Быстро загуглив в телефоне «рынок», выдала адрес.
– …Ну отлично, как раз по дороге.
Простояв в пробке на МКАДе, мы, наконец, добрались до вещевого рынка.
– Можно останусь в машине? – попросила я – необходимо было позвонить Марату.
Дмитрий Владимирович хотел возразить, но Глеб потянул его за собой.
– Пойдём, Дим, дай девушке передохнуть. Нам кое-что надо с тобой перетереть.
Они ушли, а я, с облегчением вздохнув, набрала номер.
– Привет, – голос парня был сонный.
Извинившись за то, что разбудила его субботним утром, сразу начала с места в карьер:
– Ты нашёл что-то по тому джипу?
– Неужели ты позвонила мне только для этого?
– Марик, лучше сразу скажи «да» или «нет», не тяни резину.
Он что-то промычал нечленораздельное, затем откашлялся:
– Да нашёл, я, нашёл. Ты же меня знаешь, солнце моё. Марат Разгулов всегда что-нибудь да нароет. Я же профессиональный сыщик.
– Марат, – остановила я его. – А по делу?
– Ох, не дашь ты мне похвастаться! Погоди… Дай тапки надену.
Время текло медленно, я сгорала от нетерпения. Мой друг был всем хорош, если бы еще не приходилось каждый раз вытягивать из него информацию клещами.
– Короче, Гель, номера на тачке не родные. А сам джип из какого-то Захудосранска.
– Заху… Откуда?
– Маленький посёлок на границе Краснодарского края.
– Ого, это дофига километров!
– Да, так что можешь не переживать.
– Что значит – не переживать, горе ты сыщик? Наоборот, теперь мне нужна информация о его владельце! – Марат замолчал. – Марик, милый, ну пожалуйста!
– Ладно, подруга, уговорила. Но сразу скажу: у меня много своих дел и на ответ не рассчитывай до следующей недели.
– Начала следующей недели, – поправила я.
– Нет, конец недели.
– Ма-а-рик!
– Ну фиг с тобой, заноза. В среду.
Я поторопилась повесить трубку, пока парень не передумал. И так было над чем поразмыслить. Придётся серьезно поговорить и с Глебом и Дмитрием Владимировичем на наличие у них бизнес-партнёров в, как выразился Марат, Захудосранске.
Глава 13
Я пробирался между рядов, увешанных тряпками – дешёвыми, безвкусными, аляповатыми. Глеб с интересом разглядывал так называемые витрины, а меня от всего этого воротило, и я хотел вернуться на парковку, сесть в машину и выдавить из ноздрей въевшийся запах пота, дешевых духов и какой-то жареной жрачки.
– Во, Димон, смотри какой классный цвет, – Глеб махнул рукой в сторону малахитового блестящего спортивного костюма. – «Adidas», между прочим.
– Ну и купи его себе, – буркнул я, пытаясь отойти от прилавка.
– Э нет, друг. Во-первых, размерчик не тот, а во-вторых, мне это не нужно.
– Слушай, бери и пойдём.
Передо мной возникла девица с бюстом пятого размера и выбеленными волосами:
– Берите, последний остался. Это сейчас самый модный цвет. Классно подходит к вашим глазам, и на фигуре будет клёво сидеть, – она смерила меня взглядом с головы до ног.
– И сколько за это убожество?
– Тридцать тысяч, – она выдула пузырь из жевачки.
– Да вы шутите! – воскликнул Глеб. – Ему цена три косяка.
– За три косяка есть такой, – девица кивнула в сторону каких-то бесформенных штанов и олимпийки.
– Ну вот и давайте его сюда, – Глеб достал кошелёк и уже принялся отсчитывать деньги.
– Погоди, – Я нервно сглотнул, представляя себя в этом убогом наряде, – я не хочу этот, я возьму тот… зелёный…
Вытащив из кармана наличные, расплатился и, схватив костюм, пошел к выходу с рынка.
***
Дача Глеба располагалась на окраине садового товарищества – маленький, но уютный двухэтажный домик. Мужчины достали из багажника сумки со снедью. Дмитрий Владимирович, взяв лопату, прочистил дорожку к дому от снега.
– Проходите, Ангелина. Я сейчас включу отопление.
Внутри было холодно. Я поёжилась, осматриваясь. Комнаты обиты вагонкой, на стене гобелен с картиной по мотивам русских народных сказок. На круглом столе, покрытом потертой клеёнкой, банки с консервированными овощами.
– Летом здесь живут родители, – пояснил Глеб. – А зимой приезжаю я с приятелями. Мангал, шашлыки…
– Зимой?
Глеб хохотнул:
– Ну а почему бы и нет? Огонь греет, да и в хорошей компании уютно и тепло.
Я оглянулась на Дмитрия Владимировича. Он стоял, отвернувшись к окну, засунув руки в карманы. Лицо хмурое, словно он с трудом выносил наше общество. Наверняка, упомянув хорошую компанию, Глеб имел в виду каких-то других друзей. С самого утра шеф был в отвратительном настроении и если что-то и говорил, то это были язвительные и саркастичные замечания. Вряд ли этот вечер будет приятным.
– Дим, переоделся бы в свой костюмчик выходного дня, – подлил масла в огонь Глеб.
Шеф сверкнул на того глазами и прошёл в одну из комнат. Проследив за моим взглядом, Глеб сказал:
– Здесь две спальни. Одна предков, а другая моя. Карелин поспит в моей, а вам, дорогая гостья, я отдам в пользование большое и удобное родительское ложе.
– А вы, Глеб, где будете спать?
Мужчина указал рукой на диван.
– Я храплю, поэтому посплю здесь, вдали от всех.
Через несколько минут дверь комнаты, за которой скрылся мой шеф, открылась, и показался он сам. Я не смогла сдержать улыбку – Дмитрий Владимирович напоминал мальчишку. Чуть взъерошенные волосы, смущённый взгляд. Всё-таки одежда творит чудеса. Я его знала всего день, а у меня уже сложилось о нём впечатление как о педантичном и требовательном боссе.
Он, заметив мою улыбку, помрачнел еще больше, и я поспешила отвернуться к столу, который Глеб уже завалил закусками.
– Дим, ты здесь похозяйничай, – Глеб указал на пластиковое ведро с шашлыком, —а я мангал запущу. Ангелина тебе поможет. Шампуры сам знаешь где.
С этими словами он накинул куртку и вышел на улицу.
В молчании мы сидели и нанизывали мясо на шампуры. Мне было немного не по себе. Я чувствовала, что Дмитрий Владимирович что-то хочет сказать, но не решается и от этого напряжение только нарастало. Не могла же я взять и в лоб сказать: ну давайте, выкладывайте, что там у вас на уме!
Он откашлялся, потом глянув на часы, спросил:
– Не хотите ли вина?
– Спасибо, но я не употребляю алкогольные напитки.
– Что, совсем?
– Пробовала один раз, но мне не понравилось ощущение, что я теряю над собой контроль.
Он тихо рассмеялся.
– Понимаю вас…
– Но если хотите, то можете выпить, я не возражаю.
– Забавно, но я тоже не употребляю спиртное. И самое интересное, по той же самой причине.
Отложив шампур, я с удивлением уставилась на своего шефа.
– Я вам не верю.
– Почему? – улыбаясь, Дмитрий Владимирович смотрел на меня исподлобья.
– Потому что я видела у вас в кабинете бар с напитками.
Он тряхнул головой.
– Это для гостей.
– Ну вы же не можете налить стопочку гостю, а свою оставить пустую?
Внезапно мужчина наклонился ко мне так близко, что я почувствовала его дыхание на своей щеке.
– Безалкогольное пиво и вино, а в бутылках с виски… только чур, никому, чай.
Тут я не удержалась и громко захохотала. По-прежнему не веря.
– И что, никто не знает? А ваша невеста? А Тамара? Глеб?
Дмитрий Владимирович откинулся на спинку стула.
– Глеб, само собой в курсе, а Томе об этом знать не дано. Меньше знает лучше спит. Юлю, – он усмехнулся. – Её это мало волнует. Уверен, что она дальше своего носа и айфона ничего не замечает.
– А почему тогда мне выпала честь попасть в касту Избранных?
– Очень просто, Ангелина. Вы мой личный помощник, моя тень, и именно вы будете следить за тем, чтобы у меня был тайный запас безалкогольных напитков.
– И каждое утро заваривать крепкий чай и заливать его в бутылку из под коньяка?
Шеф кивнул.
– Именно.
В это время дверь с улицы распахнулась и в кухню ввалился облепленный мокрым снегом Глеб.
– Готово?
Дмитрий Владимирович поднялся со стула, накинул телогрейку, висевшую на крючке, и собрав шампуры с нанизанным на них мясом отправился на улицу, оставив меня приходить в себя от его откровений. Вообще, он теперь не казался мне таким уж строгим и я даже стала больше симпатизировать своему шефу. Не такой он уж и суровый, а десять минут назад был совсем похож на обыкновенного разгильдяя.
Глава 14
Потом мы втроём сидели вокруг мангала, греясь жаром от углей. Негромко переговаривались, шутили и я неожиданно поймала себя на мысли, что мне очень комфортно в этой небольшой компании. Словно мы давние друзья, а не начальник, подчинённая и старший менеджер по продажам. Протянув озябшие ладони ближе к мангалу, вздохнула. Жалко, что уже завтра-послезавтра всё это кончится и начнутся рабочие будни, где к шефу я буду обращаться с официальным Дмитрий Владимирович тогда, как сейчас еле сдерживаюсь, чтобы не назвать его Димой.
***
Я чувствовал себя идиотом в этом ужасном прикиде. В таком виде только играть на вокзале в наперстки. Непроизвольно бросил взгляд на Ангелину и заметил как она старательно прячет улыбку. Да лучше бы я в своём костюме оставался – фиг с ним, что дорогой, у меня шкаф ими забит. Глеб как назло свалил на улицу, на правах хозяина и друга приказав нанизывать мясо на шампуры. И оставил меня наедине с Ангелиной. Странно, но почему то именно сегодня в ее присутствии я ощущал странное смятение. Сидели напротив друг друга и молчали как школьники. Я попытался проанализировать свои чувства, но мысли путались и в конце концов не придумал ничего лучше чем предложить девушки вина. Она отказалась, а когда объяснила причину, я был удивлён. Не ожидал, что у нас подобное сходство. Похоже, Глеб не ошибся – Ангелина лучше всего подходит на должность моего личного помощника.
Она оказалась приятной в разговоре. Пока сидели втроем у костреца, я вслушивался в то, что она рассказывала, задавал вопросы. Наконец расслабившись, смеялись над шутками. Глеб по обычаю травил анекдоты, а я вспоминал смешные истории из студенческой жизни.
– А где учились вы, Ангелина?
– Так я же указала в резюме, – хихикнула девушка, а я вопросительно уставился на Глеба.
– Дим, у нее юридическое образование.
– Так я понимаю, что юристам было не до шуток, – у меня вдруг возникло желание узнать об этой девушке побольше. – Зубрили законодательный кодекс?
– Вы угадали, Дмитрий Владимирович. Днями и ночами напролёт.
– И никогда не прогуливали лекции?
– Что вы?! Я была очень дисциплинированная студентка.
– Но наверняка в выходные дни отрывались на дискотеках?
Она покачала головой, пряча улыбку в воротник куртки.
– У меня были совершенно другие интересы, Дмитрий Владимирович.
– Неужели вы были синим чулком?
Она рассмеялась.
– А как вы думаете?
– Дим, ну ты чего пристал к Ангелине? Давай жуй, всё уже остыло.
Я принялся за шашлык и, пользуясь темнотой исподволь наблюдал за девушкой.
Что в ней такого, что с самого утра в голове мысли только о ней? Вдруг скажу что-то не так, или она обо мне плохо подумает, посмеётся? Когда меня, вообще, волновало мнение баб?
Угли начали гаснуть, стало холоднее. Я заметил как девушка, поёжившись, спрятала руки в карманы куртки.
– Слушай, Глеб, наверное уже пора на покой? – я кинул взгляд на часы. – Уже половина первого.
Ангелина зевнула.
– Моя помощница того гляди провалится в сон. – Я поднялся и протянул ей руку .
– Эх, слабаки, – хохотнул Глеб. – Дим, ты тогда проводи Ангелину, покажи комнату, а я пока здесь приберу.
Выругался про себя. Тоже мне, хозяин! Это что, значит, я еще должен вести девушку в спальню?
Старательно выбросив из головы крамольные мысли, я последовал вслед за Ангелиной в дом.
***
Хорошо, что я всё-таки взяла с собой пижаму. Спальня родителей была маленькой, и большая деревянная кровать в ней занимала почти всё пространство. Я стянула с себя пропахнувшую дымом костра одежду и, дрожа от холода, натянула фланелевую пижаму. Тяжёлое ватное одеяло казалось немного влажным и было холодным. Я лежала и тряслась, изо всех сил стараясь не клацать зубами. Еще не хватало простудиться во вторую рабочую неделю.
Услышала, как хлопнула входная дверь, а потом тихие шаги приблизились к двери в мою комнату.
– Ангелина, у вас всё нормально?
Я молчала, притворяясь спящей. Не буду же я дрожащим голосом блеять «Я сплю-ю».
Дмитрий Владимирович еще потоптался у порога, а затем я услышала, как скрипнула дверь напротив.
Сна не было, зато мысли в голове клубились, пытаясь разложиться по порядку. Что я узнала о Дмитрии Владимировиче за эти три дня?
Он трудоголик и перфекционист. Не любит ничего откладывать на потом. Строг со своей секретаршей Тамарой, но в то же время не хочет огорчать ее тем, что ему не нравятся ее тосты с корицей. Это говорило о многом. Во-первых, что у Дмитрия Владимировича мягкий характер и он не равнодушен к чувствам других. Во-вторых, что у него и его секретарши исключительно деловые отношения – и это радовало! И что, в отличии от меня, шеф не спешит посвящать Тамару в свои маленькие личные секреты.
Что еще я узнала о нём… У него имеется невеста Юля, к которой, похоже, Дмитрий Владимирович не пылает страстью, иначе бы он сейчас был с ней, а не на даче у своего друга. Завтра же завалю Марата делами – пусть накопает мне побольше об этой Юле и ее окружении.
Теперь Глеб. Да, именно он впервые забил тревогу, но это не исключает его из числа подозреваемых. Как давно они знакомы друг с другом, что их так тесно связывает, были ли у них когда-либо тёрки между собой? Все это мне еще предстояло выяснить. А еще меня волновал тот джип, что преследовал машину шефа. Надо проверить, что там такое в этом Краснодарском крае.
Краснодарский край… Я была там давно, когда еще была жива моя бабушка. Родители возили меня к ней на лето, чтобы я от пуза наелась свежих ягод и фруктов и была здоровой до следующего лета. Два раза в неделю бабушкин сосед возил нас к морю. Ах, вот бы сейчас туда!
Я подоткнула согревшееся от моего тела одеяло, сунула руки под подушку – утро вечера мудренее. Последний раз сладко зевнула и провалилась в глубокий сон.
Глава 15
Глянул на свой телефон и офигел – море пропущенных от Юльки. Я так и не перезвонил ей утром и теперь почувствовал себя последним козлом. Бросил свою девушку по дороге в ночной клуб, а потом и вовсе испарился. Надо бы позвонить, объяснить и успокоить, но сейчас глубокая ночь. Решил отделаться сообщением «Извини. Был занят».
В ответ тишина. Обиделась.
Значит, всю неделю придётся вымаливать прощение – ужин в хорошем ресторане, шопинг, а может, еще и спа-салон.
Закинув руки за голову, лежал, глядя в тёмный потолок. Следующая неделя обещала быть супернапряжённой. Начиная с понедельника у меня без перерыва встречи, а в пятницу важные переговоры. После их, скорее всего, удачного завершения – вылазка в какой-нибудь кабак. Хорошо, что у меня теперь есть Ангелина, на плечи которой переложу львиную долю своих забот. Девчонка, несмотря на свой юный возраст, показала себя с хорошей стороны. Надёжная. Таких сейчас днём с огнём не сыщешь.
Не смог удержать улыбку.
Интересная она. То кажется непутёвой пигалицей, а то строгой и серьезной, прекрасно разбирающейся в подводных камнях бизнеса деловой женщиной. Особенно, когда на ней эти очки. А этой ночью, когда сидели у костра, Ангелина была «своим парнем» и прекрасно вписывалась в нашу маленькую компанию. И еще она совершенно забыла о своих очках, оставленных на столе, а я не стал напоминать об этом. Без них она прехорошенькая.
***
Глеб с грохотом ворвался в мою комнату и вырвал меня из объятий Морфея. То ли от того, что лёг поздно, или под влиянием свежего деревенского воздуха, но спал я аки сурок. И спал бы еще долго, если бы не мой друг.
– Вставай, уже день на дворе, а ты всё дрыхнешь! – Глеб выхватил подушку из-под моей головы и запустил ее в меня.
– Ты озверел?
– Давай, давай, пора браться за дела. Дрова колоть кто будет?
– Какие еще, на хрен, дрова?! – возмутился я, садясь на кровати и прикрываясь сверху одеялом.
– Печь топить – вот какие дрова! Или ты думаешь, что обзавёлся личным помощником, и она и этим будет заниматься? – Глеб кинул мне спортивный костюм.
– Кстати, – пробормотал я, – неплохая идея. – С неохотой одевшись, я вышел из комнаты. – А где Ангелина?
– Спит, а тебе лучше поторопиться, иначе она не сможет приготовить нам завтрак.
– А что, завтрак тоже будет готовиться на костре?
– Нет, но в доме такой дубняк, что она вряд ли захочет выбраться из-под одеяла.
В доме действительно было холодно. Поёжившись, я стянул с крючка телогрейку.
– Топор ждёт тебя в сарае.
Бурча себе под нос, я вышел на улицу. Если бы я еще знал, как колоть дрова… Как у городского жителя и сына обеспеченных родителей у меня никогда не возникало ни желания, ни необходимости учиться этому делу. Я и топор в руках держал только для прикольных фоток, когда учился в универе.
Остановился возле сарая, всё еще надеясь, что друг одумается. Но Глеб, приоткрыв дверь, крикнул:
– Давай поторапливайся!
Делать нечего… Показать себя безруким идиотом перед девушкой, хоть и работавшей на меня, не хотелось. Взявшись за топорище, я поднял его над головой и со всей силой обрушил на пень. Ничего. Даже небольшого скола.
– Дим, не то рубишь, – Глеб выскочил на крыльцо. – Дрова клади на пень и руби!
– Может, ты сам?
– Ну уж нет. Кто-то из великих говорил, что надо чередовать умственный труд с физическим.
Стиснув зубы, я принялся за дело.
Уже через десять минут я скинул с себя олимпийку, оставшись в одной майке, а затем скинул и её. Удивительно, но, хоть и с грехом пополам, у меня получалось, и я даже вошел во вкус. И когда позади услышал «Доброе утро, Дмитрий Владимирович», гордо выпрямился и обернулся, чтобы ответить. Топор, который я с силой вонзил в бревно, застрял, нога соскользнула, и я плашмя бухнулся на мёрзлую землю. Перед глазами быстро закружилось небо, а потом возникло испуганное лицо Ангелины.
– Ой! – воскликнула она. – Вам больно?
Нет, черт побери, приятно!
Я попытался подняться, но едва не задохнулся от боли в спине.
– Давайте я вам помогу подняться, – девушка уже обхватила меня за плечи, пытаясь приподнять. – Глеб! – крикнула она.
Друг не замедлил явиться.
– Ну что там еще у вас случилось, господин Карелин? – язвительно начал он, но, увидев моё перекошенное от боли лицо, поспешил на помощь. – Блин, Димыч, без приключений не мог?! – Похоже, я здорово разозлил друга. Ну так ему и надо – сам виноват, нечего было поручать мне делать то, к чему я не приспособлен. – Откуда у тебя только руки растут? – приговаривал он, поднимая меня с земли.
– Уф, чёрт… – я стиснул от боли зубы – Глеб надавил на ребро.
– Глеб, осторожнее, – услышал голос Ангелины. – Вполне возможно, у Дмитрия Владимировича повреждено ребро. Идите лучше в дом и принесите что-нибудь теплое. Еще не хватало ему подцепить воспаление лёгких.
Глеб спорить не стал, послушался.
– Как вы? – девушка сняла с себя куртку и накинула мне на плечи. – Сделайте вздох, выдох. Болит?
– Нет, не очень, – я чувствовал себя беспомощным слюнтяем. – Я сам, не стоит беспокоиться.
– Не двигайтесь, – ее голос стал строгим, и сейчас она напомнила мне суровую школьную училку. – Впереди очень напряжённая рабочая неделя, вам надо быть в форме. – Друг уже тащил одеяло. – А вот теперь, Глеб, помогите Дмитрию Владимировичу дойти до дома, а потом займитесь дровами.
Ловко она его! Глядя на опешившего друга, я еле сдержал смех. Эта Ангелина – командир в юбке.
Уже через несколько минут я полулежал на диване и тайком наблюдал за девушкой, которая, нервно стиснув руки, стояла у окна. Глеб принес охапку дров и принялся разводить огонь в печи.
– Ну ты как, дружище?
– Жить буду.
– Растяпа, – он хохотнул.
Ангелина повернулась к Глебу:
– Я хотела бы с вами поговорить.
– Я весь внимание.
– Наедине, – она кинула быстрый взгляд на меня и нахмурилась.
– Ну ладно… – друг указал рукой на комнату, а я насторожился.
Они скрылись за дверью. Я слышал строгий голос Ангелины – она что-то выговаривала Глебу, он сначала возражал, а потом заткнулся. Интересно, чем эта пигалица припугнула его и как ей удалось укротить бородатого громилу?
Глава 16
Я как раз досматривала интересный сон, когда меня разбудили громкие возгласы из соседней комнаты. С минуту лежала с закрытыми глазами, безуспешно пытаясь вернуть себя обратно. Безрезультатно. Высунув нос из-под тёплого одеяла, поняла, что зря – морозильная камера.
Мужчины за стеной громко разговаривали, о чём-то спорили и, не в силах сдержать любопытство, я всё-таки заставила себя подняться с кровати.
Теперь они шумели на улице. Я закуталась в одеяло и подошла к окну.
Обалдеть! Дмитрий Владимирович колол дрова! Взлохмаченный, немного небритый, он напоминал дикого неандертальца. А когда стянул с себя олимпийку, а затем и майку, я на какое-то время забыла, что надо дышать. Вот это тело! На фоне свежевыпавшего снега его загорелый торс смотрелся великолепно, и я с трудом отвела взгляд.
Переодевшись, прошла в кухню, и в это время входная дверь распахнулась и вошёл Глеб.
– С добрым утречком, – на его лице застыла довольная улыбка. – Как спалось?
– Хорошо, но мало. Что там у вас за спор с самого утра?
– Заставил Димку колоть дрова. Неумёха…
Я нахмурилась.
– Что значит «неумёха»?
– А то и значит. Видите ли, не умеет он! – Глеб хмыкнул.
– Вы, вообще, соображаете? А если он себе что-нибудь отрубит?
Мужчина в ответ расхохотался, а я схватила свою куртку и бросилась на улицу. Папа всегда говорил, что если не умеешь колоть дрова, то лучше за топор не браться. И рассказывал страшные истории про отрубленные пальцы и ступни. А тут горе-дровосек в лице моего шефа, за безопасность которого я отвечаю головой! В конце концов, Глеб сам может заняться колкой дров – ему эта роль подходит гораздо больше.
