Тотальная бестолочь. Стихи

Меня уж сто раз убивали
Казнили, лупили гуртом
Потом на куски разрывали
И сызнова били кнутом

Я ржал словно конь утомленный
Тащили меня в закуток
Рыдал день и ночь, как влюбленный
Услышавший твой голосок

На фронте я был в рукопашной
Стреляли, бомбили враги
Хоронили в рубахе атласной
В бою, где не видно ни зги

Пытали меня на допросах
Чужие, но чаще свои
В Антарктике был меж торосах
Сражаясь со льдом до крови

С поэтами был я на равных
Мы пили, дрались за строку
Немало стихов очень славных
Дарил за мерси и боку

Сто раз меня все предавали
Бросали в пустыне, снегах
В тюрьме без еды оставляли
Пытаясь смести меня в прах

И женщиной быть доводилось
И сам избивал, предавал
Хотел, чтобы смерти добилось
Искусство, что я создавал

Я гением был и занудой
Чтоб только творить средь Богов
Поэту дано быть с причудой
Быть худшим из тысяч скотов

Я женщина, я и мужчина
Я солнце и гнусная тьма
Я верх совершенства-скотина
Я Крез, но со мной и сума

P.S. Прошу учесть, что речь идет о вымысле. Здесь гиперболы и аллегории (чтобы это не значило). Упоминаются тут и театральные роли, в которых не всегда играешь свой пол. Хочется четко и ясно заявить, что автор целиком и полностью за нормальную гетеросексуальность и не приемлет ничего иного.

Обыватели

Да, мы простые обыватели
Толстого с Достоевским не читаем
Достатка в жизни, мы искатели
А умников, не уважаем

Что толку и в поэзии и в прозе
Когда банально нечего пожрать
Зачем стихи писать мимозе
Когда есть деньги-покупай и трать

Не надобно нам ваших размышлений
Нужна нам крепкая, здоровая любовь
Не надо исключительных творений
Дороже свежая морковь

Не стоит ни романов, ни романсов
Противных вдохновляющих речей
Достаточно обилие финансов
В которых, сам ты, казначей

Творить искусство ежедневно
Тяжелый неоплачиваемый труд
Когда жена глядит так гневно
А конкуренты вечно срут

Интеллигенты нас презрительно ругают
Но хлеб рабочий с жадностью едят
Гордятся и себя приподнимают
Но есть-то все равно всегда хотят

Внезапно покинувшим Родину, посвящается

Иные «иностранцы», покинули Россию
А мне опять на Родину глядеть
Уехали искать, в Израиле Мессию
Оттуда его проще разглядеть

Великие таланты, талантливые люди
Им хорошо на солнце, за бугром
Одетые в версаче, гальяно или худи
Они там за свободу, всем гуртом

Воистину свободны, болтают что попало
И смелые и все им нипочем
Сбежали за границу, чтоб здесь им не попало
И было, как обычно, все путем

Когда ты критикуешь, то деньги сохраняешь
Иначе, заблокируют, скоты
Там либерала ты, старательно играешь
На Родину орешь до хрипоты

Ты имидж заработал, опального статиста
Недвижимость и вклады сохранил
Ну, хватит, возвращаешься и нет сепаратиста
А Родину всем сердцем ты любил

Тихонько возвратился, без топота и пыли
И снова стал ты первый патриот
Грехи твои на Западе здесь быстро позабыли
Пора за гонорарами в поход

P.S. «Нет, и не под чуждым небосводом,
И не под защитой чуждых крыл, —
Я была тогда с моим народом,
Там, где мой народ, к несчастью, был.»

Из жизни одной принцессы

Жизнь-это глупости и вздор
Кричала юная принцесса
Казнить сейчас же, это вор
Не надо долгого процесса

Но он украл всего лишь хлеб
Не ел бедняк уж две недели
Судья, ты сам-то, не ослеп,
Ведь мы его, так и не съели?

Принцесса, люди есть хотят
А денег, часто не хватает
Их дети, с голода вопят
Крик детский к краже их толкает

Судья, ты больше не судья
Казнить обоих, непременно
Кто прав, решаю только я
Пусть и не выгляжу, степенно

Не сметь перечить власть имущим!
Мы всем выносим приговор
С Богами, мы стоим над сущим
И сами знаем, кто здесь вор

Нобелевским лауреатам посвящается

Мой друг величайший ученый
Все опыты ставит на мне
То прут мне толкает каленый
То кажет мне фигу в окне

Рефлексы мои проверяет
Включая у ног моих ток
Картинками мозг возбуждает
И смотрит, как долго я смог

Орет на меня и пугает
Глядит в туалете за мной
Штаны мне прилюдно спускает
И ночью, плескает водой

Он, Нобеля страстно желает
А я для него, материал
Боюсь, что никто не узнает
Что он меня в гроб и загнал…

Антоша Чехонте

Чехову, в последние годы жизни

Серебряный век уже был
Златой никогда не настанет
Читатель меня уж забыл
Судьба моя в творчестве канет

Стою средь разорванных линий
Покрытых кровавою тьмой
Я сам исключительно синий
Смеюсь, что не стал голубой

Искания мелки и тщетны
Апломб превзошел Эверест
Мысли грязны и конкретны
Над всем возвышается Крест

Знамением себя осеняю
Других проклинаю в душе
Я больше не воспламеняю
Лежу на лопатках, туше

Не дам больше нового ритма
Не буду рожать теперь слов
Я словно деталь алгоритма
Лишенный здоровых основ

Песня казака-комиссара

Ваше благородие, ваша песня спета
Завтра вас повесят, там у парапета

Белое отродье, надо истреблять
Ну, а для чего же, стал я воевать?

Так, Петька?

Припев:

Эх, Россия, березки, тополя
Кто не с нами, сволочи, ждет того петля

Сколько же мы кровушки, беляков пролили
Только эту сволочь, пока не истребили

Подождите твари, шашки наголо
Эх, белопогонники, вам не повезло

Припев:

Белых богатеев будем мы стрелять
Так, Петька?
Землю от подонков станем очищать

Вы бегите белые, прямо со всех ног
Не то красный маузер разорвет вам бок

Припев:

Белая Антанта, я предупредил
Много ваших, белых, в капусту изрубил…

На последних словах исполнитель засыпает,

но это не обязательно.

P.S. Написана для неснятого пока художественного

фильма про гражданскую войну.

Исполняется на гитаре, непременно в пьяном виде

и с тоской в глазах.

В комнате на столе стоит початая бутыль самогона, стаканы

и простая закуска.

В комнате сидит пьяный красный боец Петька.

В углу на полу, связанный и избитый, сидит белый офицер в форме.

Старею…

Мне в этой жизни страшно повезло
И главное, здесь слово страшно
Но я придурок, выжил всем назло
Хотя тут убивают и опасно

Соседа закопали прям живьем
Я от бандитов кое-как отбился
Мы не герои, но пока живем
Хотя вот брат… Ну, да, убился

Здесь выжить, просто невозможно
Чикаго, детский городок
Держаться здесь, ужасно сложно
Я сам в глубоком шоке, как я смог

Товарищей моих нещадно били
Не дали малолеткам закурить
Потом их били, потому что пили
Затем, что просто нравилось им бить

Я знаю, будь крутым и дай им сдачи
Володя дал и вот его уж нет
В семье Володи не проходят плачи
Там некому врагам послать ответ

Старею, значит долго не прожить
Готовлюсь, для последней битвы
Врагам придется кровью заплатить
У стариков, всегда есть бритвы

P.S. Стихи написаны после многочисленных просмотров криминальных новостей и не имеют отношения к действительности.

Немного о творчестве

Эй, товарищ, будь в творческой оппозиции
Не соблазняйся пряником
Держи всегда позиции
Чти бойцов, с Палаником

Там у них колбаса вкуснее
Кусок жирнее и ароматнее
А ты, голодный, держись левее
Не стоит шагать попятнее

У них дружба, сытая и довольная
Союзы, корочки, блага
У тебя соседка сердобольная
Дающая старого пирога

Тебя не печатают, чести много
Просто не замечают
Посмотрят прямо, строго
Иногда жестко ругают

Зато, у тебя, голодного
Воля, железный кулак
Кто остановит свободного?
Пусть в кармане пятак

Творишь по наитию
Разве они, свободны?
Они принадлежат общежитию
Политически модны

Ты создатель и разрушитель
В руке поэзия, в другой молоток
Будет сметен охранитель
Смерч, ураган, поток

Кусок хлеба найдешь, надеюсь
Ради мяса, не становись рабом
Я от холодных батарей греюсь
Мир расшибая лбом

Проще, сытнее, богаче
Манит холеная нега
Я гол, тем паче
Ищу только льда и снега

Эй, товарищ, будь злее и непонятнее
Выжги льдом холод
Будь всегда неприятнее
Хотя бы пока молод

P.S. Пожалуйста, учитывайте всевозможные гиперболы. Это безусловно только авторская фантазия, не имеющая отношения к реальной жизни

Муха

Бьется муха за стеклом
Заодно с поэтом
Снова заедал вином
Пил закуску летом

Хорошо летать вдвоем
Весело и грустно
Иногда мы с ней поем
Отвечаем устно

Муха радостно глядит
На меня глазами
Для нее я знаменит
Хоть и под парами

Муха хочет поболтать
И жужжит о чем-то
Ну, а мне, охота спать
Не скажу экспромта

Муха сердится, не спи
Лучше поболтаем
Как бульдозер, не храпи
Хочешь, полетаем?

Нет, родная, я устал
Завтра все вопросы
У соседей я узнал
Что кругом поносы

Переждем и полетим
Слышишь? Нас ругают
Лучше вместе сочиним
Нас не понимают

Муху ругань не волнует
Ну, а мне, досадно
Вечно нас толпа прессует
Ну, а впрочем, ладно

Стихия

Все смешалось в доме мессии
Те, кто против и те, кто за
Здесь взрывается центр стихии
От событий слепит глаза

Мы не можем покорно и смирно
В нас огонь распаленного дня
Нам противно, когда жирно
Шашку в руку, лихого коня

Азиатская бьет витальность
Европейский кафтан не для нас
Непонятная миру ментальность
Ультиматума краткость фраз

Предсказать нас другим невозможно
Если надо, идем до конца
Все простое у нас сложно
Мы не ценим златого тельца

Бесконечно ведем разговоры
Разрубая мечом узлы
Нам претят эти глупые споры
Мы добры, но мы же и злы

Справедливость должна защищаться
Мы не прячем главу в песок
Мы готовы за честность сражаться
Это наш исторический рок

Ранний уход

Изъят из времени мгновенно
И Ирку не поцеловал
По площади не шел степенно
И денег в кассе не украл

Не приставал шальной к прохожим
Не пил шампанское с вином
Не стал на Ленина похожим
Не получал под зад пинком

Не разводился с той же Иркой
Не заводил иной роман
Не бил товарища бутылкой
Не сочинял жене обман

Не произвел детей от Ирки
Начальника не восхвалял
Полицией не взят за шкирки
Когда все деньги проиграл

Не изменял, не привлекался
Не выиграл, не разбогател
Не перепил, не обожрался
Перед женой не охамел

И все из-за судьбы-игрушки
Безвременно в бозе почил
Ударили прям в центр макушки…
Живите срочно, что есть сил

Хи

У поэтов всего три темы
Вот как хочешь, так и пиши
На сосках установлены клеммы
Электричество бьет из души

Про природу уже надоело
Вечно птички, трава, снегири
То промок, то луной обогрело
То читаешь стихи до зари

И любовь уже видеть не можешь
Жажда страсти, томление в груди
Бесконечно тоску свою гложешь
Умоляю, меня не суди

Смерть-старинная, вечная тема
Я сто раз напоказ умирал
Жизнь, гораздо сложней теорема
Но ее я пока не познал

Смерть, любовь, да еще природа
Ах, как скудна поэта стезя
И не важно какого ты рода
Пешка тут равноценней ферзя

Все поэты гуляют по кругу
Три сюжета прогрызли стихи
Так и хочется съесть рыбу Фугу
Но и здесь закольцуюсь, хи-хи

Гражданская война

Два брата у родителей гостили
Побывку дали им в войсках
Сидели чинно, водку пили
И обсуждали жизнь, в сердцах

Скажи мне правду, брат, Серега
Зачем ты в красные пошел?
Как смел ты, брат, прогневать Бога?
Что в красном цвете ты нашел?

Я с бедными против богатых
Я за народ и голытьбу
Чтоб не было людей прижатых
Вступил я в честную борьбу

А ты? Как смеешь против брата?
Я старший. Ты мне подчинен
Я вырастил предателя и ката
Товарищами за тебя я посрамлен

Так длилась братьев перепалка
Пока один другого не убил
Потом родни случилась свалка
Отец убийцу порешил

Лежат в гробах, два крепких сына
Погибшие из-за пустой вражды
Войны гражданской есть картина
Залита кровью суть беды

Миф

Жизнью глубоко разочарован
Неправда, ложь, обман
С ног до головы оплеван
Нет света, вечно есть туман

Куда девались юности мечты
Затем пропали трезвые расчеты
Могилы идеалов и кресты
Судьба безжалостно подводит счеты

Нет ничего того, что в книгах
Не существует, жизнь в стихах
Надежды, затерялись в фигах
И всюду, воцарился страх

Нет ни любви, ни радости на свете
Планету, поразило злом
Душа мечтает, о котлете
Нет ничего, под черепком

Нет удовольствия и удовлетворений
Нет наслаждений и утех
Нет воспеваемых воспарений
Вранье удача и успех

Жизнь злобно посмеялась, грубо
С рождения, проникает ложь
Решать все самому, сугубо
Ведь счастье миф, вот с этим и умрешь…

Физика тела

Я квант несуществующий
Орбита два ноля
Спин, нас с тобой связующий
Разбился о поля

Бозонами пронизан
Мюонами скреплен
На атомы нанизан
Частицами пронзен

Коллайдером испытан
Учеными распят
Я в микроскоп прочитан
От головы до пят

Я в будущем и прошлом
Я сразу в двух местах
Не думаю о пошлом
Я нищий падишах

Я вряд ли существую
Я точно, не живу
Вселенную связую
И тут же, связи рву

Я что? Зря худел???

Я сбросил двадцать килограмм
Все девушки мои
Изысканный и наглый хам
Взыскующий любви

Я для себя неотразим
Красавец и эстет
С душою, нежный пилигрим
Не жадный, до котлет

Я требую любви от вас!
Я это заслужил!!!
Я даже перестал пить квас
И сладкое убил

Не вздумайте мне отказать
Я жертвы вам принес
А если решите послать?
Официант-поднос

Почему бы и нет, господа?

С утра подъем, затем прогулка
Свидание с греческой красавицей
В кафе с полячкой, але булка
Бокал вина со здравицей

Обед со жгучею южанкой
Ревнивой и играющей
Потом кино с вакханкой
Десерт с москвичкой тающей

Сон с итальянкой и испанкой
Картины Писарро
Стихи читать с американкой
Раскладывать таро

На ужин, русская непредсказуемость
Страсть англичан во льду
У финок, вечно наказуемость
Француженки, экстаз в бреду

На ночь закажем африканку
Они в любви неутомимы
Хотя возможно и панамку
Люблю в постели пантомимы

С утра опять пойдем по кругу
Поэту надо вдохновение
Хотел бы я одну подругу
Но для таланта, это не решение

Страдания поэтов. женщинам читать воспрещается!

От 18 лет

Весна прошла, а озабоченность

не спала

Нет ничего прекрасней женских ног
Они-произведения искусства
Как отвратителен мужской сапог
А ножка, вызывает чувства

Я покорен изяществом ноги
Какая грация и совершенство
Восторг-ажурные чулки
Колготки-чудное блаженство

Ах, туфли на высоком каблуке
Я памятник вам воздвигаю
Походка девы налегке
О, Боги!!! Я рыдаю

Бывает совершенен женский зад
Но ноги несравненно выше
Я как безумный, ножкам рад
Мой разум где-то там, он свыше

Мне безразлична грудь, фигура
Лицо? Всего лишь обрамляет
Пусть будешь ты умом, как дура
Меня это, не отвлекает

Я преклоняюсь перед женскими ногами
Могу и от поэзии отречься
Я восхищаюсь только Вами
Молю вас только «Встречься!»

Но ножки тщательно поэтов избегают
А те, что нет, те далеки от совершенства
Поэтому поэты сплошь страдают
От невозможности, достичь блаженства

Целина. И эта не та

Есть русской поэзии солнце
Я, скромный, не претендую
Гляжу у рюмки на донце
И все-таки, я ликую

Если солнце уже застолбили
То не надо грустить и пыхтеть
Вы надежду во мне не убили
Надо правильно только смотреть

У кастрюли есть крышка и дно
У поэзии солнце и днище
Но по сути-то это одно
Ты согласен со мною, дружище?

Я и есть бесконечное дно
Для врагов-необъятное днище
Все стихи мои-это г-но
Испускают одно лишь вонище

Если весь пьедестал переполнен
Не грусти, закусив удила
Я отбросами жизни наполнен
Дно у днище, моя целина

Остановить нельзя оставить

Лечу, с вселенной разговаривая
Как брат с сестрой, «Ну, как дела»
Подмигивая, уговариваю
«Что? Жениха-то мол, нашла»

Она мне «Нет. Достойных мало
Таких, как ты, наперечет
Великих прошлое украло
Тебе и слава и почет»

Я возгордился, но по праву
Потомок Пушкина, внучок
Вдыхаю лестную отраву
Я, на Олимпе, одинок

И вот, когда я размечтался
Мне кто-то подзатыльник дал
В грязи я сразу оказался
С Олимпа быстро я упал

И кто же это? Так, мальчишка
Сметает классиков в утиль
От малыша пришла мне крышка
Утратил гениальный стиль

Что ж, справедливо, я и сам
Когда-то классиков свергал
Теперь отправлен к праотцам
Закономерен мой финал

Но время есть и я нагажу
Ведь не способен больше вдохновлять
Отправьте поскорей под стражу
Довольно, публику прельщать

Пытливым читателям

Иди ты к черту, дорогой читатель
Тебе подай эротику и стыд
Как сладко ест и спит предатель
И как в ЧК ревут навзрыд

Тебе подай любовный треугольник
А лучше сразу, тетраэдр
Как хулиганит тертый школьник
И как в тайге стрясают кедр

Как круто миллиарды зарабатывать
Как соблазнить любую красоту
Как тех же хулиганов урабатывать
Как в грязь втоптать и неба чистоту

Тебе нужны супергерои
Богатые и знаменитые
Их нет? Сойдут 3-д обои
И лица, чтоб испитые

Скандалы, драки, происшествия
Побои, страсти, тумаки
Под радугой цветные шествия
Бали, Мальдивы, кабаки

Но что вам, до моей души
До сердца, моего терзания
Дороже вам турецкие Паши
И девушек грудастых лобызания

Да, разные у нас дороги
Мне на вершину, вам на дно
Я знаю, мы с вами не Боги
Но мы же люди. Или все равно?

Лужа

Когда-то и я, перед всеми стелил
Заглядывал в рожи услужливо
Я вас не обидел? Не огорчил?
Вставал на колени прислужливо

Когда оскорбляли, винил себя сам
Простите, урод, не заметил
Всегда говорил себе с пафосом «Хам»
Слезами судьбу свою метил

Вина и раскаяние, грусть и тоска
В себе я искал брак души
Я жаждал от жизни удачи мазка
Вместо простого-«Круши!»

Но вот осмотрелся, а что у других?
Не лучше, а чаще и хуже
Зачем же тогда унижаться для них?
Ведь я вижу золото в луже

Нуаристо

От 18 лет

Женщина это мужчина
Сказал мне знакомый поэт
Вся разница это причина
У женщин ее-то и нет

К чему же ты клонишь, чудила?
Я так, констатирую факт
Но женщина, все-таки, мила
Имей же хоть маленький такт

Им в жизни труднее живется
И женщин нам надо беречь
Мужчина иной и дерется
За это его надо сечь

А ты, примитивен и циник
Ты больше не видишь Богов
И чем же ты лучше, чем киник,
Который не ценит цветов?

Ты видишь и в небе животное
Как беден твой репертуар
Прими-ка, чего-нибудь рвотное
Сходи на хороший нуар

Стокгольмский синдром

Раздавал пощечины зрителям
Унижал, избивал, материл
Был подобен злобным воителям
Дамам в личико вонью цедил

Все молчали, притихли вначале
А потом раздалось со всех нор
Вы меня не измазали в кале
И забыли про острый топор

Дайте мне побольнее и жестче
Плюньте смачнее мне в лицо
Наносите удар по четче
Бултыхните под глазом сальцо

Человек, это странная штука
То он в небе, а то под землей
Психология это наука
Совмещать Человека со тлей

Богема классная тема

В блевотине смрадной валяюсь
Блюю на свою же кровать
Грешу, но, конечно, не каюсь
На завтрашний день, наплевать

С бомжами общаюсь за рюмкой
Любовь нахожу на траве
Бутылки ищу с грязной сумкой
В лесу поклоняюсь сове