– Дима, сколько я тебе должен за всё?
– Ты что?! – обиженно посмотрел на певца ветеринар. – Ничего ты не должен! Ты у меня в гостях, а я с гостей никогда денег не беру! И не вздумай жене предлагать – обидится.
Жёлтый «Порш» подкатил к воротам. Ребятишки выскочили из двора, стали разглядывать автомобиль.
– Ух ты, какая красивая машина! – восхищался, трогая фары, маленький мальчик.
Саша не смог удержаться, посадил детей в машину и прокатил по деревне. Затем по очереди дал им порулить, посадив к себе на колени. Странное ощущение возникло у певца, пока он находился в обществе школьников, будто попал в параллельный мир, открыл изнанку своей жизни. Появилось чувство, что именно сейчас с ним происходит что-то настоящее, а за плечами— пустота. Александр прогнал эти мысли, усмехнулся себе.
– Дядя Саша, смотрите, я яму объехал!
– Молодец!
После поездки Дмитрий предложил певцу остаться ещё на ночь, отдохнуть. Саша согласился. Мужчины сходили в магазин за пивом. Хозяин достал с чердака вяленой рыбы. От неё шёл такой вкусный запах. Саша впился в неё зубами и не хотел отпускать. Варвара смотрела на него и смеялась. За кружкой пива певец рассказал, что ему нравится сцена и слава, но приходится много работать и он часто устаёт. Отметил, что так душевно давно не отдыхал, поблагодарил хозяев.
За окном стемнело, так тихо и незаметно. Варя с детьми улеглась спать. Мужчины отправились на крыльцо покурить. На чёрном небе светили яркие жёлтые звёзды. Чётко среди остальных созвездий выделялся ковш. Чистый и прохладный воздух закружил голову. Светя во мраке оранжевыми точками сигарет, Дима и Саша молча наслаждались загадочной красавицей – ночью.
– У тебя классные дети, – нарушил тишину певец.
– Да, они удивительные. Для них и живу. И для Вари. А знаешь, какой самый лучший звук, что я слышал в своей жизни?
– Какой?
– Крик своего ребёнка. Родилось моё продолжение и радостным визжанием оповестило весь мир о своём появлении. Это самый лучший звук, что я слышал…
Саша задумчиво смотрел на звёзды. Ему сделалось немного грустно.
Утром певец попрощался со всеми и отправился в дорогу, на свою дачу. Он пообещал хозяевам и их детям заехать на обратном пути, ещё погостить, но сам уже знал, что не вернётся сюда никогда. Саша сел в дорогую машину, улыбаясь помахал провожавшим и умчался жёлтой стрелой, оставив после себя клубы пыли.
Прошло ещё два месяца. Александр готовился к очередному выступлению. Стая гримёров кружилась над ним. Рядом сидела и наблюдала за процессом новая пассия Саши – Елена Лодырёва. За минуту до начала шоу певец подозвал её к себе:
– Хочешь услышать самый лучший в мире звук? – он прислонил голову девушки к стене. В зале гремело: «СА-ША, СА-ША, СА-ША!». Девушка заулыбалась, посмотрела на возлюбленного. Его глаза светились от счастья.
– Саня, пойдём, примешь младенца, – подошёл парень из отдела доставки трупов.
–Щас, Серёг, иду. Подожди.
Старший санитар, Александр Смирнов, и его коллега, санитар Андрей, завезли каталку с трупом молодой девушки в маленькую комнатку, огороженную ширмой. На опознание дочери вошла мать умершей. Через мгновение пронзительный вой разнёсся по всему помещению морга.
– Паша, неси нашатырь, плохо ей!
Полный Павел, молодой санитар, тяжело переваливаясь, принёс лекарство. Женщину привели в чувство, она снова завопила дикими криками.
– Ну, что у тебя, Серёга? – освободившийся Александр вышел к воротам доставки.
– Младенец, 8 месяцев. Утонул в ванной, пока молодая матушка смотрела телевизор, – начал рассказывать доставщик, попутно вынимая из машины маленький, завёрнутый в пелёнку труп ребёнка.
–Хорошая мамашка! – санитар достал сигареты, закурил. На стене рядом висел лист формата А4, на котором крупным шрифтом было написано: «Не курить!».
– Да, причём следователю она сказала, что ребёнок с шести месяцев самостоятельно принимает ванну. Прикинь!
– Ага, а ещё он курит, пьёт, ходит на дискотеки и мутит с девчонками, – Саня улыбнулся.
Кадиллак.
Несколько молодых парней поздним вечером под светом фонаря обсуждали автомобили. Один хвастался, как он легко поменял головку в двигателе, второй – новым гудящим глушителем, третий – количеством девчонок, запрыгивающих к нему в тачку. Рядом с автолюбителями стояли их железные кони – старые «Тойоты» начала 90-х годов. По небу тянулись красивые красные облака, отражавшие свет уже закатившегося солнца. Ночной город манил огнями, обещал приключения и вечную молодость.
Из-за поворота плавно выкатился красный «Кадиллак Эльдорадо». Парни умолкли, повернули головы и благоговейно наблюдали, как приближается мечта. Роскошный авто подъехал к собравшимся и остановился.
–Них.ра себе тачка… – вырвалось у одного водителя.
Из салона медленно, явно рисуясь, вышел подросток в синих джинсах, чёрной кожаной жилетке и ковбойской шляпе.
– Да это же Миха Буравкин!
–Здарова, пацанчики! – поприветствовал знакомых Михаил. Он улыбался широко во весь рот. Видно было, как он счастлив. Тем временем парни уже облепили машину, рассматривали, трогали, щупали, лизали кожу на красных диванах.
– Где взял такое чудо?! Колись!
– Места надо знать! Где взял, там уже нет. Она одна такая в городе!
–Ну хоть цену скажи!
–Лям семьсот.
–Ничё себе, как квартира стоит! Вот это да!
–Смотри, какие диваны сплошные! – уже капал слюнями один подросток.
– А год-то, какой?
– 1978-й, – ответил гордый владелец. – Вы там не шибко-то лапайте! Мне её педорили три часа на мойке.
– Для такого года это просто фантастика! Смотрите, электрические сиденья и стеклопакет!
– Да, это вам не старые японские помойки! Ретро кар! Маде ин юэсэй! – Михаил достал дорогие коричневые сигариллы, закурил. – У этого красавчика двигатель V8 объёмом восемь литров, мощностью 370 кобыл, карбюратор. Коробка автомат, 3 передачи, рычаг переключения под рулём – американская классика. Привод передний. В тачке всё родное: радиоприёмник, диски с колпаками, зеркала. Салон – красная кожа. В такую машину тёлочки сами падают, звать не надо.
– 370 лошадей! Е..нуться можно! Вот это тачка!
–Миха, а можно прокатиться?
– В следующей жизни прокатишься, лошара! Этот конь подчиняется только одному хозяину! – Буравкин большим пальцем ткнул себя в грудь.
– Да, только ради того, чтобы укротить этого зверя и стоит жить на земле! – подытожил один из водителей.
По тротуарам ночного города, любуясь огнями реклам и подсвеченными фасадами старой архитектуры, двигалась молодая пара на велосипедах. Девушка ехала впереди, парень катился следом за ней. Он часто смотрел на её красивую фигуру, плавные движения и улыбался. За поворотом велосипедистам открылся вид на огромную площадь с большим круглым фонтаном и белым высоким зданием правительства. Вымощенные камнем тротуары, множественные цветочные клумбы. По небу плыли красные пухлые облака. Пара остановилась у фонтана. Молодые люди спешились, положили велосипеды на тротуар. Парень подошёл к девушке сзади, обнял её. Несколько минут они заворожено любовались ночным пейзажем. Затем девушка обернулась, посмотрела в блестящие глаза возлюбленного и, не говоря ни слова, поцеловала его. В бешеном ритме забились чистые сердца счастливых детей земли. Парень крепко прижал к себе девушку и прошептал ей на ухо:
– Люблю, люблю, люблю…
Через некоторое время молодые люди подняли двухколёсных коней и растворились в тусклом свете уличных фонарей. Собравшихся вокруг «Кадиллака», стоявших немного поодаль парней они не заметили.
– Да где же вы их берёте?! Всё возите и возите! И так завтра уже тридцать на вскрытие! – возмущался сонный санитар, открывая ворота. Мужчины из отдела доставки открыли задние двери «Газели», выгрузили чёрный мешок на каталку. Один из них вытер пот со лба, подошёл к санитару, закурил. Второй повёз тело в морг.
– Ну, рассказывай, кого припёрли? – выдохнув дым, спросил пожилой санитар Семён.
– Да бабульку. Вся синяя как слива. Молодой пацан, на дорогой тачке, сбил её на перекрёстке. Уже половина одиннадцатого была примерно, темно на улице. Но машины ещё редкие проезжали. Очевидцы говорят, что пацан этот выскочил из машины, посмотрел на помятый капот и кинулся на старуху. Стал её ногами добивать. Говорят, кричал что-то типа: «Помяла тачку, старая мразь!». Ну, водители скрутили его, полицию вызвали.
– Ох-ох-ох! Молодёжь совсем озверела, – санитар выбросил окурок, зевнул. – Ладно, пойду ещё подушку придавлю. Ещё пара часов есть.
– Давай.
Семён закрыл ворота и отправился спать. Водитель поставил автомобиль в углу, у забора. Он вышел из кабины, хлопнул дверью. На территории бюро сразу воцарилась тишина. Пожилой мужчина сел на лавочку, снова закурил. Посмотрел на небо. На чёрном полотне маленькими точками еле-еле светили рассеянные звёзды. В голову в очередной раз прокралась мысль: «Сколько мне ещё отведено таких ночей? Сколько раз мне ещё любоваться тобой, бескрайняя вечная Вселенная?». Водитель тряхнул головой, выбросил сигарету и пошёл в темноту ночи.
На отдыхе.
Несмотря на палящее солнце, на пляже было не многолюдно. Тридцатилетние муж с женой лежали на шезлонгах, спрятав глаза за тёмными стёклами очков. Шла вторая неделя отпуска, и сегодня с самого утра мужчина был обеспокоен, о чём-то думал, ходил загруженный из угла в угол. Жена сразу это заметила, но не подала виду. Она уже привыкла к подобным переменам настроения мужа. Её избранник был человеком творческим: что-то писал, рисовал, фотографировал, сочинял сценарии для фильмов. Иногда он сильно переживал по поводу того, что приходится работать юристом, заниматься нелюбимым делом.
Мужчина приподнялся на локтях, огляделся. Пляж напоминал поле сражения после битвы – несколько тел беспорядочно лежали на песке. Казалось, жара забрала их жизнь. В раскалённом воздухе царило безветрие. Муж посмотрел на жену, она умиротворённо отдыхала. Прошло всего полчаса с того момента, как супруги пришли сюда, а мужчине уже стало невыносимо тоскливо.
– Скажи, тебе нравится здесь? – с робкой надеждой обратился он к жене.
– Да. А что?
– И тебе не скучно, просто лежать целый день и ничего не делать?!
– Нет. Мы же в отпуске, отдыхаем. Расслабься хотя бы на эти две недели и просто наслаждайся вкусной едой, купанием, мягкой постелью.
– Да надоело всё! Я бы мог это время потратить на что-то полезное, написать хороший рассказ, например.
Теперь женщина приподнялась, сдвинула очки, взглянула на мужа. Затем она приняла прежнюю позу и после некоторой паузы сказала:
– Что за человек такой?! Нормально отдохнуть не умеет! Приехали, тут всё тебе: море, солнце, ресторан, прогулки по городу, концерты. Ну, какого, спрашивается, рожна, нужно человеку?! Рассказы ему надо писать! Вернёшься домой и пиши, сколько влезет! Всё равно это лишь хобби и не более того. Ты хороший юрист, и меня это вполне устраивает.
– А меня нет! – завёлся мужчина. – Я знаю, что способен на большее, чем просто быть юристом. И мои рассказы не хобби! Это моё призвание, я точно знаю. Неужели ты не понимаешь, как долго я искал себя?! Спрашивал каждый день: «Кто я? Зачем я здесь?». И только к тридцати, наконец, нашёл! А теперь, когда у меня осталось уже не так много времени, ты хочешь, чтобы я тратил его на тупое расслабленное бездействие.
– Я хочу, чтобы ты отдохнул, – невозмутимо ответила жена, не поднимая головы.
– Я отдыхаю, только когда занимаюсь любимым делом. Я верю, что однажды сотворю нечто великое. То, что будет жить ещё сотни лет после моей смерти. А просто существовать, пить, есть, спать, зарабатывать деньги – я не хочу. Мне просто скучно.
– А мне нравится, как мы живём. Я люблю солнце, люблю этот пляж, люблю наш дом, свою работу, люблю тебя. Может, ради меня, спустишься на землю ещё на недельку и попробуешь радоваться отдыху?!
Мужчина ничего не ответил. Он пролежал молча ещё минут пять, затем резко подскочил и пошёл прочь. Женщина осталась лежать на месте, не шелохнувшись, не обратив внимания на капризы глупого мужа.
Поздно вечером в гастрономе работали две продавщицы лет тридцати. Одна девушка сидела на кассе, вторая расставляла на полках товар. В безлюдном магазине, за полчаса до закрытия, они мирно беседовали:
– А ты чё варила вчера?
– Суп с грибами. Свекровка передала с дачи баночку опят. Ещё осталось, в следующий раз ещё суп сварю.
– А я не стала заморачиваться, пельмени сварила. «Сибирский дурман» называются. Знаешь, мясо нормальное, ну, не бумага. Я своему с кетчупом полила, хорошо поел.
– А мой сегодня забыл еду взять на работу. Я ему звонила, говорю: «Что есть-то будешь?». А он говорит, типа, «придумаю».
– Может, беляшей купил бы?..
– Да у них там столовая хорошая. Наверно, супа поел, вечером спрошу.
В гастроном вошёл мужчина. Вид у него был замученный. Судя по одежде и рукам – работяга с завода.
– Девочки, пиво есть холодное?
– Вот холодильник, за вами.
Мужик посмотрел на литровые банки, одиноко стоявшие на пустых полках.
– А 0,5-е бутылки есть?
– Там, где хлеб, ещё холодильник есть.
Покупатель ушёл вглубь магазина. Одна продавщица равнодушно спросила вторую:
–Литровые чего-то не берут?
– Не хотят…
В первой секции морга, на стол выложили обезглавленный труп молодого парня, попавшего под поезд. Отрезанную голову положили сбоку, рядом с телом. На правой руке была отсечена кисть. Пожилой опытный эксперт долго ходил вокруг стола, заглядывал под тело, шарил в чёрном полиэтиленовом мешке.
– Захарыч, чего потерял?! – спросил старший санитар, Саша Смирнов.
– Да руки нету правой! Всё обыскал. Наверно, на месте происшествия осталась. Саня, позови, пожалуйста, заведующего.
Через пять минут хлопнули двери морга, вошёл мужчина средних лет в белом халате, с серьёзным, гордым выражением лица, играя связкой ключей в руке.
– Ну что у тебя, Захарыч?
– Руки-то нет у него!
– Как это нет? Плохо искал.
– Да я уже везде смотрел, нету. Наверно, на железке осталась.
– Ничего не знаю! Ищи руку, – заведующий отделением повернулся и вышел.
– Ищи руку… – ворчал, улыбаясь, Захарыч. – Да её, поди, собаки утащили и съели давно! Ищи руку!
Эксперт взял за волосы обезображенную голову и принялся прилаживать её к шее, чтобы сделать общий снимок для заключения.
III Безногий.
