– Вряд ли. Я опаздываю, иначе бы поехал на поезде.
– Хм. Часто летаете? На Арцелесе бывали?
– До Арцелеса больше пятидесяти парсек. – Отрывисто бросил Майк, но потом, заметив сдвинутые брови в зеркале заднего вида, добавил. – Сомневаюсь, что там был кто-нибудь из фимидианцев, кроме посла и сотни весьма богатеньких туристов.
– Так оно и есть. А неплохо бы там побывать. Вы хотели бы?
– Нет.
– Почему? – Искренне удивился водитель и даже мельком обернулся, но Майк не ответил и уставился в окно. Иногда его одолевало нежелание летать вообще.
Со времени их первого со Стэнли полёта прошло два года. За это время они сильно истощили себя. Вначале бесконечные судебные разбирательства. Потом попытки арендовать корабль, учреждение совместного предприятия на пять человек, первые грузы, за которые они не заложили разве что жизни. Звёздная чехарда, когда они каждый раз начинали путешествие с обманных манёвров, чтобы за ними не проследили конкуренты, а потом торговля на Эллурии.
Но в итоге всё получилось, причём с невиданным успехом. Компанию «СМ Фаренер» они организовали на пятерых с равными долями. Стэнли и Майк, уговорив Се и Рона, были вынуждены включить ещё и Форну. Их однокурсник, хотя ранее отличался только связями отца, во взрослой жизни оказался цепким и предприимчивым. Благодаря, теперь уже своим связям, он неплохо отмыл Стэнли и Майка от претензий, и даже от угона корабля. Мало того, правительство вступилось за них перед консулом Звёздной лиги, за то, что они проникли на запрещённую планету. Взяв в аренду корабль и приобретя на первый в жизни заём оборудование, они быстро наладили бойкую торговлю с Эллурией.
Конечно, впоследствии Форна палец о палец не ударил, а с планеты поднимался только однажды – слетать на пляжи Вилья-Эскоре. Но вначале он сильно им помог. Сделав за два года около пяти миллионов процентов чистой прибыли, они заслуженно заняли место на обложке «Финансового вестника».
А сейчас у них снова практически ничего не было. За исключением корабля. Стэнли, видимо, обладал гипнотическими способностями, раз уговорил их потратить все сбережения на покупку судна. Впрочем, у них не было выбора.
Такси со скоростью ветра добралось до скал, и только автострада поднялась на плоскогорье, как они въехали на главную и единственную улицу порта. По левой стороне возвышалось пятиэтажное здание терминалов. Несколько башен с широченными основаниями разрезали сплошную зеркальную стену длиной в семь километров. Помимо портовой инфраструктуры, внутри размещались государственные департаменты и официальные представительства других систем. На противоположной стороне улицы располагались все организации, сопутствующие порту: три четверти офисов всех частных торговых, трейдерных и консалтинговых фирм в области межзвёздного права присутствовавших на планете. Между ними ютились десятки кафе и ресторанов, первые этажи заполняли дорогие и не очень магазинчики. А если углубиться в сотню коротких переулков, можно было найти места гораздо злачнее и более привлекательные для тощего кошелька. Под стать башням космопорта над частным сектором тянулись к небу свечки гостиниц.
Такси замерло под широким двухэтажным козырьком ресторана Кернбрена.
– А всё-таки я вас узнал. – Сказал на прощанье водитель. – А значит, вы мне солгали, в прошлый раз вас ничто не могло остановить на пути к звёздам.
Майк хотел ответить таксисту что-нибудь хлёсткое, чтобы не лез в чужие дела, но потом просто произнёс:
– Это был не я.
В Кернбрене они занимали одну из верхних лож. После того как деньги стали не проблемой, у них появилась привычка собираться перед вояжами здесь. Когда Майк, преодолев ступеньки, взбежал в ложу, больше похожую на отдельный кабинет, три человека в креслах за столом из тёмного дерева поднялись поприветствовать его.
За два года они ничуть не изменились. У Стэнли попеременно улыбка менялась с радостно-возбуждённой на хмуро-озабоченную, оно и понятно, на нём как на капитане лежали большинство организационных дел, в особенности финансовых. Андрей всегда сохранял серьёзное лицо. Как старший помощник и второй пилот, он был снабженцем корабля и следил за тем, что не успевал охватить Стэнли. Рон, как называли Андрея друзья, за последний год расстался с бледным полупрозрачным цветом кожи. То, что не могло сделать жаркое солнце Сользена, сделало слабое постоянное излучение, пронизывающее корабли в космосе. Стэнли, как и Майк и Се тоже немного потемнел, но его светлые то ли жёлтые, то ли рыжие волосы не так выделялись, как белобрысая шевелюра Андрея. Себастьян являл им полную противоположность. Всё в нём говорило о прадеде, прилетевшем с Астуриса. Чёрные рассыпающиеся прямые пряди волос и крепкий загар в любое время года делало его жутко привлекательным для девчонок. Жутко – для парней. Наверное, именно поэтому на его губах постоянно играла снисходительная ухмылка. Как ни странно, он походил по характеру на Андрея. Оба если втемяшат что-нибудь в голову, то обязательно добьются своего. Но Андрей постарается сделать как можно честней и обязательно предупредит соперника о действиях. А вот Се работал так, чтобы затратить как можно меньше сил. Таким образом, он умудрился отметиться в учёбе как прилежный курсант, в то время как именно он являлся причиной многих несуразностей в академии. Се был единственным из них не штурманом по образованию. Он закончил факультет связи, но был известен своими историями во всём потоке.
Два года назад они вчетвером заключили союз и создали первый частный экипаж на планете со средним возрастом ниже тридцати лет. Правда, из всей четвёрки Майку пришлось труднее всех. В экипаже было слишком много штурманов и не хватало инженеров. Тут подвела его склонность к машинным агрегатам. Так что ему целый год пришлось корпеть над книжками, чтобы сдать экзамены в училище на корочку младшего механика. С ней он в реальности мог устроиться разве что стажёром на танкер, но в их компании он назывался старшим инженером. Однако, все эти должности существовали только на бумаге, все решения они принимали вместе.
– Быстро добрался. – Заметил Стэнли, пожав ему руку, и тут же хлопнул в ладони. – Так, вначале разберёмся со срочным. Я надеюсь лицензия с тобой?
– Да, – Майк рухнул в кресло, – я же говорил, через день собирался идти…
– Хорошо, хорошо, – перебил его Стэнли, – давай сюда. Рон, как договаривались.
– Будет исполнено. – Вяло козырнул Андрей и перехватил пачку документов.
Стэнли упёрся в него взглядом. Рон всплеснул руками.
– Всё будет в порядке.
– Форна теперь не связан с нами и может отказаться.
– Мне он не отказывал. – Уверенно кивнул Андрей. – Се, хочешь прокатиться?
Себастьян улыбнулся.
– Уговорить или подстегнуть? – Сверкнул он белыми зубами.
– И то, и другое.
– Отлично, – снова хлопнул в ладоши Стэнли, – у нас завтра в шесть вечера таможня. Документы и вы должны быть на борту до.
Андрей согласно кивнул и потянулся к стакану с зеленоватым напитком. Брови Стэнли медленно изогнулись чайкой.
– По-моему, у вас и так времени в обрез. – Развёл он руками.
– Ты слишком напряжён. – Протянул Се. – Документы подаются в кабинет номер семь департамента по работе с внутренним персоналом. Открывается через сорок минут, прямо через дорогу.
Его палец упёрся в стеклянную стену, за которой тысячей солнц сияли окна диспетчерской. Стэнли кивнул и наконец сел.
– Ты лучше расскажи, что за рейс. – Сказал Андрей. – А то мы в полном неведении.
До заключения сделки они подписывались на новый контракт только вместе, но из-за трёхмесячного перерыва в делах, они дали согласие Стэнли на любое его предложение. Благо он их никогда не подводил. Видно, Себастьян и Андрей знали не больше Майка.
– Я и сам до конца схемы полёта не знаю. – Огорошил сразу Стэнли. – Но у меня всё под контролем. Нас зафрахтовал исторический факультет Фиенны. Они ведут раскопки на нескольких звёздах в радиусе восьми парсек. С нами полетит сотрудник и несколько тонн груза. Затем мы перебросим несколько человек и груз между некоторыми планетами. Судя по всему, у них с ассигнованиями туго, поэтому чётко договориться не удалось. Они не знают насколько хватит средств и куда дальше придётся лететь. Мне устно заявили, что при подаче прошения с формулировкой, что корабль уже на линии, им выделят деньги без разговоров, чтобы избежать дополнительных расходов. Груз: консервы, почта, посылки, документация, инструмент, оборудование. Загрузка пятьдесят-семьдесят процентов по грузоподъёмности и не более половины по объёму. В этом отношении мы подходим идеально. Начальный маршрут: Эльгрея, затем Маркежен или Йелукка, потом Фриштитис. Возможен заход по пути. Понимаю, – поднял руки Стэнли, останавливая Андрея, – слишком расплывчато, зато контракт в нашу пользу. Загрузка завтра утром, до её начала я получаю предоплату, пятьдесят процентов за озвученный маршрут. Платят по тарифу.
– Маркежен, – попробовал слово на вкус Се, – недалеко от Сардоникского ока.
– Да, но сам Маркежен, на котором живут в основном толиникские колонисты, всегда была мирным буфером между фришами и кортолийцами. Они не терпят у себя активистов с Гваждарииса и имеют мандат Лиги. На Эльгрее и Фрише мы были, Йелукка тоже не представляет ничего опасного, в сфере таможни Лиги, обычный аграрий. По факту мы опишем хороший круг по всему сектору, причём Маркежен будет самой ближней точкой к Сардоникскому оку. Затем будем идти к Мирфакской гриве, а там нам каждая вторая звезда знакома. И главное, перед каждым новым пунктом назначения имеем права выбора. Можем отказаться, при этом получим всю плату за выполненную работу. В случае отказа остатки груза скидываем в ближайшем порту класса А по нашему выбору.
Се согласно кивнул.
– Кстати, – Стэнли покопался за пазухой и вынул небольшую книжицу документов, – ознакомьтесь, но там обычный контракт. В конце чётко прописаны наши условия.
Андрей перехватил документ и раскрыл на первой странице.
– И всё же меня интересуют в первую очередь люди. – Произнёс он, не отрывая взгляда от контракта.
– Тут тоже чисто. – Махнул рукой Стэнли. – Я разговаривал с профессором и сотрудником, который полетит с нами. Старикан немного странный, но что собственно взять с типа, всю жизнь положившего на алтарь преподавания. По сети, профессор – весьма уважаемый человек на нашей планете. В прошлом году даже получил какую-то награду. По нашему пассажиру информации гораздо меньше, но в записях института такой сотрудник есть, и его краткие данные не несут ничего криминального. И особенно хочу заметить, что их выбор пал на нас по той причине, что мы готовы были вылететь без лишних формальностей через два дня.
Стэнли замолчал и обвёл всех выжидательным взглядом. Майк пожал плечами, всё равно Стэнли рассчитывает на шаг вперёд. Се безмятежно ковырялся в зубах зубочисткой. Рон задумчиво похлопал контрактом по столу, а затем поднялся.
– Всё-таки слишком расплывчатый рейс.
– Ты против?
– Нет. У нас неважная репутация для серьёзных клиентов. Мы можем преподнести себя только в качестве рисковых фрахтов, а в этом мы отличились. Я так думаю, они не нашли согласных лететь на Маркежен без чёткой полётной схемы.
– Отлично. – Сказал Стэнли. – Четверо за, против ни одного.
– Лады. Се, нам пора. Майк, тебе это обойдётся в пару сотен.
Майк согласно кивнул. Андрей и Себастьян вышли из ложи.
– Итак, – хлопнул в ладоши Стэнли третий раз, – у нас на сегодня дел невпроворот.
– Не знаю, что там за дела, – заявил Майк, нажимая кнопку вызова официанта, – но я ещё не завтракал.
Глава 2. Золотая птица и серая лошадка
Когда Майк прочищал зубы после плотного завтрака, они уже сидели в челноке до орбитальной станции Праго-1. Вечером предстояла хлопотная приёмка корабельных припасов, дозаправка, зарядка и предполётная проверка систем. Ожидалась бессонная ночь. А пока они летели на последнюю инспекцию нового корабля.
Собственность всегда лучше аренды. Но когда они начинали, располагая лишь двумя тысячами, самые отчаянные планы Форны и Андрея не позволили взять кредитов более чем на сто тысяч. Покупка раздолбанного корабля на ходу обошлась бы не меньше двух миллионов, но для аренды денег хватило. Правда, их тёмное прошлое из судебных процессов и факт угона корабля отразились на договоре. Корабль они получили предельно старый и за непомерную цену. За два года пришлось выплатить треть стоимости судна. Поэтому мечтой Стэнли всегда было приобретение собственного скунера, что они и сделали восемь месяцев назад.
Форна, получавший из пирога их прибылей сколько и каждый, на этом этапе вышел из дела. В который раз Майк задавался вопросом, что мешало ему сделать то же самое. Двух миллионов отступных ему хватило бы, чтобы купить отличный особняк в пригороде столицы и приобрести какой-нибудь бизнес, вроде сети закусочных из трёх-четырёх кафешек или пять ремонтных мастерских, чем он собственно и хотел заниматься в бытность учёбы. Он за два года сделал то, что его дядьки втроём за двадцать лет. Однако, письмо, догнавшее его на Доркелоне, в котором с двадцати четырёхлетием его поздравляли не только тётя, но и дядья, не принесло радости. Даже их смущённые улыбки, говорившие о признании успехов. Что ему ещё надо в этой жизни?
Майк сфокусировал взгляд на экране и понял, что уже полчаса пялится на гонки в классе ЭкстраГС. Плоские машины, паря в нескольких миллиметрах над покрытием трассы, мчались друг за другом, стена с рекламами за ними сливалась в неразборчивую разноцветную полосу. Выключив экран, Майк повернулся к Стэнли, который стилосом бегал по экрану записной книжки. Мелькали схемы узлов, сводки документов, ремарки, разноцветные маркеры. В общем, старая песня: Стэнли так жёстко контролировал процесс ремонта их корабля, что иногда заставлял прораба срываться в истерику.
– Сейчас тряхнёт. – Вдруг отвлёкся от книжки Стэнли.
Челнок полминуты подумал, а потом ощутимо вздрогнул. Мерный шум голосов в салоне продолжился с большей интенсивностью.
– В сотый раз летит этим маршрутом, – объяснил он Майку, указывая стилосом в сторону пилотской кабины, – но никак не запомнит, когда мы войдём в ионосферу.
Майк пожал плечами, в конце концов, он тоже не сумеет определить момент, когда электромагнитная защита корабля резко оттянет на себя часть мощности, что отразится на антиграве и движке в целом. Впрочем, Стэнли прав, если бы он был за штурвалом, то проходил бы атмосферу с усиленной защитой, а не на автоматике. Наверняка, пилот получил рекомендацию от компании экономить энергию.
– Так значит, ты на меня уже не злишься?
Стэнли задумчиво почесал себе нос.
– Я злился до твоего приезда. Что хочу сказать: так делать больше не стоит. Банальная неувязка с документами может поставить под удар всю экспедицию. Единственное, почему я этого не сказал сразу, это потому что ты всё и так понимаешь. Но надеюсь, такого больше не повторится. А нынче поставим крест на этом. Согласен?
Майк хотел возразить, но всё было по делу, а потому кивнул.
– Что там у нас с «Гривом»? – Бросил он взгляд на книжку.
Стэнли показал было общий план корабля, но потом взглянул на часы и переключил экран в спинке сидения на лобовую камеру челнока: перед ними вырастало что-то отдалённо похожее на снежинку под микроскопом. Снежинку, ощетинившуюся километровыми иглами арматуры, бесформенными почками ангаров и вздутиями административных зданий, блистающие гранями. Выгнутый планетарный горизонт висел на самом краешке экрана.
За последние два века технологического прорыва орбитальная исследовательская станция успела превратиться в город. Космическая отрасль развивалась успешно, и всё больше задач требовало решений в вакууме и невесомости. Помимо научных лабораторий и туристического центра, здесь располагались тренировочные комплексы для учебных заведений вроде академии Илана, а также представительства для существ, неспособных или не желающих выносить фимидианскую силу тяжести или климат. Но это всё располагалось внутри, в ядре станции. Внешнюю часть составляли длинные терминалы, принимающие различные корабли. Большую часть занимал внешний порт для кораблей, не предназначенных для посадки на поверхность. Достаточно далеко была вынесена ферма, к которой подходили корабли не прошедшие таможню. И значительный объём занимала верфь, на которой полгода собирали их новый корабль.
Через терминал-приёмник пришлось проталкиваться, но, показав пропуски в правом конце холла, они попали в шлюз верфей. Там было гораздо меньше народу, и очередь на реллер отсутствовала. В небольшой вагонетке на четыре места они расположились вместе с двумя тучными темнокожими захиярцами. Вагонетка переехала в соседний зал, двери сомкнулись, и по колебаниям индикаторов стало ясно, что давление снаружи падает. Свет внутри вагонетки медленно потух, и стали видны внешние полутёмные двери шлюза. Наконец, процедуры закончились, створки разъехались, и вагон заскользил вдоль рельса, проложенного по ферме. Вначале путь пролегал сквозь шахту. Вокруг вырастали прямые, плоские или выгнутые стены, иногда сплошные, иногда с глубокими пазами. Скупой фонарь выхватывал из тьмы углы, в которых висели облака мусора, а иногда мерк под ярким светом окон. Пару раз им попадались такие же линии реллеров, по которым скользили вагончики в других направлениях. Вскоре, следуя за длинной чередой огней, они вынырнули наружу, и на мгновение страх судорожно сжал горло. Слишком неожиданной оказалась смена замкнутых туннелей на открытое пространство, где единственное, на чём мог остановиться взгляд – сияющая Фимиде. Планета безмятежно светилась бело-голубыми разводами, но не успели они вглядеться в очертания материков, как она завалилась назад. Теперь они неслись вдоль длинной стрелы раза в три тоньше, чем вагонетка. Ослепительное пятно солнца стало просачиваться из-за сооружений за стрелой, окно потускнело, оберегая их от смертельного блеска. Впереди медленно вырастала тёмная паутина верфей.
Холл административного здания верфи во многом повторял терминал-приёмник, но люди были совершенно другие. В основном все спешили с озабоченными лицами. Даже разнообразные присты и негуманоиды, которых прибавилось, так же торопливо двигались по своим делам.
Пройдя по знакомым коридорам, Майк и Стэнли на лифте добрались до нужного терминала и, задержавшись в тамбуре, чтобы надеть техкостюм, выбрались к докам СЗС. Внутри длинного туннеля на Майка накатила волна лёгкости, в голове мир стал переворачиваться. Двух недель на планете хватило, чтобы потерять иммунитет к невесомости. Проглотив комок в горле, Майк утвердился в сознании и почувствовал, что ноги всё ещё держатся за пол, открыв глаза, он убедился, что всё на месте. Стэнли к этому времени уже исчез в трубе. Майк вошёл в тесное помещение размером с телефонную будку, прицепил себя к плечевым и поясным захватам на стенке, расположил руки точно на рукоятках и нажал кнопку. Дверь перед ним закрылась, а снизу исчез пол. Поток воздуха снизу стал поднимать ноги вверх, но ещё мгновение и стенка, к которой Майк себя привязал, взяла резкий старт вверх. Чувствуя себя сосиской проталкиваемой сквозь трубу канализации, он прикрыл глаза и стал открывать их раз в секунду. В какой-то момент времени дверь отъехала, он упёрся ногами в пол и, высвободившись из захватов, выбрался в сплитер верфи. Отсюда до корабля можно было дойти только пешком.
Сплитер являл собой небольшой зал со множеством дверей в стенах. Косые туннели с отвесными наклонами уходили где вверх, где вниз, а иногда закручивались вбок. За парой проходов виднелись кресла в комнатах отдыха, автоматы с закусками и питьём, над тремя дверьми висели тревожно-красные крестики. Посередине висела трёхмерная карта верфи. Два человека что-то обсуждали в углу.
Стэнли направился к большому туннелю слева, уходящему под углом вверх. Сделав в нём несколько шагов с разбега, туннель в их сознании занял правильное горизонтальное положение, и они направились вперёд. В редкие иллюминаторы можно было поглазеть на странное дерево верфи, где роль ветвей выполняли переходы в виде труб, а роль листьев большие бледно-серые ангары разных форм, повторявшие очертания кораблей, которые в них скрывались.
Неожиданно, перед ними появились люди. Чёрно-синяя форма жёстких полётных костюмов, небольшой серебряный вензель двойной W на плече наводил на неприятные воспоминания. Но ещё хуже оказались острые тёмные глаза, выглядывавшие из-под поднятого забрала. Вся троица окинула их презрительным взглядом, лидер коротко кивнул. Стэнли также сухо поприветствовал Бохана, Майк прошёл мимо.
С самого начала их деятельности некоторые трейдовые компании проявили интерес к закрытым слушаниям о похождениях Стэнли и Майка в дебрях Мирфакской гривы, и поняли, что закрытая планета Эллурия сулит гигантские барыши. Изначально её координаты по решению первичных слушаний и резидента Лиги не были обнародованы. Пока дело о рассекречивании Эллурии кочевало из кабинета в кабинет на Ар-це-Лезтосе, «СМ Фаренер» развил бурную деятельность и принялся поставлять на Эллурию оборудование и технологии. Естественно, за ними начали охотиться, и первый год выдался тяжёлым в плане полётов. Отлёт приходилось совершать в неожиданное время суток, полётный план никогда не соответствовал действительности, каждый рейс производили полную проверку корпуса и внутренних помещений на наличие жучков и шпионов. Некоторые компании при этом не скрывались, и иногда целый шлейф кораблей отправлялся по их следам. Непосредственно с Боханом, капитаном экспедиционного «Вельтерина» пришлось схлестнуться в бою. Стрельбу, строго говоря, затеяли они сами, когда Бохан отказался отстать, характеристики их корабля сильно уступали вельтеринскому, а обмануть Бохана Стэнли не удалось. К счастью, взаимные повреждения после инцидента оказались незначительными. Спустя год Лига официально рассекретила местонахождение Эллурии, «СМ Фаренер» и две подобных компании обрели официальный статус. А ещё полгода спустя они продали «Вельтерину» контракт на Эллурию за кругленькую сумму, так как конкурировать им было уже не по зубам. Три месяца назад полёты на Эллурию стали не рентабельны, и они остались без работы.
От последней переходной камеры расходились четыре туннеля, пройдя ещё сотню метров по право-верхнему, они вышли в подсобку размером с небольшой трюм. На двух больших планшетных столах светились схемы, а перед ними стояла тёмная фигура человека. В четырёх метрах за стеклом виднелся желтоватый корпус «Грива».
– Вы! – Обернулся на шелест закрывающегося люка инженер.
– Спокойно, Лукич. – Примирительно поднял руки Стэнли. – Последняя инспекция, мы уходим в рейс.
– Слава Богу! – Молитвенно сложил руки прораб и вернулся к планшету.
Майк подошёл к иллюминатору полюбоваться на корабль, а Стэнли склонился рядом с Лукичем.
– Мы на пару недель исчезнем, так что отдохнёшь.
– Поймите меня правильно, – холодно ответил Лукич, – я уже не понимаю, кто начальник, я или вы?
– А кто платит?
– Вы – заказчик, – рявкнул инженер, – а я начальник. И прежде чем указывать на недостатки, надо дождаться выполнения этапов.
– Перестань, без меня вы бы колдыбались на два-три месяца дольше, а у меня нет лишних трёхсот тысяч на ваше спокойствие. Сколько вам ещё времени нужно?
– М-м, десять дней. Завтра закончим прокладывать дымовухи и останется протестировать секционно. Вся навигационная система прошла уже вторичную проверку и сбоев не обнаружено, – Лукич принялся загибать пальцы, – остальная электроника тоже в идеальном состоянии. Двигатели мы не трогали после прогонов в прошлом месяце. Да и вообще, что мы закрыли в прошлом месяце, я думаю, отчёта не нужно? Кислотник полностью навели, можете проверить.
Инженер кивнул на иллюминатор. Стэнли подошёл к Майку.
Отсюда им был виден левый бок корабля и частично верхняя часть корпуса. Судно блестело равномерным золотистым оттенком. Защита от кислых атмосфер продержится не больше года, зато меньше придётся тратить на восстановление изъеденных щитов.
– А… – подал голос Стэнли.
– Проверили все движущиеся части. – Перебил его инженер. – Все лафиды изнутри покрыты также, радиоточки, приводы продолжают работать, как ни в чём не бывало.
– Хорошо, манипуляторы…
– Мы их поставили в первую очередь. Они в двух передних лафидах, можете проверить. Я, честно говоря, не думал, что такие массивные штуки могут так быстро двигаться, а главное точность…
– Знаю, знаю, господин начальник. – Улыбнулся ему Стэнли. – Не скоро у нас начнут делать такие вещи.
– Н-да. Короче, я с ними вдоволь наигрался, отрабатывают нужные углы. Смотрите, – ткнул пальцем в схему прораб, – по всем этим узлам я лично…
– Я пройдусь? – Спросил Майк, направляясь к тамбуру.
Стэнли коротко кивнул.
– Не трогайте только системы подачи чего угодно. – Бросил Лукич. – Мы собираемся прокачать их в последнюю очередь.
Майк кивнул и вышел в тамбур. Здесь ему пришлось заменить техкостюм на скафандр. Костюм предназначался только для защиты в аварийных ситуациях, к примеру, мог выдержать пребывание в вакууме сколько угодно, но его температурного резерва хватило бы только на полчаса, затем он сравняется с окружающей средой.
Вылетев из шлюза, Майк ухватился за леер, натянутый по периметру ангара, и вгляделся в корабль. Единственный смысл пребывания их здесь был поиск недочётов рабочих. Но сейчас Майк совершал больше обзорную экскурсию. За своё хозяйство он был спокоен, ещё месяц назад двигатель прокатали в старде от Фимиде.
