Страница 2 из 9
Потом скулил от голода, тоски.
Тот громкий визг, услышала волчица,
По близости родившая волчат.
Бежала, чтоб испить в ручье водицы,
Щенки, наелись и пока молчат.
Не вынесло такого её сердце,
Взяла за холку отнесла к себе.
Завыв прощально о троих умерших,
Чтоб Бог помог семье в её мольбе.
IV.
Приёмыш становился всё сильнее,
Стал лидером среди волчат в норе.
Размером больше, рвался в бой смелее,
Им месяца – четыре в декабре.
И аппетит у всех волчат отменный,
Зубами рвали и жевали дичь.
И он уже охотник полноценный,
Науку ту легко сумел постичь.
Брала волчат, волчица на охоту,
Он быстр, свиреп и не тревожит страх.
Защитой был щенкам его помёта,
Держал добычу крепко он в зубах.
Людей приёмыш не боялся вовсе,
И мог идти спокойно по следам.
Свирепый нрав наследовал отцовский,
Он спуска не давал в бою волкам.
Ублюдок – помесь волка и собаки,
Гибридный гетерозис*, всех крупней.
Выносливый в бегу, свирепый в драке,
Как человек хитёр и всех умней.
Он мог убить и зверя, и скотину,
Стал вскоре в этой стае вожаком.
И вёл вперёд зубастую лавину,
Быть лучшим и таков его геном.
Проходит год и вот настала осень,
Возле деревни пропадает скот.
Увидели следы от лап меж сосен,
И как всегда, всем дел невпроворот.
Огромные следы, в два раза больше,
Решили провести волков отстрел.
Чтоб стае не жилось в тайге привольно.
Устроили там волки, беспредел.
А во главе, убийца-волк огромный,
Одним прыжком сбивает жертву с ног,
Теперь он враг селу, к тому же кровный,
Убить его – таков войны итог.
V .
За год, три раза делали облаву,
Но стая уходила сквозь флажки.
Не удержать бушующую лаву,
Зря мерзли там, на номере стрелки.
Лишь видели, уходит дальше стая,
А впереди их кровожадный монстр,
В туманной дымке, сумрака растаяв,
Ведь жизнь у них положена на кон.
Продолжив дальше поиски по следу,
По-прежнему шептались старики.
Что оборотни бегают по снегу,
И шанс, чтоб отловить, не так велики.
Запрет поставлен, женщинам и детям,
Не делать даже шага в ближний лес.
Но волк пропал, весна на белом свете,
Какой теперь к охоте интерес.
А в ноябре опять всё повторилось,
Не принесли облавы результат.
А леснику, жена тогда приснилась:
"Спаси ребёнка, он не виноват…
Прощай»! – сказала, помахав рукою,
Всё это было, будто наяву…
Он вдруг подумал, я всему виною,
В тайге не будет жизни существу.
Стал наносить следы его на карту,
Внимание привлёк один маршрут.
Теперь ему не будет больше фарта,
След в след четыре раза ходит тут.
Соорудим хорошую ловушку,
Ублюдок хитрый, минимальный шанс.
Медвежью клетку сделал у избушки,
Разложил карты, вот такой пасьянс.
С помощником, закончена работа,
В тайге ловушка – яма на тропе.
Пролито было там немало пота,
Уверен, что придёт конец борьбе.
Через три дня, пошли туда с проверкой,
Заметили, в ловушке кто-то есть.
Глаза смотрели яростно и дерзко,
Внизу везде лежит баранья шерсть.
Ублюдок, нёс убитую овечку,
Не раз уже ходил он по тропе.
Огромного размера, но не нечисть,
Таков был поворот в его судьбе.
Старик узнал, кого напоминает,
Но промолчал… Теперь поднять наверх!
В себе храним всегда мы много тайн.
Сто килограммов весит этот зверь!
И вот, уже сидит Ублюдок в клетке,
Разгрызть, пытаясь там из стали прут.
Он с длинной шерстью, тёмною расцветки,
Какие беды дальше его ждут?
VI.
Слюна на пол стекает вместе с пеной,
И яростью горят его глаза.
Он страшный призрак огненной геенны,
Бросает в дрожь. Опасная гроза!
Лишь за полночь закончились все гости.
Ублюдок, возвышался в темноте,
Глаза сверкали, отражая звёзды,
Он был готов погибнуть на шесте.
Наутро, все собрались возле клетки,
Смотрели, на Ублюдка стар и млад.
Ругался кто-то, кто-то нёс объедки,
Старушки отправляли его в ад.
И оборотнем часто называли,
Просили лесника: "Его убей»!
Стальные зубы видели в оскале,
Другие восторгались, кто смелей.
В конце концов, поставлен ультиматум,
За месяц, должен зверя приручить.
Считая, что он выходец из ада,
И всё равно потом его убить.
Прошло три дня, и поутихли страсти,
Перловой каши наварил старик.
Он верил, что закончатся напасти,
И рано вешать на него ярлык.
Добавил колбасы, как раньше Альфе,
Он к клетке подошёл тогда с едой.
Напрягся волк, но вёл себя нейтрально,
Рычание раздалось – полу вой.
Он говорил – спокойный ровный голос:
" Давай дружить, нам дали месяц срок,
Ты предок волка и врага монгола,
Борись за жизнь. Ты мой теперь сынок»!
– Ты молодой и жизни в тебе много…
Подсунул миску в клетку он, с едой.
– Одна у нас судьба, одна дорога,
В тайге мы поохотимся с тобой…
Так постепенно приручил Ублюдка,
Водил на поводке, вёл разговор.
Ген Альфы побеждал все предрассудки,
Нарушив тот нависший приговор.
Ублюдок, выполнял его команды,
Лесник теперь, с ним вместе день и ночь.
Пришёл январь, в избушке бьют куранты,
Экзамен позади, тревоги прочь.
Вердикт один, он безопасен людям,
Старейшины хвалили лесника.
Теперь уже он больше не Ублюдок,
Он верная собака старика.
С тех пор он брал собаку на охоту,
Подумав, кличку дал ему – Монгол,
Он щурился, не в тяготу заботы,
Не бросит он Отца на произвол…
VII.
Идут года. В конце зимы – однажды,
Тревожит волчья стая весь район.
С тревогой смотрит в той деревне каждый,
Нужна облава, выставить заслон.
Лесник глава, в тайге своей – хозяин,
Его задача вычислить маршрут…
Монгол с ним неразлучен – волчий Каин.
Для лесника – обычный, его труд.
