Перейти к содержанию

Космический Мусорщик: Беглецы

Автор:

4,8 50+ оценок читателей Рунета
Категория
Космическая фантастика
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
12+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Капитан космических мусорщиков Ариадны Ричард Шейлео был на рядовой миссии на Иргадиаре, когда его вызвали во дворец. Личный приказ императора - не та вещь, которую можно игнорировать. Что ему сулит эта встреча? И почему, после более двадцати лет молчания, император снова обратился к нему? Кажется, дело серьёзное.

Читать «Космический Мусорщик: Беглецы» — Сокол Анис онлайн

Страница 9 из 19

– Герцог Жарги, думаю, вы можете опустить оружие. Герцог Шейлео явно прибыл не со злыми намереньями, вопреки устроенному переполоху. – Император величественно прошёл вперёд, садясь за стол со своей стороны и с некоторым промедлением облокачиваясь на спинку роскошного кресла.

– Я бы не был так уверен на его счёт, – больше себе под нос проговорил Жарги, тем не менее его прекрасно было слышно всем присутствующим.

– Мне было бы, несомненно, комфортнее, если бы меня сняли с мушки все ваши системы. – Ричард позволил себе подать голос, не спуская взгляда с императора. Тот, с момента обращения внимания на Джираила, на капитана больше не смотрел.

– Не заслужил. – Жарги усмехнулся. – Будешь думать головой в следующий раз.

– Я ей и думал, в отличие от тех, кто поставил хреново обученную Стражу под дверь этого кабинета и так и не исправил проблемы информационной сети дворца. В конце концов, здесь император, а не казна. – Ричард перевёл злой взгляд на начальника службы безопасности. – В случае реальной угрозы …

– В случае реальной угрозы ты бы не вышел дальше своего номера. Псионики постоянно сканируют гостей и не допустили бы тебя дальше ворот Дворца. – Жагри злобно фыркнул продолжая. – А твоего робота…

– Вам обоим действительно необходимо обсуждать это здесь, или, может, вы уже выпьете за встречу и пойдёте миловаться в свои апартаменты, раз вам не хватило беседы на приёме? – голос императора прозвучал со скучающей усталостью, и оба мужчины уловили вернувшееся недовольство. Ричард не знал, как относится к тому, что Августиар, видимо, следил за ним во время неудачного приёма, и потому просто задвинул эти мысли подальше.

– Прошу прощения, Ваше Величество. – Ричард перевёл взгляд на императора.

– Больше не повториться. – Жарги бросил сердитый взгляд на вторженца.

– Итак, герцог Шейлео, вы обязаны своим визитом … – Император, наконец, посмотрел на капитана, и его лицо было скрыто непроницаемой привычной маской. Да, она не просто не поменялась, а стало ещё более нечитаемой, если это было вообще возможно.

– Это я хотел у вас спросить, Ваше Величество. – Шейлео говорил медленно, расставляя акценты. – Вы вызвали меня с другого конца Альянса, настаивая на личном присутствии. Несколько часов ожидания, вперемешку с торжественным приёмом, а затем обвинение в заговоре против вас, Ваше Величество. Дерзость советника Калипи, время, проведённое в допросной, и вот мне говорят, что аудиенция аннулируется, и я могу быть свободен. Думаю, у меня достаточно причин для личного визита, император. И, хотя бы, объяснений.

– Ситуация изменилась. – ровный голос Августиара не давал понять, был ли он в курсе произошедшего после приёма инцидента и обвинения Шейлео в заговоре, как и его лицо. Но вот эмоции Ричард почувствовал. Судя по резкости и эмоциональному окрасу император не знал о его заключении. Шейлео бросил косой взгляд на Жарги – тот снова был бледен, но выглядел решительно. Значит, императора просто не успели проинформировать. – То, зачем я вызывал вас сюда, больше не актуально. – продолжил мужчина. Однако атмосфера в комнате неуловимо изменилась. Император, за которым Шейлео внимательно следил, сделался задумчивым и потерянным и говорил не глядя на него, словно и не к нему обращался.

– И мне, разумеется, не позволено будет узнать, из-за чего я был вынужден преодолеть половину галактики? – Шейло знал ответ – ему уже по статусу не положено что-то требовать от императора. От своих возможностей он открестился двадцать лет назад. Однако сдаваться, останавливаться и идти на попятную сейчас, когда он уже успел натворить дел, было глупо. А значит, он продолжал идти дальше, как и всегда.

– Герцог Жагри, вы можете быть свободны. – Император кивнул Жарги, и Ричарда это обнадёжило. Значит, шанс поговорить начистоту у них будет.

– Возможно, мне всё же стоит остаться, Ваше Величество? Герцог Шейлео своим последним поступком не внушает доверия. – Жагри хоть и убрал оружие, но от старого товарища взгляда не отвёл. Шейлео мысленно добавил уважения бывшему ученику. Несмотря на личное, тот выполнял протокол и свои обязанности идеально. Капитан был уверен, что допусти тот мысль о его предательстве, и Жарги выстрелил бы не раздумывая, едва Ричард пересёк порог малой гостиной.

– Только последним? – с поддевающей усмешкой не смог сдержаться капитан. Это было как в старые добрые времена, когда он поддевал тогда ещё подчинённого Жарги, а тот постоянно бесился. Здесь реакция была похожей, и уже обернувшегося к Шейлео явно с отповедью о серьёзности происходящего советника Жагри остановил Августиар.

– Жагри. – Император даже не перевёл на помощника взгляда, но усталость, проскользнувшая в голосе, сказала больше, чем мог показать приказной тон.

– Я буду за дверью. – герцог поклонился, но смерил капитана с роботом таким раздражённым взглядом, проходя мимо, что Ричард снова не удержался.

– И не вздумай подслушивать! – Шейлео, обернулся, проводив взглядом начальника службы безопасности, заодно увидев и недовольное лицо Джираила. Когда же он повернулся назад, стало неуютно – император смотрел на него пристально и внимательно, и было невозможно понять, о чём он думает. Шутка теперь казалась неуместной. Но это было единственной возможностью отвлечь себя же от опасений и мандража, фонящего на границе сознания. Он очень хотел поговорить с Августиаром, и очень этого разговора боялся.

Тишина нарастала, а Ричарду становилось всё более и более не по себе. Теперь идея вторгнуться в личные покои к Его Величеству уже не казалось такой отличной. Он нарушил протоколы системы безопасности, вывел из строя четырёх стражей и ещё и попортил двери.

– Возможно, я был не прав, и, уверен, что мне стоит принести извинения. – Ричард начал первый, разбивая тишину и надеясь на реакцию императора. Сейчас, когда основное освещение в комнате было выключено и только отблески камина освещали его лицо, тот показался капитану очень усталым. Таким, каким Ричард помнил его во время последней войны. Только тогда сам он выглядел не лучше. И это Августиар подбадривал его, шутил и пытался вывести на эмоции.

Да, Альянс стал огромным, и периодически открываемые новые цивилизации не всегда оказывали должное дружелюбие. И вооружённые конфликты случались. Только вот последняя война была ещё до образования Межгалактического Альянса. А усталость у императора та же, словно и тридцати лет не прошло.

Они тогда ещё были юнцами. И никто не знал, что Августиар станет следующим императором. Был наследный принц, его старший брат, который уже получил престол от их отца-императора. И тот даже собирался начать поиски невесты. А один из ненаследных спокойно себе воевал в своё удовольствие, позволяя гневу, силе и кровожадности сполна насытиться кровью врагов. Там Ричард и увидел его в первый раз, когда зачищали очередную отвоёванную базу от враждебной и всё ещё не капитулировавшей расы Увидж. Потом в штабе. Затем несколько раз в поле. Затем на летучках, как уже капитана отряда. А после какого-то особенно неудачного сражения, когда каждый потерял больше половины состава, их объединили в один, и волей случая именно Шейлео возглавил его. Его опыт был на несколько месяцев больше опыта принца. Да и не знал Ричард, что Август был ненаследным принцем – шла война и келиолийцу было не до светской жизни Галактического Содружества. Как выяснилось позже, в их секторе вообще никто не знал, что тот королевских кровей. А ещё позже жизнь обоих парней разделилась на "до" и "после", потому что после очередной миссии прилетел корабль с тогдашним ещё главнокомандующим их армии, и Августа забрали.

Через неделю общественность уведомили, что предыдущий император вместе с семьёй и наследниками погиб, как впоследствии выяснилось, из-за всё той же враждующей цивилизации Увдижей. А Август стал Августиаром и новым наследником престола. А ещё через неделю он вернулся на линию фронта.

Сказать, что весь их сектор был в шоке – ничего не сказать. Не говоря уже о том, что все военачальники и советники чуть не сошли с ума. Но вот так правящий период Августиара начался с протеста протоколу. А после сложных и усиленных нападений, Ричард знал, что большую часть ночи новоявленный император проводил в палатках с огромным легионом военных генералов и советников. В случае войны большая часть парламентских обязанностей попадала под контроль императора, а потерять ещё одного всем было не с руки.

Да и наличие императора на линии фронта, возможность видеть его каждое утром на построении или в пылу битвы, что тоже случалось, воодушевляло не только соратников – оно пугало врагов.

Ясное дело, что тогдашняя служба безопасности усилила их полк и не могла допустить гибели последнего наследника, и оттого император бесился ещё больше, но в конечном счёте они победили. Победили, и Августиар забрал с собой во дворец всех, кого знал, и кто этого захотел. Военным товарищам он доверял больше Первородной Знати, с которой провёл всё детство.

Конечно, свита его брата, предыдущего императора, не была распущена в одночасье, но долгие пять лет прошли к тому моменту, как внутренний двор стал таким, каким он стал. Пять долгих лет, за которые Ричард понял лишь одно – ему надо бежать, бежать как можно дальше от действующего императора, иначе его жизнь планировала стать хуже жизни цирковой обезьянки. Бежать, потому что едва он понял, что император нашёл императрицу, душа начала умирать.

Шейлео, рождённый на Келио, знал, что в один прекрасный день, он поймёт, какое существо во вселенной его, и с кем ему стоит провести всю свою жизнь. И понять это в день женитьбы императора было особенно больно. Так же больно, как и увидеть в глазах Императрицы, что она тоже поняла всё. Неглупая иллирианка была дочерью влиятельного человека. Влиятельного достаточно, чтобы усложнить жизнь самому императору. Хотя брак и был по любви.

Ещё долгий год Ричард заканчивал и подбивал все оставшиеся дела. С остервенением космической выксы параллельно муштровал трёх ближайших офицеров из бывших соседних подразделений, в ком был уверен и на кого мог оставить своё место. Герцог Ричард Шейлео был не только первым советником, но и главой службы безопасности. Жагри стал одним из его приемников.

Императрица, будучи отличным аналитиком, вызвала его к себе задолго до того, как он решился бы на разговор с императором. Красивая, завораживающая, опасная и неглупая дама с первой встречи вызывала в Шейлео бурю эмоций. И тот разговор Ричарду не оставил шанса.

Через полгода и один короткий личный разговор с императором он покинул Дворец. И как бы он не бежал отсюда – вот он снова здесь и вот снова просит прощения.

– Я чувствую дежавю, герцог Шейлео. – Император смотрел также пристально и внимательно как почти двадцать лет назад. Казалось, будто у него не дёргается ни единый мускул, и даже не сбивается дыхание – настолько он хорошо контролирует себя. Но всё это маска. Ричард с трудом, но различал хаос его эмоций – значит тот внял давним советом, и должное обучение по сокрытию мыслей прошёл. – Наш последний разговор начинался также и он мне совершенно не понравился. И повторять его мне не хочется.

– Я думаю, что мне стоит снова извини…

– Прекрати, Ричард. – Император на мгновение опустил маску и выдохнул недовольство. – Когда мы спали в походной палатке, в тебе не было столько пиетета. – и было в голосе императора столько эмоций, что капитан буквально почувствовал волну его досады и непонимания. – Я отослал Жагри, лишь бы вы не цапались и вот опять, ты надеваешь эту легкомысленную маску и снова пытаешься убедить меня в том, во что не веришь!

– Хочу заметить, Ваше Величество, — подал голос Джираил и император едва заметно вздрогнул, словно не ожидал слов робота, — он практически не снимает её в последнее время.

– Благодарю, Джираил. – заминки в ответном слове императора практически не чувствовалось, если не знать его хорошо. – Ты, на мой взгляд, стал отличным голосом разума. – улыбка Августиара была не злая, но немного скованная. Его слегка сконфуженный взгляд Ричард понял быстрее, чем успел об этом задуматься.

– Джи, выйди. – в голосе Ричарда больше не было улыбки, как не было её больше и на лице, и увиливать в формулировках он больше не собирался. Если император был настолько погружен в сдерживание себя и своих переживаний, что забыл, что робот всё ещё здесь, о чём же таком он собирался с ним поговорить.

– Сделаю анализ дерева и попробую подсчитать, как мы сможем возместить убытки дворцу, — когда было нужно, Джираил обладал повышенной догадливостью.

После того как стук шагов робота затих, император жестом показал капитану место напротив, не сводя с него внимательного взгляда. Шейлео было совершенно неуютно под ним. Император снова был закрыт и было совершенно непонятно, чего от него ждать. Отголоски эмоций, улавливаемые келиолийцем, не дают ясности.

– Не нравлюсь? – Ричард пошёл ва-банк. Взгляд императора, направленный на него, в том числе был и оценивающий. И эти пляски с бубнами капитану совершенно не нравелись. Злость, что выгнала его из апартаментов меньше часа назад и отправила искать Его Величество, чтобы выразить недовольство, снова начинала разгораться, словно и не был потушен огонь его гнева стычкой со Стражей и холодной водой осознания случившегося.

– Ты изменился, – просто ответил император, совершенно не ведясь на подначки. – Тебе стоило бы чаще появляться при дворе. Уже бы женился.

– Работа мне жена. А приглашения на балы обычно не доходят до нашей свалки. – Ричард снова межгалактически врал, так как ежеквартально сжигал ту или иную стопку пригласительных, отправленных для его отряда. Сжигал по старинке, над восковой свечой, с особым наслаждением, потому что на электронную почту они не приходили благодаря специальным фильтрам Шринера.

– Оставлю пометку для службы Дворца. – Император кивнул, словно Ричард и не провоцировал его. – Но я рад. Сейчас у тебя были бы все шансы произвести фурор похлеще Её покойного Величества. Большая часть дам уж точно была бы твоей, выйди ты из тени колонн.

– Пока не узнала бы статус. – фыркнул капитан, деланно закатывая глаза. Раз Августиар хочет этих разговоров по душам – пожалуйста. Лёд это хоть и тонкий, но прочный.

– Ты сам его выбрал. – Император чуть склонил голову и внимательно прищурил глаза. Ричарду могло показаться, но он увидел промелькнувшую обиду и непонимание.

– Верно. – он спокойно согласился.

– Верно. – вторил император. Он выдержал паузу в ещё несколько мгновений, а затем разорвал зрительский контакт. – Три дня назад, мой сын, Диларион, попытался меня убить. На том самом приёме, где ты предупреждал и Жарги, и Ваши, о том, что в зале неспокойно.

Ричард удивлённо вскинул брови, поражённо смотря на императора, совершенно не зная, как на это реагировать.

– Когда все осознали, что произошло, у них, да и у меня было такое же выражение лица. – Император позволяет себе лёгкий смешок, и Ричард не чувствует себя обиженным, хоть и смеялись явно с него. – Когда я вызывал тебя, я всего лишь хотел попросить взять на пару лет моих близнецов, чтобы оба научились жизни и мудрости. Ты, Ричард, как никто, знаешь важность контроля, и ты был тем, кто первым научил меня ему. – Император поднялся, словно не мог усидеть на месте. – Дыхание, концентрация, умение держать лицо, защищать себя и окружающих, контролировать эмоции и силу – ты многое показал мне, научил не меньшему. Я не хотел нарушать традицию. Учитель из меня, как ты помнишь, так себе. – Император тяжело вздохнул и снова сел. – И вот Диларион выпустил стрелу.

– То есть, твой наследник настолько глуп, что даже не додумался выстрелить в тебя из энергетического бластера? – и хоть в голосе капитана звучало подначивание и смех, Шейлео внимательно всматривался в лицо императора. Что-то в его языке тела, поведении, эмоциях не стыковалось для Ричарда в единую картину.

– Он не хотел меня убить, чтобы убить. – Император устало прикрыл глаза. – Это скорее был его способ протеста моему поступку. Тем не менее оба принца сегодня получили суровое наказание.

– А второй-то, за что? – Ричард совершенно ничего не понимал.

– Прикрыл брата, когда служба безопасности решила его нейтрализовать. – пожал плечами император.

– Это же хорошо? Что один твой ненаследник не желает смерти наследнику?

– В целом – да, в конкретно этом случае законодательно – соучастник. Таким образом, твоё присутствие здесь больше не нужно. Оба принца будут сосланы, пока не докажут свою полезность. Поэтому моя просьба о воспитании более не актуальна. Приношу извинения за «ложный» вызов. – пристальный взгляд императора тем не менее ни на йоту не стал менее удерживающим, и Ричард не до конца понимал, что происходит. История звучала убедительно, но в то же время и невероятно. – Ты можешь быть свободен!

– Вот так просто? – Шейлео всё ещё непонимающе смотрит на императора. – А как же обвинение в участии в заговоре? При чём тут принц?

– Все советники сейчас с этим разбираются. Думали на эмпатическое воздействие, но ты знаешь, мы ему, обычно, неподвластны. Дальнейшее расследование ни к чему не приведёт, так как я уже говорил с сыном. Он выплеснул злость не самым мирным способом, и теперь должен расплачиваться сам. Счёт за дверь казначеи пришлют в течение пары дней. – Августиар усмехнулся.

Шейлео шокированно переваривал услышанное. Поэтому ответил совсем не так, как хотел бы.

– Я не смогу улететь, пока защитный купол над дворцом не снят.

– Его снимут в ближайшее время. Уверен, к тому моменту, как ты доберёшься к ангару, всё будет чисто. Смотри только не прихвати моих идиотов. – Император как-то странно усмехнулся.

– Ты же сам сказал, что сошлёшь их. – Ричард снова ничего не понимал.

– Воля императора – вещь неабсолютная во вселенной. Если помнишь, я хотел, чтобы ты остался. – Августиар устало провёл ладонью по лицу.

Ричарду нечего было возразить. Он так и не согласился рассказать истинную причину своего желания уехать в ссылку двадцать лет назад. И напоминание об этом застаёт его врасплох, чтобы углубляться в сопереживание случившемуся и расспросы Августиара.

– Раз вам больше нечего сказать, герцог Шейлео, – Августиар отлично читал людей и увидел это оцепенение, возвращаясь к деловому тону. – Вы можете быть свободны. – Император скривил губы в подобии усмешки и качнул рукой в сторону выхода.

Короткий поклон и разворот – всё, что должен был сделать Ричард, чтобы снова убежать. Убежать от того же, что гнало его прочь из дворца чуть больше двадцати лет назад.

И только уходя, капитан частично смог сложить картину случившегося и реакций правителя в своей голове. Император не испытывал к нему ненависть, нет. Он был напряжён и сдержан, но такое уже было. Так было, когда они, наконец, победили, и когда их первоначальный взвод: Августиар, Жарги, он, Питерсон и Калеб остались одни. Август крепко обнял их всех, позволили себе выплеснуть эмоции и поделиться ими с окружающими. Его переполняли чувства тогда, но положительные.

Сейчас же император был очень расстроен. Капитан бы даже сказал, что Августиар был расстроен так сильно, что едва сдерживался, чтобы не выпустить все кипящие внутри эмоции.

Ричард остановился, сделав едва ли несколько шагов, замирая словно пойманный собственным разумом кролик и обернулся назад.

Император всё ещё стоял к нему лицом и всё также пристально смотрел вслед.

Трёх шагов хватило, чтобы сократить дистанцию и крепко обнять другого человека. Трёх шагов, которые когда-то стали огромной пропастью между ними. Возможно, тогда, много лет назад, когда Шейлео рассказал о желании уйти, сократи император эту дистанцию и не случилось бы этого долгого одиночества.

– Ты всё равно не скажешь, что заставило тебя бежать без оглядки двадцать лет назад? – Император совершенно не был удивлён этим объятьям, и с той же силой и тоской сжимает давнего боевого товарища в своих руках. Ричард предпочёл просто помотать головой в ответ и сжать чуть сильнее. К чёрту этикет. К чёрту эти расшаркивания и полупоклоны. Они прошли вместе метеоритный поток, лаву Искини и лёд Хатунхайя. Они ночевали в одной палатке, прикрывали друг другу спины и поддерживали во время Жишгуновой лихорадки. Черта с два он не обнимет своего друга напоследок. И хоть он не может себе позволить больше, он не предаст собственные идеалы, не поддержав друга.

– Я правда скучал, Вашество, но так будет лучше. – Ричард не сразу опустил руки, чувствуя, что Август держал его также крепко.

– Вы все разлетелись по сотням уголков галактики, и даже не собираетесь поддерживать меня, – голос императора на мгновение дал трещину, выплёскивая усталость. – Я всё понимаю, но могли бы хоть раз в год прилетать на бал в честь Победы в той чёртовой войне.

– Я прилечу, Август. Честно, прилечу. – порывисто бросил Ричард, чьё сознание разрывается от противоречивых эмоций. – И близнецов твоих бы взял на обучение, – с промедлением добавил он. Судя по слегка сощурившимся глазам императора, эти слова тоже были для него важны. – Ты знаешь, дурь я выбивал хорошо. Но сейчас, мне пора. – он выскользнул из рук товарища и бросился прочь из комнаты не оглядываясь.

Весь тот коктейль эмоций, что сейчас крутился в его голове не понять и великим Матерям Келио, что издревле помогали келиойцам распутывать их дороги.

***

Уже на пятом повороте, когда мозг перестал кипеть, а руки дрожать, Ричард понял, что, кроме Джираила, следом шёл кто-то ещё. Самым интересным было то, что несмотря на постоянно меняющуюся ориентацию комнат дворца, Шейлео даже спустя столько лет интуитивно чувствовал конечную точку, отчего шёл ровно в направлении ангара.

– Жагри, – Ричард обернулся, узнавая сопровождающего.

– Шейлео, – Жагри сверлил капитана серьёзным взглядом. Они не останавливались, продолжая двигаться туда, куда вёл капитан. Ричард был уверен, что ошибись он с дорогой, Джираил поправил бы его. – Итак, – начал начальник службы безопасности. – после стольких лет ты всё также безрассуден? Подумать только, вломить в покои императора.

– После стольких лет я всё также прав. Ещё на приёме предупреждал – что-то грядёт. – Шейлео закатил глаза.

– Ты сам слышал, воздействия не было, принц просто вспылил. – отмахнулся Жарги. –Значит, снова Дворец?

– Дворец. – Шейлео будто бы смиренно кивнул, но они оба не обманулись ролью покладистой овечки. – Император сам вызвал меня, личным распоряжением, я видел документы. – Ричард, предполагая интерес бывшего товарища, пока был слишком загружен произошедшим и старался соблюсти хоть видимость приличий. Жарги был его преемником, был младше, и не самой лучшей кандидатурой ещё двадцать лет назад, но самой надёжной для Альянса. При этом любил его Ричард как раз за то, что тот не боялся подозревать даже родных и близких. Это отрезвляло, как и то, что делал это Жарги на полном серьёзе.

– Да, всё так. Один из тысяч приказов, подписываемых ежедневно. – Жагри услужливо обнулил весь пафос, всё также вежливо улыбаясь и не спуская взгляда с Ричарда. – Интересно, какова же реальная цель твоего визита?

– Снова допускаешь, что моё присутствие здесь есть часть гипотетического и совершенно неожиданного заговора? – Ричард не сильно любил приковровые игры у трона и оттого следовал традиции бить не в тыл, а главный очаг.

По тому, как герцог на мгновение сбился с шага, Шейлео подумал, что мог попасть в цель. Но его предположение о реальной угрозе заговора было столь случайно и невероятно, что сам капитан эту мысль тут же отмёл.

– На самом деле, ни в коем разе. – рассмеялся Жарги. Ричард в какой-то мере понимал начальника службы безопасности, и тем не менее не собирался вестись на провокации и игры, которые явно подразумевались. – Но ты был на балу, и ты келиолиец, у расы которых есть эти ваши способности.

– Жагри, ты серьёзно? – после стольких напряжённых дней терпение капитана оставляло желать лучшего, а желание скорее свалить из дворца снова остро кольнуло сознание. Поэтому Шейлео остановился внезапно перед очередным поворотом и, отринув официоз, пристально посмотрел на бывшего коллегу. – Ты действительно считаешь, что после того, как я сам попросился на свалку и лично отстранился от дворца, я буду плести паутину против Его Величества за сотни световых лет от дворца, с целью смены власти? И на кого? На молодняк, которому едва перевалило за первое совершеннолетие с уникальными во всей вселенной аналитическими корнями, которым практически невозможно управлять или, вашими словами, руководить?

Жагри, не ожидавший подобного выпада, уверенный, что Шейлео лишь поддержит шутку, напускано обиделся, составив приличествующее ситуации скорбное выражение лица, но Шейлео имел хорошую школу дворцового воспитания. На спектакль герцога совершенно не купился, решив отреагировать лишь скептическим прищуром. Этого прищура боялись предшествующие и текущие подчинённые, и оттого герцог Жагри также испытал некоторый небольшой дискомфорт. Несмотря на то что Жарги был опытной рыбой в болоте интриг разумных существ при дворе, его натаскивал Ричард, и превзойти товарища-наставника ему пока было сложно.

– Я не думал, что ты так близко к сердцу примешь мою шутку. Я должен был бы извиниться за твоё задержание, притом что делал всё возможное и отправил к тебе Лавира, чтобы это быстрее решить. Но ты должен помнить, что есть дворец, и кто тут есть. – Жарги поднял руки миролюбиво сдаваясь.

– Вам тут определённо всем не хватает профилактических люлей. – нейтрально ответил капитан. – А тебе стоит начать сотрудничать с начальником секретной службы. Она бы давно могла объяснить, кто для Императорской короны враг, а кто друг.

– Не считаю мадам Давуали… – Жагри замешкался, и Шейлео понятливо кивнул.

– Предрассудки, мой друг, не доведут до добра. – Ричард по-доброму покачал головой. – Не говоря уж о том, что все, кто служит единой цели – Императорскому благополучию, должны работать в тесной связке. Но то, что я смог добраться до покоев императора – на самом деле катастрофа, Жарги.

Ричард сверился с картой на портативном экране и повернул на следующей развилке сам. Хоть бывший приближённый ко двору и помнил Дворец, тот обладал способностью постоянно перестраиваться. Коридоры имели свойство возникать в совершенно непредвиденных местах. Жагри, к его чести, дабы, по разумению Ричарда, не впадать в крайне курьёзное положение, даже не пытался руководить дорогой. Лишь проверял Шейлео на вшивость, как рассчитывал Ричард, тот, отчитываясь в бумагах в дальнейшем, будет интерпретировать их разговор. Иначе это виляние интересов в их споро поддерживающейся беседе по-другому было и не назвать.

– Случайная погрешность. – отмахнулся герцог. – Кроме того, тебе, во-первых, помог всесильный Джираил, во-вторых, в итоге ты оказался у меня и ещё десяти скрытых голоэкранами стражей на мушке. У меня было всё под контролем.

– Рад, что ты признаёшь собственный рост. Ещё немного, и начнёшь признавать ошибки. – Ричард потрепал Жагри по плечу, наконец выходя к лифту и вызывая платформу на свой этаж.

– Ричард! – праведное возмущение начальника службы безопасности было абсолютно обоснованно, ведь терпеть насмешки хоть и от бывшего, но сослуживцы, который теперь стоял на пару порядков по рангу ниже…

– Не кипятись, барский хвост. – Ричард первым стал на платформу. – Я действительно думаю, что у вас тут не всё так плохо, и оттого покидаю это обитель змей и скорпионов со спокойной душой. – Ричард совершенно по-клоунски перекрестил дворец, отчего стоящий позади Джираил закатил глаза и попытался отгородиться от причастности к хозяину традиционным в галактике жестом рука-лицо.

Тем не менее Жагри зашёл вместе с ним на платформу и на недоумённый взгляд капитана лишь пожал плечами:

– Хочу лично удостовериться, что ты покидаешь дворец, поборник суеты и смуты, и что не вернёшься сюда приблизительно столько же.