– Герцоги, рада приветствовать вас в Круидоне, – начала молодая женщина, лицо которой не выдавало абсолютно никаких эмоций, словно было скрыто под маской.
– Ваше Величество, – проговорил отец Артуса, и все низко поклонились, – мы очень ценим, что вы спустились лично.
– По́лно вам, Ривал, – она посмотрела на гвардейца с булавой. – Сэр Грикун покажет ваши покои. Можете расслабиться и отдохнуть с дороги – ужин будет только через полтора часа.
– Всенепременно, – вставил слово Телрат Голдберг.
Королева кивнула и, позвав за собой сэра Вастрога вместе с другим, пока не названным гвардейцем, удалилась.
***
Когда гости проходили по коридорам дворца, Ансиель прошептала брату на ухо:
– Что ты знаешь о сэре Грикуне?
Артус оказался сбит с толку этим вопросом, но поскольку его познания были крайне скудны, юноша не нашёл ничего лучше, чем ответить:
– Он королевский гвардеец.
Сестра едва успела закрыть рот рукой, чтобы не засмеяться, а после проговорила:
– Это бывший наёмник. Говорят, сэр Грикун делает для королевы всю грязную работу.
– Вот оно как… – после замечания Ансиель юноша принялся внимательнее наблюдать за этим человеком.
Покои, которые отвели младшему сыну герцога, оказались в разы хуже, чем тот имел в Стрэнтоне: само помещение размером соответствовало половине, а кроме кровати и простенькой мебели ничего больше внутри не было – юноша, привыкший рассматривать в свободное время картины и читать книги, расстроился такому отношению и вместо смиренного сидения в пустой комнате решил отправиться прогуляться.
Поскольку комнаты Баглернов и Голдбергов располагались друг напротив друга – всё правое крыло третьего этажа по приказу герцога Ривала оцепили рыцари Чёрной Розы. Поэтому, только Артус вышел из выделенной ему комнаты – воин, дежуривший у дверей, отдал ему честь и спросил:
– Желаете пройтись, милорд?
– Да, Вискар. Я хотел посетить местную библиотеку.
Перед Артусом стоял заместитель Эрика – широкоплечий ветеран, которому было за тридцать пять. Гладкое квадратное лицо, сломанный нос… Этот мужчина не являлся красавцем, но и Артуса подобное мало волновало. Куда важнее – внешность рыцаря прекрасно отражала его надёжность, а крепкие угольно-чёрные латы, украшенные ронделями в форме цветка, лишь сильнее дополняли образ прошедшего множество сражений ветерана.
– В любом случае я иду с вами, – проговорил солдат.
– Благодарю. Я как раз хотел об этом попросить, – носить оружие в королевском дворце являлось плохим тоном, поэтому Артус оставил Последний Шип в комнате и положился на Вискара.
Библиотека располагалась этажом выше. Когда дворянин с рыцарем вошли в помещение – глаза юноши полезли на лоб: десятки четырёхметровых шкафов и приставных лестниц создавали впечатление, что перечитать всю местную коллекцию не выйдет и за сотни жизней.
Артус подошёл к углу, где пылились исторические книги, и начал их перебирать, бормоча себе под нос:
– «Правление Майнуса I или Величайшее поражение востока», «Терзания и смерть последнего императора», «Щит Аспера. История строительства замка Кадуган», – юноша покачал головой: – Всё не то. Надо найти что-то более полезное в нынешней ситуации.
– Вам чем-нибудь помочь?
Нежный женский голос вернул Артуса к реальности.
– Да, будьте добры. Где здесь можно найти описание укреплений Круидона?
– Кузен?!
Только сейчас юноша понял, что эта девушка ему кого-то напоминает.
– Фелисия?.. – Артус не мог поверить своим глазам.
– Ты так вырос за все годы, пока мы не виделись, – мило улыбнулась двоюродная сестра.
– Я и не надеялся тебя здесь встретить, – сын герцога немного сконфузился.
– Королева дала разрешение увидеть гостей за ужином, но не раньше, – лёгкая печаль сменила жизнерадостное выражение лица девушки.
Артус редко думал о противоположном поле, но сейчас, встретив кузину, он про себя отметил её красоту: косой спадающие на правое плечо светлые волосы; тонкая талия; миниатюрный носик и губы; щёки, подчёркнутые едва заметным румянцем, – всё в девушке было идеально. Но не одни только фигура с личиком привлекли внимание юноши – среди всего этого скрывалось и кое-что более важное, более значимое… Её глаза. Эти карие глаза, в которых таился целый мир… Они были так глубоки и непосредственны, что юноша только чудом сумел сохранить равновесие.
Почувствовав, что его щёки начинают гореть, Артус спросил:
– Ты интересуешься книгами?
– Да… Последнее время я нахожу в них укрытие от реальности, – проговорила девушка, оглядывая библиотеку.
– Мне тоже нравится читать. Жаль, не всегда получается этим заняться.
– Давай вместе поищем ту книгу, – Фелисия схватила находящегося в полнейшем шоке кузена за руку и побежала вместе с ним к дальним шкафам.
Юноша даже не успел ничего сказать, как перед ним появилось то, ради чего он сюда и поднялся.
– Вот. «Три тысячи мёртвых строителей», – с самодовольным видом кузина протянула книгу.
– Фелисия, не хочешь прогуляться после ужина? – когда Артус осознал свои слова, уже покраснело всё его лицо, а не только лишь щёки.
– А-а…К-конечно… – ответил томат номер два.
Ситуацию спас Вискар. Он отчётливо слышал разговор и вклинился в самый нужный момент:
– Принцесса, милорд… Не хочу вас отвлекать, но ужин уже вот-вот начнётся.
– Да. Конечно… – Артусу удалось восстановить осипший голос. – Не стоит заставлять королеву ждать.
– Тогда пойдёмте, – всё ещё красная кузина передала книгу собеседнику, и троица покинула библиотеку.
Глава XI
Обеденный зал располагался на первом этаже. Вход же внутрь охраняли двое рыцарей, которых было сложно представить вместе, ведь они ранее никогда не принимали участие в одном сражении – по правую сторону от дверей стоял один из подчинённых Эрика, облачённый в чёрное, по левую – не менее богато одетый солдат. В отличие от соседа, его доспехи и шлем были серебристыми, а на груди, спине и конечностях извивались золотые линии.
‹Малидийские Призраки!› – воскликнул про себя Артус.
Хоть солдат и выглядел излишне экстравагантно, а в глазах и вовсе горела нездоровая уверенность в собственной важности, нужно отдать ему должное: по одной лишь позе, в которой тот стоял, одновременно наблюдая за приходящими и держа своего напарника в поле зрения, можно было уверенно сказать – Призраков тренировали на славу.
Обеденный зал, как и всё в этом дворце, превосходил размерами таковой в Стрэнтоне и состоял из множества более мелких, составленных кругом столиков. Но присутствующих волновала не мебель, а люди: когда Артус с кузиной появились вместе – все глаза сразу обратились к ним. На лицах дворян можно было уловить удивление, безразличие и даже злость, а после того, как Фелисия ответила согласием на предложение сесть рядом – по залу и вовсе прокатилась волна недоумения.
Внимательно наблюдавшая за происходящим королева вместе со своими приближёнными заняла место во главе стола; по левую руку от них устроилась Мариэль Виндор со своими сыновьями и двором; Баглерны, среди которых были и Артус с Фелисией, сели справа от Элизы, около Голдбергов; остальные же дворяне разместились согласно их положению и титулу, удаляясь в сторону входа.
Когда все приезжие собрались, королева-мать поднялась со своего места и громко заговорила:
– Мы с Конрадом благодарим всех вас за прибытие на празднование его десятых именин. К превеликому сожалению, моего сына не будет на этом ужине, но завтра все гости смогут лицезреть государя лично. А пока, смею надеяться, вы насладитесь этими скромными блюдами.
После окончания речи раздались аплодисменты, и люди приступили к трапезе. Пища очень походила на ту, что прислуга Баглернов готовила на свадьбу Зелваса, но Артус, оставаясь сытым с дороги, не притронулся к ней. Можно подумать, что юноша боялся отравиться, но это не так – он знал: Элиза не станет поступать настолько глупо.
– Ты не голоден, сын? – спросил у него Ривал.
– Да, отец, – честно ответил Артус.
– Подожди ради приличия десять минут и можешь идти. Думаю, это даже сыграет нам на руку, показав истинное лицо королевы.
Ривал подозвал жестом Эрика и что-то прошептал ему – тот кивнул, посмотрел в сторону Артуса и вернулся на своё место.
Выждав указанное время, младший сын герцога демонстративно поднялся, извинился перед Элизой, а затем удалился. В обществе одних лишь лордов подобному не придали бы значения, но королева могла принять это за проявление неуважения. В один момент её глаз даже дёрнулся, однако дальнейшей реакции не последовало. Интересно было другое: к удивлению юноши, Фелисия тоже встала и направилась за ним к выходу.
– Будь осторожен сам и защищай её, – дал едва слышимое наставление Джорон, когда племянник прошёл мимо.
Понимающе кивнув на слова дяди, парень наконец-то покинул трапезную.
***
– Мне казалось, ты голодна, – проговорил Артус, очутившись в коридоре.
– Не могу долго есть в обществе Элизы – становится невозможно глотать, – Фелисия изобразила отвращение.
– Разве вы так друг друга не любите?
– Когда пришла весть о смерти Бассиана – она даже не подумала изобразить печаль, узнав, что её мужа больше нет, – влага проступила в глазах девушки.
– Мне жаль, Фелисия, – Артус попытался приобнять кузину, но вовремя опомнился и остановил руку.
– Иногда я задаю себе вопрос: могла ли Элиза отравить его? – продолжала принцесса, не заметив прошлый жест.
Парень огляделся и, удостоверившись, что никто не мог их слышать, ответил:
– Возможно, скоро мы это узнаем…
Протерев глаза, Фелисия посмотрела на кузена и, слегка улыбнувшись, спросила:
– Так что, пошли гулять?
– Уже? – недоумевал Артус.
– Ну да, ведь ужин для нас закончился, – справедливо заметила девушка, похитив у кузена последний шанс на отступление…
Покинув в компании Фелисии дворец, сын герцога уловил краем глаза какое-то движение, но, обернувшись, ничего подозрительного не заметил.
– Всё хорошо? – вопросительно уставилась на него девушка.
– Не переживай, просто показалось, – ответил Артус, хотя сам он в этом уверен не был.
Снаружи дворца кузенов встретил слишком маленький задний двор, и юноша, привыкший к ухоженным кустам и целым полям цветов, так сильно разочаровался видом поредевших ив, что даже не смог скрыть своего состояния.
– Ты заработаешь морщины годам к тридцати, если будешь так сильно удивляться, – усмехнулась Фелисия.
– Я всегда думал, что столица и дворец удивительны, а от изобилия растительности в глазах появляется целая радуга.
– Задний двор и правда ранее украшали клумбы с цветами. Похоже, ты помнишь образы из давних времён – когда в последний раз посещал это место.
– И что же случилось после? – юношу заинтересовали произошедшие изменения.
– Королева начала постоянно чихать и, сетуя на растительность, приказала почти всю её уничтожить, – тяжело вздохнула принцесса.
– Тебе, я так понимаю, это по душе не пришлось?
– Да… Мне нравилось гулять рядом с тюльпанами и розами, – задумавшись, Фелисия сама немного наморщила лоб.
Артус хитро улыбнулся, продолжая идти между плакучих деревьев.
– Что? – девушка серьёзно на него посмотрела.
– Думаю, тебе понравится дворец в Стрэнтоне. Если ты, конечно, когда-нибудь соберёшься его посетить, – ответил юноша, решив не возвращаться к теме морщин.
– Знаменитая цветочная династия. Ну конечно, – девушка мило засмеялась.
Якобы обидевшись на слова кузины, Артус отвернулся и проговорил:
– Буду воспринимать это предвзятое отношение как личное оскорбление.
Подойдя ближе и обхватив голову собеседника обеими руками, Фелисия направила взгляд юноши на себя, а затем произнесла, скорчив мину:
– Грубо отворачиваться от принцессы во время разговора.
– Прошу простить меня, Ваше Высочество, – Артус легко улыбнулся в ответ.
– Кузен, ты же знаешь, что королева хочет нас поженить? – Фелисия резко перешла на серьёзную тему.
Юноша, не ожидавший такого поворота событий, сперва опешил, но быстро пришёл в себя и сказал в ответ:
– Да. Она отправляла в Стрэнтон гонца с письмом, в котором упомянула о свадьбе.
– И как ты относишься ко всему этому? – глаза кузины внимательно следили за собеседником.
– Слабо верится, что отец даст королеве положительный ответ. По крайней мере, сейчас.
– Артус, если бы я хотела узнать мысли герцога Баглерна, то у него бы и спросила. Мне хочется услышать твоё мнение, – казалось, скоро глаза девушки прожгут в собеседнике дыру.
Собравшись с мыслями, парень встретил её взгляд, а после произнёс, на удивление не впав в краску:
– Ты мне нравишься, Фелисия, поэтому я не хочу подвергать тебя опасности. Скоро может начаться борьба за престол.
Слёзы проступили в глазах девушки, и она прошептала:
– Тогда защити меня…
Артус хотел было ответить, но не успел: руки принцессы, всё ещё державшие его голову, вдруг потянули лицо юноши вперёд. Когда их губы встретились – сыну герцога показалось, что весь мир вдруг замер.
– Фелисия…
– Обещай, Артус. Обещай, что не оставишь меня, – слёзы уже ручьём текли по щекам девушки.
Юноша дважды провёл рукой по лицу принцессы, убирая влагу, а после приобнял, положив её голову на своё плечо – эта сцена напомнила парню ситуацию с Ансиель, и он улыбнулся.
– Никогда. Я никогда тебя не оставлю, – под ивами стояли двое, прижавшись друг к другу, как одно целое, и лишь тёплый ветер колыхал листву, провожая последние дни весны…
Глава XII
Луна отвоевала небеса у Солнца, и лишь тогда Артус вернулся в свои покои. После прогулки прошло уже десять минут, но его сердце продолжало неистово биться.
‹Как мне поступить? Я не оставлю Фелисию в столице, иначе королева сможет сделать её заложницей или и того хуже…› – юноша не мог придумать план действий, и его это угнетало. Наконец, решив спросить совета у отца, Артус начал успокаиваться. Поскольку ужин был лишь началом, он понимал: сейчас, перед конной частью турнира, ему никак нельзя терять бдительность.
В детстве парень любил смотреть, как всадники пытаются выбить друг друга из седла, но с недавнего времени кое-что изменилось: юношу посвятили в рыцари – теперь он и сам получил право выступать, отстаивая честь своей семьи. Горячая голова на плечах, юношеская жажда славы – всё привело к тому, что Артус не остался наблюдать в стороне, а изъявил желание принять участие в столичной сшибке, за помощью же сын герцога направился к самому прославленному рыцарю – своему дяде.
Граф в молодости часто сражался на турнирах и даже побеждал: взять, к примеру, историю его женитьбы. Подобный человек рядом оказался весьма кстати, и Артус, ещё находясь в Стрэнтоне, попросил дядю потренировать своего племянника. Джорон ранее не обучал парня премудростям турнирных выступлений, считая их игрой, которая создаёт ложные навыки, а те, в свою очередь, часто приводят к смерти в реальном бою. Однако, поскольку ученик был его слабостью, под натиском старый вояка быстро сжалился и за какой-то месяц тренировок сделал из юноши опасного противника.
«Я обязан хорошо выступить, ведь она будет там…» – сонным голосом проговорил молодой рыцарь, и его тяжёлые веки начали опускаться.
Ночью был серьёзный дождь, однако утреннее солнце не оставило от него и следа. И всё-таки завтрак по приказу Ривала провели не на улице, а в одной из небольших гостиных, только в обществе самых близких членов семьи. Когда последние сладости уже начали исчезать со стола, Артус обратился к герцогу:
– Отец, я хотел поговорить о Фелисии.
– Как вы погуляли вчера? – не переставая жевать, задал неожиданный вопрос Ривал.
– Вы следили за мной? – недоумевал юноша.
– У тебя не было оружия, поэтому кое-кто наблюдал, чтобы с вами ничего не случилось, – ответил герцог, буднично запивая чаем тыквенный пирог.
– Благодарю…
– В ближайшее время ты останешься холостым. Как мы обсуждали ранее, свадьба будет отложена.
– На самом деле я не то чтобы против женитьбы, – Артус засмущался после сказанного.
Все, кроме разве что главы семьи, замерли, обдумывая услышанное. Спустя минуту молчания тишину нарушила Ансиель:
– Не могу поверить… Это точно мой брат-близнец?
– Я рада, что Артус встретил человека, с которым он готов связать свою жизнь, – облокотившись на плечо мужа, вставила слово Саманта. Сам же старший брат одобрительно кивнул.
После женитьбы Зелваса дочь герцога Голдберга стала полноправным членом дома Баглерн, и семейные приёмы пищи чуть прибавили в размерах. Артус первое время относился к ней с некой толикой холода, однако, заметив, как искренне Саманта поддерживает своего супруга, юноша, ранее говоривший с девушкой лишь за столом, проникся к той тёплыми чувствами. Их отношения пока слабо походили на дружбу, но прогресс был на лицо.
– Сынок, что именно ты собираешься делать? – спросила герцогиня, выглядя слегка опечаленной.
– Я просто хочу её защитить. Пока Фелисия в столице, этого сделать не получится, – твёрдый взгляд моментально повзрослевшего человека обратился к остальным.
– Хорошо. Если захочет – она может отправиться с нами в Стрэнтон, – суровое лицо Ривала стало мягче, и он улыбнулся.
– Спасибо…
Поблагодарив свою семью за оказанную поддержку, Артус допил чай и, покинув гостиную, направился к ристалищу – до турнира оставалось всего несколько часов, которые юноша собирался провести с пользой.
– Я уже заждался, – прозвучал недовольный голос. – Сперва просит, а потом опаздывает.
– Извини, дядя, – Артус поклонился фигуре, появившейся из-за угла.
– Оставь это на потом. Надо обсудить других участников турнира.
– Внимательно слушаю.
Недоверчиво взглянув на племянника, Джорон продолжил:
– Почти все тебе по зубам, кроме семерых.
– Семерых? – переспросил юноша.
– Да. Пятеро из них – королевские гвардейцы, а шестой тебе и так хорошо знаком – это Эрик Бисгард – помощник твоего отца.
– Пока ты назвал только шестерых человек. Кто же последний? – поинтересовался Артус.
– Тёмная лошадка. Не показывает лицо и выступает без герба, но я видел его тренировки: этот человек – мастер своего дела, – Джорон утвердительно поднял указательный палец вверх.
– Ты бы смог победить этого рыцаря в бою? – волна страха поднялась в груди юноши.
Учитель широко раскрыл глаза и засмеялся во всё горло.
– Что-то не так? – Артус потерял нить происходящего.
Успокоившись, Джорон несколько секунд помолчал, восстанавливая дыхание, а затем ответил:
– Не родился ещё человек, которому я проиграю в настоящей битве, – он немного задумался и добавил: – Кроме разве что паренька, который подаёт большие надежды.
– Ладно, и как мне их одолеть?
– А вот это я сейчас тебе и объясню. Слушай внимательно…
Когда отведённое на подготовку время прошло, снаружи раздались аплодисменты. Желая проверить, что происходит, Артус выглянул из своей палатки и потерял дар речи: нигде не осталось свободного места – две тысячи человек заняли всё, что только можно было. Но даже среди такого количества дворян глаза юноши не потерялись – для них оказалось невозможным оставить без внимания короля и его светящуюся ярко-красным цветом дорогущую ложу. Приметив Конрада, обременённого золотой с десятками изумрудов короной, Артус, уверенный в слабом здоровье последнего, попытался отыскать какие-нибудь признаки, говорящие о тяжести его состоянии, однако попытка оказалась тщетной – государь показался сыну герцога относительно активным и крепким. Сам же Конрад, словно почувствовав на себе пугающий холодный взгляд, к этому моменту уже поднялся и довольно властно для десятилетнего мальчика сказал:
– Благодарю всех вас за проделанный до столицы путь. Возможность лицезреть такое огромное количество улыбающихся дворян и рыцарей, прибывшими на мои десятые именины, греет душу, – парень трижды кашлянул в алый платок, а затем продолжил: – Предлагаю насладиться в этот прекрасный день выступлением благородных воинов Аспера!
‹Не потому ли мой двоюродный племянник одет во всё красное, чтобы скрыть свою кровь?› – ненароком страшная мысль пришла в голову Артуса.
Дождавшись окончания очередных аплодисментов, мальчик прокричал:
– Да начнётся королевский турнир!
Сын герцога не стал наблюдать за первым поединком, решив вместо развлечения ещё раз осмотреть своё снаряжение. Первыми в ход пошли латы: они сидели плотно, однако это их достоинство легко нивелировалось постоянным металлическим скрежетом. Сперва юноша хотел выступать в бригантине, но отец ему запретил, сказав, что это попросту глупо.
Трудно поверить, но доспехи оказались достаточно удобными, а прикреплённый к кирасе тарч с изображённым на нём гербом Баглернов придал юноше дополнительной уверенности. Шлем тоже пришлось выбрать другой, но тут уже обошлось без герцога Ривала – Артус сам не горел желанием потерять глаза. Преимущество барбюта – большая область обзора, но его лицевая часть плоская, и прямой удар даже турнирным копьём сделал бы из парня калеку. Сегодня голову Артуса защищал шлем в виде вороньего клюва. Хоть видимость в таком уборе фактически отсутствовала – форма забрала давала неплохую защиту от вражеского копья.
– Ну, вроде бы всё хорошо держится, – проговорил юноша, поглаживая своего верного коня. – А ты как думаешь, Фармид?
Тот в ответ лишь уткнулся носом в плечо Артуса.
Фармид – боевой конь, который даже в холке немного выше юноши. Его основной цвет – чёрный, одни лишь копыта отличаются, оставаясь белыми, словно снег. Отец подарил сыну маленького жеребёнка ещё семь лет назад – с тех пор они росли вместе, тренируясь и путешествуя.
– Та-а-ак… твои доспехи тоже в норме. Теперь я уверен, что ничего непредвиденного не случится, – юноша оценивающим взглядом посмотрел на своего товарища: – Может, целиться в лошадь и запрещено, но осторожность никогда не была лишней.
– Милорд, вы готовы? – донёсся мальчишеский голос.
– Да, Лир. Пошли, – поняв, что возгласы зрителей давно затихли, Артус кивнул своему пятнадцатилетнему оруженосцу.
Оседлав Фармида, рыцарь, в компании наследника графа Микона, покинул палатку.
– Лорд Артус – младший сын герцога Ривала Баглерна! – оповестил герольд.
Проигнорировав порядки, молодой рыцарь прошёл мимо стойки с копьями и под недоумевающими взглядами направился к ложе короля.
– Ваше Величество, – Артус верхо́м поклонился Конраду, после чего обратил свой взор на Фелисию: – Смиренно прошу о знаке внимания от прекрасной кузины.
Девушка слегка покраснела, но нашла в себе силы засмеяться и ответить:
– Вы очень галантны, кузен, – с этими словами Фелисия достала белый платок и протянула его рыцарю. – Желаю удачи.
– Обязуюсь оправдать ожидания, моя принцесса, – Артус закрепил ткань на доспехе и отправился к вооружившемуся копьём оруженосцу.
– Барон Телли из королевского домена! – в очередной раз выкрикнул герольд.
Противником неожиданно оказался один из Малидийских Призраков. Пусть герб с белой лошадью, ставшей на дыбы, не был знаком юноше – тот не стал недооценивать рыцаря и продолжил проявлять осторожность. Когда представление соперников подошло к концу, всадникам дали новую команду, и Артус, переняв у Лира турнирное копьё, опустил воронье забрало. До конной сшибки оставались считаные секунды…
– Вперёд! – прогремел чей-то голос, и боевые кони пошли на сближение.
Барон оказался неплох: он быстро добрался до сына герцога и, рассчитывая на лёгкую победу, ударил. К несчастью для горячего рыцаря, его план не сработал – копьё лишь встретилось со щитом, оружие Артуса же, наоборот, достигло цели и после прямого попадания в грудь противника треснуло. Раздались одобрительные крики, тем не менее поединок ещё не закончился – Призрак удержался в седле.
Взяв новый осиновый ланцет, сын герцога вновь поскакал на соперника. Рыцари сошлись. Оружие барона внезапно приблизилось к шлему юноши, но ничего интересного за этим не последовало – копьё соскользнуло с вороньего клюва, и Артус остался в седле. Конь дворянина в свой черёд продолжил путь без всадника – Призрак, получив очередной удар в грудь, приземлился наземь, сильно приложившись спиной.
Под одобрительные крики толпы герольд заявил:
– Лорд Артус спешил барона Телли! Слава молодому рыцарю!
Раздались аплодисменты, и парень, стараясь не выглядеть зазнавшимся, вернулся в палатку, в которой ему предстояло ожидать нового поединка…
***
Прошло три часа непрерывных сражений. К удивлению всех присутствующих, Артусу удалось пройти в финал, одолев ещё четверых мелких дворян. Странным было только одно: из семерых рыцарей, на которых указал Джорон, ни один не встретился юноше до самого конца.
Наконец снаружи палатки раздался голос:
– Я счастлив объявить последний поединок! Сейчас на этом ристалище встретятся двое сильнейших и крайне везучих рыцарей – лорд Артус Баглерн, дошедший до финала на своём первом турнире, сразится с неизвестным воином, что спешил двоих королевских гвардейцев – сэра Эврата и сэра Арнауда, а также капитана рыцарей Чёрной Розы – Эрика Бисгарда!
– Вы справитесь, милорд, – подбадривал Лир.
– Честно говоря, мне слабо верится. Он даже Эрика одолел, – Артус не мог перестать нервничать.
– Думайте о хорошем. Вы ученик великого графа Голдберга, так покажите же им свою силу.
Артус кивнул на слова оруженосца и, оседлав Фармида, покинул шатёр, где встретился лицом к лицу со своим противником – облачённым в тёмно-красные доспехи рыцарем, на щите которого красовались безымянные чёрные вертикальные линии.
Артус взял у Лира копьё, а затем посмотрел в сторону Фелисии – принцесса, заметив на себе взгляд преданного рыцаря, мило улыбнулась и помахала в ответ. Как результат – на глазах всех присутствующих юноша достал свободной рукой белый платок и поднёс его к своим губам. Раздались громкие охи, но рыцарь не стал на них реагировать: он вернул ткань на место и, опустив забрало, поскакал на соперника, едва послышался сигнал к началу.
Только воины сошлись – оба копья упали на землю, переломанные в центре. Артус получил из рук Лира новое оружие, а после огляделся: его враг не дрогнул и на мгновение, кроме того, он уже развернулся и приготовился к следующей атаке.
– Фармид, давай-ка покажем этому выскочке, – конь заржал, и юноша понёсся на неизвестного.
К сожалению, проучить противника не получилось: пытаясь прицелиться, молодой рыцарь упустил момент, когда враг нанёс свой удар – боль в груди выбила воздух из лёгких, и юноша чудом сумел удержаться в седле.
– Проклятье… – прохрипел Артус, заходя на последний круг. Зрение поплыло, дыхание сбилось, но проявившаяся злоба затмила всё остальное.
‹Нет… Нет! Я дошёл до конца, победил стольких рыцарей. Я не могу проиграть, пока она смотрит›.
‹Только не сегодня›.
Атака соперника оказалась направлена в левое плечо, но его копьё лишь скользнуло о тарч, юноша, впрочем, смог нанести более точный удар, помяв алую кирасу. Надо отдать должное – как и говорил Джорон, рыцарь оказался профессионалом, сумевшим удержаться в седле. По итогу конная часть закончилась с криком герольда:
– Три круга завершены, а у обоих одинаковый счёт! Значит, время для пешей дуэли!
Вдруг раздался голос короля:
– Тогда продолжим через четверть часа. Пусть храбрые рыцари пока отдохнут и подготовят боевое оружие, – мальчик снова закашлялся и закончил только через полминуты: – Кто выбьет меч из рук противника – тот и победит!
Артус мог поклясться, что заметил ехидную ухмылку на лице Элизы, но решил не думать об этом и направился к палатке.
– Лир, доставай бригантину и мой меч, – проговорил юноша, очутившись внутри.
– Милорд, вы уверены? – страх отразился на лице оруженосца.
