Алексей Рябчиков
Новогодний беспредел
Дисклеймер : Данные произведения созданы исключительно в развлекательных целях. Все события и обстоятельства вымышлены. Автор не ставит перед собой цель кого-то оскорбить. Такие безумные персонажи могли родиться только в безумной голове автора, в реальности их не существует…
Переговоры
1.
Небольшой крытый центральный рынок города. С его потолка свисают новогодние украшения, а продавцы уже нацепили красные праздничные шапки, хотя до Нового года еще больше восьми дней.
Между рядами медленно идет худая девушка среднего роста с длинными волосами (Анна), за ней семенит накачанный высокий брюнет (Вадим). В левой руке он держит тяжелый пакет, а в правой – шаурму, которую раз за разом подносит ко рту.
– Зачем нам столько еды на двоих? – спрашивает он.
– Пф-ф, – выдыхает она. – Я же сказала, что мы будем не одни.
– Да-а? А кто еще будет?
Она останавливается возле прилавка с мясом и спрашивает толстую женщину о цене. Но, вместо того чтобы назвать цену, та начинает лекцию о том, какое это замечательное молочное мясо и какая была молодая свинья.
Аня продолжает путь.
– Так кто еще будет? – снова спрашивает Вадим.
– Ну… мой бывший муж.
– Твой бывший муж? – Вадим останавливается. – А на хрена?
– Со своей новой подругой.
– Еще и подруга. Еще и пьяные.
– Он не пьет.
– Значит, драки точно не будет, а вот поножовщины не избежать.
Она останавливается, оборачивается к нему.
– Ничего не будет. Я хочу, чтобы эту дурацкую ипотеку забрал он, а он хочет, чтобы – я. Вот и все. За столом я его убежду… убедю… Я его…
– Ты его убедишь.
– Да! И ты мне в этом поможешь!
– Интересный факт: по статистике, встреча бывших всегда заканчивается дракой и кри…
Аня одаривает его злым презрительным взглядом. Он откусывает шаурму, она поворачивается к прилавку с другим молочным мясом.
Уютная атмосфера кафешки в центре города. Тоже новогодние украшения и тихие праздничные песни. Возле окна пьет кофе другая пара: низкая блондинка (Юлия) и парень среднего телосложения (Андрей).
– Так какие у тебя планы на праздники? – спрашивает он.
– Ну… – Ее лицо озаряет радостная улыбка. – Как бы никаких.
– Значит, ты мне поможешь?
– Конечно, о чем ты говоришь! С меня салаты, с тебя горячее.
– В смысле?
– У нас в семье всегда так: женщины на салатах, а мужчины в основном жарят шашлыки на балконе.
Андрей на мгновение и даже больше задумывается, пытаясь сложить в кучу услышанное.
– Ну, в Новый год, за новогодний стол… – помогает ему она.
– А-а-а… Так я не об этом. Я хочу, чтобы ты сходила со мной в гости на Новый год.
– В гости? – повторяет она. – «В гости» звучит отлично! К твоим родителям?
– Нет… К… как бы… к моей бывшей жене, хотя она еще не бывшая, а еще… как бы реальная… Ну, короче, ты сама все прекрасно понимаешь!
– Кхе-кхе… – Юлия делает глоток кофе. – Ты хочешь, чтобы мы пошли в гости к твоей бывшей жене?
– Ну да. Нам нужно обсудить, кому же достанется ипотека. А пьяной она любое подпишет.
Юлия смотрит на него, допивает кофе.
– Знаешь, я тут вспомнила, что под Новый год буду занята. Меня подружка позвала, я уже согласилась.
– Ты же сказала, что никаких планов нет.
– Я же говорю, что вспомнила… И вообще, мне нужно бежать.
Она встает, чмокает его в щеку и торопится к выходу. Он достает из кармана сотовый, набирает Вике.
– Алло, привет! – кричит он в трубку. – Какие у тебя планы на праздники? Конкретно на Новый год?
2.
В серый город пришел Новый год. Люди кричат прохожим: «С Новым годом!» – и в ответ слышат то же самое. Все стали улыбчивее и наполнились надеждой… То есть не все, а те, кто закупился заранее. Многие же стали злее и агрессивнее. А постой-ка в огромной очереди на кассе и в последний момент, когда кассирша с вами поздоровается, вспомните, что забыли купить мандарины и не получится сейчас сбегать. Как тут улыбаться?
Другие недовольные многие почему-то решили, что в этот день нужно срочно поехать на машине, а еще одни подумали, что пора дать выходной снегоуборщикам. Как итог – к обеду город завалило снегом и машины встали в бесконечную пробку.
И если спросите, для чего нужны такие мучения, никто вам толком и не ответит. Все пожмут плечами и крикнут: «С Новым годом!»
Во дворе обычной пятиэтажки безжалостно гудит машина, еще безжалостнее ее колеса скользят в свежей снежной яме. Сзади машину толкает Андрей. Он напрягает все силы, но от такого напряжения только его лицо меняется – краснеет.
Андрей резко выпрямляется, колеса машины продолжают крутится.
– Хватит! – кричит он. – Вика, стой!
Машина перестает напрягаться, и из пассажирского окна выглядывает лицо молодой брюнетки.
– А?
– Хватит! – повторяет он. – Баста.
– Ты сказал «Баста»? – Она глушит двигатель.
– И что?
– Не произноси это имя при мне! – говорит она и выходит из машины.
– Ой, я не имел в виду его… Я имел в виду, что конец.
– Сказал бы: «Достаточно», и все. Вот специально сказал «баста», чтобы меня позлить.
– Выдумываешь!
– Ага, я же всегда сочиняю, – с сарказмом соглашается она.
– Машину тут бросим, – решает он.
– Тут? Почти на дороге.
– А что делать? Потом вызовем такси, водитель нам поможет толкнуть, а деньги как за выезд оплатим.
Она забирает из машины вино, он – небольшой подарочный пакет. Андрей закрывает машину, и они идут к седьмому подъезду. На ходу он достает ключ от домофона.
– Я смотрю, у тебя и ключи есть, – замечает Вика.
Андрей не отвечает.
Писк домофона. За ними закрывается подъездная дверь. Андрей делает несколько шагов, останавливается и снимает шапку. Волосы мокрые.
– А я тебе говорила, что не нужно ехать на машине, – тараторит Вика. – Столько снега!
– А я тебе говорил не брать вино, и что? – Он расчесывает волосы.
– Если ты не пьешь алкоголь, значит никто не должен!
– А тебе сложно меня поддержать? – восклицает он. – И так сейчас будет цирк!
– Я и так тебя поддержала, согласившись идти к твоей бывшей жене на Новый год.
– Вообще-то, она не бывшая еще…
– Меня бесит, когда ты так говоришь! Ты даже в своей голове еще не можешь с ней расстаться.
Вика начинает подниматься по ступенькам.
– Только не надо опять про мысли сейчас… – Андрей убирает расческу и быстро догоняет Вику. – Мы идем к моей еще юридической жене, нам нужно подписать договор о разделе имущества. Это наша цель, а не напиться!
– Ха, хотела бы я с одной бутылки вина напиться.
– У нас бутылка вина, а у нее две бутылки виски. Вам на двоих – вот так… – Он проводит рукой по горлу.
– Откуда ты знаешь, что у нее будет две бутылки виски?
– А то я с ней ни разу Новый год не встречал.
– А со мной не захотел!
Он хватает ее за руку. Они останавливаются между четвертым и пятым этажом.
– Тут дело не в «не захотел», – говорит он. – Нам нужно до девятого января подписать документы о разделе. Я не хочу платить ипотеку, пусть она платит и живет в этой квартире!
– А ты снимать будешь?
– Ну… – Он мнется, замешкавшись, и выдает: – Вообще, я хотел переехать к тебе, будет же…
– Ко мне?! – кричит она.
– Ну да. А ты против?
– Э-э-э… Как бы тебе сказать… Одно дело – встречаться и встречать Новый год вместе, а другое – переехать ко мне и встречать Новый год у бывшей жены.
– Что ты заладила: «Бывшая жена, бывшая жена»? Мы договор подпишем, и я о ней забуду.
– И не будешь говорить мне, что Аня не клала в еду столько-то лука?
– Если она и вправду не кладет столько лука, я-то что сделаю?
– А что еще, напомни, я делаю неправильно?
– Например, сейчас ты ведешь себя как Брут!1 – восклицает он.
– Кто-о-о?
– Он предал Юлия Цезаря, и вроде даже говорят, что…
– Ха, ты, получается, у нас Цезарь, – перебивает она.
Андрей пожимает плечами.
– Ну знаешь! – Вика разворачивается и идет вниз.
Андрей вскидывает голову, а потом бежит за ней, хватает за руку.
– Ладно, – говорит он. – Меня тоже бесит эта ситуация, но ничего не поделаешь. Мне нужно отказаться от ипотеки, я ее тупо не вытяну.
– Глупая это идея, – говорит она. – Идти туда – все равно что выдать сигарету и спичку курильщику, который бросил курить.
– Теперь ты мои спички и сигарета, – улыбается он.
– Хорошо бы ты об этом помнил там.
3.
Пятый этаж. Двухкомнатная квартира с небольшой кухней. Посередине большой комнаты стоит высокая елка с включенными гирляндами, рядом – небольшой стол с приборами на четверых.
На диване возле стены сидит Вадим. Он в телефоне листает ленту, останавливаясь на глупых коротких роликах.
Наконец он понимает, что уже пора убирать телефон. Он тяжело вздыхает, встает, кладет телефон в карман, идет на кухню.
Там Анна, очень напряженно смотрит в окно.
– Во сколько они придут? – спрашивает он.
– Сейчас.
– Твое «сейчас» уже целый час идет. Жрать хочется…
– Съешь, вон, колбасы!
Он смотрит на стол. Там лежит колбаса, нарезанный огурец и хлеб. Он делает бутерброд, начинает есть.
– Он машину толкает, – говорит она.
– Зачем?
– Видимо, застряла. Зачем еще толкают машины?
– По-разному.
Она оборачивается к Вадиму.
– Что по-разному? Я не понимаю. Зачем еще толкать машину?
– Машину можно толкать просто так.
– Какой дурак будет просто так толкать машину?
– Откуда я знаю? Я просто констатировал факт, что так можно.
– Лучше двести раз подумай, прежде чем такую глупость говорить.
Она снова смотрит в окно, а Вадим делает второй бутерброд.
– Они идут к подъезду! – кричит Аня и тут же бежит в коридор, встает возле двери.
Он идет за ней. Она стоит, приложив ухо к двери.
– Обычно такие застолья заканчиваются убийствами, – с полным ртом говорит он. – В тюрьму неохота.
Она бросает на него презрительный взгляд.
– Вот был случай: знакомый моего знакомого, точнее, девушка знакомого моего знакомого рассказывала, что знакомый ее друга…
– Ты можешь помолчать? Они, кажется, ругаются.
– Ха, видно, он не такой, как я. Это я считаю, что ругаться вообще бессмысленно.
– Ты еще любишь болтать, когда тебя просят помолчать.
– Такой уж я человек…
– Да заткнись ты! – шепотом кричит она.
Он снова идет на кухню, делает третий бутерброд, возвращается.
– Они подходят, – шепчет Аня. – А она страшная…
Раздается звонок в дверь. Аня смотрит в глазок, но не открывает.
– Открывай, – подсказывает Вадим.
Она машет ему рукой, чтобы он замолчал. Снова звонок в дверь.
Аня отходит от двери ко входу в комнату.
– Ой, бегу, бегу! – кричит она.
Вадим, с недоумением жуя, наблюдает за ней. Она подходит к двери, широко улыбается и наконец ее открывает.
– Здравствуйте! – приветствует она, немного отходя в сторону, чтобы дать гостям возможность войти.
Вадим запихивает остатки бутерброда в рот, вытирает руки о штаны и, дожевывая, подходит к гостям. Протягивает руку Андрею.
– Андрей… – Гость не сразу пожимает руку.
– Вадим, – жуя, бормочет второй.
Немая пауза: у Андрея столько вопросов о Вадиме, а Аня ехидничает про себя, видя его озадаченность.
Вика толкает Андрея в бок. Он смотрит на нее. Она широко открывает глаза и сжимает губы, намекая, что пора бы вспомнить и о ней.
– А-а-а… Это Вика, – представляет ее Андрей. – А это Аня, а это… Вадим.
Вика протягивает бутылку вина Ане.
– Решила купить для стола, – объясняет она.
– Спасибо, – благодарит Аня. – Кстати, хочу вас предупредить, что я… Я решила не пить. Со вчера дала зарок не пить ровно месяц.
– Да ладно! – восклицает Вадим. – С чего это?
Андрей смотрит на Аню, Вику, бутылку вина.
Вадим.
Аня.
Вадим.
Аня.
– А я решил в этот Новый год быть немного пьяным, – бросает Андрей и улыбается. – Пора наконец.
– Фу, хоть ты, – выдыхает Вадим. – Виски же пьешь?
– Конечно, почему бы и нет.
– Что же ты раньше не сказал? – спрашивает его Аня с ехидной ухмылкой. – Я бы колу купила.
– Где бы ты ее купила? – восклицает Вадим. – Колы нет!
– Почему? Есть же наши аналоги, типа «Бочкари», – влезает в разговор Вика.
– Я же тебе говорил, – осекает ее Андрей, – кола «Бочкари» отдает квасом.
– Вот ты ваще прав! – восклицает Вадим и протягивает руку Андрею. – Квасная кола какая-то. А от «Доброколы» у меня язык немеет, как от лидокаина.
– Да-да, точно! Я все думал, что же мне это напоминает? Как у дантиста! – соглашается Андрей, трясся руку Вадима.
– Кстати, интересный факт: чем дантист отличается от стоматолога?
– Так! – Аня поднимает руки ладошками от себя. – Давайте сначала закроем дверь, вы разденетесь, пройдете в комнату, а там уже будем искать различия в колах.
– Кстати, вот… – Андрей протягивает Ане праздничный пакет. – Тебе подарок от ме… – Вика толкает его локтем. – …нас. Подарок от нас. Вадим, прости, но я… мы не знали, что ты тут будешь.
– Да не парьтесь! Я вообще не понимаю, зачем подарки дарить на Новый год. Это глупо. Лучше дарить подарки в непраздничные дни. Так интереснее.
Андрей подталкивает Вику вперед, чтобы закрыть дверь.
– Что тут? – спрашивает Аня, доставая из пакета коробочку духов.
– Это твои любимые…
– Да не стоило! Они же такие дорогие…
– Новый год же раз в году.
– Хороший подарок, – шепчет Вика Андрею, снимая шубку.
Все четверо проходят в комнату с елкой.
– Гости садятся на диван, а хозяева на стулья, – говорит Аня.
– Интересный момент, – замечает Вадим, – кто же в этой квартире хозяин, а кто гость?
– Юридически он хозяин, – пальцем показывает на Андрея Вика.
– Вика! – одергивает тот ее.
Она одаривает его злым взглядом.
– Наверное, я глупо выразилась, – говорит Аня. – Андрей и Виктория садятся на диван, а мы с Вадимом на стулья.
– Хочу вам заметить, что мне не нужна ваша ипотечная квартира, – улыбается Вадим.
– Сейчас не время для глупых шуток, – замечает Анна.
Вика и Андрей садятся на диван.
– Вот все-таки интересный факт, – говорит Вадим и улыбается. – Для глупых шуток никогда нет времени. Но если бы человечество хоть иногда глупо шутило, сколько бы радости у нас было.
– Вадим, пойдем поможешь мне, – просит Аня.
– Нельзя оставлять молодую пару одну в комнате, это чревато, – снова улыбается Вадим.
Аня тяжело вздыхает.
– А я что вспомнил… – говорит Андрей. – Откуда пошло выражение «не время для глупых шуток»? В древней стране, не помню какой, в Риме или Италии…
– Это одна страна, – перебивает его Вика.
Он с укором смотрит на нее, но продолжает:
– Ну, может быть, в Греции…
– Ничего себе разбег: Рим, Италия или Греция, – снова перебивает его Вика.
Андрей напрягается, сглатывает слюну.
– Короче!.. – почти выкрикивает он. – В древней стране, неважно какой… – Зло смотрит на Вику. – …если король или царь – как там у них, не помню, – считал, что у шута глупая шутка, то шуту отрезали язык. Поэтому, завидя короля, все шептали шуту, что сейчас не время для глупых шуток.
