Читать «Путешествие длиною в Жизнь. Записки туриста» — Андрей Сазонов онлайн
Страница 7 из 10
Ростовчане шли дальше, иногда делая остановки, мы за ними – и ещё два часа. А когда перевал стал почти рядом – закончился ровный участок долины и начался подъём собственно на перевал, ростовчане сделали лагерь. Но как! Они достали снеговые лопаты из рюкзаков и выкопали себе места под палатки, до камней! Очень удобно, у нас такого снаряжения не было, нам пришлось ставить палатки на случайном пятачке протаявшей земли с краю долины.
Скоро запылали большие костры у ростовчан и наш скромный, маленький огонёк под котлами, поставленный на камни, что же – кто сколько принёс дров, тот тем и греется… Но нам было тоже тепло – мы и этого не ожидали…
В эту ночь, видя, что ростовчане не торопятся ложиться, мы тоже не легли спать и сидели, слушали песни под гитару у большого костра на снегу, там, где нет никакого леса. Мы спросили, а почему они не выходят на маршрут в 3-4 часа утра, когда снег подмёрзнет? А они так популярно нас учат:
– Сегодня день был тёплый, очень тёплый, и вечер тёплый – значит мороза ночью не будет. Поэтому лучше выходить пораньше, но засветло – идти одинаково сложно – снег сегодня не замёрзнет.
Тут мы поняли, что оказывается, надо знать и тонкости, все нюансы погоды в том месте, где проходит путешествие – помогает и спланировать график движения, и идти легче. Нужно знать особенности погоды в горах, особенно весной – в данном случае – фёна – тёплого ветра снизу-вверх по ущельям, который резко меняет температуру воздуха вверху, на хребтах, и от него зависит состояние снега и лавинная опасность. При фёнах резко возрастает опасность схода лавин.
Спали мы прекрасно, холодно не было, как в прошлые ночи. Поднявшись в 6 утра, быстро на костре сделали завтрак и в 8 утра вышли. Ростовчан уже не было, но на перевал вела та же дорога – очень удобно, для нас, конечно. Без неё мы бы сами топтали снег, проваливаясь по колено и выше, но уже на пути вверх.
Вообще, в мае такая удача была часто – групп ходило много, и перевалы, в основном тоже одни и те же, или недалеко друг от друга. В этот раз повезло нам. В следующем походе может быть наоборот.
Через час мы стояли на перевале Южные Доломиты (1А, 3350 метров над уровнем моря). Снова великолепная панорама гор, Эльбрус стал гораздо ближе, он своей громадой подавлял все вершины вокруг. Снова записки – естественно, мы взяли записку ростовчан, они – предыдущей группы, а на перевале, в каменном туре, в полиэтилене и старой консервной банке осталась наша записка.
Смотрим вниз – снова внизу лес, километр высоты, но тропы нет – есть огромная яма в снегу глубиной около полуметра, которая уходит вниз. Тут Гриша и говорит:
– Это санная трасса.
Садится в эту колею, берёт альпеншток на самостраховку, упирается остриём в стенку этой траншеи – и уезжает вниз. Мы быстро поняли, с Володей отправили вниз всех, и девчонок, и чуть погодя поехали сами! Это было что-то непередаваемое! Вместо утомительного спуска по колено в снегу мы ехали с комфортом, регулируя скорость спуска усилием на остриё палки и только смотрели по сторонам и вниз – из траншеи торчали только наши головы! И километр мы проехали за 10 минут! Одно было плохо, нет не плохо, неудобно – всё, что ниже пояса – было насквозь мокрым. Но в сравнении со скоростью спуска всё меркло…
Уже в 9 часов утра мы двинулись дальше – как0то было непривычно идти днём. Да и погода испортилась – небо начало закрываться перистыми облаками, а затем посерело, солнце поблекло, стало прохладно. Обед был хорошим способом согреться у костра – и мы ели и грелись.
Путь наш шёл вниз по ущелью, затем направо по самому длинному здесь ущелью – Уллу-Кам (это и означает – «длинное ущелье»), а затем в его верховье, к перевалу Азау (1А, 3260 метров), ведущему в Приэльбрусье. Этот перевал разделяет Западный и Центральный Кавказ, Карачаево-Черкессию и Кабардино-Балкарию (за перевалом).
Подъём крутой, но долгий, мы уже устали, девочки всё чаще начали спрашивать:
– А когда будет привал?
Да и мы тоже еле ноги двигали, но шли, шли вверх. Уже стемнело, но темноты нет, есть какая-то серая муть вокруг. Нас ведёт та же тропа ростовчан, что и раньше, мест для ночёвки (ровных площадок) нет и нужно идти дальше. Лишь около 20 часов мы увидели впереди, на большом снежном поле, палатки ростовчан – их было много. Решили ночевать здесь, как они сказали нам:
– Темно уже, и выше идут лавины – очень опасно.
Мы, конечно, согласились с ними – они гораздо более опытные, инструктора, и тоже стали делать лагерь.
И вот тут Гриша испугался – я не знаю почему? Или ночёвки на снегу (он раньше так не делал, правда и мы тоже), или ещё что-нибудь, но Гриша сказал:
– Ставить будем одну палатку, вторую палатку положим вниз.
Ладно, пока ставили одну палатку, закрепляя её на альпенштоки и найдя ещё пару камней для растяжек, девочки готовили ужин, с ними находился Володя Куркин, как специалист по примусам. Эти примуса «Пчёлка» маленькие, 15х15х10 см всего. Внутри обычная горелка, бачок для бензина на 200 грамм и экран, сделанный для защиты бачка от перегрева. Когда примус горит, жар от пламени нагревает бачок, повышая давление бензина, при этом примус горит сильнее. Для того, чтобы не получалось перегрева и взрыва, сделан экран и есть ещё предохранительный клапан. И когда нам говорили, что такие примуса могут взрываться, мы это знали и учли – взяли 1,5 метра стеклоткани – во-первых, для обматывания котелков при варке, чтобы грелись быстрее, для защиты огня от ветра. И ещё для безопасности – защищаться от «взрыва». Мы ещё не знали на практике, что это такое.
Получалось так: спокойно горит примус, громко шумит, подходишь, помешиваешь еду, отходишь – и вдруг из примуса, с громким хлопком, вырывается шар синего пламени около полуметра, затем примус спокойно горит дальше. И так происходит регулярно, каждые 2-2,5 минуты. Мы вычислили этот период и спокойно помешивали свою еду между этими вспышками. Как мы догадались, это было срабатывание предохранительного клапана при нагреве бачка, будет повышенный расход бензина, но взрыва не будет. Вот этим и управлял Володя Куркин, помогая девочкам.
Ужинали поздно, около 22 часов вечера, т.е. ночью – ели и любовались белым полем с десятком палаток.
Настало время ложиться спать. Положили все коврики вниз, хватило даже под ноги положить. Размеры палатки – 160х200 см, т.е. в длину она больше. Нас – 8 человек, поэтому решили спать поперёк палатки. Меня загнали первым, к торцевой стенке, затем все остальные. Гриша лёг у входа. Покрутились, спрессовались, лёжа на боку и попытались заснуть, но это было проблемой – тесно, жарко. Через полчаса стали затекать ноги и бок, на котором лежу – а повернуться невозможно, хотя чуть пошевелиться получалось. Я крутился долго-долго, а потом отключился, уснул.
Очнулся – за стенкой светло, начал шевелиться, разбудил (наверное, лучше сказать расшевелил) остальных. Еле ступая на затёкшие ноги, мы выползли из палатки. Ростовчане ещё спали – им в любом случае надо было пройти перевал Азау, в Терескол. А нам – не надо – у нас есть необходимый минимум перевалов – два – для зачёта путешествия, есть необходимый километраж (в горных походах минимум – 130 км). Да и время на исходе – пора на учёбу. Поэтому Гриша решает не рисковать, а спускаться назад, в долину реки Уллу-кам и ехать домой.
Небо ненадолго стало голубым. Сделав несколько снимков небольших белых вершин, которые поднимались над нашей равниной. Мы уходим назад, по нашей тропе. Это для нас вершины казались небольшими – на самом деле они были выше 3,5 километровой высоты, ведь мы ночевали на высоте 3000 метров.
Вниз шли быстро, легко. Тропа хорошая, а внизу – дорога, и уже к обеду мы подходили к посёлку Хурзук, от которого уже ездили рейсовые автобусы в Карачаевск. Погода испортилась, небо серое, дует холодный ветер. Да и в долине холодно – ещё не распустились почки на берёзах и других лиственных деревьях.
Подходя к посёлку, видим стоящий жёлтый ПАЗик, и с рюкзаками побежали к нему.
Автобус уже был полный – догадайтесь чем? Конечно же – туристами. Были заняты все сиденья – все 28. Но место сзади было пустое, только рюкзаки лежали.
Мы к водителю:
– Возьми до Карачаевска?
Зная менталитет местных водителей, т.е. любовь к деньгам, мы не сомневались, что возьмёт, вопрос – сколько? Договорились на 3 рубля с человека – вдвое больше обычной стоимости, но ехать надо. Мы согласились, вернее, Гриша, а мы полезли в автобус, расположились сзади – сначала рюкзаки, затем, на них – мы. Девочек старались посадить на заднее сиденье – и удалось, ребята из других групп подвинулись, спрессовались – девочки сели, а остальные сидели на рюкзаках, чуть выше сидений.
Но в этот момент подошла ещё одна группа, и всё повторилось, только теперь сели на нас. Было уже два этажа едущих. Но на пути водитель подобрал ещё пару групп, и в результате автобус получился трёхэтажным – сидевшие вверху бились головами о потолок, нижних задавили – можно было только крутить головой. И так мы ехали 120 км – т.е. два с лишним часа.
Выходили скрюченные, помятые – у меня на боку отпечатался ледоруб и какое-то железо, что было в рюкзаке рядом со мной – не моим, конечно. Но в рюкзаках, на наше удивление, ничего не помялось и не сломалось. А у нас оставались примусы, канистры с бензином, почти пустые и котелки.
Где-то также мы садились в автобус до Минеральных Вод, но уже в один слой и быстро взяли билеты на поезд домой, но почему-то до Лозовой (их было больше). А от Лозовой на электричке уже домой. Помятые, уставшие, с загорелыми лицами, мы были очень довольны что сходили в наш первый поход на Кавказ. Для меня это стало началом для новых больших путешествий, теперь на Кавказ – я влюбился в горы…
Глава 10. ВСЁ ЛЕТО В ГОРАХ
1979 год
После первого похода отдыхали недолго – доучились до сессии, снова хорошо сдавали экзамены, хотя за стенами института стояло жаркое лето, хотелось на остров, пляж и в поход.
Был у нас один курс – ВСИТИ: взаимозаменяемость, стандартизация и технические измерения – курс большой, технически сложный, с большим объёмом материала. И близился экзамен по этому курсу. Я, Женя Давлад и Сергей Конопко решили вместе учить материал – т.е. билеты – готовиться к экзамену. Сели в квартире у Жени и учим: билет 1, вопрос 1 – прочитали, разобрали, поспрашивали друг друга, вопрос 2 – также, затем и 3. Берём билет 2 – действия повторяются. Билет 3, вопрос 1 – а в нём что-то очень похожее, ссылка на то, что вроде бы учили, но в памяти ничего нет. Ищем, оказалось, что это мы учили в билете 1. Тут Женя Давлад и произнёс фразу:
– Ладно, мы отличники, хорошо учимся, и нам так сложно, то как учат другие?
И такой же вопрос от Сергея:
– Что они лучше нас что ли?
Мы развеселились, впили по чашке кофе и продолжили – с тем же успехом, а билетов было 23. За два дня мы разобрали половину, а остальные каждый просто прочитал сам. На экзамене мы все получили 5, да и полгруппы тоже. Всё, сдали –и на остров Хортицу, с ночёвкой, отдыхать – через 3 дня следующий экзамен.
На острове на одной из тренировок в конце мая мы узнали, что клуб титаномагниевого завода «ТАКТ» (туристско-альпинистский клуб «Титан») будет участвовать в массовом восхождении на Эльбрус – высшую точку Кавказа, 5642 метра (восточная вершина 5633 метра), но перед восхождением, для тренировки, необходимо участие в горном походе. Это было условие клуба, чтобы проверить участников и в виде акклиматизации перед восхождением. Наш поход в горы планировался на конец июля – начало августа, а поход клуба «ТАКТ» – в начале июля, а восхождение на Эльбрус – в середине месяца. Я согласился идти в поход с клубом «ТАКТ» – и на Эльбрус, а затем сходить в поход с группой нашего клуба. Оба горных похода были 2-й категории сложности, а по времени я успевал на всё.
Я связался с руководителем, Галиной Токарь, небольшой молодой женщиной, лет 28-30, т.е. гораздо старше меня, худенькой с виду, но сильной и физически, и духовно. Она согласилась меня взять, ещё было одно место. Всего в группе было 8 человек – Галя Токарь, ещё несколько молодых инженеров с завода, Лена – девушка чуть постарше меня, слегка полноватая, но сильная, неприхотливая, добрая, мягкая, с короткой стрижкой. Ира Гаркавцева – тоже старше меня, была полненькой, низенькой, живой, активной, весёлой, дружелюбной и очень терпеливой, устойчивой ко всяким неприятностям девушкой, тоже с короткой стрижкой. Из ребят запомнился Сергей – высокий, сильный, с круглым лицом, выносливый, но с недостатком – он курил. Узнав, что мы идём на Эльбрус, он бросил курить, сказав:
– А вдруг я не взойду на вершину, из-за сигарет?
Мы собирались уже в сложные походы и люди с этими качествами – не скандальные, добрые, всегда готовые помочь, весёлые – такими были почти все, остальные отсеивались ранее. Но, конечно, встречались и в сложных походах разные люди, но пока у нас всё нормально.
Была в нашей группе ещё пара – Аня и Коля, с виду нормальные, лет 25-27 им было, но у них были срывы – навязчивые мысли, которые при определённых условиях могли бы создать нам проблемы, а так, благодаря руководителю Гале Токарь, они решались спокойно. Так Аня с Колей почти не были на тренировках. Во время подготовки серьёзно занимались мы с Сергеем – решили бегать по 10 километров на тренировках в воскресенье, пару раз пробежали –осилили мы эту дистанцию. В одно из воскресений в середине июня выбежали и свернули налево, вокруг дома отдыха на берегу Днепра и далее уже привычным путём – через сад. Бежим и видим, что деревья какие-то не такие – ветки с красно-жёлтым оттенком. Мы свернули в сад и увидели, что на ветках висит богатый урожай черешни. Конечно, пока бег мы бросили, занялись древолазанием – просто залезли на высокие деревья и стали есть черешню, наелись до отвала – т.е. почти упали вниз с деревьев. И как вы думаете, что мы сделали дальше? Если мы такие хорошие и ответственные? Конечно же, побежали дальше, выполняя норму – 10 км.
Вообще-то, по медицинским данным, считается, что организму, чтобы почувствовать недостаток кислорода в крови, ка на высоте 3000 метров (это для обычных людей граница скрытой и открытой, т.е. заметной гипоксии) надо бегать минимум 7 минут. Но нам же надо выше – пять тысяч километров над уровнем моря! И мы бегали долго, где-то по 40-50 минут, т.е. те же 10 км. Но это перед Эльбрусом, обычно бегали по 3-4 км в одну сторону, занятия на стадионе, и 1,5 км обратно. Все участники нашей группы редко собирались вместе на тренировках по воскресеньям – все занятые, взрослые люди, руководитель в том числе, поэтому Галя особо и не требовала совместных тренировок. А мы бегали…
В сборах клуба «Титан» участвовали три группы – первой, второй и третьей степени сложности, всего более 30 человек. Учитывая то, что почти все люди, работающие на производстве, время ценили, а поход долгий. Поэтому, в целях экономии времени, билеты брали заранее на самолёт «Запорожье – Минводы», ТУ- 134. Там было 78 мест, туристам в таком количестве в одном рейсе просто не было мест, поэтому улетали три дня, разными рейсами, а я вообще был без билета, так как попал в группу позже. Поэтому мне пришлось лететь на два дня раньше, одному, и встречать группу в аэропорту. А мне ещё и кучу снаряжения дали. Так что попал я в аэропорт с весом всего моего багажа – килограммов 40…
На самолётах за багаж более 20 кг надо было платить, а за ручную кладь – нет. Поэтому у меня в рюкзаке было всего килограммов 25 – за 5 я заплатил. А вот ручная кладь – всего-то 15 кг – почти дамская сумочка с косметикой! Передо мной в самолёт грузилась другая группа туристов. Они уже сдали свой багаж на регистрации и ждали посадки. В это время приходит один из грузчиков и говорит:
– Где эта группа, чьи рюкзаки лежат в багажной тележке? Пусть идут и сами грузят свои рюкзаки!
Пара человек из той группы ушли, а потом оказалось, что в самолёте ТУ-134 багаж загружался снизу-вверх, в хвостовую часть, вручную – грузчики поднимали вещи вверх над собой и загружали в самолёт. А рюкзаки туристов поднять так и не смогли – нетренированные какие-то. И всем аэропортом мы смотрели как пара молодых парней легко загружали свой багаж в самолёт. Смотря на свой рюкзак, я понял грузчиков…
Рейс короткий – самолёт в полёте чуть больше часа. Я сидел у окна и видел, как справа по ходу, т.е. со стороны гор, стало резко темнеть, затем чернеть, а с моей стороны светило солнце – надвигалась гроза, а нам садиться скоро. Самолёт делал манёвры, заходя на посадку, в салоне стало темно, и только чувствовалось, как его бросает то вверх, то вниз так, что даже мне, устойчивому к качке, чуть не стало плохо, но пилоты были молодцы – удачно посадили самолёт!
В районе Минеральных Вод – ливень. Таких ливней я мало видел. Пока мы садились, в окна самолёта сплошь была видна вода, как в подводной лодке. Каким образом мы сели – понять сложно, но даже выйдя из самолёта, мы шли по бетону аэропорта по воде, по щиколотку. Для аэропорта это невероятно. Дальше, когда я сел в автобус, едущий на вокзал, я видел, как автобус едет по улице, а волна бьёт в стенки домов на одной стороне, затем отражается и бьёт в заборы на другой стороне.
Этот ливень стал причиной следующего приключения – они сыпались на меня что-то очень часто.
Я ехал в Кисловодск – на квартиру своего деда, Сазонова Ивана Харитоновича, которому было 80лет. Он был ещё бодр, жил один, а я был прописан в этой комнате, чтобы её не потерять в случае чего. Я сел в электричку Минеральные Воды – Кисловодск, интервал между ними от 20 минут днём и до 40 минут вечером. Я ехал днём, часов в 15, людей в вагоне было немного, человек 25. Ливень сделал своё дело – когда зашёл пассажир в соседний вагон и переходил в наш, электричка резко поехала, а двигается она быстро, и на пассажира в переходе обрушился водопад с крыши вагона – он даже не успел дёрнуться и зашёл в наш вагон весь мокрый. Правда, не злой, лишь тоже улыбался вместе со всеми, кто это видел.
Проехав остановок 7, перед Пятигорском, где электричка поднимается на перевал, я почувствовал запах гари, а чуть позже объявление по радио:
– Граждане пассажиры 3-го вагона, просим пройти в соседние вагоны, в вашем вагоне пожар…
Люди переглядывались, затем, схватив свои вещи, побежали в другие вагоны, а я смотрел на свой груз и думал, насколько быстро я смогу выбежать с 40 килограммами груза? Быстро – точно не получится. Я сидел и ждал, но тут появился дым. Электричка остановилась, а затем прибежал машинист. Хватает огнетушитель и бежит вниз, к двигателям, слышится шипение. Машинист заходит в наш вагон, и электричка поехала. И остался я один в вагоне, почти до выхода… А всё ливень – электричку тоже залило, и многое замкнуло в механизмах.
Я доехал до своей остановки «Минутка», уже в Кисловодске, дошёл до дома –дед был дома. Он был очень рад, и два дня я пробыл с ним. Мы сходили с им к его брату – Василию Харитоновичу, тоже ветерану войны, он жил с моей двоюродной бабушкой на проспекте Победы в частном доме. В детстве мы часто были у них в гостях, очень мне нравился их уютный дом, сад и забор – из зарослей туи – да такой, что не пролезешь.
И вот, через два дня, снова в аэропорту, встречаю свои группы – они прилетели без приключений. И уехали мы вечером на комфортабельном «Икарусе» на Владикавказ – столицу Северной Осетии. Там мы пересели, точнее, еле влезли в автобус до посёлка Дзинага – начальной точки нашего маршрута. Другие две группы ехали в другие точки, откуда все должны проходить свои маршруты и встретиться где-то посредине на двухдневные сборы. А дальше все расходятся опять по своим маршрутам.
Первый день нашего пути – до Райской поляны, большой поляны в сосновом лесу, чуть ниже языка Караугомского ледника – одного из самых длинных на Кавказе. Напротив него, за хребтом, ледник Цей – где была горнолыжная база советских спортсменов и альплагерь – т.е. десятка два домиков для альпинистов, их база перед выходами. Мы же уходили в другую сторону – в сторону Кабардино-Балкарии, через серию перевалов 1А и 1Б категорий сложности.
Поляна красивая – зелёная, очень низкая горная трава, огромные редкие сосны, голубое небо, и вдали высятся серые громады Главного Кавказского хребта и скалы вокруг Караугомского ледника. К нему, т.е. на него мы делаем радиальный выход.
Ледник Караугом – очень длинный для Кавказа, его длина около 20 км – его язык, т.е. окончание, находится очень низко – на высоте чуть более 2000 метров. Почти там, где мы сидели. Сам ледник по бокам и снизу ограждён высокой, до 15-20 метров мореной – валом из камней разного размера, от 2-3 метров до очень мелких и грязи.
Чтобы выйти на ледник, нам пришлось подняться на морену те же 15 метров. Со стороны долины на ней хоть редкая, но растёт трава, и даже цветы. Далее надо идти по гребню морены вверх рядом с ледником, чтобы спуститься на лёд всего метра 3.
Ледник огромный, ширина его снизу около километра, далее он сужается, сжатый скалами на перегибе, а уже вверху, у подножия Главного хребта, расширяется до 20 километров – тут он рождается.
Лёд на нём, в том месте, в котором мы на него вышли, был шершавый, коричневый из-за пыли и грязи и совсем не скользкий, а «кошки» мы в этот выход не брали. Идти по нему с уклоном менее 100 можно было спокойно. Мы и пошли – сначала осторожно, а затем уже быстро, почти бегом, вверх по леднику. Справа, слева и поперёк нашего пути было много промоин, трещин, по которым текла вода – лето, ледник таял. Сейчас, наверное, в этом месте ледника уже нет – по данным печати, все ледники Кавказа за последние 20 лет сильно уменьшились в размерах – конечно, внизу это заметно.
По леднику идти было легко, он некрутой, шершавый. Мы за пару часов прошли 5 км, довольно высоко поднялись (метров на 300), совсем не замечая подъёма и дошли до места, где пройти мы уже не могли – стало круче, и на более гладком льду наши ботинки стали скользить. А трещин появилось гораздо больше – мы подошли к началу перегиба ледника, где он изламывается на крутой стенке ущелья. Да и погода стала портится, появились мощные кучевые облака и где-то вверху ледника загремело – нет, не лавины, а обыкновенная гроза. А мы на леднике, накидок нет, укрыться негде.
Вот мы и сбежали с ледника, очень быстро добравшись до палаток – успели, минут через 10 полил дождь.
Как оказалось, в этом месте всегда так – тёплый воздух с равнины поднимается вверх по ущелью, по пути охлаждается, над большой массой льда образуются мощные грозовые облака и льёт дождь, а над ледником – идёт снег. И происходит это регулярно, как по расписанию – утром солнце, жарко, к часу дня образуются мощные облака, с двух до четырёх часов дня идёт дождь, а с 18 часов – снова чистое небо и солнце. С такими погодными условиями позже мы столкнулись и в Приэльбрусье (там ледников гораздо больше), и в районе Красной поляны, и в других местах в горах. Конечно, эта схема работает, когда нет циклонов. Когда приходит циклон, в горах погода портится на гораздо большее время. Часто на 2-3 дня – и это тоже надо учитывать при планировании походов.
А группа готовилась к выходу – просушивались вещи, укладывались рюкзаки, готовилась еда на ужин и распределялся вес по участникам. Все наши перевалы были в боковых горных хребтах к северу от Главного хребта, всё время в Северной Осетии. А пока утром наша группа наша группа вышла на дорогу из посёлка Дзинага, к первому нашему перевалу – Южный Сауца (1А, 3400 м), так сказать, для тренировки. Верхняя часть долины широкая, именно здесь располагаются все посёлки, и гораздо выше, чем на Западном Кавказе, примерно 2500 метров, поэтому подняться нам надо было всего-то на 900 метров. Рюкзаки
тяжёлые, все продукты на 12 дней похода несём на себе, идём тоже не очень быстро, но одна девушка, назовём её Аня, шла совсем плохо, стала отставать. Её немного разгрузили – пошла чуть быстрее, но всё равно медленнее, чем все, тем самым снижая наш общий темп. Сказалось то, что на тренировки группы в Запорожье она почти не ходила. И на весь поход пришлось это терпеть, обратно её уже не отправить…
На перевал поднялись поздно, часа в 3 дня, затем ещё долго спускались по крутой тропе до первой поляны, сильно устали.
Следующий день как отдых, переход от одного перевала к другому – спуск по реке Хазныдон (т.е. вдоль реки по хорошей тропе) и небольшой подъём к перевалу Цебелаг – но уже 1Б, 3600 метров.
Перевалы 1Б отличаются по классификации от 1А тем, что они сложнее, такой перевал уже с ледником, как правило и уклон ледника довольно крутой -15-250 , т.е. по такому леднику в ботинках не пойдёшь, нужны «кошки» – металлические накладки на обычные ботинки с 10-12 зубьями, сантиметров по 8 длиной. Такое снаряжение должно быть у каждого. А ещё на леднике могут быть трещины – открытые, которые видно, и закрытые – их не видно в негу, но, когда наступишь, провалиться внезапно можно легко. Чтобы этого не случилось, для того, чтобы вас можно было бы вытащить, туристы и альпинисты ходят по 2-4 человека в связках верёвкой диаметром 10 мм и длиной 20-40 метров. всё это для безопасности и обязательно для групп, идущих в походы 2- 5 категории сложности. У нас было всё это снаряжение – на всех, что сильно утяжеляло рюкзак, но что поделаешь – такой спорт.
На подъёме к перевалу Цебелаг ледника не было, сначала шли часа 3 по крутой тропе, а следующие три часа без тропы, просто по камням, с трудом преодолевая особенно крутой, почти шестидесятиградусный склон, ведущий на перевал. Перевал узкий, всего около метра шириной, поэтому сидеть долго не стали, только быстро осмотрели виды – конечно, красиво, но не так, как на западном Кавказе, и пошли вниз. Это ещё метров 60 вниз по камням, очень круто, приходится идти осторожно, чтобы не сбросить камень на голову идущего внизу. И серпантином не пойдёшь – ширина спуска метров 8, не более, а справа и слева – гладкие стены. И с них тоже может что-то упасть.
В конце спуска – выход на ледник, хорошо, что без снега – трещины все видны, да и крутизна небольшая, хотя конца ему пока не видно – скрывается за перегибом. Тут все одели «кошки» и пошли по льду – сначала очень непривычно, неудобно, но с каждой сотней шагов мы шли всё увереннее, понимая, что «кошки» держат даже на крутом льду, только ноги выворачивает сильно – подвернуть их ничего не стоит, выручает опять-таки физическая подготовленность.
Конечно, мы шли медленно – всё-таки много ребят никогда в «кошках» не ходили, поэтому вышли к концу ледника только вечером, после захода солнца и дальше не пошли. Палатки поставили метрах в 200-х от края льда, куда всё время падали лежащие на краю льда камни, иногда крупные и катились вниз, в глубокую яму. Палатки стояли на высокой морене ещё ниже, отделённой от ледника этой самой ямой.
Приготовили еду – конечно, на бензине, здесь почти нет леса, а значит нет и дров. Только далеко внизу, даже ниже посёлков, так что работали только с примусами. Легли спать засветло – очень долгие дни летом. Спали по 4 человека в палатке, я с краю, Сергей – с другого края, а посредине – две девушки – Галя Токарь и Лена.
Мне не спалось, ворочался, и вдруг почувствовал, как подо мной дрожит земля и слышится звук катящегося камня – судя по всему, огромного. И летит точно на нас, кажется. Меня бросило в жар, через пару секунд – в холод – сильный страх как-бы парализовал, я не знал, что делать, хотя где-то в глубине мозга мелькнула мысль – место безопасное, до на не достанет. Но страх победил, я выскочил из палатки, и со мной выскочил Сергей – скорее всего, почувствовал то же самое. Мы увидели, что огромный камень, метра 2х3, который всё время лежал на краю ледника чуть дальше, сорвался вниз и медленно катился в яму так, что реально земля под ногами дрожала. Со звуком, похожим на взрыв, камень грохнулся в яму и явственно запахло порохом.
После этого мы с Сергеем залезли в палатку и уснули уже спокойно. Позже я снова столкнулся с таким же инстинктивным страхом, уже в походах с детьми, но немного по-другому.
В следующие дни мы подходили к вроде-бы простенькому перевалу Дашивцек, некатегорийному, 2900 метров, но каких! С подъёмом проблем не было – крутая тропка, всё время вверх по склону хребта, справа – стены хребта с перевалами, слева – долина, из которой мы поднимались. А перевал лежал посредине этого хребта, где скал уже не было. Сложности начались позже, когда мы начали спуск – склон оказался очень крутой, градусов 60, а может и больше, зарос высокой травой и не было тропы… упираясь в склон остриём ледоруба, мы с трудом спускались, очень осторожно и медленно, а ещё приходилось страховать девочек – им оказалось ещё сложнее идти – сорваться и полететь вниз «ой, ка далеко» было очень легко. Вот так шаг за шагом, группа шла вниз, рассредоточившись по склону – каждый искал свой путь, свои ступени…
Шли так два часа, без привалов, отдыха и даже разговоров – было не до этого. И вот, когда до явной поляны оставалось около 100 метров, Лена, идущая чуть впереди меня, воскликнула:
– Хватит, я сейчас съеду.
Села на задницу и поехала вниз по высокой траве. Я поспешил за ней, но ногами, конечно, медленнее. Сверху я увидел, что Лена благополучно доехала, остановилась, встала и очень быстро стала снимать рюкзак и быстро рыться в нём. Я думал, что она получила какую-то травму и ищет в рюкзаке аптечку, поспешил к ней. Оказалось, что она достала карманное зеркальце, навела его на свой зад, и глядя через плечо, пыталась что-то там рассмотреть. Я подошёл, спрашиваю:
– Что смотришь?
А она как-то отворачивается от меня и всё смотрит в зеркало. И говорит:
– Кажется я штаны порвала…
Вот тут я чуть не упал от смеха – съехать с такой высоты и думать о штанах. Когда порвать о камни можно было и большее…нервы не выдержали, со стороны это казалось очень весёлым.
Но на наше счастье, и счастье Лены, она ничего не повредила, по её словам, конечно. А штаны оказались порванными в очень многих местах, разрезанными на полоски.
Мы настолько устали за два перевала, особенно за некатегорийный, что Галя решила сделать днёвку – т.е. отдохнуть, помыться, посохнуть…
Помыться – это нагреть на костре воду в двух котелках, помыть голову, а остальные части тела – в горной речке, конечно, сильно холодной. И тут мы снова чуть не упали. Аня, которая еле шла, мы её разгружали, после мытья головы достала из своего рюкзака пакет с термобигудями и стала цеплять их на свои светлые длинные волосы! Мы были поражены, но такого не ожидали. У всех застрял в горле вопрос:
– Она настолько сильная, что тащит килограмм лишнего веса? И мы её ещё зачем-то разгружали?
Я после этого всегда контролировал то, что берут с собой участники походов, особенно девушки. И были сюрпризы.
На этой днёвке у нас была запланирована экскурсия к водопадам (радиально, без рюкзаков) и день рождения Иры Горкавцевой. День рождения тоже был запланирован – мы знали о нём и заранее, ещё дома, готовили разные вкусности (я приготовил большой кусок щербета – люблю его я), что приготовили другие ребята, пока не знал. Все эти вкусности мы несли сверх запланированного веса и сегодня могли или обжираться – получилось даже так, что взамен завтрака. А на завтрак у местных жителей купили за банку сгущёнки 10 литров (т.е. полные наши 2 котла) парного молока. Вот и позавтракали – 3 кружки молока, щербет, печенье, вафли, шоколад – все вкусности, лакомства. И через полчаса вышли к водопадам – идти километра два по хорошей тропе, с обоих сторон заросшей кустами.
Люблю я в горы восхожденье
Люблю я жизнь в долине рек.
Люблю я мирное схожденье
Как любит каждый человек.