Страница 2 из 4
В этот момент я не сомневалась ни секунды – этот аппарат будет моим. В моем городе, в моем салоне. Пальцы уверенно скользнули по экрану, но, когда взгляд упал на цифру… Господи!
Я замерла. Цена вспыхнула на дисплее, как электрический разряд. Ха! Даже для меня – владелицы самого успешного салона в городе – сумма была… значительной. Глаза автоматически начали бегать по цифрам, ум лихорадочно просчитывал: сколько процедур в день, какая наценка, сроки окупаемости…
- Да, уж… - не удержалась я вслух, - даже для меня крутовато.
В голове тут же всплыли все предыдущие покупки у «Нового света» - каждая инвестиция окупалась сторицей, привлекая самых влиятельных клиентов. Но эта цифра… она заставляла сомневаться даже меня.
- Что-то смущает, Татьяна?
Голос. Этот бархатный, глубокий голос, прозвучавший прямо над моим ухом, заставил меня вздрогнуть. Я медленно подняла голову – и обожглась взглядом. Сам Эрик Амирович Бродин стоял рядом с моим креслом, едва заметно улыбаясь.
Щеки мгновенно вспыхнули адским пламенем. Будто кто-то вылил мне за воротник кипяток, который тут же поднялся к лицу. Он знал мое имя! Как? Почему?
- Абсолютно ничего, Эрик Амирович, - я растянула губы в неестественно-широкой улыбке, чувствуя, как предательски дрожат уголки губ.
Что со мной происходит? Я – уверенная в себе бизнес-леди, хозяйка собственной империи красоты – вдруг превратилась в смущенную школьницу перед первым свиданием! Возможно, от осознания, что этот мужчина… Нет, даже не мужчина – эталон успеха, воплощение амбиций – вообще обратил на меня внимание.
Он казался таким недосягаемым, стоя там, на сцене, что его внезапное появление рядом с моим креслом сбило все мысли в кучу нервного восторга и растерянности. Руки сами собой потянулись поправить и без того идеальную прическу, а голос вдруг стал на октаву выше обычного.
В этот момент я поняла две вещи: во-первых, этот аппарат я куплю несмотря ни на что. А во-вторых… в-вторых, мне срочно нужно взять себя в руки, пока этот чертовски обаятельный миллионер не решил, что перед ним не успевшая бизнесвумен, а застенчивая провинциалка.
- Просто Эрик, - сказал он, протягивая мне руку.
Его ладонь оказалась теплой, пальцы – сильными, но не сжимали мои с нарочитой мужественностью. Просто держали. И этого было достаточно, чтобы по моей спине пробежали мурашки.
- Очень приятно, Татьяна, - ответила я, и голос мой вдруг стал ниже, мягче, с легкой игривой ноткой, будто не я говорила, а какая-то другая, более смелая версия меня.
Он потянул меня за руку – не настойчиво, но так, что сопротивляться и в голову не пришло. Я шагнула за ним, ощущая, как энергия внутри меня начинает пульсировать, расти, заполнять каждую клеточку.
- Я знал, что вы захотите приобрести наш продукт, - прошептал он, наклоняясь чуть ближе, так что запах его парфюма – древесный, с оттенком чего-то пряного – окутал меня.
Я просто шла. Не думала, не анализировала – просто существовала в этом моменте. Внутри что-то распевалось, звенело, будто тысяча крошечных колокольчиков.
Между нами – только шаг. Между мной и счастьем – только взгляд.
Промелькнула мысль: а вдруг это не просто бизнес? Вдруг натальная карта, которую я ношу в сумочке, уже начертала наши судьбы?
Мы говорили о технологиях, о трендах, но слова тонули в гуле моего собственного восторга. Он вел меня уверенно. Словно знал этот путь наизусть.
И вот – ресторан. Мягкий свет, приглушенные тона, шепот посетителей.
Официант подал меню. Эрик листал его с деловым видом, а я…
Я смотрела сквозь него.
Не голодна.
Наполнена.
- Ты не голодна? – спросил он, и его улыбка растопила последние остатки моей собранности.
- Нет, - ответила я, почти беззвучно. - Буду воду.
Он кивнул, отдал меню.
- Тогда и мне стакан воды.
Пауза.
- Татьяна…
Что-то в его голосе заставило меня замереть.
- … у меня есть для тебя предложение. От которого ты не откажешься.
Глаза его сверкали, как два бриллианта под софитами.
- Заинтригована…
- Я ищу партнера.
Его слова повисли в воздухе, между нами, тяжелые и значимые, будто капли ртути. Я замерла, чувствуя, как все мое тело напряглось в ожидании. Он изучал мое лицо, ища реакцию – но я не подала ни единого признака волнения, лишь слегка приподняла бровь, давая понять: «продолжай».
- Я предлагаю тебе стать одним из учредителей нашей компании.
Он произнес это так, будто делал предложение руки и сердца – с той же торжественностью, с тем же весом. Но вместо восторга во мне что-то сжалось. Как будто сердце внезапно стало слишком большим для груди.
«Учредитель? Его компании?»
- Боюсь, Эрик, мне не потянуть такое предложение – ответила я, и мой голос прозвучал ровно, холодно, будто я говорила о погодке, а не о возможности, которая могла перевернуть всю мою жизнь.
Но внутри… Внутри энергия, которая еще минуту назад пела и звенела, вдруг погасла, как свеча на ветру.
Не будет никаких отношений. Никаких взглядов, полных тайны, никаких случайных прикосновений. Только бизнес.
Я вдруг осознала всю пропасть, между нами. Моя компания – успешная, но крошечная по сравнению с его империей. Одна сотая. Может даже меньше.
-Ты потрясена, но прошу, подумай, прежде чем дать ответ, - сказал он, и в его глазах мелькнуло что-то, что я не успела разобрать.
В этот момент какой-то мужчина помахал ему рукой – важный, с холодными глазами и дорогим костюмом.
Эрик встал.
- До встречи. И я надеюсь на положительный ответ.
Он улыбнулся – улыбкой, которая больше не согревала – и растворился в толпе, оставив меня одну с мыслями, которые кружились, как осенние листья.
Я осталась сидеть, сжимая стакан с водой.
Партнер. Учредитель. Бизнес.
Ничего личного.
И почему-то это ранило сильнее, чем должно было.
Домой я приехала опустошенной. Словно кто-то выключил свет внутри меня – та самая женщина. Что утром с таким блеском в глазах примеряла будущее, теперь едва шла по мраморному полу прихожей. Я была тенью самой себя.
Автоматически поставила чайник, механически насыпала кофе в турку – движения отточенные, бездумные. Аромат горьковато-пряный разлился по кухне, но не согрел.
Аквариум мерцал в полумраке, искусственные волны перекатывались за стеклом. Рыбки плавали неторопливо, безмятежные в своем неведении. Как же я им завидовала в тот момент! Им не нужно выбирать, рисковать, разочаровываться…
Пальцы сами потянулись к сумке – к той самой натальной карте, что так обнадеживала меня. Где было написано про это? Сама, же и нафантазировала, сама же и поверила в эту сказку.
Кофе перекипел, запах горелого смешался с ароматом разочарования. Я налила себе чашку – черную, как мои мысли, - и сделала глоток. Горько.
Так же горько, как осознание: реальность редко соответствует нашим ожиданиям.
А рыбки все плавали туда-сюда, туда-сюда…
Бессмысленно.
Бесконечно.
У меня было три брака, как три урока жизни.
Первый муж вошел в мою жизнь, как весенний ливень – внезапно, бурно, смывая все границы. Шестнадцать лет, школьный коридор, и его взгляд, от которого колени стали ватными. Он был старше на два года – целая вечность в подростковом измерении. Первые робкие объятия за углом школы, поцелуи украдкой, клятвы, написанные на обрывках тетрадных листов.
Свадьба в восемнадцать – белое платье, купленное мамой в кредит, дрожащие руки и абсолютная уверенность: это навсегда. «Навсегда» продлилось ровно до того момента, пока мы не поняли, что за пылкой влюбленностью не последовало ничего настоящего. Мы росли – но в разные стороны. Ссоры, перерастали в ночные скандалы, а утро встречало нас молчаливой ненавистью. Развод стал горьким, но необходимым лекарством.
Тогда я еще не знала, что любовь – это не только бабочки в животе, но и ежедневный труд.
Второй муж появился в моей жизни под маской надежности. Служебный роман – запретный, а потому вдвойне сладкий. Мы прятались от коллег в пустых переговорных, шептались у кофемашины, обменивались поцелуями в лифте. Он был старше, мудрее, и я, как дура, верила, что наконец-то нашла свою «каменную стену».
Брак казался логичным завершением этой страсти. Но ровно через год после росписи я застала его в пустом кабинете с моей коллегой. Они даже не испугались, не стали оправдываться. Он смотрел на меня с таким… безразличием.
Я стояла в дверях, ощущая, как земля уходит из-под ног, а где-то глубоко внутри рвется на части моя вера в людей.
Развод был унизительным. Но он научил меня главному: никогда больше не позволять никому относиться ко мне, как к чему-то второстепенному. Именно тогда, вытирая последнюю слезу дорогим кремом, я вдруг осознала: все это время я не думала о себе.
На следующее утро я подала заявление на увольнение. Коллеги шептались за моей спиной, бросали жалкие взгляды, но мне было все равно. В тот момент в моей сумке лежал бизнес-план – черновой, написанный ночью.
«Восход» родился из этой боли.
Третий муж…
Мы встретились случайно – в маленьком кафе с запахом свежего круассана и ароматного кофе. Я сидела у окна, он – напротив, за другим столиком. Наши взгляды встретились случайно, но что-то щелкнуло внутри. Через полчаса два столика волшебным образом превратились в один, а через неделю мы уже не могли представить, как жили друг без друга.
Он был успешным хирургом – умным, страстным, с руками, которые умели не только спасать жизни, но и нежно обнимать меня по утрам. По воскресеньям он приносил букеты. Мы ходили в походы, смеялись до слез, засыпали под шепот дождя за окном.
Он был идеален.
Но потом что-то сломалось.
Одна неудачная операция. Потом вторая. Пациент, которого не смог спасти. Он замкнулся, начал пить – сначала по вечерам, «чтобы расслабиться», потом и днем. Я видела, как его глаза, когда-то такие живые, потухли.
Мы боролись. Вместе. Психологи, реабилитации, бесконечные разговоры ночью, когда он плакал у меня на груди, а я гладила его по спине, как ребенка. Но где-то внутри он перестал хотеть быть спасенным.
Потом его уволили.
А потом… его просто не стало.
Он исчез.
Я нанимала детективов. Нашли его спустя месяцы – в подворотне, среди пустых бутылок и грязи. Когда я приехала, его уже не было. Будто призрак.
Развод оформляла без него.
Чувствовала ли я вину? Каждый день. Каждую ночь. «Могла ли я сделать больше? Спасти его? Удержать?»
Боль грызла меня изнутри, но я не позволила ей съесть себя целиком. Я постила его. Простила за его выбор.
И отпустила.
С годами боль притупилась, но перед сном я все равно шепчу:
«Где бы ты ни был… будь счастлив.»
Этот брак стал концом.
Концом веры в то, что я могу быть счастлива с кем-то.
Я сделала глоток кофе – он уже остыл, и горький вкус разлился по языку, точно так же, как горечь воспоминаний заполнила меня. Три брака. Три ошибки. Три жизни, прожитые в поисках… чего? Любви? Счастья? Себя?
Долгое время я думала, что проблема в них – в мужьях, которые не смогли понять, принять, сохранить то, что я им дарила. Но годы шли, а ответа не было. И только сейчас, в тишине утра, с натальной картой в руках, я осознала страшную правду: проблема была во мне.
Боялась одиночества, как ребенок боится темноты, и потому хваталась за тех, кто оказывался рядом – за школьную любовь, за коллегу, за хирурга… Лишь бы не остаться одной.Я не знала, чего хочу.
Натальная карта лежала передо мной. И мои пальцы дрожали, когда я проводила по строчкам: «Поиск себя», «Необходимость отпустить прошлое», «Новое начало».
Как же просто звучало это на бумаге.
И как сложно было сделать.
Я вдруг поняла: все эти годы я жила, уставившись в зеркало заднего вида. Боялась повторить ошибки, боялась снова обжечься – и от этого стояла на месте, как испуганный зверек в свете фар.
Но сейчас, глядя на свою жизнь со стороны, я осознала: прошлое – это не приговор.
Это просто урок.
