Страница 2 из 5
– Ну в моей ситуации оно новое и тебе очень идет.
Уна закрыла глаза и почесала нос пальцем.
– Сдается мне тэн, только сделал мне комплимент. Меня готовят на роль старшей жены? – Уна тихо засмеялась.
– Думай, что хочешь. Что скажешь про наших гостей?
– Я тут походила между воинами, прибывшими с тэнами. Быть девушкой иногда шпионски полезно. Твои тэны, конечно, гордый и обходительный народ, даже когда задумывают убить тебя и забрать наши земли.
– Не могли твои источники просто пускать пыль в глаза и выдавать желаемое за действительное?
– Не думаю, особенно люди тэна Хара из Хаветсхейма, которые прямо сказали, что они ждут не дождутся переехать в Айсборг.
– Раз, они и впрямь такие коварные, то нам тем более надо ускорить повышение обороноспособности.
Уна поморщилась и скривила умильную мордочку.
– Ну, я думаю, что не все из них планируют убить нас. Но Хар меня беспокоит – не зря же его называют Костоломом. Снорри изображает милого старого дедушку, не хватает красного колпака и будет вылитый Дед Мороз. При этом все знают, что он уже давно спит и видит себя владетелем Айсборга. Хакон недавно женился и пока ему своих проблем хватает. Насчет Ормхильды не знаю. Вероятно, ей лично не будет никакой выгоды, если нас уничтожат, но она всего лишь проводник воли Кнута Железного, а кто знает, что нужно ему…
– Ладно, я пошел изображать радушного хозяина.
– Удачи – и будь осторожнее!
Пока я пробирался к гостям до моего слуха донеслось как один из гостей спрашивает другого: «А где Кетиль Торкельсон? Да и из его сыновей никого нет. Не к добру это». Я зафиксировал этот факт, но пока ничего не мог предпринять по этому поводу. Кетиль самый ярый противник отца и после его смерти от этой семейки можно ждать любых пакостей. К тому же вчера никого из них на собрании не было, а значит в выборах меня тэном они не участвовали. Теперь у них есть право меня тэном не признавать.
Чтобы показать максимум уважения сначала я добрался до Ормхильды Дочери дракона – самой влиятельной из гостей. Когда я подошел к ее месту, то удостоился вежливого кивка с приветливой улыбкой. Не зря мы в окрестностях Годхавна задания выполняли. Рядом с ней её правая рука и лучший воин Годхавна Скаллагрим. Он мне кивнул значительно более дружелюбно, чем его хозяйка. Всё-таки это мы его проблему с троллем решили. У стены защищая спину хозяйки расположились несколько ее воинов. Из оружия только саксы, но я бы не хотел проверять их воинские умения.
– Церемония была запоминающаяся, Андбьёрн. Скальдам она даст много пищи для создания поэм. Ингвар был великим воином. Это большая потеря для всех нас. Я приношу соболезнования от жителей Годхавна и от имени конунга. Должна тебе сказать, я всегда советовала ему не забивать себе голову землями за морем. Мы все слышали байки торговцев и скальдов про незащищенные берега и сокровища, что там хранятся, но там куда опаснее, чем рассказывают. Я жалею, что он погиб, но я рада что он умер с мечом в руке, – речь Ормхильды лилась плавно и размерено. Вот что значит быть правителем. Буду учиться также изъясняться.
– Ты хорошо знала моего отца?
– Я знала его как могучего воина. Мы вместе сражались в битве в долине Троллей. Когда твой конунг будет нуждаться в тебе, надеюсь, ты послужишь ему также хорошо, как служил твой отец.
– Мой отец научил меня всему, что знал сам.
В ответ на мою реплику ярл Ормхильда кивнула. Возможно стоило сразу объявить, что буду служить конунгу как мой отец, но я решил пока увильнуть от прямого ответа.
– Меньшего я от него и не ожидала. Я наслышана о твоих подвигах возле Годхавна, но предводитель ничто без дружины. Негоже будет явиться на зов конунга с малыми силами.
Тут я с ней полностью согласен, особенно в моей ситуации с местными тэнами. Нужны срочно люди и желательно преданные мне. Да где ж их взять.
– Спасибо за то, что посетила наш пир. Ты оказала нам большую честь.
– Конечно. Меча твоего отца нам будет очень не хватать в схватках с галатами и другими конунгами.
– Очень жаль, но мне пора идти. Наслаждайся пиром.
Старая воительница улыбнулась. Она изящно села на стул и наколов на кинжал кусок кабана положила на свою тарелку. Система пиликнула о повышении репутации с Годхавном.
Альвгейр вместе с Бьёрк расположился возле дверей с рогом, полным медовухи. Он наблюдал за гостями с едва заметной улыбкой, при этом не забывая что-то шептать на ушко Бьёрк. Молодая знахарка смущается и краснеет. Увидев меня, он приветственно кивает и салютует рогом.
– Отличный пир, тэн. Занят развлечением гостей?
– Приходится оказывать всем знаки внимания и повышать репутацию. Я смотрю вы с Бьёрк поладили?
Альвгейр заговорщически подмигивает.
– Если бы я раньше знал, что тут живет такое чудо уже давно бы перебрался на этот остров. После этих слов Бьёрк опять зарделась и смутилась.
– Ты видел хускарлов Хара вон там в углу? Брюнья и Скегги имена у них говорящие – Кольчуга и Топор. Я слышал про них всякие истории. Уна, кажется, тоже готовится к каким-то неприятностям, так что я решил не увлекаться медовухой и смотреть в оба. Мне Бьёрк одно зелье сварила, «Чистая слеза» называется. Добавляешь в медовуху и ни в одном глазу. Чист как стеклышко.
– Спасибо, осторожность не помешает.
Альвгейр движением головы указывает в сторону Хвидульфа.
– Кстати говоря, присматривай за здоровяком. Он с друзьями весь вечер просидел лоб ко лбу. Подозреваю, они что-то замышляют. Думаю, может завязать с ними драку. Я хочу, чтобы этот пир запомнился, а кто ж станет травить байки про пир, на котором не было драки?
– Я буду за ним приглядывать.
– Насчет драки я пошутил. Приглядывать за ними оставь мне. Это твой пир – расслабься и получай удовольствие. Я дам тебе знать, если что-то случится.
Я решил не откладывать в долгий ящик и узнать каковы намерения Хвидульфа. Подходя к ним поймал себя на мысли, что эта троица напоминает мне Драко Малфоя с Креббсом и Гойлом из «Гарри Поттера». Как подсказала система Хвидульф мой дальний родственник. Наши семьи долгие время правили кланом поочередно. То, что я вчера его осадил ничего не значит. Он понимает только язык силы. Уже то что он отложил свои претензии на после пира говорит, что честь для него не пустое слово. Воин он умелый, работник усердный. Надо найти варианты заполучить его себе в дружину.
Как и сказал Альвгейр он с друзьями о чем-то активно разговаривал. Когда я подошел он поднял на меня взгляд. А вот его друзья сделали вид что меня не замечают. Ладно карапузики, мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним. Хвидульф поднялся и начал говорить уважительным, но холодноватым тоном.
– Смерть твоего отца большая утрата для всех нас. Он был воином и умер с оружием в руках, – он уже пирует в чертогах Отца битв с другими героями. Нет лучшего конца для мужчины и воина.
– Благодарю. Надеюсь после вчерашнего разговора между нами нет вражды.
Кажется, Хвидульф некоторое время обдумывает это, прежде чем ответить.
– Я уважал твоего отца, как великого воина, но я никогда не скрывал, что мне не нравилось, как Ингвар правил нашим кланом. Ты его сын, но это не дает тебе право быть его преемником. Наш клан нуждается в лучшем правителе чем твой отец. Этот пир – в его честь, и здесь я не стану ни оскорблять его память, ни вызывать тебя на поединок за право быть тэном.
– Думаешь, ты больше подходишь для того, чтобы быть вождем клана?
Хвидульф наклоняется вперед и смотрит вам прямо в глаза.
– Да
– Несмотря на все те претензии, что были мной вчера тебе высказаны?
– У нас в клане не принято передавать право правления от отца к сыну. Если мы снова хотим стать сильным кланом, мы должны выбрать тэном самого сильного воина. Ты не самый сильный из нас – всего лишь наименее слабый из детей твоего отца. Если ты думаешь, что боги будут на твоей стороне, у тебя будет шанс – это проверить – но я не буду ждать, пока ты будешь вести клан к смерти.
– Ты сам сказал, что мой отец был великим воином, но плохим правителем. И теперь настаиваешь, что надо опять выбрать самого сильного воина.
– Я все сказал.
– Ты ошибаешься. И я тебе это докажу.
Хвидульф просто кивает, после чего возвращается к своим друзьям. Буду надеяться, что хоть какое-то сомнение мои слова в нем зародили. Пробираясь дальше услышал разговор местных бондов Льёта и Астрид.
– Хар оказался внушительным мужчиной, – сказала Астрид мужу
– Ты так говоришь, что я ревновал?
– Нет, просто я теперь понимаю все эти рассказы про то, что он подмял под себя Хаветсхейм.
Похоже Хар главная моя проблема среди тэнов. Как же не хватает времени на решение всех проблем. Куда закинуть денег на открытие второй очереди строительства и где взять ускоряющие кристаллы?
На дальнем конце стола нашел своего младшего брата Торбьёрна. Он всегда любил музыку и сейчас он играл на своей лире и пел какую-то героическую балладу. Когда я приблизился он поднял глаза и тепло мне улыбнулся. Похоже братья относятся к друг другу хорошо. Хоть здесь без проблем.
– Привет бра…, – то есть, я хочу сказать, мой почтенный тэн. Как дела? – с легкой ухмылкой говорит Торбьёрн. Похоже мои проблемы его немного забавляют.
– Кажется, я до сих пор не могу поверить, что отца больше нет.
Торбьёрн робко кладет руку мне на плечо. Я едва слышу его мягкий голос – на пирах всегда очень громко, нахлынуло ощущение, что я школьник в школе на перемене.
– Отец был воином, нет никаких сомнений в том, что он сейчас пирует в чертогах Отца битв. Прости, что я не могу тебе помочь разобраться с этим бардаком, ты ничем этого не заслужил.
– Не беспокойся. Я горжусь тем, что занял место отца.
Торбьёрн хитро улыбнулся.
– И тебе есть чем гордиться. Я знаю, из тебя правитель получится лучше, чем из него. А теперь ступай, ты должен быть радушным хозяином. Поговорим позже.
Наконец я добрался до тэнов. Первым оказался Снорри – тэн восточного клана.
– Ингвар сейчас в Вальхалле, Андбьёрн. В этом нет никаких сомнений. Он умер, с оружием в руках. Но пока он пирует с героями, ты остался здесь расхлёбывать то, что он заварил. И работы тут невпроворот.
– Ты худо говоришь о моем отце на пиру в честь его похорон?
Старый вождь поднял руку, останавливая меня.
– Нет, твой отец достиг вершины в мастерстве воина. Не было лучшего мечника во всей Восточной марке. Он всегда был в самом жарком месте любой битвы и враги страшились сойтись с ним лицом к лицу. Но насколько он был великий воин, настолько он был никудышный правитель. Он нисколько не заботился об Айсборге. Я много раз ему говорил об этом, но он только отмахивался, собираясь в очередной поход. А возвращался он всегда с пустыми местами на веслах боевого корабля. Из-за такого пренебрежения у него было много врагов среди членов собственного клана. Ты же понимаешь, что за трон тэна тебе придется сражаться?
– Никто в этом клане не подходит на роль правителя больше чем я. Я знаю, что нужно делать для процветания клана. Я справлюсь.
– Что ж, будем надеяться, что ты прав. Главное, чтобы недруги твоего отца слепо не перенесли на тебя свое отношение к нему. По крайней мере, все видят, что ты можешь закатить отличный пир!
Снорри одним глотком опустошает рог медовухи и зовет трелля, чтобы тот вновь наполнил её. После этого он садится на свое место. Левой рукой он обнял молодую девушку, похоже очередную наложницу. Насколько я помнил жена Снорри умерла несколько зим назад и новую он официально не брал, чтобы не добавлять претендентов на трон тэна. А вот сидящий справа мальчишка кинул на меня внимательный взгляд. Харальд Снорриссон подсветила система. Похоже младший сын. Надо сказать, Уне, чтобы прощупала его, кажется это тоже игрок.
Следом я пробрался до мест, занимаемых тэном Хаконом и его людьми. Он недавно женился и прибыл на пир со своей женой Эйрой. На мое приветствие он, как и все сказал, что отец был великим воином, но было видно, что все его мысли крутятся возле молодой жены. Не стал дальше его отвлекать и отправился навстречу самой большой проблеме.
Самой большой проблемой среди тэнов был Хар Костолом – тэн Хавестхейма.
Когда я приблизился Хар отодвинулся от стола вместе со стулом, который громко проскрипел по деревянному полу. Его лицо выражало неподдельную симпатию. Точно специально так сделал, чтобы привлечь внимание всех к нашему разговору. Ладно старый лис еще посмотрю чья возьмет.
– Андбьёрн, мальчик мой, как же мне жаль твоего отца. Если жители Хавестхейма что-нибудь могут сделать, чтобы помочь тебе в эти непростые времена, ты только скажи.
– Времена непростые, но люди Айсборга переносили и не такие. В любом случае благодарю за предложение.
– Не за что. Мы все жители Исэя и должны объединиться, чтобы противостоять любым угрозам.
Поиграв на публику, Хар наклонился ко мне, опираясь локтем на стол. Начинается самое интересное – сейчас мудрый дядечка будет меня прощупывать.
– Расскажи-ка мне, мне каковы твои планы и что ты будешь делать с этим местом? Как ты собираешься править кланом?
Так я тебе и выложил все мои планы. Надо попробовать его спровоцировать на активные действия.
– Я начну улучшать нашу оборону.
– А ты в самом деле сын своего отца? Только не забывай про свой народ в стремлении защитить его.
Он глубоко вздыхает и откидывается на стуле.
Если бы ты знал насколько ты близок к истине в своем предположении.
–Ты же наверняка знаешь, что я сражался бок о бок с твоим отцом много лет назад. Мы были с ним очень похожи. Этот человек по-настоящему любил сражения – в отличии от его братьев. Запомни мои слова, Андбьёрн: истинные узы куются в бою, а не скрепляются родственной кровью. Он приходил ко мне за советом из-за моих связей в Бирке. Он планировал отправиться в новое путешествие. Следовало предупредить его о том, во что он ввязывается.
– А причем тут Бирка?
– Моряки из Бирки добрались до земель ромеев – я слышал об этом много историй, потому что бывал там по торговым делам. Твой отец хотел узнать, насколько эти истории правдивы. Ох, я уже отнял у тебя слишком много времени. Я знаю, что тебе нужно развлекать и других гостей. Может быть, поговорим позже, после пары кружек?
Хар кивает себе, и сосредотачивается на стоящих вокруг него блюдах. Вот старый интриган. Думает, что я кинусь как отец на край света в поисках воинской славы и сокровищ? Кинусь, но только после того как обеспечу себе надежный тыл. Все можно возвращаться на свое место. Долг радушного хозяина выполнен, пора и поесть. Я отправился на свое место во главе стола, как до меня долетел разговор хускарлов Хара.
– Это, пожалуй, самый жалкий бражный зал на всем севере, сказал Скегги своей соседке, так чтобы я услышал.
– Раз уж ты решил оскорблять наших хозяев, делай это хотя-бы шепотом, – ответила ему Брюнья.
– Мне доводилось слышать, что Ингвар на долгие годы забросил свой клан, но это совсем печальное зрелище.
– Может его сын справится лучше.
– Сомневаюсь, что он проживет достаточно долго, чтобы воспользоваться этим шансом.
Ну что ж – кто предупрежден, тот вооружен. А недооценка противника – самая большая ошибка, которую можно совершить. И надеюсь – это будет не моя ошибка.
Я вернулся на свое место и гости начали возносить хвалу отцу, пить и есть. К пиру мы подготовились – столы ломятся от еды, а свежесваренная медовуха течет нескончаемым потоком.
Наконец я добрался до еды. Рядом мать, что-то рассказывала Уне, как вдруг я увидел, что Альвгейр вскакивает и выходит наружу. С улицы донесся звук разбитого горшка и людские крики. Тут же распахивается дверь, и в проеме появляется Эгиль Кетильсон с мечом в руке. Снаружи виднеются его братья Сване, Гунде и Бонди, возвышающиеся над лежащим на земле Альвгейром. Эгиль с отвращением осматривает собравшихся.
– Какой роскошный пир в честь такого дерьмового тэна.
Тут он увидел меня. Он поднял меч и обвинительно указал в мою сторону.
– Андбьёрн! У твоей семьи был шанс заслужить наше уважение, но вы им не воспользовались! Выходи и защищай свою честь – иначе мы сожжем твой дом дотла.
Вот и поел мяска. Уна вскакивает, уже зажав в руке кинжал. Раздаётся голос матери, который бурлит от отвращения.
– Эгиль, жалкий ты пьяница! Как ты смеешь посягать на честь своего тэна во время пира во славу его отца?! Твоя семья дорого за это заплатит!
Эгиль повернулся нам спиной и уже вышел во двор. Взоры всех гостей направлены на меня в ожидании. Мать наклонилась и прошептала на ухо.
– Тебе придется разобраться с этим. Если другие тэны подумают, что мы слишком слабы и не можем ответить на оскорбление семейной чести…
Система подсуетилась и оперативно выдала задание «Семейка Адамс. Решите проблему с семьёй Кетиля Торкельсона». Ладно, дорогие гости. Вы хотите увидеть пышущего праведным гневом тэна – вы увидите его. Вскакиваю с места.
– Я этого не потерплю. Уна ты со мной?
Пока мы пробираемся к выходу за дверь выскакивает Бьёрк.
– Если с Альвгейром будет плохо, убей из всех тэн!
Задерживаюсь у стойки с оружием. Делаю вид, что перебираю оружие на стойке, а сам экипирую свои доспехи и оружие из инвентаря. Тоже самое делает Уна. Большая часть гостей выходит вслед за нами во двор и встает за нашими спинами полукругом. Я смутно слышу, как в толпе другие тэны обсуждают наше с Уной вооружение, особенно комплект валькирии. Бьёрк бросается к Альвгейру, чтобы помочь ему подняться. Струйка крови стекает у него по щеке, но он, похоже, готов сражаться.
– Четверо на одного! И это сыновья Кетиля Торкельсона называют честным боем? – бросает им Бьёрк с презрением в голосе
В ответ на ее слова Сване, брат Эгиля, презрительно усмехается. Кажется, он пьян. Хотя похоже они все пьяные.
– Помолчи, женщина. Это он начал.
– Твой отец знает, что ты здесь и позоришь его имя? – я попробовал урезонить Эгиля.
Эгиль начинает беспокойно переминаться, когда замечает собравшихся позади вас тэнов. Похоже на такую аудиторию он не рассчитывал.
– Нет, но он будет гордиться нами, когда Хвидульф в итоге станет нашим тэном и будет править нами вместо тебя.
Из толпы за спиной вышел Хвидульф и достал оружие.
– Ты зашел слишком далеко, Эгиль, – в этом нет чести. Андбьёрн, я вынужден встать на твою сторону.
Спектакль явно пошел не по сценарию. Эгиль некоторое время стоит задумавшись, в его глазах играет страх, смешиваясь со смущением, но он быстро берет себя в руки.
– Хорошо. Мы вас всех убьем! Тогда я буду тэном.
Альвгейр уже облачился в доспехи и встал у меня за спиной. Я в центре, справа Уна, слева Альвгейр. Хвидульф помедлил, но тоже встал рядом со мной.
Братья Кетильсоны выстроились в ряд. Чисто по бойцам ближнего боя у них преимущество, но воспользоваться они им не успели. Резкий свист стрелы и один из братьев падает на землю. Остальные выше подняли щиты и кинулись вперед. Уна сделала выпад и еще один брат открывшийся на замахе резко сгибается и падает. Я принимаю меч Эгиля на щит и делаю выпад. Хмель мешает ему среагировать и лезвие погружается в тело. Эгиль замирает на секунду, но снова обрушивает меч на выставленный щит. Я снова отвечаю и снова попадаю. Жду очередной удар, но не дожидаюсь. Эгиль лежит на земле под ним растекается лужа крови.
Из всех братьев только Гунде стонет и пытается сесть на промерзшую землю. Альвгейр подходит к побежденному крестьянину и пинком отбрасывает его оружие. Гунде медленно поднимается на ноги. Он с ужасом смотрит на тела братьев и не горит желанием продолжать битву. Бьёрк смотрит на уцелевших со смесью презрения и печали.
– Что нам с ним делать? – спросила Уна
– Пусть идёт и передаст отцу, что с ним я разберусь в другой раз.
Гунде не подбирая оружие подавленно уходит. Сегодня гордости семьи Торкельсонов был нанесен страшный удар, и вряд ли на этом все закончится. Система обновила состояние задания «Семейка Адамс».
Гости наблюдают за происходящим с мрачными лицами, по которым нельзя понять, что они думают о произошедшем. Надо добавить толику пафоса.
– Вот что происходит с моими врагами. Пусть все это запомнят.
Хвидульф выходит вперед, похоже он нисколько не утомлен боем.
– Я поддержал тебя, потому что Эгиль и его братья перешли грань – не пристало членам нашего клана убивать друг друга в пьяных потасовках. Андбьёрн, сын Ингвара, я бросаю тебе вызов и оспариваю твое право именоваться тэном.
Жаль, я надеялся демонстрация моей воинской силы умерит его пыл. Гости начинают возбужденно шептаться. Альвгейр говорит слишком тихо, чтобы его услышал кто-то кроме меня и Уны.
– Нет, подумать только, вот ведь отродье троллей!
– Он имеет право бросить такой вызов. Но время мог бы выбрать и получше, – подала голос Бьёрк
– Хвидульф, сын Мунульфа, я принимаю твой вызов.
Он кивнул, несомненно довольный.
– Встретимся завтра в полдень на острове. Да будут боги к тебе благосклонны.
После этого он ушел в сопровождении своих друзей.
Система пиликнула и закрыла задание «Пир», отсыпав всем по три очка навыков. Вот как это понимать? Пир еще идет, а задание закрыто. Вот если я сейчас развернусь и свалю в ночь, то-то гости обрадуются и мне плюшек репутационных отвесят. В ответ на мои мысли Система выдала новое задание «Остров невезения. Победите Хвидульфа с максимальной пользой для всех». Вот так вот значит. Ладно буду думать, как этого достичь. Хотя в одном анекдоте на это был простой и понятный рецепт – Нечего думать, бежать надо. Но сначала надо обсудить что дальше делать с Альвгейром и Уной.
Альвгейр снова попал в заботливые руки Бьёрк, но стоило мне подойти он ловко вывернулся и подошел ко мне.
– Здоровяк все-таки решил проверить тебя на прочность?
Подошедшая Уна решила вставить и свои пять копеек.
– Похоже в клане твоего отца проблема на проблеме. Чем он так не угодил этой семейке?
– Надо аккуратно спросить у матери, чтобы не вызвать лишних вопросов.
– Насколько я слышала от жителей, Кетиль Торкельсон – отец этих оболтусов строгий мужчина. Как у него могли вырасти такие глупые дети?
– Ну это явно пагубное влияние улицы и затянувшийся переходный возраст.
Уна непонимающе уставилась на меня, а Альвгейр в голос заржал.
– Хватит ржать, что там вообще случилось?
– Я услышал голоса на улице. Выхожу, а там эти спорят: поджигать зал или нет.
– Я им говорю, мол вы чего с дуба упали? Там все тэны и ярл. И тут мне как в голову прилетело. Я упал. Я даже не представлял, что местные НПС могут вот так взять и поджечь дом с живыми людьми.
– Привыкай, это тебе не просвещенный запад. Хотя если посмотреть на то, что творили твои земляки на Ближнем востоке, они от этих не далеко ушли. В следующий раз или нас жди, или оружие заранее доставай.
Альвгейр хмыкает.
– Думаю одного раза, чтобы запомнить мне достаточно.
– Вчера на собрании мне показалось, что определенная поддержка у меня есть, а вот после сегодняшних событий мне кажется весь клан против меня.
– Когда кажется креститься надо.
– Ты решил от меня избавиться, чтобы меня сожгли во славу Отца битв?
– Твой отец делал все, чтобы получить эту ситуацию. И сейчас все просто боятся, что ты пойдешь по его стопам.
– Назвался груздем, полезай в кузов. В любом случае проблему семейки Кетиля Торкельсона надо решать сразу после поединка.
– Ты так уверен в своих силах?
– Ну с моим оружием и доспехами я должен Хвидульфа победить.
Бьёрк поднялась и подошла к нам.
– Тэн забыл правила поединка на острове?
– Напомни.
– На острове нельзя использовать свое оружие и доспехи. Самые простые мечи и щиты. Поединок на острове выражает волю богов.
– Значит придется идти к кузнецу.
– Но никто не запрещает этой воле помочь.
– Что это значит?
– Старая колдунья научила меня многому. Я могу немножко его испортить.
– Боги не обидятся?
– Боги поощряют смелых, сильных, ловких и хитрых
– А Хвидульф?
– Я уверена мой тэн защитит меня.
– Тогда можешь испортить Хвидульфа.
Мать возле входа в бражный зал о чем-то беседовала с Ормхильдой. Остальные тэны уже вошли, но у входа словно чего-то ожидая маячила Брюнья – хускарл тэна Хара. Из-под тщательно расчесанных волос на меня смотрели темные глаза. От этой женщины веяло тайной и опасностью. Я подошел, и она обратилась ко мне.
– А ты быстро разделался с этими ослами. Такие парни мне по сердцу.
Я несколько опешил от услышанного, но уточнил.
– В смысле?
Именно по этому вопросу в свое время в городе Москва узнавали жителей города Саратова. Такая была у них фишка.
– Нельзя разозлить меня и выжить. Ты я смотрю сделан из такого же теста.
Похоже тетенька кровавая маньячка. Хотя какое время – такие и люди. Похоже это здесь норма. Придется подыграть, чтобы не прослыть слюнтяем.
– Признаю, мне понравилось.
Она хищно облизнула губы, живо напомнив про змею на знамени их клана.
– О-о тебе понравилось, правда? Вот и славно.
Точно маньячка.
– Но на будущее запомни, что о таких вещах распространяться не стоит. Хитростью можно добиться гораздо больше чем грубой силой – даже в этой дыре.
Она подошла ближе и обжигая меня горячим дыханием прошептала мне на ухо.
– Мне пора, но я уверена мы еще встретимся.
После этого она поворачивается ко мне спиной и скрывается в доме.
– Что ей было надо? – голос подошедшей Уны выводит меня из задумчивости.
– Похоже эта дамочка тащится от сильных парней вроде меня и вида крови.
Уна пихнула меня в бок.
– Смотри у меня, а то я сама ей кровь пущу.
– У-у кто-то согласен стать старшей женой?
Уна снова пихнула меня в бок и тоже скрылась в доме. И что это было? Уна ревнует? Надо это обдумать. Мать освободилась от Ормхильды, и я подошел к ней. Она обняла меня. В глазах стояли слезы.
– Прекрасный бой дитя мое. Твой отец гордился бы тобой.
– Клан воюет сам с собой. Похоже отец действительно был не лучшим тэном.
Она отстраняется и произносит, глядя в сторону.
– Ингвар был великим воином, но никудышным правителем. Хотя на севере он был не лучше и не хуже большинства тэнов. Дело не в нем, дело в жажде славы и богатства.
– Завтра мне снова нужно сражаться. На этот раз с Хвидульфом.
– Хвидульф умелый воин. Я не хочу завтра оплакивать еще и тебя. Нужно как следует подготовиться.
– Что тут можно сделать?
