Я неохотно приоткрыла веки и сразу же зажмурилась от яркого солнечного света.
– Госпожа, давно уже за полдень! Вы проспали завтрак, а ведь скоро уже обед! – назойливый голос Торкиэль заставил меня снова открыть глаза и откинуть одеяло в сторону.
– Вот, умойтесь, – сказала служанка, поднося ко мне золотую чашу с водой.
Прохладная вода моментально смыла остатки сонливости, и я почувствовала себя намного бодрее. Давно у меня не было такого продолжительного сна. Похоже, что вчерашние события сильно меня измотали. Когда я ночью вернулась в свои покои, то сил хватило только на то, чтобы снять с себя мантию и забраться в постель. Уснула я моментально, и снов никаких не снилось.
– Ох! – воскликнула Торкиэль и в ужасе уставилась на мое тело.
Я тревожно осмотрела себя и обнаружила, что до сих пор одета в полупрозрачную сорочку, которая теперь была криво укорочена выше колен. А еще ткань кое-где была испачкана кровью.
– Госпожа Клисаэль!.. Что этот дроу с Вами сделал? – в голосе моей служанки послышались слезы.
– Это не моя кровь, Торкиэль, – поспешила я успокоить испуганную эльфийку, – И я… не была ночью с королем.
– Как?!.. – пораженно выдохнула она, положив руку на сердце и присаживаясь на край кровати, – Вы же вчера отправились в покои короля!
Я с сомнением посмотрела на девушку. Стоит ли ей рассказывать? Торкиэль моя служанка с самого рождения. У нас разница в возрасте всего в десять лет, и она, по сути, являлась единственной моей подругой, с которой я всегда делилась самыми сокровенными вещами. Правда, было у меня их не так много…
– Я расскажу тебе, – решилась я, – Но поклянись своей жизнью, что никогда и никому и словом не обмолвишься о том, что сейчас услышишь!
Торкиэль напряженно выпрямилась.
– Клянусь, моя королева! – с придыханием произнесла она, – Жизнью клянусь! Никому и никогда!
Я слезла с кровати и сняла испорченную сорочку. Торкиэль поспешила накинуть на меня халат и проводила в купальную комнату. Обливая меня теплой водой из ковша, она терпеливо молчала, но я видела, как ее глаза горели от нестерпимого любопытства.
– Вчера вечером, когда я пришла в покои короля, – начала я рассказ, – То обнаружила Алеварда в королевской купальне. Но… он был не один.
Служанка пораженно ахнула и замерла, но быстро взяла себя в руки и продолжила пенить мои волосы.
– Там были все его пять генералов и какие-то женщины… И с одной из них король… совокуплялся… словно пес с гулящей сукой! – я сильно сжала зубы, заново переживая вчерашнее унижение и боль, – Король даже не сразу заметил мое появление. А когда заметил, то посмеялся. Унизил меня, отверг… и отдал своим генералам на растерзание!
Деревянный ковшик с глухим стуком упал на мраморный пол, расплескав оставшуюся в нем воду. Торкиэль суетливо бросилась его поднимать, и я заметила, как в ее глазах блеснули слезы. Когда она снова встала сзади и принялась смывать с моих волос пену, я продолжила:
– Меня не тронули, но Алевард дал неделю, чтобы я морально подготовилась…
Я замолчала, когда служанка начала промокать мои волосы, накинув на голову широкую ткань.
– У меня сердце за Вас разрывается! – дрожащим голосом произнесла девушка, – Эти проклятые дроу ничем не лучше любого орка!
Да нет… гораздо хуже…
– Госпожа, но откуда у Вас кровь и почему порвана сорочка? – спросила Торкиэль, помогая подняться и надевая на меня халат.
– Как только меня отпустили, я сразу убежала в лес… – заметив удивленный взгляд служанки, я поспешила объяснить, – Ты, может, не знала, но я уже два месяца как не сплю по ночам, и часто гуляю по дворцовом лесу. Так вот… Я убежала к старым руинам, где часто бывала, когда любовалась звездами и луной. Но там я столкнулась с пленным орком…
– Аааах!
– Торкиэль! Прошу, сдерживай свои эмоции! Иначе мой рассказ затянется до самого заката солнца!
– Простите, госпожа! – служанка опустила взгляд и продолжила расчесывать гребнем мои локоны.
– Не знаю, почему пленного разместили именно там. Если бы он был более агрессивным, то я бы сейчас с тобой не разговаривала. Но он… он оказался не таким… не таким, каким я себе представляла орков. Он не тронул меня. Более того, позволил мне залечить его рану…
– Госпожа! Вы с ума сошли! – не выдержала Торкиэль, – Как Вы могли помогать этому чудищу?! Он мог… сожрать Вас заживо!
– Не говори ерунды! – вскочила я, вырывая у служанки гребень, которым она все равно уже не расчесывала мои волосы, – Он же не зверь какой-нибудь, а обычный орк! Разумное существо, только другой расы!
– Он орк! – эльфийка многозначительно округлила глаза.
Бестолковая и упрямая как овечка!
– Кем бы он ни был, – спокойно сказала я, – Но человечности в нем куда больше, чем у Алеварда и его верных псов вместе взятых!
Служанка промолчала и грустно опустила взгляд. Она очень за меня переживала, но совершенно ничем не могла помочь.
Мне никто не мог помочь…
Торкиэль молча помогла мне одеться, а потом сопроводила во двор, где в большой резной беседке мне уже накрыли обед. Несмотря на то, что король вернулся, мой распорядок дня нисколько не изменился. Моя трапеза, как обычно, проходила в одиночестве, которое скрашивало присутствие Торкиэль и других служанок, ухаживающих за мной во время обеда. И я была этому безумно рада! Не знаю, смогла бы я есть, находясь за одним столом со своим супругом.
Супругом…
Это слово теперь с трудом вязалось с образом Алеварда. После того, что произошло вчера, после того, что я увидела, я больше не смогу относиться к этому эльфу, как к своему мужу. Теперь он для меня просто король, приказа которого я не могу ослушаться. Да и он сам не воспринимает меня ни как свою супругу, ни как женщину…
А вот пленный орк смотрел на меня так, как никогда не смотрел король. Мне даже на мгновение показалось, что он был смущен…
От этих мыслей мне вдруг стало нестерпимо жарко. Выпив бокал воды, я резко встала из-за стола и внимательно посмотрела на находящиеся на нем блюда. Немного подумав, я схватила небольшую корзинку с фруктами и вытряхнула ее содержимое на стол.
– Что Вы делаете, госпожа? – удивилась Торкиэль, наблюдая, как я складываю в корзинку еду.
– Подай вон тот ломоть сыра, – попросила я, пропустив ее вопрос мимо ушей, – И устрицы тоже сюда давай.
Торкиэль растерянно подавала еду, бросая на меня вопросительные взгляды. Когда я почувствовала, что корзина стала довольно тяжелой, то сунула ее служанке, а сама взяла кувшин с водой.
– Принеси два плаща, – сказала я одной из служанок, что стояли неподалеку.
Прислуга немедленно скрылась и вскоре вернулась, неся в руках две длинные темно-зеленые мантии. Я быстро накинула плащ и натянула капюшон на голову, после чего приказала Торкиэль сделать то же самое.
– Иди за мной, – бросила я ей, направляясь в сторону леса, и девушка послушно последовала за мной.
Вторая башня, в которой находились мои покои, стояла рядом с аркой, ведущей в лес, поэтому нам не пришлось пересекать центральный дворцовый сад. К тому же, судя по долетающим до меня звукам, там до сих пор продолжался праздник, посвященный возвращению короля и победе его войск. Хотя праздником эти пьянки и оргии язык не поворачивался назвать.
– Ох, госпожа! – громко зашептала Торкиэль, – Неужели Вы этого орка кормить удумали?!
Я промолчала, продолжая ступать по витиеватой тропинке, виляющей между корней гигантских многовековых деревьев. Вскоре впереди заблестела река, и я решительно прибавила шагу. Мы пересекли мостик и направились к старым руинам, обломленные колонны которых торчали среди густой изумрудной листвы.
– Моя королева! – снова запричитала служанка, когда мы уже поднимались по ступенькам, – Я Вас очень прошу, одумайтесь! Не дела…
– Тшш! – я резко развернулась и приложила палец к губам девушки.
Впереди были солдаты!
Затолкав Торкиэль за кусок сохранившейся стены, я притаилась рядом с ней и осторожно выглянула.
– Давай, быстрее, Иртарр! Я долго не смогу держать проход!
Двое дроу в доспехах воинов Алеварда стояли около магического барьера, который при свете дня переливался бледным серебристым светом. Один из них, явно с помощью королевского артефакта, с трудом раскрывал проход, в то время как другой, держа в руках кусок почерневшего хлеба и ржавую миску, готовился зайти на террасу.
– Давайте уйдем, госпожа! – испуганно прошептала Торкиэль, хватая меня за рукав мантии.
– Тише! – шикнула я, наблюдая, как воин швыряет хлеб в проход, вытаскивает меч и неуверенно шагает за барьер.
Сначала ничего не происходило. Тишину леса нарушали лишь щебет птиц и легкое шуршание наших плащей. Мне было плохо видно террасу, и я вытянула шею, но внезапно раздавшийся громкий рык заставил меня вздрогнуть и сжаться. Следом послышался мужской вопль и звук упавшей металлической миски.
– Тваарь!!! – Из прохода выскочил взъерошенный солдат, держась за окровавленную ладонь, – Он мне чуть палец не отгрыз! Проклятый людоед!!!
Проход за его спиной сразу же закрылся, и воины начали спускаться с лестницы. Я вжалась вглубь тени, зажимая ладонью рот Торкиэль, у которой от вида крови лицо приобрело зеленоватый оттенок.
– Мерзкий демон! – их голоса слышались все дальше, – И зачем король его вообще кормит?
– Говорят, это сын вождя орков. Он ему пригодится для переговоров…
Голоса постепенно стихли, и я осторожно вышла из-за стены. Убедившись, что они на самом деле ушли, я повернулась и пошла наверх.
– Моя королева! – Торкиэль мертвой хваткой вцепилась в мой рукав, смотря на меня полными ужаса глазами.
– Смотри, чтобы никто сюда не приближался, – холодно сказала я, отцепляя ее руку и забирая корзину с едой, – Если увидишь или услышишь кого-то, немедленно мне сообщи!
Я решительно преодолела оставшиеся ступеньки, на ходу читая заклинание, и шагнула в образовавшийся проход. На полу террасы блестела разлитая лужа воды, а неподалеку валялась перевернутая миска и заплесневелая буханка хлеба. Часть цепи черной дугой скрывалась за аркой, и я, тихо ступая, медленно направилась в ее сторону.
Пленник сидел ко мне боком на полу и не заметил моего появления, прижимая к лицу какую-то белую тряпку. Его глаза были закрыты, и слышалось, как шумно он втягивает воздух, явно наслаждаясь запахом…
Запахом моей сорочки!
С моих губ неожиданно сорвался едва слышный возглас. Но орк услышал… Молниеносно развернувшись, он страшно оскалился и издал громкий нечеловеческий рык.
Острые зубы, созданные, чтобы разрывать плоть… Дикий свирепый взгляд, от которого холодеет сердце… Нет. При обманчивом свете луны я ошиблась, сравнив это существо с себе подобными!
Попятившись назад, я запуталась в мантии и едва не упала. Капюшон слетел с головы, а корзина с едой упала на пол. Орк уже привстал на одно колено, чтобы подняться, но внезапно замер. Я молча прижимала к себе кувшин с водой, боясь пошевелиться. Сейчас он казался намного живее и опаснее, нежели ночью. Похоже, что моя магия полностью его излечила. Не пожалею ли я о своем поступке? Может, Торкиэль права, и ее королева сошла с ума?..
Внезапно орк опустил взгляд и снова сел на пол, оперевшись спиной о стену. Кусок белой мантии, которую все это время сжимал в кулаке, он отшвырнул в сторону. Я продолжала стоять, не решаясь уйти.
Снова не тронул… Но почему?
– Как твоя рана? – мой голос прозвучал тихо, но он сразу повернул голову и угрюмо посмотрел мне в глаза.
Молчит… Все-таки он не понимает нашу речь.
Я нашла взглядом перевернутую миску и медленно подошла к ней, опасаясь вновь спровоцировать орка. Подняв посуду, я сполоснула ее от пыли и наполнила водой из кувшина, после чего вернулась к арке.
– Вода, – сказала я, ставя миску на пол.
Орк не двинулся с места, неотрывно наблюдая за моими действиями. Я опустилась на корточки и принялась собирать рассыпавшиеся продукты обратно в корзину. Одно яблоко укатилось вглубь арки, и я неуверенно подошла ближе, а когда протянула руку, чтобы поднять его с земли, пленник неожиданно схватил фрукт и, поднеся его ко рту, откусил сразу половину. Я удивленно застыла, но, заметив голодный взгляд, устремленный на корзину, решилась подойти еще ближе. Опустившись рядом с орком на колени, я поставила корзину между нами и слегка улыбнулась.
– Быстрая регенерация забирает много энергии, тебе нужно… – я замолчала, вспомнив, что пленник все равно не понимает ни единого моего слова.
Тем временем он вытащил из корзины кусок сыра и с жадностью стал запихивать его себе в рот. Не похоже, что орки едят одну лишь человечину. Мое лицо невольно расплылось в улыбке, когда щеки орка, набитые едой, смешно задвигались. Не прожевав до конца, он снова потянулся к корзине, вытащил из нее хлеб и сразу же откусил от него огромный кусок. Невероятно! Орки едят пищу такими огромными кусками! Толком не жуют, мешая продукты в общую кучу…
Но не успела я об этом подумать, как лицо пленника болезненно скривилось, и он застучал себя кулаком по груди.
Да он же подавился!
Я быстро схватила миску с водой и поднесла ее орку. Тот поспешно схватил ее и, расплескивая воду, начал жадно пить. Вода проливалась по краям, заливая его подбородок и широкую мускулистую грудь. Темные волоски, покрывавшие ее, сразу намокли, и я неосознанно опустила взгляд ниже. Полоска волос постепенно уходила вниз, продолжаясь на мощном прессе и прячась за поясом брюк.
А у Алеварда грудь абсолютно гладкая, как и у всех эльфов…
Я подняла глаза и встретилась с зеленым взглядом орка.
– Нужно… есть аккуратнее… – запинаясь, произнесла я и сильно засмущалась.
Надеюсь, он не заметил, как я его разглядывала!
Пододвинув к себе корзину, я достала из нее устрицу и протянула пленнику. Он довольно аккуратно взял ее из моих рук и поднес ко рту, намереваясь засунуть ее в рот.
– Стой!
Орк замер, и на его лице промелькнуло удивление. Осторожно забрав у него устрицу, я пальцами выковыряла мякоть и снова протянула ему. Я ожидала, что он догадается взять ее в руки, но пленник неожиданно подался вперед и приоткрыл рот.
– Но… – прошептала я, понимая, что все это выглядит очень странно.
Он и вправду как зверь!
– Ну, хорошо.
Поднеся ладонь к лицу орка, я постаралась как можно быстрее засунуть ему в рот устрицу. Большая сильная ладонь молниеносно сомкнулась на моем запястье, лишая возможности отдернуть руку и убежать. На мгновение мне показалось, что острые зубы орка впиваются мне в пальцы, разгрызая кости и разрывая сухожилия. Я в страхе зажмурилась, но боли не последовало… Вместо нее я ощутила теплые и очень нежные прикосновения.
Я приоткрыла веки и пораженно уставилась на орка, который медленно облизывал и посасывал мои пальцы, пристально смотря мне прямо в глаза. По моему телу неожиданно пробежала сладкая дрожь, и я непроизвольно издала тихий стон.
Он… он явно делает это не для того, чтобы слизать соус!
Пленник подтянул мою руку еще ближе и перевернул ладонью вверх. Из приоткрытого клыкастого рта показался длинный язык, который не спеша прошелся по ладони, заставляя меня вздрогнуть. Я не пыталась вырваться, я просто сидела и завороженно на него смотрела, ощущая, как по телу разливается знакомое, ни с чем не сравнимое тепло. Его язык незаметно заскользил по моему запястью, постепенно перемещаясь выше по предплечью. Грубые крупные пальцы слегка царапали нежную кожу, задирая темно-зеленый рукав мантии выше локтя. Пленник медленно приподнялся на коленях и придвинулся ближе, возвышаясь надо мной, словно гигант…
Он больше не облизывал мою руку. Но и не отпускал, продолжая стоять и смотреть на меня странным взглядом. Его могучая грудь тяжело вздымалась, как будто он только что вернулся с поля боя, а через грязные кожаные штаны выпирало что-то большое и очень твердое…
Сейчас перед собой я определенно видела не несчастного пленника и не дикого орка. Сейчас передо мной стоял крайне возбужденный мужчина…
Он склонился ниже, потянувшись к моему лицу, а я… я прикрыла глаза, полностью отдаваясь охватившем меня невероятно сильным чувствам…
– Моя королева!
Я вздрогнула и испуганно повернулась на голос своей служанки. Торкиэль стояла недалеко от арки и в ужасе прикрывала рот ладошкой, во все глаза таращась на меня и орка.
– Ты… – глубокий и низкий голос с рокочущими нотками заставил меня снова повернуться к орку, – Королева?!..
Его рука больно сжала мое запястье, а верхняя губа опасно вздернулась, обнажая белые, острые зубы. Все мое возбуждение моментально испарилось, давая место животному страху. Позади испуганно вскрикнула Торкиэль, и я сама едва сдержалась, чтобы не закричать.
Он все это время понимал мою речь… Каждое мое слово… Это воин, а не дикий орк! А я – королева ненавистных ему врагов! Убив меня сейчас, он окажет огромную услугу своему народу. И я… так глупо себя повела, позволив ему себя схватить… Нет. Я сама отдалась ему в руки!
И расплатой за мою глупость будет смерть!
– Клисаэль! – послышался сзади дрожащий голос служанки.
Орк издал глухой рык, оскалился, а потом вдруг отпустил мою руку и вытолкнул меня из-под арки прямо в объятия Торкиэль.
– Проваливай, королева, – произнес он и, прежде чем я успела что-то ответить, служанка потащила меня прочь с террасы.
Я не сопротивлялась, следуя за Торкиэль и пребывая в полном смятении.
Он снова меня не тронул! Даже когда узнал, что я королева – самый заклятый его враг!
И что это была за игра с моими пальцами?..
– Безумная королева! – задыхаясь от быстрой ходьбы, прокричала Торкиэль.
И я была с ней полностью согласна…
Глава 4.
Выбирай, королева!
– Я совсем не понимаю, что у Вас в голове!
Торкиэль закончила натирать мою спину розмариновым маслом и помогла надеть ночную сорочку.
– О чем Вы думали, когда подошли к этому орку так близко? Видели же, что он чуть не сожрал того солдата, но все равно понесли ему еду! Что за странный акт милосердия?.. Если так хотелось покормить этого монстра, приказали бы прислуге!..
Служанка отчитывала меня уже не один час, периодически прерываясь, когда ей нужно было отойти по делам. Из ее причитаний я поняла, что видела она далеко не все, только тот момент, когда орк разозлился. Я решила не рассказывать ей, сохранить в секрете то, что произошло между мной и пленником. Она все равно не поймет. Да я и сама не понимала… Не понимала, как могла испытывать такие чувства к представителю презренной, ненавистной всем расы…
С тех пор как я столкнулась с ним на террасе, этот орк не выходил у меня из головы. А последняя встреча оставила массу противоречивых чувств. Он был, несомненно, страшным и пугающим. Особенно когда вел себя агрессивно… становился больше похожим на демона, нежели на человека или эльфа. Лютый, горящий зеленым, взор, острые хищные клыки, могучее тело, покрытое шрамами… весь этот облик Темный Бог слепил для того, чтобы наводить ужас на их врагов. Не удивительно, что орков боятся все разумные расы, пугая ими на ночь непослушных детишек. Но… несмотря на это, я смогла увидеть его совсем с другой стороны. И эта сторона сильно влекла меня…
– Вам сказочно повезло, что он понимает эльфийский, – продолжала ворчать служанка, – Если бы орк не понял, что перед ним королева, то наверняка бы сожрал Вас!
Все совсем наоборот. Если бы он не узнал, что я королева, то не разозлился бы.
– Я не думаю, что орки так падки на сырое мясо, – вслух заметила я, – Он с большим аппетитом съел все, что я принесла.
– Голодные орки жрут все без разбору! – страшным голосом заговорила Торкиэль, – А от нежного девичьего мяса и подавно не откажутся!
– Прекрати, Торкиэль! А то ночью мне будут сниться кошмары!
Служанка удивленно подняла брови и возмущенно воскликнула:
– От моих слов Вам кошмары будут сниться?!.. Вы сами отправились в пасть к чудовищу и едва унесли ноги!
Я залезла в постель и, накрывшись одеялом, красноречиво повернулась к эльфийке задом. Она тяжело вздохнула, погасила самые яркие световые пульсары, оставив только «ночники», и направилась к выходу.
– Не вздумайте ночью в лес ходить! – услышала я ее шепот.
Не дождавшись от меня ответа, Торкиэль закрыла дверь, и в покоях воцарилась ночная тишина, нарушаемая лишь трелью сверчков.
Я, конечно же, никуда уходить не собиралась. Теперь, когда в руинах находился пленный орк, прогулки по ночному лесу потеряли для меня всякий смысл. Ведь большую часть времени я проводила именно на разрушенной башне, любуясь ночным небом и предаваясь мечтам. А теперь… теперь я вынуждена целыми сутками торчать в дворцовых стенах, днем прячась от Алеварда и его свиты, а ночью находясь в своих покоях.
Прикрыв веки, я постаралась расслабиться и уснуть. Я представила ночное небо, усыпанное звездами, и серебристую луну, освещающую долину внизу. Этот образ заставил меня почувствовать безмятежность и покой…
Бескрайние леса, тянущиеся до самого горизонта… Река, отражающая луну… Мерцающие звезды и зеленые глаза пленника, державшего за руку мое болтающееся над пропастью тело… Его теплый язык и мягкие губы, нежно скользившие по моим пальцам…
Я перевернулась на спину, снова чувствуя нарастающее возбуждение. Подняв руку, с которой кормила орка, я посмотрела на свои пальцы, вспоминая те самые ощущения.
Хотелось бы еще раз пережить их…
Я поднесла пальцы к губам и, закрыв глаза, нежно облизала их. Тепло… Мягко… Нежно… Но совсем не то!..
Отпустив свои пальцы, я позволила им опуститься ниже и нырнуть под тонкую ткань сорочки. Привычно касаясь нежной плоти, я вспоминала зеленый взгляд, устремленный прямо на меня, длинный скользкий язык, оставляющий на моей коже влажные следы, широкий сильный торс, блестящий от воды и… мужское естество, рвущееся наружу из плотных кожаных штанов…
Что бы было, если бы служанка осталась внизу еще на какое-то время?.. Зашел бы он дальше?..
Наверняка!
Он был очень возбужден… Не меньше меня. Скорее всего, он повалил бы меня на нагретую солнцем пыльную террасу, одной рукой развязал шнуровку на своих штанах, а второй сорвал бы с меня плащ, высоко задирая юбки платья и срывая нижнее белье… А потом… Потом вошел… Медленно, нежно, постепенно проникая все глубже…
Все мое тело пронзили тысячи молний, сладостно отзываясь в каждом уголке моей сущности. Кровь загудела в ушах, перекрывая громкую трель сверчков и тихий стон, вырвавшийся наружу. Выгибаясь и содрогаясь на шелковых простынях, я наслаждалась каждым мгновением такого мощного и яркого финала, но вскоре постепенно обмякла, откинувшись на мягкие пуховые подушки.
В этот раз не было опустошения и одиночества. В этот раз все по-другому… Я чувствую странную эйфорию и… ненасытность. Желание получить больше…
Я долго лежала и смотрела в потолок на очень старую разноцветную фреску… Светловолосые эльфы, сражающиеся против орды орков, драконов и демонов. Наши предки испокон веков воевали с нечистью, защищая свои земли и семьи. В нашей крови из поколения в поколение передается ненависть к темным расам. Так почему же меня так волнует этот орк?.. Почему только на него я так сильно загораюсь?..
Усталость навалилась на мое тело, заставляя прикрыть потяжелевшие веки. И как только я их сомкнула, то сразу провалилась в сон.
***
– Светлого утра, госпожа!
Торкиэль раздвинула шторы, впуская в комнату солнечный свет и свежий утренний ветерок.
– Вы сегодня проснулись пораньше, – заметила она, – Все-таки по ночам положено спать, а не шастать по лесу в потемках!
– Я давно не засыпала так рано, – призналась я, садясь на кровати, – Чувствую себя отдохнувшей и полной энергии.
Служанка улыбнулась и помогла умыться и одеться. Укладывая мои волосы, она принялась рассказывать мне последние слухи из дворца.
– Праздник в честь возвращения короля наконец-то завершился. Я сама не видела, но говорят, воины Алеварда разнесли почти весь дворцовый сад, потоптали все клумбы и поломали молодые деревья! Они пьянствовали все два дня, орали по ночам и устраивали поединки… даже одному из конюхов досталось. Несчастный теперь у лекаря пытается отрубленную руку спасти.
– Какой ужас! – выдохнула я.
– В чем-то Вы были правы, моя госпожа, – согласилась служанка, осторожно цепляя к моей прическе маленькие цветочки-заколки, – Эти дроу ничем не лучше орков! Кстати… о том орке!..
Я внутренне встрепенулась, стараясь не подавать виду, что эта новость меня крайне заинтересовала. Но шли минуты, а Торкиэль все не спешила продолжать рассказ.
– Так что там с орком? – как можно безразличнее спросила я, потеряв терпение, – Неужели казнили?
Сказала, а у самой от этой мысли в груди похолодело…
Торкиэль бросила на меня хитрый взгляд и, выдержав короткую паузу, ответила:
– Конечно, нет! Этот Ваш орк оказался не простым вражеским солдатом. Он второй сын вождя самого многочисленного и влиятельного племени орков. Такого выгоднее держать в плену, а не казнить.
– Я слышала, как те два воина говорили об этом, – вспомнила я.
– Теперь понятно, почему он знает эльфийский, – добавила служанка, – Может, даже и читать умеет.
– Думаешь, племена орков настолько необразованные? – я встала со стула и не спеша направилась к двери.
– Не знаю, госпожа. Но моя бабка не раз рассказывала мне, как они опустошали человеческие деревни, насилуя женщин и поедая заживо младенцев! Настоящие дикари-людоеды!
Я взглянула на Торкиэль. Она нисколько не шутила, рассказывая мне такие вещи. В ее глазах читался страх и презрение.
– Думаешь, солдаты Алеварда ведут себя лучше? – мне вдруг стало немного обидно, что моя служанка очернила только расу орков, – Ты сама видела, сколько женщин и детей они привезли с собой. И эти несчастные души не имеют никакого отношения к нечисти! Откуда, по-твоему, они взялись?.. Дроу так же разоряли поселения, что попадались у них на пути, убивая и насилуя всех без разбору. А кого не успели убить или замучить, прихватили с собой!
Торкиэль с удивлением слушала меня и хотела что-то ответить, но внезапно перевела взгляд за мою спину и побледнела. Я повернула голову и увидела, что позади стоит один из пяти генералов Алеварда.
– Исчезни! – высокомерно бросил он моей служанке.
Девушка виновато взглянула на меня, поклонилась и поспешила удалиться. Подняв голову, я с достоинством посмотрела на высокого, широкоплечего мужчину, хотя с трудом могла ровно стоять на дрожащих ногах.
Эламор… Один из сильнейших дроу, обладающий огромным магическим потенциалом. Поговаривают, что на поле боя он способен победить даже дракона. Высокородный трехсотлетний эльф. И он… он был в купальне в тот вечер и видел, как меня унизил король. Они все там были. И все слышали, что он обещал им отдать свою королеву.
Зачем он пришел? Его прислал Алевард?.. Но прошло всего два дня!..
– Светлого утра, моя королева! – на красивом лице темного эльфа расплылась довольная ухмылка, – Позволь присоединиться к тебе за завтраком.
Я обреченно опустила взгляд и направилась в сторону беседки, где слуги уже накрыли на стол. Генерал последовал за мной. Зайдя под узорчатую крышу, с которой свисала цветущая лоза, я присела на свое место, наблюдая, как Эламор садится напротив. Я заметила, что ни одна из служанок, стоящих вдалеке, не поспешила к столу, чтобы обслужить королеву и ее гостя. Похоже, что генерал заранее предупредил их, чтобы они не мешали разговору. Я вдруг почувствовала себя запертой в клетке наедине с опасным хищником.
Эламор взял пустой бокал и, наполнив его водой, протянул мне.
– Моя королева, – произнес он, делая на первом слове особый акцент, – При свете дня ты выглядишь еще красивее.
Я молча приняла бокал, поднимая на него взгляд.
– Намного красивее, чем на коленях перед королем, – добавил он таким же учтивым тоном.
– Зачем король прислал тебя? – прямо спросила, отводя взгляд в сторону.
– Алевард не присылал меня, – ответил дроу, заставив меня снова на него посмотреть, – Я пришел по собственному желанию.
– Что тебе нужно?
Эламор неприятно улыбнулся, а я внутренне содрогнулась от нехорошего предчувствия.
– У меня к тебе предложение, Клисаэль, – генерал внезапно сорвал маску вежливости, обращаясь ко мне без должного уважения, чему я вовсе не удивилась, – Король хочет, чтобы ты прошла через постель всех пятерых генералов, прежде чем он сам возжелает тебя, что маловероятно, учитывая, что от тебя останется.
Я сглотнула застрявший в горле ком и изо всех сил пыталась сохранить невозмутимый вид.
– У Алеварда особые пристрастия в постели, и светлые хрупкие эльфийки его мало интересуют. Но ты очень нравишься генералам, – Эламор чуть наклонился вперед и посмотрел на мои губы, – И особенно мне.
Не выдержав его взгляда, я отвернулась и торопливо взялась за бокал, чтобы отпить воды. Рука предательски дрогнула, и несколько капель расплескалось на скатерть. Генерал улыбнулся, наблюдая за моей реакцией.
– Алевард настоящий дурак, раз не видит перед своим носом такое сокровище… – его ладонь накрыла мою, помогая поднести бокал к лицу, – Развращать такую малышку будет сплошное удовольствие!
Я попыталась отодвинуть бокал, но Эламор не позволил мне этого сделать, заставляя глотать воду против воли. Поперхнувшись, я закашлялась, вызвав у мужчины довольный смех. Мой подбородок сжала его рука, и я в страхе замерла, ощущая, как его палец стирает с моих губ капли воды.
– Я не такой расточительный, как король, и не хотел бы делить тебя с другими, – продолжал говорить он, – Если добровольно согласишься быть только моей, то я поговорю с Алевардом, и другие генералы тебя не тронут. Что выберешь, Клисаэль? Один генерал или сразу все?
Мое тело невольно задрожало, и я закрыла глаза, не в силах произнести ни звука. Не дождавшись от меня ответа, Эламор убрал руку, после чего поднялся из-за стола и направился к выходу. Но прежде чем покинуть беседку, он остановился и повернул голову.
– Сегодня в полночь я пришлю за тобой стражу, они проводят тебя в мои покои. Если не придешь, я буду считать это отказом, – сухо произнес он, – Но я надеюсь, что ты проявишь благоразумность и сделаешь правильный выбор.
Мужчина отодвинул лиану и покинул беседку, оставив меня в полном одиночестве. Напряжение, которое я испытала, градом покатилось из моих глаз, оставляя на лице мокрые дорожки. Не замечая встревоженных взглядов слуг и возникшую рядом непонятно откуда Торкиэль, я закрыла ладонями лицо и горько зарыдала.
Тот злосчастный вечер казался мне дурным сном, но появление Эламора напомнило, что все это реальность, от которой мне совершенно некуда скрыться. Моя служанка обнимала меня и нежно поглаживала по спине, шепча в макушку какие-то утешения, а я уткнулась ей в плечо, продолжая лить слезы и тихо подвывать, совсем забыв, что такое поведение не достойно королевы.
Да я и не королева вовсе! Я рабыня, которой внезапно предоставили право выбора. Но на этот раз совсем не дали время подготовиться!
И так в объятиях Торкиэль я просидела около часа. Когда мои глаза уже просохли от слез и я успокоилась, мы вернулись в мои покои, где я пролежала в постели до самого вечера. Сначала меня терзали страхи и отчаянье, но потом наступила апатия.
– Госпожа… Клисаэль… – моя служанка слегка покачала мое плечо, привлекая к себе внимание, – Вы сегодня ничего не ели. Прошу, поешьте! Ужин на столе.
– Я не голодна, – едва слышно ответила я и перевернулась на другой бок.
Торкиэль тяжело вздохнула.
– Мне бы очень хотелось Вам помочь, – голос служанки слегка дрожал, – Скажите, и я сделаю все, что Вам угодно!
