Занозы

Проект ― понятно. Это как раз то, что Зося рассказывал: в издательство позвали сразу и чужую книгу писать, и его рукопись взяли, над которой он пять лет корпел. Представила, как он носился в переднике по квартире, колотя поварешкой по кастрюльке. А за ним бегали Настя и мелкие Коля с Олей, смеялись пытались поймать и оседлать радостного дурашливого отца.

Я крепко зажмурилась, чтобы согнать внезапную пелену слез.

Дети лишились полюса отцовского шалопайства. Остался только северный полюс маминой стерильности. Со строгой, любящей чистоту Катей, наверное, не устроишь дома развесёлый бедлам и кутерьму.

23 июля

«Объявили результаты шорта. Не судьба. Ну чего уж, не в первый, не в последний, как говорится…»

Почерк стал увереннее и читать намного легче.

«Зато кипит работа. Мне бы пару прицепов времени раздобыть. Дети спят мало. Жена дома сидит много. Время ― песок. В туалете запираться на час каждый раз ― не выход, конечно. Я ж не Набоков какой.

Больше никаких конкурсов! Ожидание сжирает столько энергии! За неделю осилил только первые главы. И хоть тресни ― не могу разорваться между проектом, домашним очагом и романом. Где бы найти карманы времени?.. Будь я фантастом…».

24 июля

«Прочёл конкурентов. Успешных и талантливых во всех местах. Не хотел, но прочёл, чёрт их дери!

И это юмор?! Это смешно, по-ихнему?! Где сюжет?

Стендапятина какая-то.

Херня!!

В личные сообщения написал этому, толстомордому из жюри.

Хрен он ответит, но хоть душу отвел. Не все дневник руганью марать, вдруг кто читать будет…

Ни вчера, ни сегодня ничего не сделал. Идите в жопу, господа! Читайте своих молокососов с ТНТ!».

Он не любил юмористические шоу. Точнее, писал, что не любит. Советовал мне юмору учиться не по телефункину (он так телевизор называл), а по книгам, не переводным, нашим: Чехов, Зощенко, Аверченко…

Хотя, сам он частенько пользовался юмором не классическим. В комментариях ответов оппонентам не брезговал грубостями, как заправский стендапер.

2 августа

«Я конечно понимаю, что все-таки придется планировать работу «писателем», тем более, если работаешь с редактором.

Раскидываться, как я это делал долгие годы, не получится. А вот если я залезу на определённый уровень, возможность творить хаотично и пьяным вернется. Если захочу…

Иногда так охота покуролесить! Как одна мадам вчера в ВК написала: «не терять трепета от чувства новизны,

… каждый раз смотреть на самые обычные вещи под разным углом, искать новые пути среди протоптанных дорог, находить «вкусное» в любом тексте, менять, улучшать…

…проживать каждый день, «как будто дан мне день один».

Вот! Отлично сказала девчуха! Обязательно вверну это в монолог кисейной барышни какой-нибудь».

Ой! Кажется, это мои слова.

Вытащила смартфон, пригревшийся в кармане, попробовала пролистать до начала переписки. Скролить километры наших дискуссий ― так себе занятие. Надоело минут через пять. Зашла на стену и решила отмотать год вниз.

Точно-точно! Это был марафон. Все пишут. Все всех читают и комментируют. Брожение умов в действии. Бессмысленно и беспощадно. Но весело, и куча знакомств! Проскролив стену личной страницы до бесячки, обнаружила те самые слова.

– Люди! Это мэтр меня имеет в виду. Всех кисейных барышень Зося рисовал с меня! ― пропищала я в пустоту темной комнаты с балкона.

Забавно такое узнавать. Этим можно даже гордиться. А перед кем? Вокруг меня людей не было. Шумел только детсад за окном. Им бы спать в такой час ― детей, стоящих группками под кленами забирали по домам, ― эвакуация, что ли?

Мой чай кончился, а у Зоси в чашке ― остыл.

– Ничего страшного, если я выпью за тебя? ― Зося не ответил. ― Так же положено ― пить за тех, кого нет с нами?

Холодный чай после жаркого дня был в тему. Читать уже было немножко лениво. Слишком много всего, хотелось отдохнуть, глядя в белый потолок, и подумать о жизни. Но счастливое воспоминание об августе прошлого года тянуло обратно к Зосиным закорючкам.

6 августа

«Мысли как обезьяны скачут туда-сюда, туда-сюда.

Надо хотя бы выспаться. Скорее бы сентябрь.

Настена ― в школу, малыши ― в сад, я ― спать! А то мозг примата отказывается функционировать в режиме «работа».

А дальше рассказ. Несколько страниц перелистнула. Я его помню ― читала на портале. Интересно, конечно, черновик с результатом сравнить, но позже.

Вложила лист из блокнота вместо закладки. Скептически посчитала страницы, подходящие к концу. Заглянула под стол. Сколько тут? Когда уже доберусь до тайной писательской жизни?!

16 августа

«Депрессия не от неделания, а от бессмысленности делания.

Попал в воронку.

Потихоньку, шаг за шагом, и вот я уже совершенно пустой.

Ничего не хочу.

Нет, хочу, но только спать. Более меня ничего не интересует. Ни книги, ни кино, ни общение, ни секс. Даже в окно смотреть не хочу. Когда уже сентябрь?!

В голове только две мысли:

«Все сжечь!»

«Уехать к чертям!»

А! И сопли ещё.

Всё!

Вот это действительно всё…»

Да. Сложно, наверное, писать, когда дети на голове скачут. Непонятно только, где их мать? Приходишь, такой с работы, а тебе в зубы несмолкающий колокольчик. Хотя, он тут писал, что днем выспится. Не ясно, работал или нет… Ах да, Катя говорила, что уже год дома сидел.

18 августа

«Раньше мне казалось, что депрессия возникает, когда не знаешь, куда двигаться, как реакция на безысходность. Вот сейчас знаю, что надо делать и для чего, но не хочу! А время идет, и от этого становится еще хуже…

А что я хочу?

Двойного рома бы и гамачок на берегу Мексиканского залива.

Но не Хемингуэй, увы.

Да и среда социальная не позволяет. «Быстрее, выше, сильнее» ― обороты растут, а просмотры нет. А надо!

Вот вчера по тегу листаю посты. Первый ― скука смертельная ― сердечко, комментировать не стал. Второй ― занудство и вой на болотах ― сердечко, без комментариев. Третий ― полотно текста. Кажется, даже точка только в конце, читать не стал ― сердечко за попытку, комментария недостойно. И так далее.

Думаю, вот пятнадцать участников обойду, посмотрю статистику у себя и полный офлайн на вечер.

Скучища! Всем ― сердечек за старания. Перехожу на свой пост ― бац! ― пятнадцать сердечек, ни одного комментария.

Сплошные единомышленники, блин! И ни одного читателя из целевой аудитории.

Бегут микроблогеры ― сами себе писатели и читатели, а толку? Зачем мы туда бежим?

Вопросы чаще, чем что бы то ни было, заставляют меня двигаться. Но нет человека, который задавал бы правильные вопросы.

Приходится самому себя вытаскивать. С утра перелопачивать новостную ленту, цепляться к словам и только тогда случайно находятся правильные вопросы.

Если бы ты знал, как западло это делать! Сколько на это уходит сил! Но ничего не сравнится с удовольствием внезапной эврики.

Если бы не этот дурацкий марафон, если бы не этот обмен энергией… Пусть даже так. Но без этих лайков было бы совсем кисло.

Ни шатко ни валко проект движется. Но на роман меня уже не хватает.

«Зачем тебе эта движуха в сети, у тебя и так все хорошо. Хватит читать бестолочь всякую, сиди ― пиши» ― говорит.

Вот идиотка! Если не этот марафон, я сдохну!»

Меня передернуло. Я ему тоже так говорила. Может, это он не обо мне? Тяжело осознавать, что своими «добрыми» советами, я могла его обидеть. Но на моем месте это мог сказать каждый. Вон, хоть бы его жена! Может это она и сказала… Мимо окна промчались с визгом стрижи. Зосечка, прости меня за все мои добрые намерения.

21 августа

«Два дня недоволен. Два дня настраиваюсь на роман, но в итоге делаю всё, что угодно, только не пишу. Хотя дела не стоят на месте, конечно.

Ридеро со новым заданием нарисовались. Копейка, а не откажешь. К тому же второе издательство совсем не платит, только отжимает время. А денег хочется! Хотя бы чуток, хотя бы как «спасибо»

Роман даже на треть не осилил.

В начале пути всегда кажется, что не смогу, не справлюсь. Впереди еще так много работы. Как идти вперед без поддержки, результатов и даже без денег?

Вот, допустим, директор говорит продавцу тапочек для тараканов: «Денег нет, но вы держитесь.

Полгода.

Через полгода, если хорошо будете работать, получите пять процентов».

Приблизительно так ведь работает издательской схема?

А голого энтузиазма надолго ли хватит? Справлюсь ли я?»

Еще как справишься! Я-то знаю, что через полгода выйдет его хитовый сборник рассказов с марафона. А роман…

Роман тоже выйдет. Скоро выйдет из печати. Жаль, что ты его не увидишь. Зато ты видел, как жарко читатели встретили электронку. А все эти проекты, отзывы и аннотации ― суета сует, к сожалению. Ни денег, ни удовлетворения тебе не принесут.

Так и хочется крикнуть в прошлое: «Зося, опомнись! На что ты тратишь время?! Пиши роман! Пиши рассказы!». Но стал бы он меня тогда слушать? Кто я для него? Тем более в тот момент. Веселое шапочное знакомство?

23 августа

«Пубертат ― мать его етить! Как совместить двух малявок, подростка административную переписку с редакцией и творчество, а?!

Сегодня хоть немного отпустило. Дали конкретное ТЗ наконец-то в издательстве. Да и Настька согласилась с мелкими помочь.

Из текста заказчика:

«…вариант графической нотации элементов моделирования для описания мыслей в виде схемы на одном листе …» ― как вот это на человеческий перевести? Уже два дня мучаюсь со словарями. А сегодня озарение ― это же про схемы и символы! Там ведь так и написано. Но как написано, ёлки! Как говорится, без полстакана…

Век живи ― век учись. Учись на чужом дурном опыте, хоть за копейку.

24 августа

«Бесит, что трачу время в сети.

ВК (общение, обучение), инста (подглядываю), хахару (ищу работу ― реально отчаялся!) ― все это занимает часы. Как и бытовуха. Хоть и давно обещал.

Но все это, как в книжке: от обезьяньей части моих мозгов ― непоследовательно и фрагментарно.

А декодер готов принимать информацию, он жаждет трансформировать ее, если обезьяна наконец утихомирится.

«Все, что тебе нужно, уже существует. Надо только суметь воспользоваться»

И для тупых мысль повторили дважды: во время дневной медитации (хе-х, когда близнецы заснули) и через два часа в книге заказчика. Да-да, в той же.

Вот и думай!»

Знакомая тема с сетями. Сети-сети, сообщества… Это получается, он только ушел с работы, лето помыкался и заскучал по обществу? Или просто таким макаром прячется от домашних?

Что же там за атмосферка-то?!

25 августа

«Удивительный механизм разума ― сон.

Мозг нарезает лоскутами наши воспоминания, опыт, ощущения, склеивает их, как ему вздумается, окрашивает их новыми эмоциями и превращает в новый пережитый опыт. И ведь фиг отличишь!»

Почти по Фрейду. Что-то много про сны. Наверное, когда не дают спать, мысли только об этом. Странно, что мы с ним не обсуждали философов. Не успели. Нам бы еще хоть годик…

Балкон совсем остыл. Стало даже зябко. Ветер перелистывал страницы тетради. Я уже не в силах ни листать, ни читать.

«Как же так, Зося? Нам бы еще годик…».

Помню, в последние дни марафона у нас сложилась своя группировка вокруг Зоси. Человек пять девчонок от тридцати до шестидесяти.

Все шли очень бодро, и только я по неопытности норовила запороть задания. Зося мне писал разухабистые сообщения, стебался над ошибками. Я на него иногда даже злилась, но ошибки правила. В ответ указывала ему на невнимательность. Обмен шпильками такой.

Но это подбадривало, конечно. Девки же просто от него млели. Такие эмоциональные качели у нас были, что не удивлюсь, если на том марафоне кто-нибудь решил жениться.

Философы… Представляю, как бы он зачморил Канта. Нет, хорошо, что мы не обсуждали философов, а то бы я навсегда потеряла веру в основоположников. Зося все умел превратить в фарс.

«Держитесь за животики, сейчас будет умное» ― писал он, закручивая всем известный факт в каламбур. Умничающих он не любил вдвойне. Считал их снобами и нещадно рофлил.

Взяла следующую тетрадь и еще парочку, перебралась на диван. И даже плед сейчас оказался кстати. Продрогла. Есть не хотелось.

«Еще немного почитаю и спатеньки. Завтра надо все-таки собраться и доехать до работы» ― пообещала я себе, догадываясь, что какой бы разбитой себя не чувствовала, в обед будет сложно уснуть до утра.

27 августа

«Как же так, Ира?!».

Так началась новая тетрадь. Я подняла глаза и огляделась. Никого. Только тишина и полумрак гостиной.

Зося обращается ко мне?!

Спать перехотелось.

«Как же так, Ира?! Я тебе пишу, как твой текст читается со стороны, а ты только больше соплей туда пускаешь! Хватит обнажать душу, дурёха! Ей-богу, вылетишь за три дня до финала!

Хотя, какая мне разница. Да и ей. Марафон свою функцию выполнил. Он познакомил нас.

Вчера опять про планы говорили. Мечтательница, эта Ирка! И за себя, и за меня… Но, черт возьми, приятно такое читать! Как мне не хватает, чтобы Катерина мечтала вместе со мной, строила со мной планы. Как тогда, до свадьбы.

Но у нее кабинет. Ей некогда. «Давай пиши, если уж взялся всерьез» и пр.

Опять же вчера она мне гной пускала, мол, работаешь-работаешь, а когда заплатят?

Копейки с Ридеро ее не устраивают. Давай, говорит, оплачивай квитанции хотя бы. Ну не делается так! Как ей объяснишь?

Ир, как бы ты объяснила?

Вот я закрываю проект и в следующем квартале заплатят, да?

Ты-то знаешь?

А она: «Требуй, скажи, что у тебя трое детей. Проси. Они тебе должны…».

Будто мне заняться больше нечем!

Я вон не знаю, где мне время найти на новый роман, а она хочет, чтобы я бессмысленную переписку вел.

Ирка, это уже ты виноватая! Еще первую книгу не отредачил, а тут идея накрыла!

«Запиши, идею да запиши».

А мне теперь не остановиться.

Дроздова-то чего-то на письма не отвечает…

Поскорее бы первое сентября…».

Вот оно как! Значит теперь дневник имени меня?

Я закрыла и снова открыла тетрадь, будто первый раз ее вижу. На обложке венецианские гондолы ― ничего особенного. Но приятно, будто держу книгу со своим именем на корешке. Нет, я не чувствовала себя виноватой. Я гордилась ― быть виновницей! Это я подтолкнула его ко второму роману! Я виноватая! Я!

29 августа

«У меня опять много начатого, слишком много.

Но творчество ― это вычитание и надо что-то «hangon» ― что-то подвесить.

Я ассоциировал себя с детской литературой, но всегда сбивался на тексты для мамочек.

Так, как делают асы современной детской книжки, я не смогу. Много картинок, мало текста, простенькие квесты ― Журнал «Мурзилка». Они все выросли на нём.

Да, маленькие объемы, клепать можно быстро: много интерактива и цветовые пятна. Видел я, как дети реагируют на эти эпилептические истории.

Не хочу так даже пробовать.

Детские книги – это серьезно. Это серьезнее, чем взрослая литература. А сейчас даже Алису Кэрролла умудрились сократить и опошлить перекошенными иллюстрациями.

У меня есть чудесные идеи, уже начатые и почти законченные есть, но hangon!

А вообще мне ближе что-то поржать.

«Гнутые острые гвозди юмора»

Просто: «гнутые гвозди», а?

Как вся моя жизнь. Может, немного детектив, немного лавстори.

А еще, хорошо бы писать учебники.

Наверное, даже прибыльно».

Дальше читать было невозможно. Какие-то дурацкие расчеты, обрывки мыслей крупными кривыми буквами, цифры, не связанные между собой, перечисление тем, как я поняла через слово. И все это на пять перечеркнутых страниц с кратким пояснением в конце:

«Болел.

Потом пил.

Потом снова болел.

Наверное, не судьба мне учебники писать».

3 сентября

«Я календарь переверну…» ― естественно! Вся лента горит рябинами и календариками. Как же мы все банальны, творцы, ёпрст!

Даже трех дней не удержался в режиме.

Голова не отключилась вовремя. С бодунища это сделать особенно тяжко. Испортил свидание ― это, во-первых.

А, во-вторых, сегодня с дурным настроением встал, с тяжелым таким, недоспатым.

Со сна, как с говна, говорят ― вот! Оно!

Обычно в такие дни я долго туплю, а потом еще заваливаюсь досыпать. И опять себя ненавижу.

Хочется пива. Но Настене обещал, что не буду.

Честно, Дочь! Не буду!».

5 сентября

«Я конечно жуткий тормоз! У меня все условия для творчества, а я только сейчас, во втором часу, переполз на балкон, поближе к своему роману.

Сентябрь в этом году теплый.