор Бусан. – Ты посмел одеть на сирену браслеты?!
– Я не знал, что она – сирена, – мрачно ответил полудемон-полумаг.
– Потрясающе! Теперь понятно, почему твой отец вызвался оплатить ремонт!
Алекс Бусан был в негодовании.
– Тем не менее… – никак не желал угомониться преподаватель уже по моему самому нелюбимому предмету, пусть его наименование мне пока незнакомо. – Ограничитель – неотъемлемая часть всех несовершеннолетних титанов! Кто за то…
– Алё! – В своей привычной манере усмехнулась.
«Эх… а ведь хотела быть воспитанной! Падла! Вынудил меня перейти на режим «Быдло».
– Тут вам не палата лордов! Есть куда более высшие инстанции, которые решают: как, где и в каком состоянии мне находиться! Не вымахивайтесь. Я – не только адептка! Я – сирена! Сирена, работающая с источником! «Патира» моего боитесь?! – Махнув рукой, выдула такую сферу, что один из преподавателей съехал со стула, боясь с ней соприкоснуться.
Щёлкнула пальцами, и сырая сила осыпалась чёрным пеплом, не подарив никому ни благословления, ни проклятья.
– Не бойтесь!
– Как ты… – Цисана, белая, как мел, прижала руки к груди.
– Я с трёх лет изучала такие заклинания, какие ни одному отпрыску во всех ваших трёх мирах даже не снились. Я знаю свои силы и не переоцениваю себя. Да, трудности есть, но они только в определённости наименования того или иного заклинания, заложенного во мне в раннем детстве. Однако я очень скоро все их классифицирую и разложу по полкам, – покрутив многозначно у виска, хмыкнула. – Вам не о чём волноваться. Не злите меня, и не будет вам угрозы… Защищать свою жизнь и свою свободу буду до последнего вздоха, поэтому даже не думайте, что у вас получится поставить на меня какие-то там блоки, – бросив укоризненный взгляд в сторону задумавшегося наставника-выпускника, улыбнулась, – или нацепить брачные браслеты без моего на то согласия. А вообще – у меня есть свой сюзерен. У кого какие предложения или возмущения в сторону единственного титана Нижнего мира – к нему!
«Зизран вам выпишет вазелин! В контракте чёрным по белому написано: ПОЛНАЯ свобода воли, слова, силы, жизни, мысли!»
Гордясь сама собой, наконец, поднялась, учтиво кивнула магистру Барду, который с упоительной мимикой любовался мной, и ректору, после чего взяла Тати за руку.
– Если это всё, то всем спасибо за искреннее волнение о наших возможностях.
– Можете идти, – с облегчением кивнул Бусан, откидываясь на спинку своего кресла.
– Какая наглая… – прошептала Цисана, когда я уже вышла в приёмный кабинет.
– Не то слово, – промямлил «дедушка» Татианы.
– Чур, на моём факультете!
– Утрись! – Узнала голос магистра Барда. – Сирена будет учиться только на боёвке! Я её уже записал к себе!
– Хей! Мы даже ещё не собирались обсуждать кандидатуры первачков!
– Господа деканы…
Дверь закрылась за Элияром, и Тати прерывисто выдохнула:
– Поздравляю. Они сейчас за тебя там драку устроят.
– Спорим, выиграет Бард?
– Не факт, – криво усмехнулся Эль. – Но ты – молодец.
– Спасибо… возобновим тренировки?
– Нет… то есть… я… – демона словно разрывало что-то изнутри. – До завтра!
Секунда, и Бусан вылетел из владений мадам Лоренс, как пробка из бутылки.
– Что это с ним?
Я только таинственно улыбнулась и пожала плечами.
– Идём. Вада и девчонки волнуются… они ждут нас в библиотеке.
– Леся, ты такая крутая… даже дедушка восхитился тобой. Мне даже иногда кажется, что из нас двоих ты – старшая…
– Тебе не кажется, дорогая, – хохотнула я, тут же уворачиваясь от летящего на мой затылок леща.
Дёрнув с места в отличном настроении, крикнула:
– Кто последний, тот – тухлая рыбина!
– Зараза!
Глава 10. Затишье
«Удивительно, как хороша девушка,
когда одета в полное безразличие…»
После того, как мы вернулись из библиотеки, девочки довольно быстро заснули, а я всё вертелась с боку на бок. Даже Корвин спрыгнул с кровати и отправился на импровизированный коврик, бурча себе под нос что-то на тему безалаберных хозяек.
Эмоции во мне бурлили не только после дурацкой проверки, устроенной не для Тати, как показала практика, а только для того, чтобы на меня ограничитель нацепить. Нет. Очень уж очень занимательным вышел у нас разговор с Вадой Хуг.
Так как посетители Академии вызвали у меня весьма стойкое желание узнать о них побольше, ничего странного в том, что первым делом устроила допрос именно на тему «Кто такие!?», нет.
Добравшись до вотчины библиотекарши, конечно же, не в качестве тухлой рыбины, именно этим и занялась, пока Тати рассказывала общую картину девчонкам.
Ответы Хуг оказались более чем ошеломляющими.
Во-первых, Ильяс Рогмар.
Помимо того, что этот мужчина (вполне себе молодой, кстати!) действительно дед принцессы Татианы Тартис, этот дядечка приходился ещё младшим братом действующего эрлина Цароса… а ещё – титаном Цароса! Чёрный дракон занимал весьма значимую нишу в Верхнем мире… но с Цисаной Тар, всё-таки, Ильяс Рогмар не ладил.
«Мы с Цисаной дружили, – вспомнились слова Вады, пока я сверлила потолок взглядом, – пока не поступили в Ним. Там я познакомилась с твоей мамой, а Циса… в общем, та история с потомком Толксиеноей… муж сирены изменил ей именно с одной из нагайн семейства Тар. И пусть это было несколько тысячелетий назад, а кровная вражда, – Хуг на такое признание лишь пожала плечами. – Дружить втроём, как это получается у тебя с девчонками, у нас не вышло… Но и огромной ненависти не было. Тианна была слишком доброй и великодушной. Спускала на тормоза все выходки и подляны Цисы. Наверное, именно это подвело для меня ту черту, перешагнув которую я не жалела и дня о своём выборе. Цисана не проучилась даже трёх курсов. На одном из Святочных балов убежала с мужчиной в маске, который оказался Аланом Рогмаром – нынешним правителем Цароса».
– Хммм… – перевернувшись на живот, вытянула руку и прижалась к ней своей щекой.
«Получается, что дед Тати, что Цисана – оба сегодня играли на стороне Верхнего мира, как бы не пытались законспирировать это под своё родство с Оралимом или Хероном? Интересно…»
Утром проснулась злая, не выспавшаяся и поняла, что ни фига оно не мудрее вечера. Сколько было вопросов, столько и осталось, единственное, что хотя бы немного прояснилось, так это упрямое поведение Элияра в отношении наших с ним занятий. До сути, конечно, добраться на одних предположениях сложно, но и того, что я нравлюсь младшему принцу Херона – уже достаточно, чтобы сделать вывод: «Он – балбес!».
А знаете, что ещё сложнее? Разобраться в самой себе! Это оказалось куда проблематичнее, чем раскусить «собаку на сене» – Элияра, который именно ею мне теперь представлялся. Я даже злиться на него начала, накрутив себя за время зарядки, утренних процедур и завтрака.
«Он мне мешает понять саму себя! Вот что я могу почувствовать?! Нравится он мне или нет?! Когда ведёт себя так со мной – определённо нет, но нравится же… Гад такой! А я другой стороны – оно мне надо?! Не хочет общаться, заморозка сирен мне в помощь!» – Как-то незаметно для самой себя, отпустила ситуацию и настроилась на образовательный процесс.
То, что я наговорила в кабинете ректора при деканах четырёх факультетов, теперь нужно было подтверждать не только словом, но и делом, поэтому принялась за работу, окунувшись в учёбу с головой, стараясь забыть о Элияре Бусане. Да и что я должна делать, если мой наставник настойчиво продолжает халтурить в отношении своей работы?!
Как оказалось, этот вопрос совсем не риторический! В этом я убедилась чуть позже… И ответом на него оказался… Правильно! «Найти нового наставника»! Симпатичного и достаточно крепкого на нервы, потому что… ладно, не буду забегать вперёд.
Учиться мне очень нравилось. Это приносило невероятное удовольствие. Даже зубрёжка квантовой физики не отпугнула моё рвение. Дааа, наша наука на Соруре прогрессировала, усложняясь материей и корпускулярно-волновым дуализмом света, но… куда без гранита науки?! Тем более, когда каждый студент может увидеть материю воочию, потрогать её и сотворить невероятное заклинание с помощью своих пальцев! Я, кстати, убеждена, что будь у нас на Земле такие возможности, физиков было бы куда больше продавцов!
Я старалась изо всех сил, поэтому преподаватели окончательно застолбили за мной первую строчку в списке своих любимчиков. Реферат, конспект, выступление за кафедрой, решение задачки… «Кто пойдёт?» – моя рука первой взлетала вверх. Я мысленно каждый раз посмеивалась над собой, наградив себя кличкой «Гермиона». Конечно, подскакивания на стуле я старалась контролировать, но в остальном уж очень я становилась похожа на эту ботаншу.
Неделя пролетела незаметно. За ней – вторая, потом третья… С Бусаном я практически не встречалась, последнюю неделю так и вовсе не виделась, потому что выпускников отправили на недельную практику куда-то в глушь.
Так как она носила боевую направленность, декан Бард сопровождал три потока выпускников в горячую точку Сорура, где, оказывается, работали отпрыски титанов, залатывая дыры в магическом фоне планеты, чтобы всякие иномирные твари не прорывались через него в слои трёх империй.
Да, к моему неудовольствию, контроль и пригляд за источником – далеко не единственная моя работа в будущем. Насколько я поняла из разговоров Алис, которая любила громко порассуждать на всю столовую, отношения между титанами напоминали своеобразный Ватикан. Государство в государстве… Титаны сами прекрасно знали, что необходимо для поддержания Сорура и самостоятельно принимали меры по его защите. Непонятно только, почему до сих пор меня никто об этом не уведомил и не выслал для знакомства, но думать о том, что появление тех двух на проверке несло в себе нечто вроде этого, не хотелось от слова «совсем»! Да и забывать о том, что все считают меня несовершеннолетней сиреной, сколько бы я ногами не топала, тоже нельзя.
В общем, вопреки всяким домыслам, затишье настораживало, на заднем фоне моих прилежаний и успехов в учёбе ноя не хуже Корвина, который не уставал призывать меня к бдительности.
Несмотря на видимое безразличие, к концу недели я прямо-таки соскучилась по противному наставнику. Не видеть его почти семь дней оказалось даже хуже, чем проходить мимо, даже не оборачиваясь, как это вошло в привычку у нас с Элем после той проверки.
Глава 11. Другой
Приземлившись пятой точкой на берег пруда, который располагался на территории академии, подозрительно прищурилась. Я не знала, с чего начать.
Татиана целый день ходила какая-то странная. Улыбочки эти… сияющие глаза… А вчера ведь сновала из стороны в сторону, словно в воду опущенная!
– Тати, ничего не хочешь сказать? – Принялась я за дело, ещё с утра решившись на пытки.
Только если раньше занятия мешали – две пары, следующие одна за другой, то сейчас уроки закончились, и нас отпустили на обед, дав отдохнуть перед последним рывком.
С момента, когда наставники умчали на практику, первокурсники Сорура превратились в обычных студентов любого другого образовательного учреждения. Теперь тихого часа никакого не было, как и медитаций, поэтому нас упорно гоняли по уже изученному материалу, закрепляя его и делая контрольные срезы.
Наверное, одно это должно всколыхнуть наши чувства к наставникам. Всё-таки с ними было куда проще учиться. Я бы сказала – летний лагерь на выезде. А учитывая, что мой халтурщик до самого дня отъезда делал вид, что я – уникальная адептка, в наставнике не нуждающаяся, так у меня и вовсе была ламбада по сравнению с другими.
– А что ты хочешь от меня услышать? – Таинственно начала Тати, разглядывая Марину.
Карпенко завязала подол академической формы на два узла, разулась и вошла в прохладную воду кристально-чистого пруда, больше напоминающего нишу фонтана.
Маринка совсем не стеснялась мимо проходящих адептов – Ася по контуру береговой линии воздвигла огненный барьер, разглядеть через который хотя бы что-то можно только при условии – припалить свой любопытный нос. Так как желающих разозлить феникса не было, наш водный элементаль совсем скинула платье и нырнула с головой.
– Почему ты такая радостная?
– Всего-то? – Тати тихонько засмеялась. Его смех был похож на переливы маленьких колокольчиков.
Сравнение вышло таким поэтичным, что я громко фыркнула.
– Пф! Это немало. Так ты скажешь или мне из тебя информацию тянуть до вечера?
– Да всё элементарно просто. Практика заканчивается. Завтра вернётся Адриэль… я папу уговорила объявить о помолвке!!!
– Вау! – Выпучив глаза, одним своим видом выразила, насколько оказалась не готова к последней новости. – Не пойми меня неправильно, но… Бертрам знает?
– О! – Тати мило покраснела. – Ему скажут… послы.
– Послы? – Признаться честно, я испытала настоящий шок. До сих пор никак не могла свыкнуться с тем, что Ти – принцесса, привыкшая получать всё, чего хочет, без зазрения совести. – Эээ…
– Что? – В голосе сестры прорезался холод. – Что это "эээ" означает?
– Оно означает, что у тебя поехала крыша.
– ЧТО?!
– Ты должна спрашивать не «что означает "эээ"», а какие чувства к тебе испытывает Адриэль! И не у меня! А вдруг он совсем против вашей помолвки?! Ты понимаешь, что его… – я даже поперхнулась воздухом от возмущения. – Ты со своими послами берёшь его в плен!
– Я только хочу, чтобы он был моим мужем… будущим королём. Я даю ему власть…
– Без его на то согласия?! И разве власть важна в отношениях?
– Достаточно! – Жёстко пресекла мои нравоучения старшенькая. – Мне не нравится этот разговор.
– Мне тоже, – не отступилась, хватая сестру за руку и не позволяя ей сбежать, – но я не могу тебе этого не сказать. Ты и сама знаешь, что неправильно поступаешь. Даже если у Бертрама есть к тебе хотя бы минимальные симпатии, ты их разрушишь, отобрав у него выбор.
– Но я люблю его!
– Тогда позволь и ему полюбить себя!
– Ты… ты говоришь странные вещи. Я… я не понимаю, как это осуществить… – Тати словно задыхаться начала.
Принцесса Оралима пыталась справиться с отрицательными эмоциями, разрывающими её изнутри, но это весьма плохо у неё получалось.
Страх и неуверенность доведут до истерики кого угодно.
Я же чувствовала за собой вину. Ведь это именно мне пришло в голову показать Тати, кто её возлюбленный.
Её чутьё не ошиблось, им оказался Адриэль Бертрам – светло-русый, голубоглазый сын барона, покоряющий одной своей улыбкой девичьи сердца Академии имени Гора… и не только её.
Глубоко вздохнув, прямо посмотрела на принцессу.
– Ти, я постараюсь помочь тебе, но только умоляю – не спеши. Я очень тебя прошу! Зеркало зеркалом, а нельзя так попирать чужое достоинство. Адриэль только с виду улыбчивый и милый… откуда тебе знать, что у него внутри? Да зачем тебе нужны эти упрёки в семейной жизни? Знаешь, я всегда была уверена, что неестественные способы привязать к себе человека ничем хорошим закончиться не могут. До сих пор так считаю…
Татиана будто бы сдулась. Ссутулив плечики, принцесса поникла головой. Её лоб трагично наморщился, а на ресничках заблестели слёзы.
Пришлось теперь заглаживать свою честность, а это куда сложнее, чем извиняться за грубость или оскорбления.
– Я, правда, помогу! Честно! Только попроси своего отца застопорить процесс с помолвкой. Удивительно, почему он тебе всего этого не сказал!
– Он говорил, но я упомянула зеркало душ.
«Чёрт! Точно моя вина…» – сведя брови в одну сплошную дугу, недовольно стукнула девушку в плечо.
– У тебя пять минут, чтобы отменить свою "просьбу"! Время пошло!
Тати поняла, что я злюсь, а поэтому могу передумать с помощью, хоть вслух этого не сказала.
Тартис без слов подхватилась на ноги и умчалась в направлении женского общежития, явно желая, чтобы я ей помогла. И пусть меня сложно назвать знатоком в отношениях, я в них полный профан, а своё обещание собиралась выполнить от и до!
– Эй, русалка! До зельеваренья осталось десять минут. Выходи, – крикнула я элементалю, с улыбкой наблюдая, как феникс сушит подруге подол платья, которое Маринка быстро натягивала обратно, оказавшись на берегу.
– Не льсти мне. Русалка у нас ты.
– Нет. У меня хвост не появляется при трансформации.
– Так у меня тоже.
– Зато у тебя вместо волос появляются удивительные водоросли… и цветочки в них, – я зажмурилась, едва сдерживая хохот. – Знаешь, ты такая миленькая Ариэлька с ними.
– Эх, – сдалась Марина, махнув на меня рукой. – Если так, то хочу себе Флаундера.
– А? Разве не принца?
– Нет, – окончательно скисла Карпенко, отряхивая студенческую форму. – Флаундер – самое то. Он милый и преданный. Таким и должен быть в моём представлении спутник по жизни. А ещё у него волосы такие… серебристые…
«Что-то меня это уже начинает настораживать… – переглянувшись с Асей, увидела в глазах феникса такую же тревогу. – Где это Маринка умудрилась увидеть рыбу-ангела с серебристыми волосами?!»
Немного переварив услышанное, подавила улыбку, заявляя на полном серьёзе:
– Знаю я одного сурового Флаундера, – «с седыми волосами», – добавила мысленно, чувствуя, как настроение поднимается. – Разберёмся, подруга.
Похватав сумки, поспешили на первую пару зельеваренья.
Чего ожидать от этого предмета и ещё пока что незнакомого нам преподавателя, мы не знали, поэтому решили не опаздывать на первую встречу, дабы не начинать знакомство с местным гуру по зельям с замечаний и недовольств.
Когда мы оказались на месте, преподаватель по зельеваренью ещё не появился, однако ждать его пришлось недолго.
Миленькая женщина с карими глазами запустила нас в аудиторию спустя пару минут после звонка. Было видно, что преподавательница немного запыхалась.
– Проходите скорей. Сразу разбивайтесь на группы по четыре человека.
– А… – Тати, такая же запыхавшаяся, потому что прилетела последней на пару, потеряла дар речи.
– Что, мисс?
– А знакомиться, я хотела сказать. Простите.
– Всё нормально. Знакомиться не будем – я всего лишь лаборант. Ваш преподаватель – на практике, как и все остальные маги, ответственные за здоровье выпускников. Я сегодня на замене. С завтрашнего дня будете знакомиться с магистром Нэшем, а сегодня предлагаю не терять времени и заняться пробным в вашей жизни эликсиром-восполнителем. Страница семь.
– Круто! – Пискнула Тартис, быстро раскрывая книгу на указанной странице.
Что такое «восполнитель» я знала, поэтому без дальнейших разговоров последовала примеру сестры… естественно после того, как Тати согласно кивнула, ответив на мой выразительный взгляд.
«Фух. Хорошо, что успела образумить эту влюблённую… Как бы Тати Адриэлю ни нравилась, а такой поступок молодым мужчиной был бы однозначно принят в штыки… как и моё признание Элияру… – тяжело вздохнув, зажмурила глаза. – Признание от сирены – это сродни поступку Ти. Староста выпускников будет насильно повязан со мной тут же, потому что любовь сирены – это фатальное чувство. Если я ему не нравлюсь даже, Маро заставит Эля жениться на мне…»
– Вот оно! – Охнула, выпав из реальности из-за витающих в голове мыслей.
«Я люблю его?! Неееееет…»
– Леся? Ты себя хорошо чувствуешь? – Заволновалась Марина, только куда ей, когда меня в холодный пот бросило и руки затряслись.
«Да когда я успела-то?! Он же кроме раздражения во мне ничего не вызывал! Ну, и ещё иронии… или нет?»
Я окончательно растерялась.
– Леся! Что ты делаешь?! Нельзя насыпом добавлять пыльцу с крыльев бабочек!
– Прости, – одёрнув руку, держащую мешочек первого ингредиента зелья, отошла от котла подальше.
Глаза быстро нашли опору – окно кабинета, находящегося на первом этаже, а не в подвальных помещениях.
«Надо подумать… понять. Я…» – затаив дыхание, моргнула.
Один раз, второй… а фигура за окном не желала пропадать.
Элияр смотрел на меня, не моргая.
– Ти…
– Ааааа! – Взвизгнула принцесса, переполошив всю аудиторию. – Они вернулись!!! Наставники вернулись!
В кабинете началась суета. Лаборант зельевара пыталась угомонить первачков, но её никто не слушал.
Я подошла к окну ближе, словно зачарованная.
«Что с ним? Он какой-то… другой».
Бледное лицо Эля похудело. Скулы заострились, а взгляд выпускника стал чернее ночи.
Он смотрел на меня и не моргал.
Сердце в груди стучало так быстро, будто я кросс на десять километров сдаю… причём на скорость… причём норматив этой сдачи – моя жизнь.
Вглядываясь в своего халтурщика, боялась, но не могла себе не признаться – я очень скучала по нему.
Нахмурившись, Элияр вытянул руку и поманил меня пальцем, как это делала я недавно, в кабинете его дяди.
«Оу! И что тебе вдруг от меня понадобилось?!»
Эль этим же пальцем вывел узор, оставляя в воздухе рисунок, потом развеял книгу всей кистью, развернулся и утопал в направлении библиотеки.
«И что мне делать? – Моргнув, посмотрела на браслет. До конца первого урока зельеваренья ещё тридцать минут. – Дурдом!»
Глава 12. Занятные угрозы… и совсем непонятные
«Есть такие решения,
после принятия которых
тараканы в голове аплодируют стоя»
Меня хватило на пятнадцать долгих минут, во время которых я изнывала от нетерпения и вспыхивающих одна за другой догадок.
«Что ему от меня надо?», «Он же точно был не галлюцинацией?», «Зачем вдруг я ему понадобилась?», «Соскучился, что ли?», «Может, одумался?», «А если зовёт, чтобы возобновить наши занятия?», «Неужели образумился?!» – вот не полный перечень того мракобесия, которое во мне творилось.
Сделав резкий выдох, подняла руку.
– Да? – Тут же отозвалась лаборантка, своего имени так и не назвавшая. – Нужна моя помощь?
– Можно мне выйти? Очень срочно.
– Что-то случилось?
– Я… – варианты причин как-то смешались в голове. Не зная, какую из них выбрать в свете самого предмета зельеваренья, тупо выбрала – надо в туалет.
Мои одногруппники разразились хохотом, а на щеках молодой женщины вспыхнуло два алых пятна.
Было видно, что лаборантку возмутило моё признание.
«Если не готов услышать всё и даже больше, нечего задавать провокационные вопросы!»
– Идите, – процедила кареглазая, хватая журнал и начиная обмахивать им лицо.
«Тоже мне цаца».
Собрав вещи, выскочила из кабинета, даже не обернувшись на возмущённый оклик заместительницы преподавателя зельеваренья.
Меня только одно волновало: «Что Элияру от меня надо?!»
