Страница 3 из 7
– проблемы нет, но я не буду. Я просто посижу и посмотрю, – я включаю канал Карусель и убираю пульт из рук.
– да по твоим глазам видно, как ты хочешь попробовать искупаться ночью, – кинул смешок Митя.
– ты будешь и это не обсуждается, – сказал Женя, взял из своей пачки одну чипсинку и поднёс её к моему рту. – Ты просто, кажется, никогда не была в компании друзей, и не знаешь всей приколюхи. Будет весело.
– мы тебя сами окунём, – ухмыльнулся Паша. – С головы до ног.
– ты же умеешь плавать? – с улыбкой спрашивает Митя.
Про телевизор забыли. Сейчас они будут узнавать меня ближе, по ходу. Женя прав, я не была в компании друзей. По крайней мере, давно не была. А раньше было тоже весело.
– да, я умею плавать, и, ладно! Я буду купаться, но при одном условии, – сдаюсь я и улыбаюсь от их настойчивости.
– условия? Да брось, – посмеялся Женя.
– вы меня не окунайте, – договариваю я.
– посмотрим, – ехидно произнесли они. А мне нравится их настрой и желание побеситься.
Вечер за телевизором всё-таки удался. Мы хорошо посидели, поговорили о их прошлых приключениях. Каждый из них вспоминал свои детские смешные проделки, иногда намекали мне, чтобы я тоже рассказала про свои, но я молчала и переводила тему. Уж больно страшное у меня прошлое.
И вот настал момент, когда мы пришли к речке.
– вода тёплая! – крикнули Паша с Митей, стоя около воды в одних шортах.
А я стояла возле дерева с Женей.
– вот, видишь, всё прекрасно. Переодевайся за деревом и вперёд к нам, – он протянул мне большую футболку с военной расцветкой. И ушёл к речке.
Я встала за дерево и развернула футболку, приложив к себе и посмотрев, до куда она мне. Оказалось, что прямо до колен и это мне подходило. Я быстро переоделась, оставив на себе лишь нижнее белье, на которое накинула футболку, и вышла к мальчикам, которые были уже в воде. А Митя с Пашей уже во всю плавали по середине реки. Единственный факт, почему мне было страшно, это то, что вокруг темно и лишь не далеко виден свет от дома Жени.
– почему оглядываешься? – спросил брюнет, подплыв к берегу и осмотрев меня. Посмеялся. – Тебе идут мужские вещи.
– тут везде темно, – с опаской произношу и снова оглядываюсь, но мой подбородок касаются холодные пальцы и поворачивают к себе.
– с тобой три парня, тебе ничего боятся, – усмехнулся он, убрав руку.
– не успокоил, – я улыбнулась и обошла его. – Так, если вы обманули и вода холодная, то я на нас заявление напишу…
Неожиданно со спины меня поднимают как маленького ребёнка на руки и несут в речку. При этом я выкрикнула, потому, что было неожиданно и без предупреждений, и крепче ухватилась за его горячую, мокрую шею.
– хороооош! – где-то крикнул Митя.
– блин, Жень! Я чуть от страха не родила! – говорю на эмоциях то, что пришло в голову.
– а ты беременна? – ухмыльнулся он и остановился вместе со мной на руках.
– да ну тебя, – я посмотрела вниз и поняла, что вода почти касается моей пятой точки. – Так и будем стоять? Отпусти меня, что-ли.
Он начал медленно отпускать мои ноги в воду, а я сжала губы и смотрела куда-то в сторону. Вода была чуть тёплая, в большей степени холодная. Они обманули.
– вот вы крыыысы… – прошипела я сквозь зубы, убирая руки от шеи брюнета.
– сейчас реально окуну, – пригрозил Женя, не отходя от меня.
– не надо, – я поставила руку между нами на пару секунд и потом повернулась, чтобы посмотреть на других.
Эти обманщики сделали меня мокрой сосиской. И даже волосы намочили, гады. Но было довольно весело. Мы почти доплыли до берега напротив, но свернули назад, ведь дом Женя не закрывал. В общем, повеселились на славу, почти до одиннадцати часов ночи. Потом мы вернулись домой, немного согрелись и поехали по домам.
Женя предложил развезти всех, и все, конечно же, были согласны, лишь бы быстрее попасть домой и переодеться в сухую одежду. Последней он повёз меня, когда мы остались вдвоём.
– можно вопрос? – спросил он, как только мы отъехали от дома Мити, который только что вышел из автомобиля.
– естественно.
– я не верю, что у тебя за всю жизнь один друг. Были ещё, но, получается, что-то случилось, я прав?
Я немного помолчала, но решила ответить. Я же говорила, это стрёмно выглядело. Пройдя школу, техникум, и проживая в тесной деревне, где все друг друга знают, у меня был только один друг? Пф… бред. Вот если бы я сказала, что остался только один – это бы было правильнее. Мне бы даже сейчас вопросы не задавали.
– да, – сухо отвечаю и смотрю на дорогу.
– и как? Если не секрет, – с осторожностью спрашивает парень, буд-то боясь сказать лишнее слово.
– в школе все были задротами, любили смеяться над любым происходящим и я оказалась в их шутках. Пару друзей, которые были со мной стали смеяться заодно с ними и…я отрезала с ними общение. В техникуме – тоже самое. Только там уже издёвки по-хуже. Всякие слухи. Они начали разноситься по деревне и чтобы их не было, я больше ни с кем не общалась, кроме преподавателей. Ну, а Даня – мой лучший друг с пелёнок. Сидели, так скажем, в одной песочнице всё детство. Ещё был…
– случайно вырвалась мысль про того самого предателя, но я сглотнула и отрезала об этом. Настроение в миг улетучилось. – Вот, всё. Вся история.
– кто?
– что? – я нервно перевела на него глаза.
Знаете, очень хочется выговориться в такой обстановке. А сердце буд-то и толкало меня к этому.
– кто был? Ты начала в конце…
– а, это… Ну был ещё один друг. Он… – в горле образовался ком и больше не давал мне что-то произнести. Хотелось заплакать.
– сильно предал тебя? – автомобиль мягко остановился возле моего дома, но я не спешила уходить.
– сбежал, когда я очень в нём нуждалась, – я пустила смешок. – И сбежал так, что оставил здесь свой дом с вещами.
– от тебя? – Женя удивился.
– будет правильнее сказать – меня он бросил. Он сейчас, наверное, в городе. Уже как пять лет…
– прости, что так интересуюсь… – он посмотрел на дорогу, не убирая рук с руля.
– нет, всё нормально, – после этого мы стали сидеть в тишине, но я её прервала. – Я не знаю, где он сейчас и как он… Может его вообще уже нет.
– а… его родители?
– там вообще всё сложно было. Он в подростковом возрасте узнал, что он приёмный и тогда попал в аварию на отцовской машине. Вместе со мной. Он повредил рёбра и попал в больницу. Его родители отказались от него, чтобы было меньше проблем. Прикинь, в шестнадцать лет. Он остался один, со мной и Даней. Тогда, ещё, из-за того, что он был в больнице, я потеряла своих родных, которые тоже оставили меня здесь жить одну.
– я немного не понял… он был в больнице, а твои родители уехали и оставили тебя жить здесь? – он спросил с таким акцентом, как буд-то ему реально было важно это знать. Ему интересно слышать про моё прошлое, капец. С чего бы это?
– ты хочешь знать подробности? – я перевела глаза на него и мы встретились взглядами. Только сейчас я увидела, какие у него ярко-карие, красивые глаза.
– если тебе хочется выговориться, то я к твоим услугам. Доверять мне, вроде бы, можно.
Я облокотилась спиной о сиденье и смотрела себе в ноги. Из души рвётся эта тема. Прям так хочется поговорить и именно с ним. Я вижу, что ему интересно и он может понять, возможно, хочет даже поддержать.
– зайдёшь? – спрашиваю я, не смея начинать долгий разговор здесь, в машине.
– если зовёшь, – он улыбнулся и мы вышли из автомобиля.
Я переоделась в сухую одежду и мы удобно устроились в маленькой гостиной, с чашечками горячего ягодного чая.
– мне было четырнадцать, а ему шестнадцать. У него появилась сестрёнка, которую начали любить больше, чем его самого. А его стали буквально ненавидеть. Отец избивал за любые маленькие косяки и даже за то, если он что-то сказал не так. А мать относилась к нему, как к собаке. И в одну ссору, она крикнула, что он приёмный сын. Ему было срать, он уже их ненавидел за их отношение к нему. И в один день, он взял машину у отца и решил покататься вместе со мной, не умев водить. Мы попали в аварию. Только я была цела, а он сломал рёбра, потому, что не пристёгивался. Он попал в больницу и тогда ему сообщили, что его родители от него отказались. Кажется, его отец был очень зол на его поступок с его автомобилем. На этой же неделе мои родители собирались переезжать в другую страну, мол, там больше возможностей, чем жить здесь. И в тот самый день, когда Егору стало хуже, они собрались в аэропорт. Я всякими способами отказывалась уезжать и оставлять его здесь одного, потому, что хотела быть рядом… Отец мне бросил ключи и сказал жить как хочу. Мать оставила мне деньги. И они уехали отсюда, навсегда. Они ещё не долюбливали Егора, за его характер, поэтому вот так плюнули и уехали.
– его Егором звали, – это был не вопрос, а скорее утверждение в слух. – Это тебя оставили здесь одну в четырнадцать лет?
– да. Мне помогали соседи, чем могли, – я задумалась, а он молча удивлялся. – Видишь, как всё обернулось. Я ради него родителей потеряла, потому, что осталась с ним рядом, а он потом бросил меня и сбежал, неизвестно куда, и даже не подумал обо мне.
– о чёрт, это жёстко, – он провёл по волосам.
Мы замолчали. Я медленно пила напиток и рисовала глазами по стене какие-то рисунки. Женя сидел так-же, но неожиданно начал говорить.
– а мои родители бухали. До беспамятства. В детстве особенно, когда они срывались на мне. Потом я стал более уверенным и стал как-то отвечать, но всё равно получал от отца, – он грустно ухмыльнулся. – А здесь я, потому, что меня в пятнадцать лет забрала сюда бабушка. От них по-дальше. Сейчас её нет, она умерла давно, и оставила мне тот дом. От родителей тоже никаких вестей. Они связывались со мной сначала, пару раз в год, потом перестали. Последний раз я слышал их голос… ну, наверное, года четыре назад.
Звонок на мобильный у Жени. Он смотрел на меня, пока его доставал, а я на него. Нам обоим грустно, класс. Двадцать минут назад оба веселились.
– Паша, – говорит он мне, смотря на дисплей телефона и поднося мобильный к уху. – Да?
Буквально через секунду он срывается с дивана с удивлёнными глазами.
– что? Когда?!… Ты пожарных вызывал? – брюнет пошёл в прихожую, а я сорвалась за ним. Какие пожарные? Опять что-то горит, чёрт подери? – Я еду, будь там.
– что случилось? – я испугалась. Очень сильно.
– мой дом решили сжечь, суки, – он обулся и собирался выходить.
– я с тобой, – я быстро схватила кофту с вешалки и хотела нагнуться за кроссовком, но Женя взял меня за локоть и остановил.
– зачем тебе туда ехать? Ты говорила, что устала.
– Жень! Я поеду с тобой и это не обсуждается! – я боялась, но чего, не знаю. Скорее всего за парня.
– ты остаёшься здесь, Мишель, – утвердил он, отпустив мою руку и открыв входную дверь.
– если не поеду с тобой, то пешком пойду!
– ну и упрямая ты, – он улыбнулся на пару секунд и вышел на улицу. – Быстрее, пожалуйста.
Вскоре мы подъезжали к его дому, который практически потушили пожарные. Ну, это нормально? Два здания за вечер! Кто такой рискованный и кому понадобилось поджигать теперь и дом Жени? Мало ресторана?
Мы с ним выбежали из машины и побежали к Паше, который уже здесь был. Он и заметил поджёг, ведь живёт, слава богу, рядом.
– что произошло? Ты видел, что за идиоты это сделали? – Женя был в гневе.
– какие-то двое. Я подошёл к окну, чтобы закрыть шторы, потому, что ложился спать, а тут это… Я в шоке, – Паша стоял с удивлёнными глазами и смотрел на тушение пожара, не моргая.
– двое? – переспросила я, удивившись. В деревне двое человек, которые решили поджигать разную недвижимость? Это жесть. Все пять лет была тишь да гладь.
– один обливал бензином, точно видел, а второй сначала разговаривал по телефону, а потом поджёг.
– чёрт, чёрт, чёёёрт… – Женя взялся за голову. – Какого хера?! Я никому не переходил дорогу.
– я думаю, поджёг твоего дома как-то связан с поджёгом ресторана, – задумчиво произнёс Паша. – Но, опять же, подожгли тогда, когда мы разъехались. Но всё в один день. Странно…
Когда пожарные уехали, подъехала полиция. Они разрешили пройти в дом и всё осмотреть, ведь половина дома осталась в норме. Кстати, Даня тоже был здесь.
– что нибудь пропало? – спрашивает полицейский.
– нет, вроде… – Женя осматривал все полки, посмотрел шкаф, где лежат деньги, и осмотрел свою комнату, где тоже было всё не тронуто. – Нет.
– можешь идти, дальше я сам, – сказал Данил этому полицейскому, и тот ушёл к другим следователям. – Признаёмся, кому надо было поджигать этот дом?
– без понятия, – Женя пожал плечами в недоумении.
– в восемь часов вечера этого дня, не по-далёку отсюда, так-же подожгли ресторан, – начал Паша.
– я знаю, там работали следователи, и кражи так-же не выявлено, – ответил Даня и обошёл меня, произнося мне на ухо: – Отойдём?
Мы отошли к окну.
– что ты здесь делаешь?
– долгая история. В кратце: они недавно стали моими друзьями.
– потом расскажешь. Ну и что произошло? Где вы были во время поджёга?
– пойдём вернёмся, – я пошла к Жене и Паше, а Данил потопал за мной.
– где вы были в момент поджёга? – устроил допрос Даня.
– я дома, – ответил Павел, посмотрев на нас.
– у меня дома, – отвечаю и смотрю на Женю, который хотел ответить так-же.
