Эксельсиор. Детективный роман

– Телефон нашли неподалеку от особняка Корсаковых, в кустах, и на нем только твои отпечатки, Макс, хоть и сильно смазанные. К тому же, была произведена детализация вызовов с этого устройства, согласно которой ты получил пару звонков со скрытого номера как раз в разгар пожара и сделал попытку дозвона по этому же номеру после того, как отъехал с территории особняка. В тех же кустах был обнаружен кухонный нож с черной пластиковой ручкой, длиной пятнадцать сантиметров, на лезвии и рукоятке ножа – кровь и частицы кожи Корсакова Георгия Сергеевича. Означенный нож был завернут в кусок материи, похожей на кухонное полотенце. На ноже твои отпечатки пальцев. Твой паспорт валялся там же, в кустах. А еще там была пара синих медицинских перчаток, испачканных кровью Корсакова. Исходя из этого следует, что ты отъехал от особняка и выбросил улики в чепыжник. Ну как, ничего не припоминаешь?

– Блииин… Леха, вытащи меня из этого дерьма! Я никого не убивал!

– Ты куришь?

– Бывает, но редко. В последнее время стал чаще курить, потому что Алинка постоянно мне кровь сворачивала. А что?

– Сигареты есть с собой? А то у меня закончились, – смутился Леха.

– В кармане толстовки оставалась пачка, там была половинка, мне кажется, я ее в посадках скурил.

В палату заглянула Булочка, сдвинув к переносице темные бровки, постучала себя пальцем по запястью и уперлась строгим взглядом в то место, где у Погребняка подразумевался «третий глаз».

– Ваше время истекло. Я же сказала – десять минут! А вы уже все двадцать пять тут сидите. Больному пора делать перевязку, так что – на выход!

– Одну минуту! – Алексей протянул Максу заполненный листок протокола и ручку. – Подпиши-ка здесь и здесь, ага… Пиши: «С моих слов записано верно, мною прочитано». Все. Готово.

«Правша» – машинально отметил Погребняк, поднялся и направился «на выход». В дверях он обернулся и посмотрел на Макса: тот сидел, свесив босые ноги с кровати и медленно раскачивался взад-вперед, глядя в одну точку.

– Макс!

Седых повернул перемотанную голову и посмотрел на Леху безжизненным взглядом.

– Какие туфли были на Алине в ту ночь?

– Красные лодочки на шпильке.

– Размер у нее какой?

– Тридцать шесть с половиной.

– А у тебя?

– У меня сорок третий, а что?

– Да так, для информации. – Погребняк на секунду замер. – Я тебя вытащу, дружище. Обещаю.

Глава 8

Погруженный в пучину тягостных раздумий, Леха плотно прикрыл дверь палаты и сделал пару широких шагов, как вдруг со всего размаху влетел во что-то большое, мягкое и упругое.

– Ай!!! Вы что себе позволяете??

Погребняк исполнил короткий дрифт и увидел прямо перед собой Булочку, пышащую праведным гневом. Из-под шапочки выбились темные завитки, и Леха ощутил запах шоколадной конфеты, которую девушка пыталась быстро-быстро загнать за пухленькую щеку.

– Вот, тут нашему пострадавшему передали, женщина какая-то, сказала, что это она его спасла… Она, кстати, там, в холле, Вас дожидается! – Булочка жутко смутилась и покрепче сжала в руках большущий пакет с «Ананасными» конфетами и йогуртами. – Прям уж, всего одну конфетку-то и съела! – щеки ее вспыхнули ярким румянцем.

«Ах ты, сладкоежка!» – Леха радостно улыбнулся, в его телячьих глазах вспыхнули озорные огоньки, а в груди – где-то там, слева, – стало очень горячо.

– Как Вас зовут?

– Глаша… То есть, Глафира Андреевна. – Булочка приосанилась, оглаживая халатик на аппетитных боках и, вздернув круглый подбородок, покраснела еще больше.

«Куплю я тебе, Глаша, целый новогодний подарок, нет – сразу пять новогодних подарков! Каждый день буду „Ананасными“ кормить, чтобы у тебя попа не похудела».

– Очень приятно, а я – Алексей. Палыч. Не прощаюсь, Глафира Андреевна!

Булочка сглотнула остатки конфеты, проводила высокого симпатичного «сотрудника при исполнении» испепеляющим взглядом и скрылась за дверью Максовой палаты.

– Товарищ следователь, загляните в мой кабинет, будьте добры! – из кабинета напротив высунулась голова, увенчанная веселенькой банданой с утятами, и тут же всунулась обратно.

Погребняк развернулся на сто восемьдесят градусов и уперся взглядом в табличку: «Заведующий травматологическим отделением, доктор медицинских наук, профессор Пустыльник Исаак Яковлевич». Для приличия Леха тихо постучал – тишина. Леха еще раз постучал, но уже не так тихо. Странно, однако! Погребняк приоткрыл дверь – перед ним за огромным письменным столом, заваленным кипой медицинских карт, кардиограмм и рентгеновских снимков, восседал внушительного роста мужик с носом Сирано де Бержерака.

– Еще пара скромных стуков – и я начал бы реагировать, но, уверяю Вас – Вам бы это не понравилось. Я же приглашал – зачем стучать? Присаживайтесь. Как ваше имя-отчество? Меня зовут Исаак Яковлевич.

– Алексей Павлович, – от неожиданности у Погребняка сел голос.

– Итак, Алексей Палыч, я веду палату, в которой лежит Ваш подопечный, Макс Седых, привезенный вчера утром с трассы. Вот что мы имеем на сегодняшний день. – Эскулап взял в свои огромные лапы толстую историю болезни, полистал странички и выдал: – У парня закрытый перелом шестого ребра со смещением, закрытая черепно-мозговая травма, сотрясение головного мозга, рвано-ушибленная рана теменно-затылочной области, множественные ушибы и ссадины мягких тканей туловища и конечностей, переохлаждение легкой степени. Но самое интересное вот в чем: согласно результатам анализов на наркотические и сильнодействующие вещества, которые я получил сегодня утром, у пациента в биологических жидкостях обнаружен алкоголь и препарат бензонатдиазефринового ряда, а именно блуразепам. Это препарат второго поколения снотворных, обладает наибольшей длительностью снотворного действия среди других препаратов этой группы, эффект может держаться до двадцати четырех часов. Это так, для справки. Седых любитель закинуться колесами и запить их водочкой?

– Нет! Точно нет. Он учится, работает, почти семейный человек… был. Макс не отрицал, что выпил в клубе бокал пива.

– Какой объем бокала?

– Что?.. Ааа, пол-литра, с его слов.

– Алексей Павлович, в организме Седых содержится количество алкоголя, соответствующее примерно полутора стаканам водки. И это еще учитывая, что не известно, во сколько он его принял. Возможно, было и больше. Транквилизаторы в сочетании с алкоголем обладают убойной силой, это излюбленный прием суицидентов, к Вашему сведению. Седых не планировал сводить счеты с жизнью?

– Что Вы, доктор, конечно, нет! Он свадьбу свою планировал, а не похороны!

– Я Вам честно скажу, Алексей Павлович: парень чудом остался жив. По его словам, он ничего не помнит: ни что с ним произошло, ни как оказался под насыпью. Он с трудом вспомнил, как выполз на трассу, а потом снова уснул и спал до прихода его матери, а пришла она к нему практически перед закрытием больницы. Получается, что проспал он как раз около суток! Повторюсь – ОКОЛО суток, ибо мы точно не можем сказать, в какое время вся эта дрянь попала в его организм и каким путем. На теле следов инъекций нет – ни старых, ни свежих, стало быть, парень не наркоман. Повторюсь, алкоголь и транквилизаторы усугубляют действие друг друга, появляется так называемый синдром взаимного отягощения. В подробности вдаваться не буду, нам с Вами не это сейчас важно. Вы говорите, что таблетками он не баловался, к алкоголю в принципе был равнодушен, отсюда какой вывод напрашивается?

– Седых был отравлен?

– Именно.

Исаак Яковлевич вытащил из кармана халата марлевую салфетку и вытер вспотевший шнобель.

– Понимаете, Алексей Палыч, медицина – такая вещь, которая основывается на фактах: исследованиях, показателях, динамическом наблюдении, медицина даже более точная наука, чем математика. Но! Мы при всем нашем желании не сможем залезть в голову пациента и узнать ответы на интересующие нас вопросы, это ваша задача. Я уверен, что молодой человек попал в большую беду. Если бы Вы видели, что с ним творилось после того, как он узнал о гибели своей девушки – у Вас тоже не осталось бы сомнений в его непричастности к преступлению. Я Вам еще вот что скажу, уважаемый Алексей Павлович: Седых – будущий врач, а мы своих в беде не бросаем. С нашей стороны мы делаем все, что можем – восстанавливаем организм. Вы со своей стороны обязаны восстановить справедливость. – Пустыльник поднялся и протянул Алексею свою широкую ладонь. – Пожалуйста, держите меня в курсе событий. Надеюсь, что смог быть Вам полезен. Вот, держите мой номер.

Профессор протянул Лехе белый квадратик с номером мобильного, вновь сел за свой стол и с головой ушел в бумаги, а Погребняк предпочел побыстрее ретироваться, тихонько прикрыв за собой дверь со стороны коридора.

***

Бессинджер подмигнул постовой медсестре, которую он окучивал, наклонившись к ее уху и что-то тихо нашептывая, отлип от стула и направился по коридору навстречу Погребняку.

– А брюнетка-то и впрямь ничего, прямо огонь! Корма – мечта поэта! Жаль, губы не разглядел.

– Ты что тут делаешь, Юрасик??

– Не видишь? Собираю по крупицам зерна информации и отделяю их от плевел! Ладно, ладно – я волочился. Нет, ну ты видал, какова красотка, а? Гы! А вообще-то мы вроде как напарники, поэтому пропущу твой бестактный вопрос мимо ушей, – Бессинджер оскалился во все свои тридцать два зуба, а его узкие глаза превратились в щелочки, отчего Юрка стал похожим на зайца-каратиста из «Ну, погоди!». – Куда двигаем?

– Надо выцепить этого Дэна, с которым Седых позавчера пиво кушал, а потом будем беседовать с Ликой. Что-то мне подсказывает, что девушка у нас тоже сильно вляпалась.

– Тогда погнали, пока не вогнали! – хохотнул Бессинджер и быстрыми шагами направился к выходу из отделения, не забыв на прощание отправить воздушный поцелуй постовой медсестре.

Погребняк припустил было за ним, но тут его взгляд споткнулся о ссутуленную фигуру женщины средних лет, сидящую в холле на продавленном диванчике. Увидев Леху, дама привстала.

– Можно Вас? – женщина нервно мяла в руках какой-то небольшой кулечек.

– Да, слушаю, – Погребняк с большой неохотой притормозил и уставился на незнакомку сердитым взглядом. – Вообще-то, гражданочка, у меня времени в обрез, если у Вас вопросы относительно кого-либо из пациентов – лучше поговорите с завотделения.

– Я насчет того парня, которого привезли с трассы. Это я его там нашла и «Скорую» вызвала.

«Оп-паньки, – подумал Леха, – На ловца и зверь бежит! Юрка же про нее упоминал!». Он быстро набрал Бессинджеру эсэмэс: «Жди в машине, тут еще фигура нарисовалась», жестом пригласил женщину присесть и снова достал свой блокнот.

– Ваши фамилия, имя и отчество?

– Новикова Елизавета Викторовна.

– Итак. Значит, Вы парня нашли… на обочине, верно?

– Да, он полз из-под насыпи вверх, к дороге.

– Вы следовали по трассе в направлении поселка Луковка?

– Да, я ехала на работу.

– Что особенного бросилось в глаза, Елизавета Викторовна? Что было необычного, странного?

– Да вроде ничего, за исключением выползающего в семь утра на трассу полумертвого парня, перепачканного кровью.

– Пострадавший что-нибудь говорил? Называл какие-то имена? Может, звал кого-нибудь?

– Нет, вроде… Хотя, перед тем, как потерять сознание, посмотрел на меня и сказал «Мама». Бедный ребенок! У меня дочь с ним почти одного возраста – ему ведь двадцать четыре, вроде бы? Моей Анжелке двадцать три. Капризная, своенравная… ну да ладно, Вам это не интересно. Понимаете, товарищ следователь…

– Алексей.

– … уважаемый Алексей, чужих детей не бывает. Я и сейчас переживаю – что с ним да как. Вот я за каретой-то и помчалась – узнать, куда его положат, да и вообще… Даст Бог, все будет хорошо! – Елизавета потихоньку перекрестилась.

– Елизавета Викторовна, там, на обочине рядом с парнем, были какие-нибудь предметы или вещи, на которые Вы обратили внимание? Запишите мой номер на всякий случай, вдруг что интересное вспомните, хорошо?

Женщина забила в телефон цифры, которые продиктовал ей следователь и, задумчиво глядя на стену, медленно проговорила:.

– Ничего такого я не видела, да и не присматривалась особо – у меня на руках мальчишка кони двигал! Но вот, собственно, то, ради чего я хотела с Вами встретиться… Держите. Это было в капюшоне его толстовки – зацепилось за шов. Я подумала: одежду с него сто процентов снимут и в дезобработку отправят, или выкинут. Ну вот, я его отцепила и спрятала, чтобы вам с коллегами отдать. Как знать – может это наведет вас на след того, кто из него хотел котлету сделать! Да, и еще вот. Это было в кармане.

Елизавета протянула кулачок и разжала пальцы: на ладонь Лехи упали зажигалка, смятая отсыревшая пустая пачка сигарет и целлофановый пакетик, в котором бултыхался какой-то мелкий розоватый осколок. Погребняк развернул целлофан – на него смотрел небольшой, миллиметров пять, розовый искусственный ноготь с блестками.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.