Макаров задумался: не мог же бион и вправду, подвергать опасности жизни людей, лишь для того, чтобы заставить их покинуть корабль?
– Что с криокапсулами?
– Им ничего не угрожает.
– Почему тогда ты отделил и этаж с криозалом?
– Задымление, будет включена вентиляция.
Макаров решил, что лучше подняться в рубку управления, чем находиться в пустом холле.
– Бион, выведи видео с технических уровней.
– Могу только запись самого опыта. Позже камеры перестали работать.
– Давай запись.
***
Нэйка медленно просыпалась. Что-то холодное жгло внизу живота. «Мой ребенок!» – вспомнила она и встрепенулась ото сна. Положила руки на живот и распахнула глаза.
– Нэйка, ты слышишь меня? Это Биончик, – раздалось из датчика внутри капсулы.
– Мой ребенок…
– С ним всё в порядке. Сейчас ты поднимешься в медблок и ляжешь в регенерирующую камеру. Получишь все необходимые витамины для себя и ребёнка. Ты поняла меня? Тебе нужно преодолеть слабость и дойти по лестнице до медблока. Вставай. Пора идти.
Нэйка, собравшись с силами, вылезла из капсулы, достала из шкафчика обувь, натянула на ноги и, не шнуруя, зашагала в сторону выхода.
– Закрой крышку, – подсказал бион.
– Зачем?
– Я потом объясню.
– А где Питкер? И Айлин? – она заметила их отсутствие.
– Нэйка, поторопись в медблок, – раздалось у неё в голове. – Я всё тебе расскажу.
Пока она добралась, несколько раз хваталась за живот. Даже не увидела, что лестница ниже, на технические этажи, и выше, на жилые уровни, герметично заблокирована.
После первой же инъекции стало легче. Ещё витамины и какие-то добавки. Через полчаса Нэйка вылезла из капсулы, и она, и ребенок были абсолютно здоровы – так показывали датчики.
– Бион!
– Да, Нэйка.
– Рассказывай, что происходит. Где Пит и Айлин? Почему все спят, а их нет?
– Наш звездолёт находится в солнечной системе, рядом с родной планетой Айлин, которая называется Земля.
Нэйка охнула.
Бион продолжал:
– Питкер и Айлин сейчас на Земле.
– С ними всё в порядке?
– С ними всё в порядке. Айлин на пути к Питкеру. Скоро, я надеюсь, они будут здесь.
– Я такая голодная…
– Я об этом позаботился. Только закрой, пожалуйста, крышку камеры и пройди в первую каюту с правой стороны.
Макаров просматривал все записи с камер. Вот группа учёных, вместе с техниками копаются в генераторе, другая, поменьше, спорит возле каких-то бочек. Третьи в другом конце зала, измеряют длину и ширину какого-то агрегата. По залу курсирует молодёжь – интерны. Вот Абдулов, возле него самая большая куча народа, беседуют, кивают, что-то чертят на огромном листе, на столе куча склянок. Вот все смотрят на интерна, который поджигает что-то под квадратным кубом, размером с ванну. Из куба идёт дым, толпа оживилась, подвинулась ближе, закрыла весь обзор. Над кубом, в трубе, что-то происходит, все подняли головы. Труба лопается пополам, что-то из неё выливается в куб, столб пламени, дым, все бегут, рты открыты в безмолвном крике, глаза стеклянные. После того, как все покидают зал, огонь расползается из ёмкости, перекидываясь по воздуху, питаясь газом из лопнувших труб, камера отключается.
– Бион, что было в той жёлтой трубе?
– Кислород.
– Я хочу знать, что сейчас происходит на технических уровнях.
– Шлюзы открыты, пожар, в отсутствии кислорода, ликвидирован. Трубы перекрыты.
– Покажи картинки с работающих камер.
Адмиралу показалось, что бион вздохнул.
– Что-то не так?
– Когда у вас, у людей, какой-то сбой в организме, вы говорите: я болен. Вот сейчас – болен я. Корабль – это я. Я – это корабль. Мне нужно привести его в порядок, вы же отвлекаете меня глупыми командами, будто можете помочь.
– Картинки мне покажи, – настоял на своём адмирал.
Перед адмиралом возникла голограмма, на которой замелькали фото пустых этажей, коридоров, криозала, столовой, медблока, тренажёрного зала, лифтов, каких-то закутков, столовой.
– Вы можете подняться в бассейн, отдохнуть в оранжерее, пока не будут восстановлены все системы корабля.
– Почему у меня складывается ощущение, что ты пытаешься от меня избавиться?
– Простите, адмирал, но мне сейчас действительно не до вас.
И бион надолго умолк.
«А почему бы и нет?» – Макаров прошёл к лесенке в небольшом холле перед мостиком и поднялся в оранжерею. Бион совсем по-человечески хмыкнул и занялся более важными для него делами.
В каюте для Нэйки были приготовлены несколько пищевых контейнеров и мультисистема.
– Нэйка, ты не должна отсюда выходить. Ни под каким предлогом.
– Что ещё случилось?
– На борту были земляне, учёные. Они проводили опыты, случился пожар. Я видел, что к этому идёт, но не предотвратил, пришлось кое-чем пожертвовать и они спешно покинули корабль. Тебе нельзя было попадать им в руки. Но на борту остался адмирал космического флота Земли. Он требует от меня отчётности. Сейчас смотрит фото со всех камер. Я отрезал верхние уровни. Но ты же знаешь, что через боевой купол можно попасть сюда. Он догадается. Это – дело времени. Постараюсь отодвинуть этот момент. Поэтому и прошу – сиди тихо. Спи, набирайся сил, из каюты не выходи, пока Айлин и Пит не окажутся на борту. Я думаю, что понадобится около четырёх дунов, примерно двух земных суток, для этого.
– Значит, Пит и Айлин попали к земным учёным и они их исследуют? – ужаснулась Нэйка.
– Всё будет хорошо, не думай об этом. Скоро они будут тут и мы полетим искать нам новый дом. А теперь я тебя оставлю.
Нэйка закрыла дверь, приняла душ, поела и, чтобы отвлечься, включила мультисистему и стала смотреть фото, что сделал бион за время их полёта.
Макаров широкими махами рассекал воду в бассейне, но расслабить голову не получалось. Что-то не давало покоя на тех фото. Вкупе с исчезновением девушки из под опеки Шевцова, всё это выглядит более чем подозрительно. Хорошо, что есть ещё парень под контролем Марта, тот уж своего не упустит.
Глава пятая.
Небо быстро заволокло тучами, поднялся ветер и воздушный шар ощутимо потянуло вперёд. Аэронавт пытался скрыть тревогу, попеременно подтягивая канаты, чтобы снизить высоту. Вдалеке грянул гром.
– Нужно садиться, – запаниковала девушка. Парень вторил ей, поглядывая в окно.
– Отсюда ещё далеко до города. Попытаемся сесть ближе к нему, – возразил аэронавт. – Помогите мне, нас сносит.
Прямо над воздушным шаром небо расчертила молния, старик схватился за сердце, начал заваливаться набок.
Парень с девушкой кинулись к аэронавту, Айлин к соседу. Пересадила плачущего мальчугана на своё место, расстегнула мужчине ворот.
– Его нужно положить!
– Положи на сиденья, ноги согни, – крикнул аэронавт. Они вдвоём с парнем пытались выровнять кабину, которую кидало из стороны в сторону под порывами ветра, постепенно снижая высоту. Девушка взяла мальчика и стала его успокаивать, крепко держась за поручень. Айлин начала делать массаж сердца пожилому соседу.
– У меня кардиостимулятор, – прошептал ей почти в ухо старик, тяжело дыша.
Айлин схватила скайфон.
– Нет связи, – прокричал ей аэронавт, даже сигнал СОС не проходит!
– Биончик, пожалуйста! – шептала она в пустой экран. – Мне нужна помощь!
– Да, Айлин, извини, было много дел.
– Запусти кардиостимулятор человеку рядом со мной, вызови врачей к месту нашей посадки.
– Да, Айлин.
Старик сделал глубокий вдох и открыл глаза.
Девушка передала Айлин плачущего ребенка и кинулась на помощь мужчинам. Айлин, одной рукой придерживая мальчика, другой, держась за кресло, придвинулась так, чтобы старик не упал с сидений.
– Спасибо, – прошептал он ей, и она скорее поняла по губам, что он благодарит её.
Кабина только коснулась земли, когда послышалась сирена.
Медики под проливным дождём уложили старика на носилки, накрыли одеялами Айлин с мальчиком на руках и остальных членов команды.
– Мы поедем с ним. Мы его внуки, – соврала Айлин медикам.
В больнице она так и ходила с вцепившимся в неё мальчуганом на руках – он не хотел с ней расставаться. Медикам она сказала, что с ними всё в порядке, осмотр не нужен.
Она думала, как теперь ей быть дальше: нужно идти вперёд, Питкер ждёт и Нэйка ждут, но она не может оставить малыша одного и уйти. Придется дождаться, пока приедет сын Алекса. Айлин разрешили пройти к "дедушке".
Сын с невесткой приехали быстро, ворвались в палату, как вихрь. Следом за ними вошли медсестра и офицер полиции.
– Папа, ну как так можно? – запричитал сын, женщина со слезами кинулась к мальчику.
– Родные мои, всё хорошо. Я же был не один, Евгения была со мной и спасла мне жизнь.
– Спасибо, Евгения, – повернулся к ней мужчина.
Айлин слабо улыбнулась, кинув взгляд на старика.
– Вы можете забрать его домой, с ним всё в полном порядке, – вставила слово медсестра. – На несколько секунд отключился кардиостимулятор, но ваша дочь смогла оказать первую помощь, потом случилось чудо – он заработал вновь.
– Ээ, – мужчина повернулся на отца.
Тот перебил его:
– Вот не зря Евгения ходила на курсы первой помощи. Ну всё, раз можно домой, давайте домой!
И, будто только заметив полицейского, спросил:
– Офицер, всё в порядке?
– А, да, я хотел спросить документы у юной леди, но раз вы утверждаете, что это ваша внучка, то вопросов нет.
– Да, это – моя внучка, Евгения Баум, она будет учиться в медицинской академии. Сынок, ну что ты замер? Помоги подняться!
Старика пересадили в инвалидное кресло, он взял Айлин за руку и они все вместе загрузились в семейное авто семейства Баум.
– Я хотела поблагодарить вас.
– Не стоит, дорогая. Ты спасла мне жизнь, я вернул тебе долг. Не люблю быть должным, понимаешь ли…
– Может, вы и нам объясните? – невестка Алекса обернулась на них.
– Я могла бы вам всё рассказать, но…
– Не рассказывай, если не считаешь нужным, дитя. – Алекс свободной рукой сжал её ладошку в своей. Второй рукой он обнимал Макса, что давно уже крепко спал.
– Нет. Просто вы не поверите и сочтете сумасшедшей.
