Перейти к содержанию

Яблочный пирог. Литературная реконструкция

Автор:

Категория
пьесы и драматургия
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

КНИГА О ПУШКИНЕ - ЛУЧШИЙ ПОДАРОК!ВСЕМ И ВСЕГДА, в богатстве и в бедности, в болезни и в радости!К 225-летию Пушкина, а также в любой другой год без круглых дат!Перед Вами литературная реконструкция наподобие исторических батальных имитаций, которые делают зрителя почти участником происходящего.Это погружение в виртуальную реальность жизни рядом с Пушкиным в самый урожайный период его творчества - с августа 1824 по сентябрь 1826 года.На Ваших глазах совсем еще молодой человек будет курить, пить сотерн, играть в карты, фанты, горелки, жмурки, танцевать, кататься с горки, париться в бане, стрелять, фехтовать, флиртовать, гадать, молиться, подделывать документы и невообразимо скучать, незаметно превращаясь из легковесного "Сверчка" в признанного сочинителя.Вы проживете с Пушкиным два года его принудительной изоляции в деревенской ссылке, так напоминающей пандемическое время.Пушкин станет для Вас близким, родным и понятным, членом семьи и верным другом.

Читать «Яблочный пирог. Литературная реконструкция» — Orange онлайн

Страница 17 из 27

О, я надеюсь, Вы прочли эту книгу самым внимательным образом.

ЗИЗИ

Конечно. И многому научилась.

АЛЕКСАНДР

Чему же, например?

ЗИЗИ

Например, варить жженку.

АЛЕКСАНДР

Что? Этот крепкий гусарский напиток?

ЗИЗИ

Может, и гусарский, а по мне так лучше не бывает.

АЛЕКСАНДР

Осчастливьте меня, дайте отведать Вашего снадобья!

ЗИЗИ

Если Вы обещаете хорошо себя вести.

АЛЕКСАНДР

Это как же?

ЗИЗИ

Приходить к нам хотя бы через день и веселить нас стихами, поэмами и писать нам в альбомы.

АЛЕКСАНДР

Обещаю!

ЗИЗИ

А ещё, если Вы будете хорошо себя вести, я дам Вам почитать вот эту важную книгу.

ЗИЗИ вынимает некий фолиант из шкафа и прячет за спиной.

АЛЕКСАНДР

Что это?

ЗИЗИ

Голиковский Пётр Великий. *

* Имеется в виду Голиков И. И. «Деяния Петра Великого, мудрого преобразователя России».

АЛЕКСАНДР

Неужто?

ЗИЗИ

Я знаю, он Вам очень-очень любопытен.

АЛЕКСАНДР

Умоляю, дайте взглянуть!

Но ЗИЗИ смеется и улетает с книгой в гостиную, оставив соседа любоваться содержимым книжных шкафов, откуда выглядывают знакомые новиковские корешки, заветное тиснение с именами Вольтера и Руссо, лакомые Сумароков и Княжнин. АЛЕКСАНДР застывает перед шкафами, не в силах оторвать глаз от открывшихся ему богатств. Ни одна из обитательниц Тригорского не столь притягательна, как эта сокровищница.

СЦЕНА 9. ТРИГОРСКОЕ

Закончив письма, АЛЕКСАНДР возвращается в гостиную, где находит ЗИЗИ и АЛИНУ.

АЛЕКСАНДР (обращаясь к ЗИЗИ)

Вот уже не в первый раз я пытаюсь завязать светскую беседу с Вашей сестрой, мы провели целый день в одной коляске по дороге в Опоч-ку, но за все время она сказала мне не более трех слов. Милая Зизи, не окажете ли Вы мне услугу, выступив в роли переводчика? Мне иногда кажется, что в нашем общении его недостает.

ЗИЗИ радостно усаживается между АЛЕКСАНДРОМ и АЛИНОЙ.

АЛЕКСАНДР (обращаясь к АЛИНЕ)

Поговорим о литературе. Читаете ли Вы романы?

ЗИЗИ

О, да, она сидит с книжкой все ночи напролет, мы скоро разоримся на свечах.

АЛЕКСАНДР

И что же Вы читаете?

АЛЕКСАНДР пытается поймать взгляд Алины из-за пышной шевелюры ЗИЗИ.

ЗИЗИ

Она читает Клариссу.

ЗИЗИ крутится и ёрзает, к чему обязывала её роль переводчика, занимающего промежуточное положение меж двух сторон.

АЛЕКСАНДР

О чем этот роман? Много слышал о нем, но не доводилось держать в руках лично.

ЗИЗИ (со вздохом)

Как о чем? О любви.

АЛЕКСАНДР

Неужели Вам уже разрешают читать любовные романы?

АЛИНА вспыхивает и пытается уйти, однако ЗИЗИ сидит на краю её платья, и выдернуть его сразу не получается. Затем платье вырывается, и АЛИНА отсаживается к роялю, чтобы углубиться в ноты и абстрагироваться от разговора.

ЗИЗИ

Почему бы и нет? Их читают у нас все, включая маман.

АЛЕКСАНДР

Тогда и я прочту. Если Клариссу читает даже маман, уверен, что в ней нет ничего предосудительного.

АЛИНА наигрывает что-то на рояле и тихо напевает.

АЛЕКСАНДР (подходя к роялю)

Ах, почему я могу слышать Ваш голос, только когда Вы поете?

Не бойтесь меня.

На звуки музыки входит АННА. Она садится рядом с АЛИНОЙ, и они что-то играют в две руки.

АЛЕКСАНДР

Обычно в моем присутствии барышни стесняются ошибок в русском языке, но я очень люблю такие ошибки и очаровательный французской прононс наших барышень, когда они говорят «сууп с кагтофелем», «бгуснична вода».[47]

ЗИЗИ взрывается от смеха, АЛИНА готовится что-то сказать, силясь подобрать слова, но АННА прерывает её.

АННА

Алина молчит оттого, что знает, что с Вами девушкам почти неприлично разговаривать, Вы имеете репутацию дерзкого соблазнителя.

АЛЕКСАНДР

Почему же тогда Вы и Зизи разговариваете со мной, пренебрегая приличиями?

АННА

Вы сегодня – наш гость!

АЛЕКСАНДР

Слава моей лошади. Значит, я и гость мадмуазель Алины. По-Вашему, хозяйке прилично сидеть в углу букой и не вести дружеской беседы с гостем? В высшем свете действуют совсем другие правила. Легкая необременительная болтовня никогда никого ни к чему не обязывает и не следует воспринимать её серьезно.

АННА

Девушки всё воспринимают серьезно, поэтому красноречивые соседи опасны для них.

АЛЕКСАНДР

Сударыня, неужели Вы ещё не успели заметить, что я невиннее младенца? Будь это не так, разве Вы не почувствовали бы уже моих притязаний? А я держу пари, что Вы их не почувствовали, это-то Вас и волнует.

Признанный сердцеед, искусный интриган при всей ограниченности здешнего женского общества до сих пор ведет себя, как восьмидесятилетний подагрик. Хотя нет, подагрики куда игривее.

Наконец, в дверях появляется хозяйка дома.

ПРАСКОВЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА

Вижу, что письма написаны, а готова ли очередная глава Вашего нового романа в стихах?

АЛЕКСАНДР

Покамест нет.

ПРАСКОВЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА

Нам хотелось бы услышать ее первыми, по праву доброго соседства!

АЛЕКСАНДР

Если говорить начистоту, то я бы не хотел Вам её читать.

ПРАСКОВЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА

Почему же?

АЛЕКСАНДР

Боюсь, что Вы примете кое-что на свой счет, начнете обижаться и мне будет неловко бывать у вас. А лишиться Вашего общества мне было бы тяжело.[48]

ПРАСКОВЬЯ АЛЕКСАНДРОВНА

Вы заинтриговали нас. Может, Вы написали что-то, помимо романа?

АЛЕКСАНДР

Я пишу мемуары. Я видел многое и многих.