Борис в одно мгновение очутился рядом с бабой – оттолкнул её. Она от страха онемела. Залетел в кухню. За полиэтиленовой плёнкой мужик принимал душ. Борис отдёрнул занавеску – толстый мужик повернулся к нему лицом, и выпучил от удивления и страха глаза. Борис схватил его за горло, и приставил финку к животу:
– Падла! Сейчас же деньги пусть несёт баба, которые дал тебе год назад Филипп. Ну, быстро! Иначе финка побывает в твоём толстом брюхе! Я что сказал?
Мужик настолько испугался, что только хрипел и таращил глаза. Борис ещё более разъярился. Им овладела такая отвага и бешенство, что он понял – может теперь, не моргнув глазом, даже убить человека! Заорал, что есть силы:
– Не шевелись, а то сразу воткну! Командуй бабе!
Та, наконец, очухалась, и заголосила:
– Кондрат! Их двое!
Голый бугай пришёл в себя, и прохрипел жене:
– Неси тридцать тысяч!
Борис мгновенно ответил:
– Молодец! Тридцать пять! За год набежали проценты! Ну, и наука тебе, как обманывать пенсионеров. Давай, давай! И не дури! Зарежу, как поросёнка!
Мужик кивнул бабе:
– Неси! Чего уж там!
Баба убежала в дом, а Борис ещё более приготовился – согнулся, упёршись ногами в порог, перехватил финку, и сильно надавил теперь в грудь мужика так, что показалась кровь, и толстяк закричал от боли. Борис чуть успокоился и скривился:
– Не бойся – не убью, если всё будет нормально. Главное, не дёргайся! Будешь стоять спокойно – будешь жить! Деньги получу, и трогать вас больше не буду! Только не вздумайте обмануть меня! Я тебе не дурак, как Филипп!
Запыхавшаяся тётка принесла свёрток. Борис посмотрел «одним глазом» и скомандовал:
– Разверни!
В грязной тряпке лежало семь пакетов. В каждой – красненькие десятки! Запахло плесенью и сыростью. На что был пьяный Борис, но он учуял это и сморщился:
– Идиоты! Деньги под полом хранили? Ладно, хрен с ним! Лишь бы целые были. Тридцать пять? Если обманешь – ещё раз приду. Смотри!
Испуганная баба заморгала глазами, вытирая слёзы, и затараторила:
– Тридцать пять, тридцать пять, миленький! Я не обманываю! Только не трогай мужа!
Борис выхватил свёрток, и отскочил от мужика, выставив вперёд руку с финкой. Через мгновение был на заборе рядом с Гладенковым, который всё это время вертел головой, стараясь понять, что происходит в летней кухне. Спрыгнули, и побежали к машине. Юрка всё пытался спросить:
– Ну что, Борис? Получилось? Вижу, ты довольный!
Только сев за руль машины, Борис начал успокаиваться, и приходить в себя. До этого он был в какой-то прострации. Его колотило! Ведь сегодня он бы убил беззащитного человека! Это было впервые в его жизни!
Справившись с волнением, он сказал Юрке:
– Всё нормально! Испугались они не шутку, и отдали все деньги! Пять тысяч сверху взял для тебя! Ты сегодня заработал! Если бы не ты, я бы, пожалуй, не решился на это. Слава Богу, что обошлось без крови! Поехали ко мне домой. Возьмём коньяк – у меня есть бутылка. И опять в бытовку приедем. Будем праздновать победу!
Юрка подскочил от радости и весело захохотал:
– Спасибо, друг! Я всегда знал тебя таким! Да, и закусь не забудь захватить! А то сопьёмся совсем!
Друзья сидели в бытовке почти до утра! Весёлые, они постоянно вспоминали, и «перетирали» все события сегодняшней ночи. Такое не каждый день бывает!
На следующий день Борис принёс отчиму тридцать тысяч.
Филипп Васильевич сначала просто онемел, затем растрогался, заплакал от радости, и начал обнимать его.
Бесшабашные друзья
У Юрки с малых лет не было никакого сомнения – «кем быть, когда стану взрослым?». Только шофёром! Игры детские – только с машинками! Их у него были десятки: легковушки, грузовые, самосвалы, бортовые, прицепы. Его друг – сосед Лёшка был такой же. Вместе они играли с машинками, ломали, чинили, перекрашивали. Сбегая с уроков, они целые дни проводили в автохозяйстве, где работали их отцы. Время летело быстро и вот уже, отслужив в армии, они стали работать водителями в родной автоколонне.
Характер у обоих друзей был неуравновешенный и хулиганистый. Буйная молодость требовала выхода энергии: довольно часто они выпивали, прогуливали на работе, дрались, подворовывали, гуляли с такими же ветреными девчонками.
Как-то вечером, возвращаясь с очередной попойки в переполненном автобусе, друзья, обнявшись, громко запели:
– Ой, мороз, мороз, не морозь меня…
Несколько женщин закричали на них, но друзья ещё громче заорали песню. Тогда женщины начали стыдить других мужчин:
– Эх, вы – мужики! Что боитесь – не утихомирите этих хулиганов? Или вы только дома с жёнами воюете?
Это возымело действие. Один, затем другой и третий молодой парень, попросили Юрку и Лёшку прекратить пение. Это только подожгло друзей! Юрка перестал петь и начал заедаться:
– Это кто здесь такой смелый? Мы тебе мешаем? А ну, давай выйдем! Посмотрим, какой ты там будешь! И вы тоже? Выходим на следующей остановке.
Слово за слово – и вот уже на очередной остановке, угрожая друг другу, вся пятерка мужиков выкатилась из автобуса под одобрительные возгласы женщин. Завязалась драка. Юрка первый выхватил перочинный ножик, а затем и Лёшка. Милиция подоспела во время. До худшего не дошло, но друзья эту ночь провели в медвытрезвителе. На работе и того хуже: друзей долго разбирали на собрании товарищеского суда и приказом перевели в слесаря на три месяца.
После этого случая друзья решили стараться, чтобы больше не попадать в такие паршивые ситуации. Им возвратили их ЗИЛы – самосвалы и направили на стройку к знакомому прорабу. Стройка была большая и из их автоколонны там работали ещё несколько водителей.
Утро в прорабской начиналось всегда с мини-планёрки: распределяли рабочую силу, машины, механизмы. Как всегда, опаздывают трое водителей: пожилой, но ещё очень юркий Филипыч, и любители шабашек Борис и Браток (так звали его все друзья). Все разошлись и разъехались, подъезжает эта тройка. Прораб злится:
– Какого чёрта! Где вы шляетесь? Филипыч! Ты где был?
Тот жмурится, смеётся, подходит к прорабу и тихо шепчет на ухо:
– Тихо – не шуми! Святое дело совершил!
– Какое ещё святое дело?
– Понимаешь – еду к тебе, по дороге встречаю знакомую. Остановился подвезти – она на работу спешит. Ну и подвёз… правда, пришлось за город съездить. Как такое упустить?
Прораб смеётся:
– Чёрт старый! Грешник несчастный! Так и она опоздала на работу: из —за тебя выгонят. Ладно – езжай за бетоном! Ты что опоздал, Браток?
– У меня тоже уважительная причина: две машины гравера продал!
– Орясина! Не гравера, а гравия! За раствором езжай! Борис – ты что жмёшься?
– Позавчера встретил клиента! Друг одолжил цементовоз. Ну, я с завода гружёный заехал в глухой посёлок к одному колхознику и все восемь тонн цемента выдул в курятник – под самую крышу. (Смеётся). Где теперь куры у него будут нестись? Надо отметить накладную.
– Ну, это не ко мне. Я в такие игры не играю. А вдруг бы попался? Вот черти – ничего не боитесь! Остаёшься со своим самосвалом на стройке – сейчас будешь загружаться. Юра! Заводи! Поехали к технадзору.
Кудрявый Юра запрыгивает в кабину, кричит весело Борису:
– А накладную тебе подпишет прораб Школьников! Вон та соседняя стройка. Он никому не отказывает. Только очень жадный – будет долго торговаться.
Поехали в город. На светофоре какая – то молодая женщина задержалась, еле успев проскочить перед самосвалом. Юрка резко нажал на тормоза, остановил машину, тряхнул кудрями, и, высунувшись из кабины, нагло закричал женщине:
– Девушка! Куда вы лезете под машину? Машина не еб….., а давит!
Девушка вспыхнула, поднесла палец к виску:
– Дурак!
Прораб, улыбнувшись, покачал головой:
– Юрка! Ну, разве можно так? Бессовестный ты!
Вечерами после работы Юрка и Лёшка ходили на танцы или в кино, предварительно хватанув портвейну за ужином. Знакомились с девушками. Хвастались победами. Жизнь протекала бурно и весело. О женитьбе не думали. Как-то зимой автоколонну всколыхнула новость:
– Браток угорел насмерть!
Оказывается, у Братка был «Москвич» и он в своём гараже сидел в нём с девушкой, выпивая. Было холодно и он, видно, завёл двигатель, согреваясь. Не рассчитал, не сообразил, что это смертельно опасно. Мать на следующий день позвонила приятелям:
«Сын не пришёл ночевать. Вы не знаете, где он?»
Юрка с Лёшкой кинулись в его гараж – они знали, где он гуляет. Закрыто изнутри, а машина урчит. Страшная догадка поразила их! Вызвали милицию – взломали калитку на воротах. В гараже «дым коромыслом». Раскрыли ворота настежь, выключили мотор. На переднем сиденье с недопитой бутылкой коньяка откинулся багровый Браток, а рядом – с полупустой бутылкой шампанского лежала чернявая молодка.
Это событие окончательно отрезвило обоих друзей. Хоронили друга, плакали. Лёшка бубнил:
– Всё! Хватит гулять! Женюсь! Меня ведь этим летом тоже чуть не решили жизни на этом «Москвиче»! Выпросил у него – поехал за город с одной кралей. Остановились на краю кукурузного поля. Сидим – балдеем, музыку слушаем. Как она только увидела!: трое сзади машины крадутся ко мне. У первого верёвка в руках. Кричит:
– «Гони! Сзади!»
Я рванул прямо по кукурузе. Хорошо, что ключ был в замке! Сухое поле было – выскочил. Так след и остался в поломанной кукурузе!
Время текло в ожидании перемен. Через некоторое время после этого случая друзья поженились. Жёны им достались хорошие и жизнь налаживалась. Стали они теперь степенными, старались на работе. Юрке после родителей достался частный дом. Он его отремонтировал, благоустроил всё вокруг, посадил сад. Один за другим родились дети: мальчик и девочка. У Лёшки также. Оба сдали экзамены и поступили на работу в «Совтрансавто». Теперь у них были гигантские полуприцепы МАЗы, и они начали ездить за границу. Жизнь наполнилась новым содержанием.
Юрка купил огромного пса по имени Буян для охраны дома, поцеловал жену, детей и уехал в первую командировку. Весна. Едут назад по Германии друг за другом. Радостно на душе. Автобаны, кругом чистота и порядок. В кабине масса подарков любимой жене и детям. Проезжая через какой-то небольшой мост, Лёшка высунулся из кабины и увидел в небольшой речке стаи рыб. Остановились. У Юрки был спиннинг, и они забросили в речку удочку. Проезжавшие машины сигналили им, но друзья не обращали на это внимание. Не успели выловить тройку рыбин, как подъехали две полицейские машины. Часа три их мытарили – пришлось заплатить огромный штраф. Раздосадованные друзья матерились:
– Вот сволочи немцы-водители! Предали нас! То-то они все сигналили! А мы не понимали, в чём дело? Нет – лучше «немытая Россия», чем чистенькая заграница и люди – предатели!
Время текло незаметно. Пришли «лихие девяностые».
На дорогах России появилось очень много «плечевых», но приятели решили однозначно не связываться с ними – дома ждали жёны. Всё чаще стали на дорогах разбойничать. Юрка приобрёл «вертикалку», и держал её всегда заряженной за сидением в укромном месте. И она пригодилась! Как-то в Тверской области поздним вечером в глухом месте их начали подрезать «Жигули». Из окон выглядывали какие – то наглые морды, размахивали «Калашниковым», требуя остановиться. Один раз пальнули вверх. По пейджеру Юрка в спешке написал Лёшке: «Дуй! Я их задержу!». Лёха пошёл вперёд, а Юрка затормозил, приготовясь. «Жигули» стали поперёк дороги. Юрка открыл полностью стекло:
– Что надо?
– Что, почто! Дед Пихто! Баш давай! И за друга тоже! Десятку давай, а то голову снесём!
– Десять тысяч! Откуда я их возьму? Груз-то не мой. Вот ищите хозяина и с ним разговаривайте.
