– Ладно, хорошо, – ответил Джонс и спокойно стал удаляться по коридору.
– Я зайду к тебе через пятнадцать минут! – крикнула ему вслед Фрэя.
– Договорились! Я буду ждать тебя! – строго ответил он.
– Ну и что тут происходит?! – уже совсем в другом тоне продолжала она, повернувшись к Зордаксу, – мачо разбили сердце, он напился и устроил истерику посреди экспедиции? Тебе всё равно, что из-за твоих капризов мы оба можем провалить миссию и потерять эту работу.
– Меня больше интересуешь ты! – спокойно сказал Зордакс.
– Да пошёл ты!!! – крикнула ему в ответ Фрэя, – ничего такого между нами не было! Если ты себе что-то выдумал, то это только твои проблемы! На общие цели и интересы нашей команды это не должно оказывать никакого влияния! Поэтому или ты немедленно идешь спать и завтра продолжаешь выполнять свои обязанности капитана или я сейчас же докладываю о твоём поведении, и ты знаешь, чем это для тебя закончится! Не я здесь напилась перед утренним рейсом! И оставь меня уже в покое, пожалуйста! Серьезных поводов я тебе не давала.
– Уйди отсюда! – с ненавистью пробормотал Зордакс.
Сейчас он был зол как никогда.
– Вообще дело твоё, ты не маленький мальчик, и ты все понял, а меня ещё ждет отчёт техбригады! – Фрэя развернулась и быстро удалилась по коридору в сторону жилого корпуса.
Зордакс остался сидеть один с угрюмой гримасой на лице.
Джонс спокойно сидел у себя в комнате, когда в его дверь коротко постучали один раз.
– Да-да, войдите!– ответил он.
Фрея молниеносно залетела в комнату и, не сказав ни слова, обхватила шею Джонса, плюхнвшись на диван, тем самым принудительно уложив и его. Джонс обнял её. Он почувствовал дрожь в её теле и дыхании, было понятно, что она сильно взволнована и потрясена случившимся.
– Может тебе самой сделать глоток виски и успокоиться, – предложил Джонс, – давай я принесу, никто не узнает.
– Ты что, с ума сошёл, мне ещё общаться с начальником группы технического ремонта, я ещё отчёт не приняла, – ответила ему Фрэя, – до назначенных двадцати трёх часов ещё два часа, я устала, разбудишь меня если что…
И Фрэя спокойно уснула в объятиях Джонса. Ему было очень приятно и хорошо, он чувствовал приятный запах её волос и был как никогда счастлив и спокоен. Гермошлем лежал рядом на столе включенный и подсоединенный к сети зарядки.
В 23:20 тишину в комнате Джонса нарушило резкое пронзительное шипение рации в гермошлеме, и грубый усталый голос сказал: «Капитана первой группы Фрэю вызывает начальник службы технического сопровождения!»
Джонс открыл глаза и растормошил Фрэю.
– Тебя вызывают, – быстро объяснил он.
Фрэя спросони протёрла глаза.
– Джонс, дай шлем, пожалуйста, – попросила она.
Джонс отсоединил шнур зарядки и протянул ей гермошлем. Та взяла его двумя руками за нижние края, перевернула и поднесла подбородочную часть ко рту, где находился микрофон рации.
– Капитан Фрэя слушает!
– Все готово, время 23:25, отчет сейчас будете забирать или с утра? – сказал тот же голос.
– Отчет сейчас! Обязательно! – послышался её твёрдый ответ.
– Я жду вас центральной рубке! – сказал голос.
Фрея встала, оправилась, посмотрела в зеркало и поправила волосы.
– Ты вернешься? – спросил её Джонс.
– Мне нужно выспаться, – ответила она.
Она, как бы торопясь в суете, подбежала к Джонсу, наклонилась над ним и быстро поцеловала.
– Спокойной ночи.
– Спокойной ночи, – ответил он ей.
ГЛАВА VII. ПЕРВАЯ КАТАСТРОФА
Уже после завтрака, когда команда собралась на предрейсовый инструктаж, Фрея почувствовала, что сегодня произойдет что-то нехорошее. В каждом её движении чувствовалась тревога и беспокойство. К ее удивлению капитан Зордакс вёл себя довольно радостно, уверенно и бодро и это ещё больше усиливало её подозрения. Решив, что это последствия вчерашнего напряжённого вечера, она завершила все окончательные административные процедуры, связанные с отбытием команды и направилась на стартовый полигон к своей машине.
– Если нет вопросов, то можно занимать места в сновигаторах,– продолжал
Зордакс, – мы выходим первыми, всë остальное как обычно.
– У меня есть вопрос, – начал Хэлбокс, обращаясь к нему, и тот час же был
перебит.
– Свой вопрос задашь позже, я уже знаю, что ты хочешь спросить! – резко
оборвал его Зордакс.
Фрэя, как собственно и все остальные сразу догадались, о чём идёт речь. Дело в том, что по правилам прослушивание музыки в кабине было запрещено на протяжении всей миссии в целях безопасности. Считалось, что это серьёзно отвлекает от выполнения основных задач, к тому же пилот в
этом случае не слышит эфир. Но наши ребята, а именно Вэндер и Хэлбокс
вышли из этой ситуации довольно экстравагантным способом. В Центре Управления Программой на станции «Восток», в отделе Сетевого Мониторинга работал один программист, известный Вэндэру ещё со школы, как хакер с сетевым именем «Hamster» («Хомяк»). По личной просьбе своего старого друга он написал безобидную программу взлома системы аудиоконтроля сновигатора, которая позволяла свободно прослушивать любой из аудио-каналов, моментально заглушая его при возникновении переговоров в радио эфире, путём отслеживания голосовых частот. Как только переговоры в эфире прекращались, звук медиа файлов постепенно начинал нарастать и вновь пропадал при возникновении радиоэфира. Правда для загрузки этого несанкционированного плагина необходимо было перед каждым запуском основных систем управления вставить флэшку с софтом в бортовой компьютер. Программа моментально загружалась в память и прослушиваемая музыка глушилась, как только кто-нибудь начинал говорить в эфире. В целом такой способ обхода установленных правил по-своей приемлимости находился где-то между личными отношениями пилота с капитаном группы и его личной ответственностью за происходящее в команде. То, что происходит в кабине пилотов во время рейса, а именно аудио и видео записи полетов фиксировалось только бортовыми самописцами. В реальном времени за ними никто не следил. К тому же это были не единственные приколы внутри команды, ответственность за которые брали на себя капитаны групп. Так, например, двое наших, уже известных не разлей вода экстремальных райдера, – Вэндер и Хэлбокс с ранних пор повадились устраивать между собой что-то вроде чемпионатов по фрирэйсингу на открытых дистанциях. Причем здесь уже все фиксировалось спутниковой навигацией и переговорами в эфире, но руководство миссии продолжало молчать, как бы, не придавая этому особого внимания, тем более оставался спорным и вопрос о том, является ли это нарушением или же соответствует задачам и целям миссии.
В любом случае было понятно, что и на этот раз затевается какая-то заварушка, связанная с риском, а значит снова дополнительным адреналином в крови. Фрэя не особо приветствовала такие развлечения в пути, но мешать этому в данном случае для неё было все равно, что проявлять свою слабость, как лидера, так и члена группы в целом.
Вся команда весело и бодро двигалась по коридору, когда Вэндэр
торопливо обогнал Фрэю уже на выходе со станции. По нему сразу было
видно, что он в приподнятом настроении.
– Куда ты так торопишься? – спросила она, пытаясь хоть как-то поддержать
свой тонус диалогом, – опять с Хэлбоксом что-то мутите?
– Как ты догадалась? – риторично ответил он.
– А у «мамы» разрешение спросить? – продолжала Фрэя.
– Попробуй, догони меня! – саркастично отшутился Вэндэр, при этом
изменив походку, ускоряя шаг и нарочно кривляясь, как клоун.
– Угу… – угрюмо пробормотала Фрэя.
Настроения от этого жеста у неё не прибавилось ни на грамм.
– Ещë раз спросишь меня про свою грёбаную музыку, я вас обоих приговорю к смертной казни, – довольно серьёзно, но в то же время по-свойски говорил Зордакс Хэлбоксу, следуя рядом с ним по коридору вместе с другими членами команды.
Все шли на выход попарно друг за другом быстрым твердым шагом, справа под локтем держа свои гермошлемы.
– Я уже неоднократно говорил вам, что такие вопросы решаются по пути на старт вне официальных собраний!
– Так на Беллингаузене… – хотел продолжить Хэлбокс, но Зордакс оборвал
его на полуслове.
– Ты что вообще дурак?! «Можно» от «нельзя» отличить не в состоянии? Одно дело, когда я запрещаю всем на основаниях общего регламента и совсем другое, когда ты меня компрометируешь. Я же не скажу тебе при всех: «Конечно, слушай наздоровье!» Правильно?
– Ну да, я как-то не подумал, виноват, – начал оправдываться Вэндер.
– Ладно, забей! – продолжал Зордакс, – ты мне вот что лучше скажи, ты
можешь щас сказать Джонсу, чтобы он перешёл на другую радиочастоту,
когда вы там свои перегонки с Вэндэром начнете?
– Конечно могу, а зачем?
– Тогда скажи ему, чтобы перешёл на частоту пятого канала.
Объяснишь, что мол будет о чëм пообщаться или ещё что-нибудь в этом
роде. Хочу с ним поговорить наедине, а то на станции всë времени никак не
хватает. Мне важно, чтобы Фрэя об этом ничего не узнала.
– А-а-а, понятно! – протянул Хэлбокс.
– Ничего тебе не понятно! Давай шевелись быстрее, до старта несколько
минут осталось!
– Слушаюсь и повинуюсь! – выдавил из себя Хэлбокс очередной ребяческий
сарказм.
– Ну-ну… – аналитически буркнул себе под нос Зордакс, надевая у
выхода свой гермошлем.
– Куда подевались мои перчатки!? – засуетился Аксель, активируя режим защитного стекла.
– Вот твои перчатки! Хорошо, что ещё что-нибудь не забыл, – ответила ему
Кэтрин, протягивая пару, – чего такой рассеяный сегодня? Всё я тебе носить должна, как мама.
Команда потихоньку выходила на старт. Погода была отличная: светило
солнце, небо было чистое, никакого ветра, ничего не предвещало беды.
– Бон вояж! – послышалось в эфире радостное восклицание Бернара.
– Счастливо оставаться! – ответила Фрэя, – и спасибо за всё!
– Ладно, мальчики и девочки, поехали! Запускайте «считалку»! – бодро и
громко скомандовал Зордакс.
Под «считалкой» подразумевался обратный отсчет штурманбота, который
сопровождала вторую стартовую готовность пилота перед вылетом. Команда
выдвинулась…
– Только меня замучала вся эта тягомотина на старте? – внезапно произнёс Аксель в эфире через пять минут после вылета.
– Тебе что там поумничать захотелось? – послышался голос Фрэи.
– Нет, ну серьёзно, если разобраться, мы ведь всё равно постоянно
перегруппировываемся во время гонки, какой смысл придерживаться такого строгого выхода друг за другом?
– На самом деле, Аксель, сейчас ты к одному негативному фактору
добавляешь другой, – начала Фрэя, уводя свою машину в плавный манёвр,
медленно и красиво отклоняясь в кабине вместе с штурвалом
управления боковой аэродинамикой в правой руке.
– Изволь тогда объясниться, – продолжил Аксель.
– Ну, смотри! Во-первых, ты невнимательно изучал теорию организации
полета, а именно часть, касающуюся распределения ответственности во
