Помещики Арешидзе владели крепостью Дегцихе, что гордо возвышалась близ села Геби в ущелье Мухамеши (регион Горная Рача в Западной Грузии), до XVII века — времени их истребления разгневанными жителями Геби. Событие «увековечено» в народном эпосе — средневековой притче «Гибель князей Арешидзе». А все почему? Да из-за обычая, по которому право первой брачной ночи имели любезные помещики. В итоге, сговорившись с княжеским приказчиком, «неблагодарные» крестьяне устроили засаду на охотившихся в горах братьев и убили всех. А может, не всех. Давно это было, кто теперь разберет… Старинное село у истоков окутанной легендами (вспомните аргонавтов) реки Фазис (Риони), оставшись без господ, стало принадлежать князьям Джапаридзе. В Дегцихе и теперь можно увидеть развалины крепости моих любвеобильных родственников в окружении двадцатиметровых башен, о которых писали в своем отчете Никифор Толочанов и Алексей Иевлев. Венчают такие жилища военно-оборонительные площадки с бойницами — дуро.
Интересно, что через сто лет в составе посольства царя Картли Теймураза II, прибывшего в 1761 году к Елизавете (дочери Петра I) в Петербург, числится еще один родственник — Михаил (Мелкон) Арешев, он же в январе 1772 года — среди посланников царя Ираклия II (сына Теймураза)20. Проект условий договора с Россией царь Картли и Кахети подписал еще 30 декабря 1771 года, однако удаленность, неудобство пути через горные перевалы, дороговизна содержания и передвижения войск затрудняло оказание военной помощи со стороны России. Но грузины не сдавались. Спустя одиннадцать лет, в 1782 году, Ираклий (Эрекле) вновь обращается за помощью. На этот раз, стремясь упрочить позиции империи в Закавказье, Екатерина II предоставляет графу Павлу Потемкину21 полномочия для заключения соглашения с грузинским царем.
Так родился тот самый Георгиевский трактат — договор в Егорьевской крепости июля 24-го дня 1783 года, по которому Ираклий признавал покровительство России и частично отказывался от самостоятельной внешней политики, обязываясь служить российской императрице. Екатерина, со своей стороны, выступала гарантом целостности территорий Картли-Кахети. Кроме прочего, трактат уравнивал в правах грузинских и русских дворян, духовенство и купечество, соответственно. С грузинской стороны договор подписали князья Иоанэ Багратион-Мухранский (он же — Мухранбатони, счастливый супруг дочери Ираклия) и Гарсеван Чавчавадзе.
К трактату, в соответствии с артикулом №9, прикрепили перечень фамилий грузинских князей (тавадеби) и дворян (азнауреби). Всего в списке значилось 62 фамилии князей и 317 фамилий дворян. Из последних, принадлежащих собственно царю, 82 фамилии (включая Арешишвили), католикосу — 13, князьям — 22222.
В связи с заключением Георгиевского трактата сразу же началось строительство Военно-Грузинской дороги между Грузией и Россией, вдоль которой сооружено несколько укреплений, в том числе крепость Владикавказ в 1784 году. Но сюрприз был еще впереди. В 1801 году добрейший Александр I упразднил Картли-Кахетинское царство, присоединив его к Российской империи, чему весьма способствовали раздоры среди многочисленных наследников Ираклия от разных жен23.
* * *
В конце 40-х годов XIX века в Тифлисской губернии проживало, по меньшей мере, одиннадцать семейств Арешевых (Арешишвили), включенных в «Общий посемейный список…». Все они — потомки Калибека и Григора, резидентов Картлийского царства XVI века (генеалогическое древо в приложении). Часть рода (Арешидзе) с XV века, а возможно и ранее, населяла регионы Верхняя Имерети и Горная Рача в Западной Грузии. В этой части клана к середине XIX столетия числилось 34 человека, согласно тому же списку. Вместе с тем, уже в начале XVIII века образовалась и кизлярская ветвь семьи. Кроме того, несколько представителей фамилии тогда же успели осесть в Астрахани, Санкт-Петербурге и Москве. Видимо, цены на жилье были еще доступными.
По другую сторону Кавказского хребта
Дорогой читатель, если мне до сих пор не удалось окончательно утомить тебя датами, именами и названиями всяких населенных пунктов, попрошу мобилизовать оставшиеся силы и собрать волю в кулак. Будем с моими родственниками перебираться через Большой Кавказский хребет. Дело это не легкое, к тому же придется опять нарушить последовательность повествования и вернуться в петровскую эпоху.
После того, как Петр I вытолкнул надоедливых шведов подальше от русских берегов в ходе Северной войны, решил он совершить поход на западное побережье Каспийского моря и проложить торговый путь из Центральной Азии в Европу через Россию. Путь этот должен был проходить по территории Персии, затем через Армению и Грузию в Астрахань, откуда планировалось развозить товары по всей Российской империи. Конечно, для успешных боевых действий необходима поддержка местных правителей. Петр быстро наладил отношения с грузинским царем Вахтангом VI, армянским главой духовенства Аствацатуром и даже калмыцкий хан Аюк оказался вполне сговорчивым. Руководил всем Персидским (или Каспийским) походом 1722—1723 гг. генерал Матюшкин М. А., а корпусом в Персии — генерал Левашов В. Я. В состав корпуса входил и грузино-армянский кавалерийский шквадрон (эскадрон) в 150 сабель.
В указе Правительствующего Сената от 22 апреля 1725 года генерал-лейтенанту Матюшкину рекомендовалось, чтобы он не только призывал на службу армян и грузин, но и, в порыве нежной заботы, определил их затем на поселение в горах Кавказа. Русское правительство, стремившееся к освоению кавказских территорий и заинтересованное в привлечении христиан-поселенцев, щедро раздавало земли для распространения здесь помещичьих хозяйств. С середины XVIII века шла неуклонная работа по колонизации этих мест. По сути, весь Северный Кавказ заселялся выходцами из других территорий, лояльными российскому правительству и служившими интересам России в регионе. Офицеры и чиновники жаловались землей за определенные заслуги перед государством и, выходя в отставку, оставались в новом крае навсегда.
При основании города-крепости Кизляр, грузинской службы капитану Захарию Арешеву (из того самого эскадрона) по распоряжению генерала Левашова отведено 6 596 десятин земли в степях на левой стороне реки Терек.
Позже, спустя полвека, дворянину Гургину Эстатову сыну Арешева (Гургену Эстатовичу Арешеву) за усердие в выделке шелка и разведение тутовых плантаций24, по предписанию астраханского губернатора Жукова отведены земли здесь же, к востоку от Кизляра, при урочище Ачес и реке Березене: в 1782 году — 221 и в 1787 году — 4 557 десятин25.
«Въ 1735 году обращенъ въ кръпость гор. Кизляръ, въ 1759 году основанъ Моздокъ, а въ 1763 году устроена Моздокско-Кизлярская линія». Крепости эти находились на самой южной окраине молодой империи, стремительно прирастающей пространством и новыми народами. Окрестные леса, степи и невысокие холмы кавказских предгорий в те стародавние времена изобиловали зверьем. В небе носились бесчисленные стаи птиц. Река Терек местами была так щедро забита благородным осетром и лососем, что несчастной рыбе явно не хватало места, а в прохладных верховьях водной артерии скользили косяки исключительно пятнистой форели. Осетровая икра не считалась деликатесом (вспомните фильм Леонида Гайдая). Ну, кому нужны эти мелкие, блестящие шарики, которые так нелепо смотрятся на бутерброде? Богом забытые места населяли гордые кабардинские племена, чеченцы, осетины, кумыки, ногайцы, а также беглые крепостные крестьяне, солдаты-дезертиры и скрывающиеся от преследования церкви упрямые еретики. После основания городов-крепостей здесь начали селиться и грузины с армянами, спасающиеся от набегов неисправимых турок и персов, а также вывезенные Петром I из плена во время Персидского похода.
Заложение крепостей имело не только военное значение, но и способствовало дальнейшему развитию международной (не побоимся этого слова) торговли. За высокими стенами кизлярской крепости, на безопасной территории образовался шумный базар, где сходились друзья и враги. Можно было встретить осетина, продающего сыр, масло и бурки, чеченца с ружьями и шашками, лезгина с медной посудой, черкеса с сотами диких пчел, караногайца с овцами и козами, калмыцкими тулупами и терского казака с рыбой. Кумыки торговали дровами, грузины — овощами, фруктами и вином. Армяне без зазрения совести производили тутовую водку (как же без нее?) и шелковое сырье. Купцы завалили крепость привезенными из Индии и Китая джутом26, пряностями и драгоценными камнями. Товары нередко предлагались на обмен, поскольку денег в широком обращении еще не было27.
Золотая медаль, пожалованная шелкозаводчику Варламу Арешеву
Известна именная медаль на ленте, пожалованная в 1800 году кизлярскому шелкозаводчику Арешеву28. В книге «Медали в честь русских государственных деятелей и частных лиц», изданной Ю. Иверсеном (бывшим старшим хранителем Императорского Эрмитажа) указано, что «медаль золотую, въ 8,5 золотниковъ, назначенную для ношенія на шее, величина ея 4'5» отчеканили на Санкт-Петербургском монетном дворе в одном экземпляре для награждения Варлаама Арешова. На лицевой ее стороне погрудное изображение Павла I в парике, мундире и мантии, с орденской лентой через правое плечо и надпись по окружности: «Б. М. Павелъ I Императоръ и Самодержецъ Всеросс». Под портретом подпись изготовителя Карла Леберехта: «Leberecht». На оборотной стороне надпись: «Грузинскому дворянину Арешову за успъхи въ разведенiи тутовыхъ деревъ и дъле шелку. 1800».
Позднее монетным двором было выпущено несколько копий в серебре и бронзе для музеев и коллекционеров29.
В России именные медали, учреждаемые для награждения конкретного человека, появились в начале XVIII века. Считается, что самой первой такой наградой стала в 1709 году золотая медаль «Капитану Матвею Симонтову за строительство гавани в Таганроге». Итальянец Симонта, заброшенный в Россию для обучения всяким морским премудростям, сумел-таки угодить Петру I. И вот, пожалуйста, награждение именной медалью — событие для России необычное. С тех пор учреждались специальные медали, отмечающие «трудовые подвиги» награждаемых. Царское правительство поощряло людей за различные заслуги перед государством: за поставки сверхустановленной сельскохозяйственной продукции, успехи в торговле, промышленности и т. д.
Другой итальянец — Фердинанд Герзи, завезший в Россию секрет устройства ткацких жаккардовых станков30 и путешествовавший в 1835 году по южным провинциям империи, оставил следующую запись: «Заехал к г. Арешеву, к которому имел рекомендательное письмо. Он принял меня со всевозможным добродушием, пригласил к себе обедать, потчевал здешними винами. Кизлярские вина могли бы заменить многие иностранные. Г. Арешев сводил меня в плодовые и шелковичные сады, которые находились в окрестностях Кизляра. В них шелковица, виноград и другие плодовые деревья росли очень хорошо. Шелк-сырец в Кизляре лучший из добываемых на Кавказе».
Высоко оценил работу Варлама Арешева и директор Никитского ботанического сада Христиан Стевен в своем письме министру внутренних дел графу Арсению Закревскому: «Не думаю, чтоб где-либо в Европе у одного хозяина выделывалось столько шелка: в 1828 году у него добыто 11, а в 1829 году 14 пудов. Хождение за червями для такого количества требует необыкновенного усилия, ибо от малейшей неисправности в кормлении и присмотре весь завод мог бы погибнуть».
В первой четверти XIX века Кизляр стал самым крупным после Киева и Астрахани городом на юге России, оставляя позади Одессу, Симферополь, Харьков и др. На Кавказе крупнее был только Тифлис. Этот факт, разумеется, не мог не вызывать зависти у менее удачливых одесситов и харьковчан. На главной улице Кизляра, ведущей к крепости, стояли большие добротные дома, не уступающие богатым особнякам городов губернских. Один из таких — деревянный на каменном фундаменте дом Арешевых со львами на массивных воротах. Портило ли это обстоятельство кровь владельцам губернских и столичных дворцов — неизвестно. В Кизляре имелось семь церквей и четыре мечети. У входной двери невысокого, но красивого храма Сурб Геворк Зоравар (Св. Георгия Победоносца) две колонны, на одной из них вырезано: «Церковь во имя Святого Георгия Победоносца воздвиг на свои средства дворянин Гурген Варламян Арешян в 1819 г.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
