Роза, не зная, что на это ответить, взглянула на сестру, надеясь, что та сможет что-то сказать, но София только фыркнула:
– Моё мнение вы уже слышали.
Между ними повисла напряжённая тишина. Артемис шёл, опустив голову, сосредоточенно смотря на свои ботинки, будто там, на тропинке, была записана какая-то важная истина. София сохраняла презрительное выражение лица, явно не желая больше обсуждать эту тему. Роза же просто не понимала, как можно ненавидеть человека, которого даже ни разу не видел. Но она не осуждала Артемиса, зная, что его мысли могут измениться. Сегодня он ненавидит, а завтра уже дружит. В жизни так бывает, перемены – это неизбежная часть.
– Наверное, вы правы, – пробормотал Артемис, наконец соглашаясь. – Перемены ещё никому не вредили.
Он взглянул на Розу, но выражение его лица говорило совсем о другом. Как будто он говорил одно, а думал совсем иначе.
– Но надеюсь, что она не задержится у нас надолго, – добавил он, подтверждая свои истинные намерения.
Роза покачала головой, не одобряя его слов. София же, напротив, расслабилась, довольная тем, что хотя бы на словах Артемис признал свою неправоту.
Она резко дёрнула друга за рукав:
– Арчи, шире шаг! Я усну, пока мы дойдём.
Парень, вздрогнув от неожиданности, отскочил в сторону:
– Хватит меня тискать!
Сестрички едва удержались от смеха, видя, как мгновенно исчезла его меланхолия. Им всегда нравилось поддразнивать Артемиса, наблюдая за его реакцией.
– Мы же любя, – мягко произнесла Роза, улыбаясь. – Ну что ты в самом деле?
Элиза шагала по раскаленному гравию, мысленно сетуя на жару. Воздух дрожал, и казалось, что солнце буквально плавит всё вокруг. Она поправила свой головной убор, радуясь, что хоть что-то защищает её от палящих лучей. «Ну и жара. Тут всегда так солнце печет? Хорошо хоть головной убор есть. Как приду, сразу же попрошу воды», – подумала она, вяло утирая пот со лба.
Едва приподняв голову, она заметила впереди мужской силуэт, который быстро приближался. Одетый в белую рубашку, расстегнутую на несколько пуговиц, и черные штаны, он двигался с такой уверенностью и решимостью, что создавал впечатление подростка, спешащего на встречу с неприятелем или торопящегося не опоздать куда-то. Солнечные лучи, преломляясь, отбрасывали его тень далеко назад, придавая всей сцене какой-то нереальный оттенок.
– Елизавета де-Монтеспан? – тяжело переведя дыхание, произнес он. Густой баритон заставил Элизу насторожиться – голос показался ей смутно знакомым.
– Д-да, это я, – слегка растерянно ответила она, поправив края своего платья.
– Тогда тебе к нам. Моё имя Артемис, – он протянул руку, смягчая резкий тон. – Для друзей я Арчи. Можешь так меня и называть.
Элизу слегка смутило его появление, но она всё же приняла протянутую руку. Прикосновение его пальцев было неожиданно твердым, даже властным. На мгновение ее взгляд упал на массивное кольцо, надетое на его палец. Это была древняя печать с крупным камнем – ярко-красный рубин, окружённый узорной резьбой. Камень словно пылал, как закатное солнце, заточённое в металлическую клетку. Элизу пронзило чувство, будто кольцо скрывает тайну, которая способна изменить всё вокруг.
– Очень приятно познакомиться, – промолвила она, стараясь скрыть смущение.
– Что ж… Ты, наверное, очень устала? – спросил Артемис с таким очевидным пренебрежением в голосе, что девушка едва сдержала раздражение.
Елизавета неохотно кивнула, пытаясь скрыть своё недовольство. Она и правда чувствовала усталость, тело ныло после долгой поездки, а ноги едва двигались.
Артемис посмотрел на неё с какой-то показной учтивостью и предложил помощь:
– Давай сумки, я помогу.
Элиза молча передала ему багаж, наблюдая, как его резкие движения внезапно смягчились. Но чувство, будто за этой маской дежурной любезности скрывалось нечто более мрачное, всё же не покидало. Особенно её привлекло кольцо Артемиса – странное чувство дежавю овладело ею, словно она уже где-то видела этот предмет.
По мере того как они приближались к двум женским силуэтам, стоящим чуть впереди, Элиза не могла не заметить, что девушки выглядели словно отражения друг друга. Их сходство было почти пугающим.
– Позволь представить моих друзей, – сказал Артемис, остановившись перед ними. – Это София…
– Морган. София Морган, – перебила его одна из близняшек с нотками нетерпения в голосе, протягивая руку.
Элиза, стараясь скрыть смущение от своих несколько грубоватых, больших ладоней, пожала протянутую руку девушки. Пальцы Софии были тонкими и хрупкими, кожа её казалась бархатной, как будто она никогда не знала тяжёлого труда.
– Елизавета де-Монтеспан, – представилась она, натянуто улыбнувшись.
Вторая девушка, не дожидаясь паузы, с лёгким наклоном головы добавила:
– А меня зовут Розалия Синклер. Можешь просто Роза, – произнесла она, добавив дружелюбную улыбку. – Думаю, мы с тобой поладим.
Елизавета кивнула, чувствуя себя немного потерянной в этом новом для неё окружении.
– Ну что ж, девушки, – резко перебил молчание Артемис, – пошли домой, наша гостья устала. – Он едва заметно выделил слово «гостья», словно хотел подчеркнуть временность её присутствия.
Они двинулись дальше по дороге, покрытой мелкими камнями, которые громко хрустели под ногами. Тишина между ними становилась почти осязаемой, лишь редкие звуки деревенской жизни доносились издалека: птицы, шелест листвы под лёгким ветром.
Когда они уже приближались к окраине деревни, тишину нарушила Роза, дернув сестру за руку.
– Соф, нужно отойти в сторону, – сказала она, оглядываясь по сторонам.
София бросила быстрый взгляд вперед и увидела приближающийся автомобиль – новенький спортивный автомобиль, который уверенно катился по дороге к ним. Как только машина приблизилась, водитель резко затормозил прямо перед ними, едва не зацепив Софию. Из опущенного окна выглянул парень с самодовольной улыбкой на лице, светлая прядь его волос упала на лоб.
– Девушки, не желаете ли прокатиться? – с наглой ухмылкой произнёс он.
София не сдержалась и со всей силы ударила кулаком по капоту автомобиля.
– Чёрт тебя подери! Ещё бы чуть-чуть, и ты бы меня задавил! – воскликнула она с яростью, её лицо вспыхнуло от гнева.
Парень, казалось, был не тронут её гневом. Он лишь усмехнулся, погладив капот:
– Но-но, мою малышку руками не трогать, – с притворной заботой сказал он, как будто разговаривает не с человеком, а с любимым предметом.
– Можно подумать, она тебе как вторая половинка, – фыркнула Роза, стоя в стороне с выражением явного презрения.
– Кто, машина? – удивился парень, театрально подняв бровь.
– Да, болван. Машина. Парня Софии тебе не переплюнуть, и не делай такое выражение, оно тебе не идет, – язвительно добавила Роза, скрестив руки на груди.
Парень слегка прищурился, бросая презрительный взгляд в сторону Софии, которая уже готова была взорваться от возмущения. Но, странным образом, вместо слов она предпочла молчать, сжав кулаки, что было ей нехарактерно.
– Что, язык проглотила? – хохотнул парень, наслаждаясь её молчанием, после чего перевёл взгляд на Элизу. Его взгляд скользнул по ней с таким откровенным интересом, что девушке стало не по себе.
– Так-так-так, а это что за красота у нас здесь? – с ещё большим энтузиазмом сказал он, явно наслаждаясь ситуацией.
– Не твоё дело, Рик, – отрезала София, вставая между ним и Элизой. Её лицо стало напряжённым, взгляд был сосредоточен на парне, словно она готовилась к схватке.
– Подумаешь, напугал тебя немного, – Рик лишь пожал плечами, не особо стараясь оправдываться. Его внимание было явно сосредоточено на Элизе, которая, хмурясь, отвела взгляд в сторону, стараясь не выказывать своей неприязни.
– Не нуди, – добавил он, лениво переводя взгляд с одной девушки на другую.
Гнев Софии вспыхнул с новой силой, но она всё же удержала себя от яростных слов. Роза, напротив, с презрением фыркнула:
– Ты же знаешь, что с такими, как ты, мы не общаемся, и уж точно не реагируем на всякие глупости.
Рик лишь театрально вскинул голову и приложил руку к груди, как будто произносил пафосный монолог:
– О, какие же мы гордые.
Элиза почувствовала неловкость от всего происходящего. Её раздражение и растущее желание уйти от этого парня становились всё сильнее. Она сделала шаг назад, собираясь незаметно отойти, когда вдруг почувствовала, как чьи-то руки грубо ухватились за её талию. Сердце учащённо забилось.
– А куда это ты собралась, красавица? Мы с тобой ещё не познакомились, – прошептал Рик ей на ухо, сжимая её сильнее. – Какие мы невоспитанные.
– Не вам говорить о воспитанности, – бросила она с холодной злостью, сжав зубы.
– Оставь её в покое! – голос Софии резанул воздух. С бескомпромиссной решимостью она бросилась вперёд и толкнула Рика с такой силой, что он чуть не потерял равновесие.
– Попробуй ещё раз прикоснуться к ней! – пригрозила она, сжимая кулаки, как будто готова была вступить в драку.
– И что тогда? – ухмыльнулся Рик, ни на секунду не сбавляя своей наглой самоуверенности.
София была готова взорваться, но Роза вмешалась, оставаясь внешне спокойной:
– Ты знаешь, что не стоит с нами связываться, Рик. Убирайся, пока не стало хуже.
Рик лишь громко рассмеялся, театрально махнув рукой:
– Ну ладно, девушки, мне пора. Адьёс! – с этой фразой он сел за руль и резко дал по газам, машина рванула вперёд, оставляя за собой следы пыли.
Когда звук двигателя стих, Роза повернулась к Элизе, заметив её побледневшее лицо:
– Не пугайся, он всегда такой. Мы стараемся держаться от него подальше. Просто не попадайся ему на глаза.
Элиза кивнула, хотя мысли о Рике всё ещё тревожили её. Его самодовольная ухмылка, грубое прикосновение, насмешки – всё это вызвало у неё чувство отвращения. «Вот уж с кем я точно не хотела бы иметь дело», – подумала она, стараясь успокоиться.
– Наконец-то аншлаг закончился, – пробурчал Артемис, недовольно взглянув в сторону уезжающей машины. – Он что, специально нарывается?
София только пожала плечами:
– Ты всё принимаешь на свой счёт.
– А разве не видно? – огрызнулся Артемис.
Роза, заметив, что разговор может опять перейти в перепалку, вмешалась:
– Ну что, пойдёмте домой? Наша гостья уже достаточно устала.
Артемис кивнул, подавив раздражение. Время было для него важнее всех словесных перепалок. Его взгляд ненадолго остановился на Елизавете, и он холодно бросил:
– Матушка испекла свой фирменный торт. Думаю, он тебе понравится.
Глава 4. ОПАСНОЕ ПРИКЛЮЧЕНИЕ
По мере взросления у Иларии появлялось всё больше вопросов о её происхождении. Какими на самом деле силами обладало дитя природы? И зачем каждые сто лет выбирать нового представителя, если старые не стареют? Девочка пыталась узнать ответы у своих друзей, но Габриэлю и Скаю было достаточно знать, что дитя природы имеет силы, превышающие просто контроль над духом животного. Эвен же, казалось, вообще не интересовал этот вопрос. И в школе, куда она ходила, не могли дать ей ясного ответа.
Для Иларии школа превратилась в разочарование. Огромное здание с множеством комнат и людьми, снующими туда и обратно, навевало на неё тоску. С самого первого дня она заметила несправедливость жизни среди обладателей духа леса. Класс разделили, и рассадили по рядам. На первом сидела лишь горстка детей «элиты», тех, кто уже обладал или вскоре обретёт дух леса. Строгая учительница относилась к ним с явным снисхождением, в то время как ко второму ряду, куда попали те, кому не повезло родиться первыми в семье, она проявляла безразличие.
Хотя Илария сидела на самой первой парте, напротив учительницы, её задело это разделение. Несмотря на растущий авторитет среди «элитных», она тянулась к детям второго ряда. Они казались ей более искренними и честными. Их старание в выполнении домашних заданий и прилежность поражали её: они не знали, что такое «гордыня», в то время как «элита» с их уникальными способностями редко вызывала у неё уважение.
Проницательность Иларии, не свойственная детям её возраста, позволяла ей разглядеть в толпе озорных ребятишек настоящие сокровища – добрые сердца, часто среди детей второго ряда.
Кроме разделения по рядам, различия между учениками проявлялись и в уроках: ребята с духом леса имели больше практических занятий, где их учили контролю над своим животным. В то время как «второй ряд» довольствовался лишь простой физкультурой два раза в неделю и множеством утомительных теоретических уроков. Илария замечала, как её сверстники из «элиты» усердно работают над собой, стремясь совершенствовать контроль над духом. Каждый год среди старшеклассников проводили соревнования, где они могли продемонстрировать всю силу своих животных.
Большинство подростков посвящали своё свободное время тренировкам, изнуряя свои тела в попытках добиться единения с духом, надеясь в будущем одержать победу в выпускном поединке. Главным призом за этот труд была почетная должность патрульного. Но для Иларии все эти гонки за успехом и признанием не имели смысла. Она не стремилась быть первой. Девочка чувствовала, что на неё возлагают слишком много неоправданных надежд – как учителей, так и родителей.
Вместо этого Илария всё чаще находила утешение в компании детей «второго сорта», пропуская практические занятия с «элитой». Она даже свела к минимуму свои превращения, что вызывало легкое недовольство у её родителей. И хотя они мечтали о том, чтобы их дочь стала настоящим хранителем с духом пантеры, они любили её и не настаивали на тренировках. Они отдаленно представляли, через что она проходит, и понимали, что дружба и искренность для неё важнее, чем статусы и награды.
С каждым днём Илария всё больше ощущала, что её истинная природа не укладывается в рамки, установленные обществом. В её сердце росло стремление понять свою силу, осознать её истинное предназначение и, возможно, однажды раскрыть тайну выбора нового дитя природы. Вместе с тем, дружба с детьми «второго ряда» помогала ей открывать в себе качества, которые были ей ранее незнакомы: сострадание и стремление к справедливости. Илария чувствовала, что именно они, а не «элита», по-настоящему отражали её внутренний мир.
Это утро выдалось особенно солнечным, а трава казалась зеленее – в душе у Иларии возрастало чувство предвкушения чего-то необычного. Ещё два дня назад они с ребятами договорились встретиться на перекрестке, рядом с домом семьи Вериго. Девочка спеша натягивала заботливо сшитый мамой комбинезон, судорожно прокручивая в голове момент, когда они с ребятами пришли к решению прогуляться всей компанией. Конечно, никогда не бывало случая, когда бы они гуляли раздельно, но Иларии нравилась мысль о том, что она «тусуется» в компании двух самых успешных ребят средних классов.
Схватив банку с резинками для волос, она привычными движениями сделала два хвоста, после чего одарила бабушку и маму мягкими поцелуями в щёки, одела сандалии и с широкой улыбкой выбежала на улицу. Уверена, что Габриэль и Скай, хоть и учатся в старших классах, не потеряют возможности пообщаться с ней, ведь она была для них не просто «младшей», а частью их группы.
По мере приближения к месту встречи настроение Иларии заметно упало. Скай, Эвен и Габриэль стояли на веранде перед женщиной и с опущенной головой что-то сосредоточенно слушали. Девочке показалось, что их отчитывают.
Илария подошла к калитке и хотела было уже зайти и поздороваться, но доносившийся до неё голос и тон, с которым говорила Мари Вериго, заставили её остановиться. Девочка прислушалась к разговору.
– Сколько раз повторять? Ты никуда не пойдёшь. У тебя много дел и обязанностей.
– Но мам, мы договорились об этом неделю назад, – устало простонал Габриэль. – Я обещал…
– Обещал? – строго спросила мисс Вериго, но тут же одумалась и холодно улыбнулась. – А твоя тренировка? Ты же хочешь, чтобы мы с папой тобой гордились?
– Но впереди ещё столько времени! – настаивал Габриэль.
– Так, молодой человек, никаких потом. Откладывание дел – признак лени! Лени в этом доме не место!
Женщина обратилась к ребятам:
– Габриэль сегодня очень занят и не сможет выйти на улицу.
– А завтра? – нерешительно спросил Скай.
– И завтра, и послезавтра. У Габриэля есть дела поважнее! – грубо отпарировала миссис Мари Вериго.
Она повернулась к сыну и, тоном, не терпящим возражений, медленно произнесла:
