Вдруг Гусев крикнул: «Гляньте, не луна ли»?
Он отделился от стены. Повис.
Лягушкой раскорячился. Смеялись.
Как будто право обрели на жизнь.
Лось неспеша от пола отделился
и к трубке в верхней части приложился.
Глядел, глядел, не отрывая глаз,
на ослепительно сиявший Марс.
Глава седьмая
Спуск
Диск Марса розовато-серебристый
всё ближе, всё крупнее, всё ясней.
На Южном полюсе цветком искристым
ледовое пятно в красе своей.
Три точки у экватора открылись.
Чернеют пятна, что соединили
две линии прямые меж собой.
Два крайних сведены большой дугой.
На тело Марса к Западу, к Востоку,
наброшена прямых каналов сеть.
На Севере планеты их немного.
И там темно, всего не рассмотреть.
Лось вглядывался в линии каналов.
Под чётким их рисунком различал он
другие – полустёртые штрихи.
Как на заплатке старые стежки.
И вдруг диск Марса дрогнул, покачнулся
и в окуляре медленно поплыл.
Лось тотчас к реостатам повернулся:
«Нас Марс в объятья плотно захватил!
Мы падаем»! А аппарат свободно
к планете горлом повернул охотно.
Лось тотчас сбросил тягу, а потом
едва не воспарил под потолком.
Затем, с трудом вернувшись к управленью,
он двигатель рабочий отключил.
И тишины безумные мгновенья
лишили экипаж на время сил.
Уткнулся Гусев головой в подушку.
У Лося плотно заложило уши.
Он голову руками обхватил,
но полное сознанье сохранил.
Теперь лежал он на полу кабины
и наблюдал стремительный полёт,
как Марса изменяется картина –
неукротимо ширится, растёт.
Теперь, казалось, диск из чёрной бездны
летел на них в красе своей небесной.
За реостаты снова взялся он.
Преодолеть должны они разгон.
И снова рёв могучий и привычный.
Их старый Марс не сможет поглотить.
Сейчас они со скоростью обычной
спускаются, свою спасая жизнь.
Теперь планета небо закрывала.
И облака над ней, как одеяло.
Слой облаков прорезал аппарат,
последнюю осилив из преград,
он медленно и верно опускался.
«Садимся!– торжествуя, крикнул Лось.
Он тягу заглушил и рассмеялся:
«Считай, что долететь нам удалось»!
Но вдруг его толчком вдавило в стену.
Стал аппарат валиться постепенно.
У пассажиров неприглядный вид.
А аппарат их на боку лежит.
Тряслись колени, сердце замирало.
Очнувшись, стали в рубке прибирать.
Затем они решили, для начала,
наружу испытателя послать.
В отверстие глазка пустили мышку..
Простую, полевую мышь-малышку.
А мышке хоть бы что! Нос подняла.
Затем себя в порядок привела
«Ура! Живём! Здесь воздух нам подходит!–
Воскликнул Гусев,– сможем погулять
Люк отвинтив, на Марс они выходят.
Как славно вольным воздухом дышать!
«Ну, Алексей Иваныч, поздравляю!
с прибытием на Марс. Теперь я знаю,–
промолвил Лось,– что вместе мы не зря.
В полёте вы не подвели меня»!
А Гусев весь сиял. Был бодр и весел.
Готов он хоть сейчас идти в поход.
На пояс старый маузер подвесил.
«На всякий случай! Наш такой подход»!
Глава восьмая
Марс
Синели, словно море грозовое,
бездонные над ними небеса.
Пылающее солнце золотое
светило беспощадно им в глаза.
Покалывало грудь. В висках стучало.
Был воздух сух и свеж. Легко дышалось.
Полётом утомлённый аппарат,
прижался к почве – лучшей из наград.
Оранжевая плоская равнина
простёрлась, упираясь в горизонт.
И кактусы колючие в долине
стоят рядами – бесконечный фронт.
