Душка?
Я посмотрел на Соню потом плавно перевел взгляд на Амину:
– Я знаю, я в вашу компанию попал случайно, но несмотря на это я не такой человек что можно показывать мне зубы или наоборот, я благодарен тебе Сонь, но если я мешаю или что-то подобное, то я могу уйти и это не обида.
– Нет, тебе уходить не нужно, не из-за Гарри это точно.
–Я не только о нем, если что-то не так.
– Если что-то будет не так я сама тебя выгоню, – произнесла Амина. У нее серьезное лицо и что-то подсказало ей поверить. – Тем более мы еще не попробовали твой напиток.
Я смягчился. Плечи расслабились. Гнев сошел.
– Ты еще попробуешь мой пунш, там вообще космос.
– Белый дом вспомнил? – упрекнула Соня.
Я даже не смог сориентироваться в такой момент и с триггерами в голове ответил: Нет.
– Дай ему время…
Соня посмотрела на Амину.
– Время на что? Вернуться туда?
– Не знаю, но он славный.
Я будто двух огней.
– Да что с вами? Дурман напал?
– Просто мы негативно относимся к таким темам, – отвязно ответила Амина.
– К каким? – свои созревшие недопонимая уточнил я, смотря в глаза Софии и резко перевел более упертый взгляд на Амину.
Недопонимание в нашей жизни это что-то на уровне воображения. Мы каждый раз будем приплетать к каждому слову еще несколько и в конце получается сказка или нереальное в отношении нашей жизни. Так и приобретают жизнь слухи и вследствие восприятия о человеке.
Сначала тяжело вздохнула Соня и продолжила отвечать, но вмешалась Амина:
– Несколько человек пострадали в твоем доме, и они здесь. Их унизили максимально.
Я правильно понял? Несколько человек которые находятся среди меня получили душевные травмы благодаря тому дому, который я якобы создал!?
– Извини, не до конца понимаю.
– Что тут понимать? Генри, Максин и я были на твоих тусовках. В твоем доме. Нас унизили. Когда мы пришли с желанием отдохнуть по-другому и нас буквально унизили Томас и Лолли на глазах у всех.
– Ребят, я точно не знаю такого, я в этом не виноват! – затвердил я.
Я знаю, это могло произойти, но я точно не при делах.
– И как они это сделали? – Невере спросил я.
– Когда мы пришли, было все как полагается для тусовок в таком жанре, но далее, когда Лолли вышла на сценку и начала зазывать людей на коктейль-игру, в которой я получила фингал под глазом и потом она высмеяла меня… мне было не до шуток. Потом Генри заступился за меня и началась небольшая потасовка.
– Я помню такой день, парень еще блевал на забор.
Вот откуда знакомые лица.
– Именно, тогда Томас выскочил и начал обсмеивать его, потом меня и Максин, из-за того, что мы ему пытались помочь, а ты тем временем лежал на лежаке с какой-то девчонкой.
– Тогда мы были все… были в твоем доме, я была и остальные, про что я тебе рассказывала, но не договорила… – подогнала Соня. – Но я знаю, что это не твоя вина, хоть это произошло у тебя… ты тогда так и остался лежать с ней, вроде ее звали Кэсс.
Кэсс. После всех слов только ее имя врезалось в мою голову.
– Мне кажется реально пора… – проговорил я и направился к выходу.
– Ты не виноват в этом, – повторила она.
Я задумался о своем гребанном прошлом и мысли резко будто отменились, зажав клавиши «CTRL + Z».
– Я тогда был другим и не нужно мне напоминать об этом! – закричал я настолько громко, что меня сквозь громкую музыку услышали остальные.
Алик, увидев агрессию в наших словах попытался остановить нас, но ему не получилось и тогда вмешались Максин и Соня.
– Все! Хватит! – воскликнула Ласточка. – Он либо с нами, либо без нас! Решаем на берегу и никак иначе, чтобы потом не было соплей.
– Я за то, чтобы Валек остался с нами. То, что делала его компания не относится к нему, ведь он был в стороне.
– Он позволил!
– Нет, он находился в стороне и не вмешался из-за того, что мы не являлись его друзьями. Теперь я хочу сказать, что он должен стать нашим другом!
Ласточка даже удивила меня и теперь я смотрю на нее с другой стороны. Она довольно милая.
Тот факт, что меня знают и с херовой стороны мне стало неудобно, хотя я даже и не причем, но и опять же я думаю, что эта деталь ссоры выдернута из контекста. Никто же не помнит и не знает, что тогда произошло, может у Лолли, были на то основания, ведь она не станет унижать просто так.
– Так… Стоп! – воскликнул Гарри. – Кто хочет чтобы он остался?
Руки подняли Эмили, Амина, Алик, Генри и Соня.
– Я так понимаю, что Максин и я против присутствия Валентина в нашем окружении?
Максин пожала плечами.
– Тогда решено, добро пожаловать в наши ряды, несмотря что мы с ней против, то большинство победило. Это твоя радость… – проговорил он.
– Глинтвейн готов и уже остывает, давайте попробуем!? – смущенно предложила Соня, будто захотела избавится от неловкости, ведь она меня привела в компанию, где есть люди, которые против меня и их негативное отношение сводит меня к нулю.
Мы сели на диван в главной комнате, глинтвейна досталось всем, но по чуть-чуть. Многие оценили, и даже мне понравился напиток, но пить его на повседневной основе невозможно. Только осенью и зимой, когда продрог, ведь пить горячее вино на тусовке отвратно и такие действия оскорбляли бы сам напиток в целом.
Вроде помирились все, меня приняли хоть и иной раз падают недовольные взгляды.
– Отнюдь, я истинно говорю, – защитился Генри.
– Не ври, ты не мог такое сделать!
– Я говорю правду, иначе зачем мне врать?
– Ты правда это сделал?
– Да, я тогда напился и поцеловал ее, поднявшись на сцену…
Максин, посмотрев на наши опьяневшие физиономии сообщила что собирается домой.
– Кого подвести?
Руки подняли Амина и Алик.
– Ну тогда и меня, – подняв руку произнес Генри.
– Тогда собираемся! – выпучив глаза рявкнула Максин.
Поднявшись и направившись в прихожую, поднялась Ласточка, – И меня подкинь пожалуйста.
Останемся только я и Гарри.
– Да пора уже, – Произнес он и встал с дивана. – Хотя… такси вызову, мест же нет.
Он завалился обратно на диван и закинул ногу на колено.
– Да и мне, наверное, пора, – произнес я.
Соня посмотрела на меня косым взглядом, – Когда Гарри уедет то поедешь и ты!
Ребята оделись и вышли из квартиры, прежде обняли Соню и Гарри, но со мной просто издалека попрощались поднятием рук.
Да и сам не хочу с ними прощаться, так что я ничего не теряю…
Хотя было бы приятно, наверное.
– Твоя машина когда приедет? – обратилась Соня к Гарри.
Он взял телефон и зашел в приложение Яндекса.
– Через семь минут, – ответил он.
Эти семь минут были настолько неловкими, что мне захотелось выпить и когда я заглянул в холодильник и взял распечатанную предпоследнюю бутылку отныне винного напитка, а не вина, и налив в бокал задумался… Я не хочу пить сегодня больше… точно не вино. Вспоминая что, я творю под его действием мне хочется вообще перестать его пить, но если я в такие моменты буду пить виски с колой, то мне будет неловко. Хоть я и несколько дней назад… да что там… недели назад зарекся что вообще пить перестану! Но сейчас хочется быть в таком же состоянии и не пьянеть больше.
Вернувшись в комнату, я смотрел на Соню и переводил взгляд на Гарри. В комнате царствует тишина и мне хочется от этого закричать, но я сдерживаю свой пыл и наблюдаю за мерцанием лампочки в люстре.
– Гарри, мне нужно поговорить с Валентином, давай без обид. – намекнула Соня и Гарри будто ревнуя поднялся со стула и выйдя демонстративно хлопнул дверью, будто она по умолчанию должна быть закрыта.
Соня, извинившись передо мной вышла и прикрыла дверь.
Я ждал ее около трех минут и копался в голове посматривая на время в телефоне. Почему она сказала мне уехать после того, как Гарри уйдет? Она боится его? Или все еще проще чем я себе представляю? Если честно, то я не хочу с ней быть, даже при том условии что она очень красива внешне и душой. Хочу остановить отношения и тому подобное чтобы сберечь себя от неосознанных поступков в алкогольном опьянении… да и в общем и целом…
Она вернулась и моментально ее взгляд изменился. Мы остались наедине… Я стал замечать, как ее флюиды будто пожирали меня, но в определенный момент я нежно, но четко произнес: я не хочу этого просто так!
Я хочу секса, но в отношениях и мало того… хочу, чтобы было все серьезно… надолго…
– Ты придурок? – ошеломила она меня, и смотря на нее не зная, что ответить смог лишь отрицательно промычать.
– Ты сегодня показал себя достойно несмотря на окончание вечера. Тебя многие принимают, но если ты продолжишь вести себя так, как в белом доме, то все отсекут тебя.
– Я и не собираюсь производить впечатление, если я не устраиваю людей, то это проблема не является моей, это их проблема. Мне пофиг что обо мне подумают и как относится будут…
– Даже пофиг на то, как я буду относится к тебе?
Причем здесь Соня?
– Я не знаю, причем тут ты? Я желаю лишь остановки и пересадки на транспорт в лучшее будущее.
– Может я и есть твое будущее?
Осознав и покраснев от того, что она произнесла она отвернула голову.
– Я тебе нравлюсь? – спросил я.
Ее взгляд так и не вернулся на меня.
– Да, но это не то, чтобы любовь или жалость, ты клевый и относительно хорош для меня…
– Относительно?
– Когда я увидела тебя на мосту, я запереживала будто за родного, но в пути я вспомнила тебя, и стало тяжелее, поэтому я купила вино и потом поцеловала тебя. Трудно видеть, как знакомые страдают, особенно когда почти невозможно помочь.
Не зная почему меня потянуло к ее губам, но я слился с ними подойдя ближе к ней. Они приятные и со сластинкой, а ее помада дает особый вайб.
Что я творю? Наверное, она думает о том же, но мы не расстаемся, а наоборот наш поцелуй приобретает все больше страсти.
Страсть возрастала как тональность. Все больше и больше появлялось пупырышков на коже. От ласковой и нежной возбужденности мы совсем начали терять голову. Моя рука по привычке сползала с ее спины все ниже. Она тоже не осталась в стороне и даже опередила меня. Ее рука у меня в штанах. «Все еще проще чем я думаю».
Я перебрался губами на шею и потеряв равновесие нас потянуло в сторону, нам повезло и там диван… мы плюхнулись и продолжали целовать друг друга. Я понимаю, что этому вину и отдастся вина за деяния, но сейчас нам нравится.
Когда я начал готовить бранч после гребанной ночи, то я начал ощущать себя лишним, как и всегда, но я уже привык к этому и нашел новые ходы. Я не лишний, я просто не в той воде…
Соня смотрела на меня будто наискось, но в ее взгляде можно прочитать неловкость и не более. У нас не получилось совершить ночное знамение из-за друзей с красной долины. Я хоть и извращенец в некотором смысле, но в такие моменты я брезглив.
Я считаю, что она не хотела этого, но опьянение было не с ее желанием в движении.
Мой мир, как и всегда перевернулся, я не хочу ничего и никого, но, тут она еще притягивает меня к себе своей внешностью. Она еще и добра ко мне, хоть и отталкивала несколько раз.
Моя задача не заполучить ее, а стать человеком, который может быть независимым от других… задача стать другим и отличиться от того, к чему я привык, то есть пробить потолок, который является чьим-то полом…
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ВТОРАЯ. ПОГОРЕЛОВ ВАЛЕНТИН ВЛАДИМИРОВИЧ
ЕСЛИ ОТРАЗИТЬ НАС В ЗЕРКАЛЕ, ТО ПОЛУЧИТСЯ МАРМЕЛАД
Прошел месяц и вчера меня пригласили на новогоднюю вечеринку. Я все еще думаю об этом предложении, но желания если честно нет. С ребятами вроде подружились, но все же все это время мне было трудно находится рядом с теми, кто в душе против меня.
За этот месяц мы виделись очень часто. Играли в игры и узнавали друг друга с новых сторон. Гарри все время пренебрегал мной и будто соперничал, с ним мне так и не свезло подружиться на все «сто», но это не конец.
Я съездил к маме, и мы болтали без остановки за чашкой чая. Она много чего узнала обо мне нового, ведь я попытался признаться ей во всем, кроме ужасающих мыслей. Про стремление прекратить свое существование я не осмелился рассказать, чтобы не разрывать ее сердце и думаю поступил верно несмотря на то, что я все же врал ей в моментах, чтобы картинка была более четкой.
Сейчас я вновь за ноутбуком и смотрю на падающий снег. Ветер поднимает его вверх и такое ощущение что хлопья летят наверх.
Она приняла вызов:
– Привет, – милый голос Сони донесся из динамика колонки. Я даже и забыл витая в мыслях о том, что ей позвонил.
– Привет, можешь приехать?
– Да могу, я как раз недалеко. Что-то случилось?
– Да, я очень соскучился.
Две недели назад я перестал снимать квартиру и живу у нее, а она живет у себя в квартире, но бывает приезжает.
Когда она помогла мне, я поверил, что могу стать тем, кем должен, но я не могу. Я никто!
Теперь меня посещают такие же мысли, как и ранее и даже жалею, что она спасла меня.
– Тогда жду, – ответил я и бросил трубку. Включил камеру и стал записывать на видео как я подошел к холодильнику, достал из него виски и два бокала. Один бокал наполнил до краев, а в другой вылил остатки, но в него добавил содержимое бутылька, которое избавит меня от мучений.
Когда она приехала я почти допил до половины первый бокал и встретив ее сунул ей кипу бумаг, – первые страницы прочти! – уверенно проговорил я.
– Ты точно уверен, что мы сейчас не должны обнять друг друга?
– Прости, – я обнял ее и позволил снять верхнюю одежду.
Она прошла в комнату и первым делом поцеловала меня. Но во всех наших поцелуях я не чувствовал любви ни разу.
– Почитай пожалуйста…
Она села на диван и принялась читать вслух, а я в то время чтобы обезопасить ее от полиции поставил телефон со сьемкой на полку направив его в нашу сторону.
Ее голос такой нежный и бесподобный: «ГЛАВА ТРИДЦАТАЯ. ПОГОРЕЛОВ ВАЛЕНТИН ВЛАДИМИРОВИЧ ИЛИ ПРОСТО ЛУЧШИЙ ЧЕЛОВЕК…
Данная глава инструкция к тому, как бы я хотел, чтобы прошли мои смерть, похороны и конечно же сообщение в ваше мысли и осознание».
– Ты чего начинаешь-то?
Ты продолжай, будет иначе, – заверил я. – Самое главное – не останавливайся!
Она продолжила читать: «Я стою в центре, он открывает книгу в твердом переплете и под дождем грубым, но поставленным голосом повторяя эмоции, которые я вкладывал в текст начинает читать первые строки для всех присутствующих, – «Я уже умер? Что? Так быстро? Я же молод. Как прошло? Интересно, это суицид? Случайность? Киллер? Мм. Вулкан и я упал в его жерло, ну или самолет врезался в меня? Может я упал с высоты или прыгнул с моста под действием алкоголя в поисках ответов как в рассказе про Чизота в «НЕСКОЛЬКО ПАРСЕКОВ ДО МЕЧТЫ…»? В любом случае, пожалуйста, соблюдите правила в этой инструкции, ведь я позаботился о своей смерти при счастливой жизни (НИФИГА ОНА НЕ СЧАСТЛИВАЯ, ПРОСТО Я ОПТИМИСТ, ИЛИ, НАОБОРОТ, Я ЛЮБЛЮ СВОЮ ЖИЗНЬ. Отвечаю!!! ЛЮБЛЮ! НЕ СМОТРЯ НА ВСЯКИЕ ПРОБЛЕМЫ.) просто в моей жизни настолько ничего нет, что даже нет проблем…»
Тишина и спокойствие окутали это место. Все стоят не подвижно и не замечая, капель дождя, пробивающих их личные границы. Не замечая ветер, собирающий их негативные эмоции. И вот… под одну из молний на фоне он продолжил читать: «Первое: когда я умру прошу вас всех не винить себя в негативных моментах связанных со мной, ведь что не делается, делается и ничего в этом такого нет…
Все моменты достойны жизни рядом с нами и идти в ногу с другими жизненными моментами.
Второе: Будьте собой и признайтесь себе в своих сокровенных желаниях и тайнах. Стремитесь к своим мечтам!
А, точно, про меня же говорим… Сожгите меня, а не закопайте!..
Третье: Чокнитесь бокалами, когда будете поминать меня и не просто поминать, а пить в мою честь. Выкиньте все традиции и поверия из своей головы хоть в такой момент, ведь для этого я и жил… мой путь растоптать многие поверия, стереотипы и множество правил…
Четвертое: уже выпили? Не обязательно пить алкоголь, можно сок или чай, в данном случае главное стукнуться бокалами, ну а если его у вас нет, то можно стукнуться с соседним Вариантом и кулачком.
Теперь… просто улыбнитесь, вспоминая момент со мной, и когда вам стало теплее от воспоминаний обо мне или моих поступков, то произнеси одну из моих любимых фраз: «Да встретимся мы вновь».
Пятое: Читайте меня, много ответов обо мне может прийти к вам… (многим приходят и при моем здравии).
Шестое: любите себя. Любите друг друга. Не ссорьтесь.
Седьмое: если вдруг вы решите закопать меня, а не сжечь, то поставьте мне памятник в виде пивной бутылки. А если сожгли, то сохраните мой прах и пускай какой-либо Вариант развеет его над Тихим океаном или в лесу Ванкувера, если такой возможности нет, то можно и в поле родной деревни» …
Тут он замолк и на его лице стала появляться улыбка.
– Что я прочту далее, любимый момент некоторых внутренних демонов автора. Содержимое находится в скобках. «Если все же сохраните прах, то держите его в бутылке из-под моего любимого пива или в бутылке из-под виски на века».
Легкой рукой он переворачивает страницу и продолжает: «На данный момент правила исчерпали себя и прошу вас, соблюдите их, иначе моя жизнь на великой «Терре» была зря. Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ, МАМ. ЛЮБЛЮ ТЕБЯ ЖИЗНЬ! Люблю вас мои родные брат, его жену и своих прекрасных племянниц. Люблю тебя алкоголь. Люблю вас друзья. Далее… родственники…
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
