– Я покажу, где ещё остановились ребята из Нокса. Вот здесь, – он показал направо от своего фургона, – уже бедолаги из Дорлейка. Их жилища идут вдоль всего лагеря, начиная отсюда. По левой стороне от нас всё, что от городских домов до вон того цветастого шатра, – Нокс. Дальше другие приезжие, но я ещё не успел с ними пообщаться. А теперь, если вы не против, я бы вернулся в фургон. Мне надо бы доделать то, что начал.
Дин с Игером поблагодарили Пайна и отправились побеседовать с беженцами из Нокса. Опросить успели около тридцати человек, и все показания были примерно одинаковы: засуха, болезни, бегство. Никто не заметил ничего странного или подозрительного.
– Что ж, – Дин закрыл и спрятал папку в сумку через плечо. – Пока всё кажется очень обыденным.
– Возможно, – Игер поправил пояс с разболтавшимися сумками. – Но мне оно кажется странным. Чем-то от него пахнет. Не тем.
– Чую здесь только силы матушки природы, – усмехнулся Дин. – С ней никак не поспоришь. Однако самое важное, что я сегодня понял: если эта неизвестная зараза может попасть и к нам, то лучше бы подготовиться заранее.
Игер неохотно кивнул.
– Что делать с этой птичкой. Отнести её в управление как улику?
Шериф свёл брови и протянул раскрытую ладонь.
– Дай я её осмотрю.
Взяв вещицу, Дин осторожно покрутил её, осматривая со всех сторон, и прищурился.
– Странная какая-то… Взгляни.
– Что там? – Игер нагнулся, вглядываясь в глиняную поделку.
Шериф показал на небольшие наросты на животе птицы.
– Лапы? – неуверенно предположил Игер.
– Четыре? – ухмыльнулся Дин. – Это же птица, а не кошка.
На животе фигурки действительно было четыре бугорка.
– Эм. Может, это грудь? – Игер скептически прищурился. – У медных, например, в порядке вещей приделывать, эм, подобное, всему, что они видят.
Дин удивлённо приподнял брови.
– Возможно. Но рядом с Ноксом нет их деревень.
– Кочевник?
Дин вновь внимательно присмотрелся к фигурке. Обычная красная глина, которой везде в избытке. Грубая форма, небрежно вылепленные детали, но при этом поделка не напоминала детскую. Да и дети с малых лет знают, как выглядят птицы. С этой же явно было что-то не так. И дело было не только в лапах.
– Насколько велик шанс, что кочевник проходил через окрестности Нокса как раз в то время, когда началась засуха? Или даже в её разгаре? Медные давно уже осели в своих лесах и больше не бродят по пустыням, как раньше.
– Однако же некоторым из них не усидеть на одном месте. Пусть про них и редко слышно, но они есть, – возразил Игер. – А почему ты сказал про начало засухи? Может, он проходил там раньше?
– Фигурка не раскисла, – Дин положил птицу в ладонь помощнику, который принялся заинтересованно крутить её на уровне глаз. – Края очень грубые. После первого же дождя они должны были оплыть.
– Допустим, – Игер согласился, но в его тоне всё ещё сквозило сомнение.
– Думаю, нам надо будет показать эту птицу-кошку Ахэну, когда он приедет. А пока действительно сохрани и положи к уликам, как придёшь в управление.
Седовласый помощник кивнул и спрятал глиняную фигурку в одну из многочисленных сумок.
– Куда дальше, босс? – спросил шерифа напарник, пригладив жилет и хлопнув себя по бедрам, демонстрируя готовность идти дальше.
Дин улыбнулся уголками губ.
– В бар. Желудок сводит после всех этих бесед.
Игер довольно закивал. Его желудок тоже уже начинал недовольно урчать. А неподалёку, на одном из указательных столбов, рядом с небольшим двухэтажным домиком, как раз раскачивалась на ветру весьма манящая вывеска с пивной кружкой.
Дом Дина был через пару кварталов, но вечером, после возвращения в управление и составления краткого дневного отчёта, он специально пошёл в другую сторону, чтобы подольше прогуляться по широким, заполненным людьми улицам и проветрить голову. Сегодня был тяжёлый день, а следующий обещал быть ещё тяжелее. Что будет делать, Дин ещё не знал, но уже чуял неприятности.
Оставалось ещё много беженцев, с кем пока никто не разговаривал. Единственная улика, добытая сегодня, больше напоминала детскую игрушку, да и вообще могла никак не относиться к делу. А ещё завтра должна была прийти новенькая.
Совершенно очевидно, что нянчиться с девчонкой ему поручили не просто так. Да и кто она такая, что вместо того, чтобы прясть шали или кормить гусей, решила, что может работать с шерифом? Возможно, до него, наконец, добрались старые знакомые, или же кто-то хочет убрать его с поста и заменить своим человеком, действуя через Виктуса. А у мэра только вид добродушный, с собачьими глазами. Хоть он и сам назначил Дина следить за порядком в городе, своими же руками и застрелит, если за это пообещают щедрое вознаграждение. Никаких иллюзий по этому поводу шериф не питал.
Мысли о готовящейся ловушке вытеснили все остальные и навязчиво крутились в голове парня на всём его пути от работы до самого дома. Под сапогами тихо шуршал песок, ветер нёс с выжженных равнин жаркий воздух, а заходящее солнце окрашивало двухэтажные дома с резными балконами и вывесками в тревожный алый цвет, – всё это заставляло Дина лишь ещё больше хмуриться и глубже тонуть в подозрениях. Прохожих, наводнивших улицу пуще обычного, он не замечал и на все приветствия отвечал очень рассеянно, даже не глядя, с кем здоровается.
Наконец один из прохожих его остановил.
– Дин, да что с тобой?
Вынырнув из мыслей, парень увидел перед собой Элиаса, как всегда гладко выбритого, одетого в жёлтую рубашку, кожаный жилет и зелёного цвета брюки, забранные в высокие сапоги. Светло-серые глаза с улыбкой разглядывали хмурого Дина, и тот, мрачно посмотрев на приятеля, через несколько ужасно длинных секунд наконец выдохнул и покачал головой:
– Прости, я тебя не узнал.
– Да как же так? – Элиас хлопнул Дина по плечу, заставив того покачнуться. – Уже друзей не узнаёшь? Я давно говорил, что твоя работа тебя с ума сведёт. Может, всё-таки передумаешь?
Дин хмыкнул.
– Нет уж, спасибо. Я покину свой пост только ногами вперёд, – сказав это, шериф снова подумал о том, что момент, похоже, уже не за горами.
– Значит, ты уже сумасшедший, – подытожил Элиас, не обратив внимание на тень, промелькнувшую на лице друга. – Ты был бы отличным ковбоем. Но если что, знай, что нам всегда нужны хваткие ребята вроде тебя.
– Хорошо, хорошо, – отмахнулся Дин, и лёгкая улыбка тронула его губы. – Ты надолго здесь?
– Завтра уходим, – приятель вздохнул.
– Так быстро?
– Да, так вышло. Только вчера приехал, и вот уже снова в дорогу. Но ты же знаешь, я не люблю сидеть на одном месте, – Элиас довольно прищурился. – Сегодня – тут, завтра – там. Разве это не та самая свобода, о которой и ты мечтал, когда мы познакомились?
Дин облизал пересохшие, покрытые песком губы, и, опустив взгляд, покачал головой.
– Раньше всё было иначе. Теперь у меня другая свобода.
– Что-то незаметно, чтобы ты ей радовался, – в голосе Элиаса послышалось сочувствие, но оно тут же сменилось ехидством. – Или же ты такой пасмурный из-за женщины? Наконец перестал быть однолюбом? Как там звали ту стерву?
– Элиас! – Дин повысил голос и теперь смотрел на друга исподлобья. – Не смей о ней упоминать.
Ковбой удивлённо приподнял брови, но тут же рассмеялся и хлопнул мрачного шерифа по плечу.
– Прости, забыл. Ну не смотри так. Что ты, как ворона, нахохлился? В самом-то деле!
Ковбой поправил жилетку и, сняв шляпу, пригладил светлые волосы.
– А вот я сегодня собираюсь встретиться со своей дамой сердца.
Он многозначительно поднял брови. Дин хмыкнул.
– Элиас, откуда у тебя столько сердец? Знаешь, даже не называй мне её имя, я всё равно не запомню.
Ковбой довольно ухмыльнулся.
– Что ж, как скажешь. Но я тебя уверяю, это точно та самая.
– Конечно, конечно.
– Может, и тебе пора перестать вести себя, как сыч? Хочешь, я спрошу у моей возлюбленной, нет ли у неё симпатичной подружки?
– Это лишнее.
– Точно?
– Точно, – заверил Дин.
– Может, тогда сегодня сходишь ко вдове, а то ты как сжатая пружина?
– И ты туда же? – Парень покачал головой. – Я бы лучше пригласил тебя выпить.
– Прости, друг, – Элиас сочувственно положил руку на плечо приятеля. – Я уже обещал своей красавице. Если хочешь, извинюсь перед ней и приду к тебе.
– Нет, не хочу разлучать голубков, – усмехнулся Дин. – Давай встретимся, когда ты вернёшься.
– Через месяц? – уточнил Элиас.
Молодой человек задумался. За месяц много чего могло произойти. Может, по возвращении ковбоя будет ждать скандальная история от завсегдатаев салуна. И лучшей концовкой в ней будет побег шерифа из города, а худшей… Нет, о худшей не могло быть и речи. До этого ведь удавалось обойтись без неё.
– Месяц – это много, – протянул молодой человек, задумчиво склонив голову набок и глядя на ехидно улыбающегося приятеля. – Но я подожду.
– Что ж, благородство – твоё второе имя, шериф, – Элиас отвесил шутовской поклон, на что Дин только махнул рукой.
– Иди уже отсюда, чтоб глаза тебя не видели.
Друзья обнялись на прощание. Шагая домой, Дин вновь вернулся к своим невесёлым размышлениям, но всё уже стало представляться немного иначе. Даже ветер стал прохладнее, остужая влажную от пота кожу и вместе с этим успокаивая мысли. Солнце, напоследок раскрасив улицы пурпурными потёками, зашло, и с его последними лучами Дин закрыл за собой дверь дома.
Оказавшись в одиночестве среди выцветших стен, он пожалел, что отказался от предложения приятеля. Хорошая компания ему бы сейчас не помешала. Может, Элиас и высмеял бы его, что вполне в его духе, но это помогло бы снять напряжение перед тем, что ждёт Дина впереди. Убрало бы гнетущее предчувствие опасности. Теперь же придётся справляться самому.
Стянув сапоги и бросив кобуру и шляпу на крюк в стене, он прошёл на скудно обставленную кухню, достал бутылку виски, сел за стол, зубами вытащил пробку и сделал большой глоток.
Вечер обещал быть длинным.
На следующий день Дин пришёл в управление, проклиная всё на свете. Голова гудела, как будто бы ею всю ночь били в колокол. Стараясь не делать резких движений, он поднял руку в знак приветствия уже явившимся на работу помощникам и направился в кабинет. Открыв дверь и увидев там страшный бардак, оставшийся после вчерашней вспышки ярости и неубранный вечером, Дин мысленно застонал и прикрыл за собой дверь. Ходить по кабинету кверху задом – то, что ему хотелось бы сейчас меньше всего. Повесив куртку и шляпу на вешалку, он опустился на пол посреди комнаты и обхватил голову руками.
Вчерашние попытки расслабиться с помощью алкоголя не просто не решили ни одной проблемы, так ещё и усложнили их. Дин оглядел лежавшие вокруг бумаги. Всё необходимо убрать. Можно было и оставить, как есть, на некоторое время, но это заставило бы Дина ещё больше нервничать.
Поморщившись от нового приступа боли, он медленно потянулся к бумагам, разбросанным рядом, как вдруг услышал в коридоре громкие уверенные шаги. Кто-то шёл к его кабинету, впечатывая каблуки прямо в кажущийся оголённым мозг Дина, и от каждого шага по голове и дальше вниз по телу пробегала волна неприятного напряжения.
Наконец дверь распахнулась настежь, порывом воздуха подняв и разбросав лежавшие на полу бумаги.
На весь кабинет раздалось громкое и насмешливое:
– На работу прибыла, босс.
Глава 2
Дин протяжно выдохнул. Взгляд заскользил от заострённых кончиков высоких потёртых кожаных сапог; широких светлых брюк, скрадывавших длинные ноги; ремня с прикреплённой к нему сумкой, вторым ремешком прикрученной к бедру, и дальше по небрежно выпущенной наружу белой рубашке с закатанными рукавами, выгодно подчёркивающей большую грудь и видневшиеся в не до конца зашнурованном вырезе тонкие ключицы; по пухлым гладким рукам; по светлым, цвета зрелой пшеницы, волосам, сплетённым в толстую, уже немного растрёпанную косу; по длинной белой шее и узкому подбородку, над которым тонкие губы сложились в холодную усмешку; по прямому носу и, наконец, до больших ярко-голубых глаз, обрамлённых длинными тёмными ресницами и смотревших на шерифа сверху вниз. Густые тёмные же брови приподнялись в недоумении, когда гостья оглядела беспорядок в кабинете.
– Так, так, – сказала она, присев и подняв ближайший к ней лист. – Что это у нас? Кейн Джонсон, сорок два года, разыскивается за ограбление дилижансов на дороге между Эльстоном и Сноджем. Средний рост, тёмные волосы… Из особых примет: нет мизинца на левой ноге. Хм… Вы уже собирали на центральной площади весь город с просьбой разуться? Так, дальше у нас Ванесса Паулс по прозвищу Дикарка. Ух ты! Что же она такого сделала? Отрезала у клиентов пальцы ног? Фу. Интересно, зачем они ей понадобились? И кажется, Дикарка с первым грабителем – старые приятели, – незнакомка усмехнулась. – А это что? – неугомонная гостья потянулась за следующей страницей. – Клифф Стоун, тридцать четыре года, разыскивается за кражу козы у соседки. Средний рост, так, так, – она торопливо пробежала глазами по неровным строчкам. – внешность: глаза завидущие, нос шишкой, сам похож на козла.
Девушка подняла взгляд на мрачного Дина и качнула листком.
– Интересные дела вы тут расследуете. Сложные. Я бы сказала, безнадёжные.
Дин молча продолжал смотреть на её ухмылку, на его скулах вздувались желваки. В сузившихся глазах полыхнул недобрый огонёк.
– Пошла вон, – спокойно сказал он.
– Что? – девушка удивлённо склонила голову набок.
– Вон! – вскочил Дин и ткнул пальцем в сторону двери.
В голову из-за резкого подъёма словно ударила молния. Дину захотелось схватиться за виски и снова осесть на пол, а лучше лечь, но он не повёл даже бровью, сверля девушку яростным взглядом. Она спокойно поднялась, оказавшись ростом ниже Дина.
– К чему так нервничать? – Гостья развела руками. – Это же не ты их писал, я уверена. Но они, откровенно говоря, никуда не годятся, и с этим сложно поспорить. Разве нет?
Дин сложил руки на груди и ответил после короткой паузы.
– В любом случае, это не повод являться и с порога начинать высмеивать то, чем мы здесь занимаемся.
– Я не хотела высмеивать, – она подняла ладони в знак примирения. – Наоборот, хочу показать, что буду вам здесь полезной.
Под конец фразы её голос стал мягче, бархатнее. Она чуть опустила ресницы и склонила голову набок, глядя на Дина с лёгкой улыбкой. Обаяния у девицы было хоть отбавляй, и она этим пользовалась на полную. Дин отвёл взгляд в сторону и стиснул зубы. Девушка сделала к нему шаг и продолжила:
– Я полагаю, что обо мне уже рассказали. И у вас могло сложиться неверное впечатление из-за моих родственных связей.
Не сводя глаз с напряжённого Дина, она обошла его и села рядом на стул, закинув ногу на ногу.
– Мне бы хотелось, чтобы вы забыли, откуда я и из какой семьи. На работу это никак не должно влиять. Я хочу делать всё то, что делают остальные. К тому же в моих планах показать, что я в этом лучшая.
Дин бросил на неё косой взгляд и отошёл к окну. Опёршись на узкий подоконник, принялся внимательно изучать прибывшую. Вид у неё был крайне самоуверенный. Наверняка с детства привыкла, что перед ней все должны бегать на задних лапках. Тьфу, угораздило же её явиться именно сюда. Не могла поехать в какой-нибудь Снодж и мотать нервы местному шерифу. Нет, не повезло именно ему.
Кашлянув, Дин пробурчал:
– Выскочек никто не любит, а я не намерен охранять твою спину от пули того, кого ты подсидишь. У меня есть дела посерьёзнее.
Она сделала лёгкое движение рукой со всё ещё зажатым в ней листом.
– Не сомневаюсь.
Брови Дина опустились ещё ниже. Она явно насмехалась. Однако прежде чем он высказал своё возмущение, девушка вновь заговорила.
– Я не хочу никого подсиживать, – она покачала головой, тонкие губы сложились в кривую полуулыбку. – Я хочу хорошо делать свою работу.
Шериф хмыкнул.
– Надо же? Похвально. Тогда расскажи мне, почему ты здесь?
– Чтобы быть твоей помощницей, Дин. Надеюсь, я правильно запомнила имя…
– Не думаю, что ты здесь ради меня, – перебил Дин. – Я спрашиваю, зачем тебе вообще нужно работать в управлении шерифа. Чего ты хочешь добиться от работы? – Он поджал губы и задумчиво потёр подбородок. – Может, тебе сказали, что здесь платят сундуками с золотом? Тогда спешу разочаровать, но это совсем не так.
– Нет, конечно, – фыркнула она. – Ничего подобного мне не говорили. Просто хочу помогать людям.
– Прачки тоже помогают людям. Я прошу прямо и чётко ответить на мой вопрос. Неужели это так сложно?
Девушка прищурилась и кивнула своим мыслям.
– Что ж, я не ошиблась, выбирая город для работы. Ты действительно отличный шериф, проницательный и прямой. – Она подмигнула Дину и, качнув ногой, продолжила. – Я хочу сделать Дикие Земли чище. Здесь всегда творилось чёрт знает что, но в последнее время стало ещё хуже. Банды чувствуют свою безнаказанность, их количество и численность растут. Чаще нападают на стада, грабят дилижансы, крадут людей для рабовладельцев, что просто вопиющая дикость. А остальные вынуждены терпеть и страдать. Я всякого насмотрелась за свою жизнь, близкие мне люди пострадали. Отца моей подруги убили при ограблении дилижанса, а её чуть не изрезали в подворотне. Моего лучшего друга похитили с целью выкупа, но вернули мёртвым. И таких примеров могу привести много. Поэтому моя цель – убрать как можно больше грязи с Диких Земель. Сделать так, чтобы жители города не боялись ходить по улицам в тёмное время суток. Вот и всё.
Девушка замолчала и принялась беззаботно постукивать по стоявшему рядом столу кончиками пальцев. Дин же, внимательно всё выслушав, какое-то время молчал, а потом просто расхохотался. Она непонимающе смотрела, как парень сгибается пополам от смеха и бьёт себя ладонью по колену.
– Я сказала что-то смешное? – девушка подняла бровь.
Шериф жестом попросил подождать и, когда отсмеялся и вытер глаза, выдавил:
– Так и думал, что ничего серьёзного.
– Ничего серьёзного? – она хлопнула ресницами. – По-твоему, это всё шутки?
Дин подошёл к ней сзади, наклонился к уху и уже совершенно без всякой улыбки произнёс:
– По-моему, это всё херня собачья.
Девушка резко обернулась и чуть не столкнулась с ним нос к носу, но он вовремя выпрямился, отошёл от стула и принялся расхаживать по комнате.
– Когда мне сказали, что придётся нянчиться с дочкой большой шишки, я так и думал, что придёт девица, которая всё это время росла в тепличных условиях и ничего не знает о жизни. И оказался прав, – Дин на секунду остановился, пристально посмотрел на неё и вновь продолжил расхаживать по кабинету. – Мне пришлось трижды спросить тебя о твоих мотивах и целях! Трижды! В первый раз ты не сказала ровным счётом ничего. Во второй – что-то размытое. А в третий – надеялась впечатлить меня своим прошлым. Но! – Он сделал паузу. – Всё, что ты рассказала, происходило не с тобой, а с друзьями, соседями, дальними родственниками. Ты сама никогда не попадала в ситуации, когда твоя жизнь вот-вот оборвётся. Когда ты уже смиряешься с тем, что сейчас тебе пустят пулю в живот и после часовых мучений ты умрёшь. Тебе незнакомо чувство «либо ты, либо тебя». А здесь именно так и будет. Преступники не будут сами бежать к тебе и падать на колени. Они будут пытаться тебя убить, лишь бы спасти свою шкуру. Либо ты, либо тебя, – повторил Дин и резко остановился перед замершей на стуле девушкой. – Понимаешь, куда ты лезешь, или нет?
– Эй, не надо со мной, как с девочкой, – она возмущённо нахмурилась. – Конечно, понимаю. И я готова.
– Мне всё ещё кажется, что нет, – парень покачал головой. – Поэтому даю тебе последний шанс уйти отсюда и обходить это место стороной до тех пор, пока тебе лично не понадобится помощь.
– Я никуда не пойду, – спокойно ответила девушка.
Дин мрачно посмотрел на неё, но она выдержала этот взгляд. Парень поджал губы.
– Учти, никто не будет с тобой носиться, как с золотым яйцом. Если что-то случится, будешь виновата только ты и твой папочка, который не смог поставить тебе голову на место.
– И не собиралась просить о таком.
– И ещё, если ты пока не заметила, я не в восторге от твоего присутствия здесь и не хочу, чтобы кто-то отвлекал меня от работы.
– Договорились.
Дин вновь задумчиво потёр узкий подбородок. Поняв, что от настырной девчонки так просто не избавиться, он раздражённо повёл плечом.
– Тогда настоятельно советую не путаться под ногами. Целее будешь. А теперь мне пора разобраться с теми, кому действительно нужно уделить время.
Шериф направился к двери, чтобы уйти, когда девушка вскочила со стула и пошла за ним.
– А ты куда собралась? – не понял Дин.
– С тобой.
– Ну уж нет, – он усмехнулся. – Ты останешься здесь. Можешь прибрать всё это и сложить аккуратно в шкаф. Как ты уже показала, навыки чтения у тебя действительно великолепные.
– Но это…
– Отличная идея, чтобы познакомиться с тем, чем мы тут занимаемся, – моментально отреагировал шериф, не обращая внимания на сжавшую кулаки девушку. – Как тебя хоть зовут?
– Сайя, но…
– До вечера, Сайя.
Дин вышел и захлопнул дверь перед лицом навязанной помощницы, с мстительным удовольствием подметив яростный блеск в её глазах. Голова всё ещё трещала, но от мысли, что ему удалось поставить на место нагловатую девицу, да ещё и, возможно, не придётся убираться в кабинете, если она, конечно, не сбежит после такого приёма, становилось даже полегче.
– Босс, босс, – в холле Дина встретили оживлённые помощники. – А что за цаца у тебя в кабинете? Просительница?
– Я слышал, что новая помощница, – полушёпотом добавил кто-то.
– Это правда? – ещё больше заволновались вокруг.
– Да, да, – отмахнулся Дин, пытаясь пройти мимо вставших на пути подчинённых, но это оказалось не так-то просто, потому что после новости все ещё больше оживились.
– А она ничего. Фигуристая. Я бы за ней приударил, – коренастый помощник по кличке Пожар откинул назад темные кудри, сведшие с ума не одну девушку, и, красуясь, поиграл мускулами.
– Я бы тоже пощупал эту курочку, – Азир жадно облизнулся.
Дин поморщился. Кажется, девчонка уже нажила себе проблем. Но его это совершенно точно не касается. Пусть разбирается сама или уматывает к папаше. Лучше последнее.
– Делайте, что хотите, только дайте пройти.
Растолкав подчинённых под свист и улюлюканье, шериф кивнул Игеру и вышел на улицу.
Почти весь день Дин провёл, занимаясь проверкой и подписанием налоговых отчётов у мэра, оформлением штрафов для парочки горячих голов, решивших выяснить отношения с барменом, а также продолжил перепись новых поселенцев. Из-за избытка писанины на пальце у него осталась неглубокая вмятинка от пера, а чернильница наполовину опустела. И несмотря на то, что сегодня ничего тяжелее пера и бумаги в руках держать не пришлось, под вечер Дин чувствовал себя измотанным, будто его запрягали в плуг вместо лошади.
Потому, когда шериф открыл дверь к себе в кабинет и увидел там чистоту, порядок и заканчивавшую с уборкой Сайю, то даже не разозлился.
– Неплохо постаралась, – заметил он, проходя и садясь за стол.
Сайя пожала плечами.
– Это не стоило мне большого труда. К тому же так я действительно ознакомилась с делами прошлых лет.
Шериф рассеянно кивнул.
– А где папка с делом по недавним беженцам? – он поискал на столе и заглянул в ящик.
– Все папки теперь в шкафу, расставлены от самых старых к самым новым, прямо за твоей спиной, – Сайя сложила руки на груди, глядя на Дина. В её прищуренных глазах плясали искорки смеха.
Он обернулся и увидел ровно выстроившиеся ряды желтоватых корешков и пометки на полках по годам.
– Не скажу, что доволен изменениями, но ладно. Ничего не поделаешь.
Сайя фыркнула, но промолчала. Шериф поднялся с места, подошёл к шкафу. Найти нужную папку оказалось несложно. Вернувшись за стол, он открыл дело на случайной странице и заметил, что девушка так и не двинулась с места. Дин сменил гнев на милость.
– На сегодня свободна. Приходи завтра утром, если не передумаешь.
– Приду, – девушка с вызовом улыбнулась, издевательски сделала книксен и скрылась за дверью кабинета.
Следом в холле раздался недружный хор прощавшихся с ней помощников.
Дин ещё раз оглядел кабинет. Сайя действительно хорошо постаралась. Что ж, хотя бы для уборки пригодилась. Старые папки давно пора было перебрать и расставить так, чтобы не проводить перед шкафом по десять минут в раздумьях и поисках.
Дин снова встал и на всякий случай выборочно проверил папки. Что, если Сайю отправили сюда специально, чтобы найти какое-нибудь старое дело и его участников? Конечно, сумка девушки выглядела слишком маленькой. Если только несколько страниц поместится. Но перепроверять оба шкафа настолько детально ему не хотелось. На первый взгляд всё оказалось на месте.
Вернувшись к столу, он открыл дела о беженцах. Шериф и сам не знал, что ищет, каждый день приходя в лагерь и опрашивая человека за человеком. Он вполне мог поручить это дело кому-нибудь из тех бездельников, что обсуждали очередную девочку в салуне, вместо того, чтобы работать. Однако уже в который раз он шел и записывал очередную фамилию и имя, и слушал, как Игер спрашивает о причинах переезда и прочих деталях. Озадаченное лицо Игера – вот что беспокоило Дина. Когда один из твоих самых толковых помощников начинает хмурить лоб и задумчиво чесать подбородок каждый раз, как услышит про высохшие водоемы, а после буравит Дина подозрительным взглядом, это так или иначе нагнетает обстановку. Шериф делал вид, что не замечает пытливого взгляда помощника, но на самом деле чувствовал его кожей. Чувствовал и начинал сердиться. И вся эта каша заварилась после той дурацкой игрушки.
Поручение Виктуса «позаботиться о новых жителях» давно переросло во что-то другое, более глубокое. И Дину это не нравилось. Конечно, людей настигла обычная засуха. Но лучший помощник утверждал, что не такая уж она и обычная. Ранее за Игером не было замечено ни следа приверженности суевериям, но теперь он просто не давал Дину покоя, раз за разом заводя одну и ту же «песню»: «Странно это всё, босс. Очень странно. Помяните моё слово». Теперь Дину было важно не столько навести порядок в лагере и переписать всех прибывших, но и успокоить помощника, доказав, что в засухе нет ничего мистического.
Взять хотя бы эту кошкоптицу. Что за чушь? Как глиняная игрушка, сделанная наверняка каким-то ребёнком, может быть причиной потрескавшегося дна когда-то большого полноводного озера?
Дин оказался перед комодом, куда Игер положил «улику». Открыв ящик, шериф удивлённо моргнул.
«Это ещё что такое?» – мысль пулей пронеслась в мозгу, опалив тело медленно стёкшим по нервам жаром.
Протянув руку, он осторожно вытащил сначала голову птички, потом её несуразное тельце. Рассматривая две половинки игрушки на своей ладони, Дин нахмурился. Не нужно быть шерифом, чтобы понять, чьих это рук дело.
Интересно.
Но, с другой стороны, он сам был виноват в том, что оставил её здесь одну, без присмотра. Так ли он ей не доверяет, как пытается сам себя убедить? И в должной ли степени осторожен, чтобы не допустить того же, что случилось в прошлый раз?
Дин прикусил губу.
В холле шумели забывшие про работу бездельники, а у него даже не было желания пойти и навести порядок. Необычные настали времена.
Положив птицу на место и закрыв ящик, Дин принялся мерить кабинет шагами, пытаясь дышать глубже. Вдох. Кроме птицы в ящике всё выглядит нетронутым. Выдох. Неизвестно, зачем она вообще туда полезла. Вдох. Возможно, её кто-то спугнул. Может быть, всё произошло перед его приходом. Выдох. Она не выглядела напуганной или растерянной. Скорее довольной. Вдох. Довольной, потому что нашла, что хотела? Или потому, что заканчивала уборку? Выдох. Так ничего не понять. Надо узнать эту девицу, чтобы предугадать дальнейшие действия. Вдох. Нельзя расслабляться. С ней нужно держать ухо в остро.
Он остановился.
А ещё нужно рискнуть. Выдох.
Дин сел за стол и потёр переносицу. От напряжённых размышлений начало ломить виски, но ещё предстояло поработать с отчётом. Всё как всегда. Сначала работа, а потом, если останется время, остальное. Посидев минуту с закрытыми глазами и с трудом избавившись от роя назойливых мыслей, шериф провёл по лицу ладонями. Прохладное прикосновение помогло окончательно прийти в чувство.
Открыв глаза и вздохнув, Дин с головой погрузился в записи.
– Ну что, как тебя встретили? – мэр радушно указал на небольшой диванчик рядом с ним.
Как и всех своих важных визитёров, он пригласил её в гостиную, отослав служанку за чаем и сладостями. Сайя прошла в комнату, шурша юбками голубого атласного платья, переливающегося нежными бликами в мягком свете свечей, и опустилась на обитый бархатом диван. Поправив широкие оборки, спадавшие ей на грудь и открывавшие округлые белые плечи, она скользнула равнодушным взглядом по богатому убранству гостиной: тёмно-изумрудным обоям, ковру и тяжёлым шторам, плавным формам небольшого палисандрового кофейного столика на толстой ножке и паре мягких диванов в углу комнаты, где они сидели. Не задерживая внимание ни на чём, она повернулась к Виктусу.
– Меня встретили просто великолепно! Ваш шериф – такой душка!
Виктус удивлённо приподнял брови.
– Надо же, хм. Так и думал, что наш Дин проявит любезность с дамой. Надеюсь, вы отлично сработаетесь.
– О да, я тоже на это надеюсь, —перед мысленным взором девушки всплыло хмурое лицо всклокоченного шерифа.
– Он уже ввёл тебя в курс тех дел, где понадобится твоя помощь?
– Разумеется, и даже более того. Он ввёл меня в курс совершенно всех дел.
Виктус не перестал улыбаться, но между широкими бровями пролегла складка, а взгляд стал прохладнее.
– Что это значит? Как это возможно?
Заметив перемены в настроении мэра, Сайя рассмеялась и расслабленно откинулась на спинку диванчика.
– Возможно, если работать с настоящим мастером. Не беспокойтесь, Дин делает всё, что нужно, чтобы я быстрее освоилась. С его помощью у меня быстро получится влиться в работу.
