Читать «Новые Приключения в Тридевятом Царстве. Том 4» — Тигран Осипов онлайн
Страница 2 из 3
Вышли мы в коридор тихо как мышки, прошли чуть-чуть и вдруг слышим крики.
— Ой царевич! — взмолился я. — Иди один. Боязно.
— Не бось! — улыбнулся он, — со мной не страшно.
А ведь и правда! Один я ни в жисть не посмел бы пойти. А когда рядом царевич Емеля, как-то даже и осмелеть можно. Прошли мы коридором, потом другим.
— Куда дальше-то, царевич? — говорю ему, — там зала тронная, да за ней покои царские.
— Вот в залу и пойдем! — говорит он, — похоже, там звуки эти. Только давай не через парадный вход, а где потайная дверца знаешь?
— А как же знаю.
Вот мы и пошли к потайной дверце, приоткрыли и точно: из залы крики. Я конечно дрожал от страха, но смотрю, Емеля улыбается. Я осмелел, за ним в потайную комнату вошел и вдруг вижу, в царской зале свеча горит, да при свете ее царь Берендей с Мишей Сараевым в шахматы играют. Да при этом еще прикрикивают.
— Попалась пешечка! — кричит царь.
— Ничего не попалась! — кричит в ответ Миша.
— Как это не попалась? — кричит опять царь. — Мы энту пешечку ладьей.
— А вот и не съешь! — отвечает Миша, — ладья-то связана.
Вот оказывается, кто страх на всех наводит! У царя по ночам бессонница, а Миша за ради шахмат готов ночи напролет не спать. И оба в такой азарт входят, что кричат аж. Мало того: мы уж подошли, а они заигрались, не видят. Постояли мы немного и тут Емеля говорит.
— А чего это ты дед рокировку делаешь? У тебя ж король уже ходил.
— А! — закричал Миша, — царь-батюшка! Жульничаешь? Хорошо, Емеля заметил.
— Да, — подтвердил я, — хорошо, Емеля заметил. А то мы не знали, кто на всех страх наводит.
Так что с того момента Мишу-то и переселили в домик к Емеле. Луну охранять надобности нет. Царский дворец все-таки! А Мише Сараеву и у Емели хорошо. Хоть и не царские палаты, но зато с Емелей можно в шахматы сыграть. Царевич правда не такой азартный как его дед — меру знает. Да и нельзя ночи напролет в шахматы играть. Емеля все время что-то изобретает. Те, кто читал историю Тридевятого царства, помнят деревянных истуканов, которые носили ведра с водой. А еще карету, запряженную деревянным конем, который при помощи механизма ходил. И конечно стрелу, на которой столько полетов совершено было. И вот на одной из этих стрел стоял поточный конденсатор, который сейчас Емеля поставил на табурет под солнечные лучи.
— И зачем это? — спросил Миша.
— Пробую, — ответил Емеля. — Хочу рассчитать, сколько энергии он накопит, если его целый день держать на солнце. Я уже точно знаю, что, если его день продержать, он после три дня будет светиться.
— Ух ты! — воскликнул Миша. — Неужто три дня?
— Да, — кивнул Емеля. — Проверено. Но теперь я его хочу в полете проверить.
— А как? —не понял Миша.
— Да просто, — ответил царевич. — Поставлю его на стрелу, да полечу. Я уж точно знаю, что скорость увеличится, но надо посмотреть насколько. Вечером полечу, а ты мне поможешь.
— С тобой полететь? — радостно спросил Миша.
— Нет, — покачал головой Емеля, — ты мне на земле будешь помогать. Я ведь вылечу только с заходом солнца, а вернусь скорее всего ночью. А в темноте приземляться ох как непросто. Помнишь, как мы с тобой во Франции?
— Такое разве забудешь! — отвечает Миша. — Если б кто костер развел, нам бы помогло.
— Вот-вот. — Согласился Емеля, — именно что костер. Вот и разведешь. Да не один, а два, чтоб я в темноте увидел.
— Зачем два? — не понял Миша.
— Ну как зачем, — отвечает царевич. — Поляна наша не круглая, а продолговатая. Если ты с двух сторон по большому костру разведешь, тогда я сверху точно буду знать линию приземления.
— Ясно, — ответил Миша и тут же спросил. — А зачем это все?
Емеля помедлил с ответом, подбирая нужные слова и вот наконец сказал.
— Наука — это, когда ты изобретаешь, не думая зачем. Потом, когда уже что-то открыл, находишь применение. Я, когда истукана ходячего сделал, надо мной некоторые подсмеивались, а после оказалось, что он воду может носить.
……….
Вечером установили конденсатор на стрелу. Сел Емеля в кабину своего летательного аппарата, проверил все, а после нажал рычаг. Тетива гигантского лука запустила стрелу в небо. Полетел Емеля. А Миша начал костер складывать, да темноты ждать. Сложил один костер, поджог и пока он разгорался пошел на другой конец поляны. Этому делу, складывать костры обучен в Тридевятом царстве каждый с измальства. Миша, когда впервые приехал, не умел, но его научили. Если просто дрова положить, ты их хоть сто раз поджигай, костер не выйдет. Да и костры разные бывают. Если, к примеру, чайник подогреть, тут несколько таких сучков надо шатром поставить. Снизу под шатер коры, да шишек, да чуть хвороста подложить — вот и поджигай. Махонький костерок будет, но для чайника сойдет. А, к примеру, уху варить, то тоже шатер, только поболе. Но если холодно и согреться в лесу надо, тут шатер не поможет — нодья нужна. Такой сложнособираемый костер. Этому долго учиться. Да и не годятся все эти костры для Миши. Ему не столько концентрация тепла нужна, сколько яркость, чтоб издалека видно было. А для этой цели нужен костер-колодец. Так называется. Берутся дрова и складываются колодцем: два бревна вдоль, два сверху поперек, два вдоль, два поперек. Получается похоже на колодец. Вот туда в глубину колодца кидаем шишки, хворост, коры и поджигаем. Как чуть пламя запляшет, еще сухого хвороста подбрасываем, а дальше так разгорится, что видно будет издалека.
Пытливый читатель спросит: «Так ведь неизвестно, когда прилетит Емеля. Может через час, а может к рассвету. Костер же не может бесконечно светить. Прогорит и все». Верно. Для этого заготовили еще дрова чуть большего размера. Как только пламя станет тускнеть, Миша тут же костер обкладывает колодцем снаружи. Как бы одевает его чуть большим колодцем. Тот от прежнего загорается и опять светит. После раз в полчаса внутрь колодца по бревнышку кидай и порядок.
Чего тут, казалось бы, сложного? Но Миша умаялся. Подкинет бревно, идет на другой конец поляны. А там большие бревна. Пока разрубит, пока кинет в костер, а пора и назад. А там опять рубить. И так всю ночь. Знал бы, что до утра костры делать придется, заготовил бы больше дров нарубленных. В общем, умаялся Миша. Так умаялся, что к рассвету прям на травке уснул. Хорошо спится в лесу. Петухов нет — никто не разбудит. Солнышко, как ни старалось, пробиться не могло: деревья защищают своими кронами. Только к полудню высоко взошло ярило и тут уж проснулся Миша, присел на траве, потянулся и вдруг слышит голос Емели.
— Ну и горазд ты спать!
Выходит, Емеля прилетел уже. Точно! Вот и стрела — его летательный аппарат. У Миши сон, как рукой, сняло.
— Давно прилетел?
— Да с полчаса уже, — улыбнулся Емеля, — чай вон уже вскипятил. На, хлебни.
— Да ну его! — отмахнулся Миша. — Ты мне лучше про полет. Как конденсатор?
— Смотри, — указал пальцем Емеля, — видишь, светится до сих пор. А ведь пролетел я немало.
— И как скорость? — с надеждой спросил Миша. — Хоть раза в два поднялась, аль нет?
— В два! — усмехнулся Емеля. — В начале, в первый час даже в пять раз. Во как!
— В пять раз?! — воскликнул Миша. — Не может быть!
— Может! — уверил его Емеля. — А мне вот что интересно: если Арсений дерево пришлет свое, то с новой конструкцией, не будет ли еще быстрее?
…………….
Мастер Арсений живет на острове Горынь. Ну это так только называется остров, на самом деле он не в море, а среди гор. Город такой. Жил там когда-то Змей Горыныч. А остров, потому что скалами окружен непролазными. Арсений в Горыни самый главный мастер-изобретатель. Придумал трубки переговорные, по которым запросто можно разговаривать с кем угодно на огромном расстоянии. Хоть на сто верст. Трубки эти проложили с Горыни на Медную гору и в Тридевятое царство. Так что царь Берендей в любой момент может поговорить и со Старушкой кудесницей на Медной горе, и с правительницей Горыни феей Арианой.
Вот по такой трубе и сообщили, что нашел наконец Арсений нужное дерево. Он и раньше находил, но одно по длине не подошло — коротковато оказалось, а другое по толщине. А нынче в самый раз. Найти-то нашел, но его теперь правильно срубить надо, чтоб ствол не повредить, после обработать, лаком покрыть специальным. А еще вопрос встал: как в Тридевятое доставить? Через горы тащить сложно и долго очень. Была мысль — использовать в качестве буксира ковер-самолет: привязать к нему ствол и по небу долететь. Идея-то хорошая и долететь быстрее, чем на телегах, но Емеля сразу от этого отказался. Долететь-то долетит, но вот при посадке повредится. Тогда все насмарку. Попытаться сесть на воду тоже нельзя — тогда ковер повредиться может. Что оставалось? Приделать к стволу колеса, впрячь лошадь и везти не спеша. Вот-вот, именно, что не спеша. За год, глядишь, и доедет.
— Это что же получается? — развел руками Миша, — мы с тобой до Англии за два дня долетели, а тут целый год из какой-то Горыни добираться.
— Долетели! — повторил за Мишей Емеля, — именно что долетели! И здесь долетим. Нам нужен ковер-самолет.
— Как же? — не понял Миша. — Ты ж сказал, что на ковре нельзя — ствол разобьется.
— Нам ковер нужен, чтоб туда долететь, — объяснил Емеля, — а там мы прям на месте из Арсениева ствола стрелу сделаем и на ней полетим назад в Тридевятое.
— Так ведь там и лук тогда мастерить надо, — высказал сомнение Миша.
— Ну и смастерим, — ответил Емеля. — Что у них там инструментов нет что ли? У Арсения целая мастерская.
— Я с тобой, царевич! — уверенно сказал Миша, — а не то тут один со скуки помру. Даже в шахматы не с кем сыграть. А там в Горыни я и пригожусь может в чем.
— Ладно, полетели, — согласился Емеля, — надо только прежде у Луны разрешение испросить. Без ее ведома ковер брать нельзя. Да и тебя отпустит ли?
— Отпустит, — уверил Миша. — Я ей сейчас ни к чему. Праздники, фейерверки, змеи воздушные. Еще, я слыхал, музыканты заморские приезжают. А ковер взять разрешит. Тебе она все разрешит.
И разрешила. Сели на ковер-самолет Миша с Емелей и полетели в Горынь. Прилетели и приземлились перед дворцом. Много народу пришло на них посмотреть. А из дворца вышла их встречать правительница Горыни фея Ариана. Да не одна — с мужем, царевичем Глебом. Оба счастливые. Посмотрел на них Емеля, порадовался. Отвели Емеле с Мишей лучшие хоромы во дворце, да они наотрез отказались. Емеля так ответил.
— Раз уж вы празднества наметили, давайте будем вечерами праздновать. А в стальное время живите своей обычной жизнью. Дел-то у вас, я знаю, много. А мы с Мишей чудесно у Арсения в домике поживем. Заодно и свое дело справим.
На том и порешили. Утром рано Емеля с Арсением над новой стрелой работают. Придумывают, рассчитывают, пробуют. А Миша на лавочке сидит. Вы, конечно, думаете, он просто смотрит на их работу? Как бы не так! К нему постоянно приходят разные люди, чтоб сыграть с ним в шахматы. То Алеша заглянет, то Олег, то Арсений в перерыве за доску сядет. Даже Глеб у жены отпросился на часик, а в результате до обеда просидел, играя. Только Емеля отказался: «До первого полета стрелы ни одного хода не сделаю» и слово сдержал, хотя первого полета ждать пришлось долго. Но зато стрела вышла на загляденье: легкая, прочная. Крылья могут размер увеличивать и уменьшать. Надобно зависнуть в воздухе — удлиняются. Надо скорость прибавить — укорачиваются. Сделал Емеля пробный полет. Покружил несколько часов — вернулся. Сказал Арсению, чего подправить. Потом опять полетел. И только после седьмого полета остался доволен вполне.
— Ну что? — спросил мастер Арсений, — теперь на Луну?
— Да что ты! — замахал руками Емеля, — на Луну еще рано. Сейчас полечу вокруг земли.
— Это зачем? — не понял мастер.
— Это вот зачем, — объяснил Емеля, — если лететь вокруг земли, но не на восток, а на запад, то всегда будешь видеть солнце.
— Как это? — не понял Арсений.
— Вот как, — продолжил Емеля, — отчего ночь? Земля повернулась от солнца, вот и темно, вот и ночь. А другая часть земли на солнце смотрит — у них день или утро. Так вот: если я буду все время лететь над той частью земли, где солнце, то поточный конденсатор будет получать заряд целые сутки, а то и больше. В этом и состоит моя цель: понять, насколько можно зарядить поточный конденсатор Эммета Брауна.
— Ишь ты! — восхитился мастер и тут же попросил. — А меня с собой возьмешь?
— Не могу, — покачал головой Емеля. — Пока только Мишу. Он маленький, весит мало. А вот, как сделаем еще большую стрелу, да придумаем, как к Луне полететь, возьму.
На том и порешили. Сел Емеля высчитывать время вылета. Выходило так, что полет надо было начинать между рассветом и полуднем. Так и сделали. Взяли еды, воды, погрузились и взлетели. Покружили над Горынью, а после взяли курс в сторону Лукоморья. Дальше маршрут был знаком: Черное море, после еще одно большое море. Тут Миша показал пальцем на берег.
— Знакомые места. Франция. А дальше как? Через океан в Америку?
— Нет, — уверенно ответил Емеля, — я решил лететь не по прямой. Очень уж ветры над океаном сильные. Пролетим как в прошлый раз до Англии. А там свернем к Америке.
— А ты не забыл, царевич? — спросил Миша, — не забыл, как мы, подлетая к Англии, чуть не разбились?
— Помню, конечно, — отвечает Емеля, — так это ж при посадке было. А мы снижаться не будем.
Пролетели Францию, перелетели пролив и вот она, Англия. Где-то там внизу Гастингс, в котором наши путешественники были в прошлый раз.
— А что мы тут выигрываем? — не понял Миша. — Все равно над океаном лететь.
— Так-то оно так, — согласился Емеля, — да только я по карте смотрю: так путь над океаном в три раза короче.
— Э! — улыбнулся Миша, — а ты ведь не только поэтому таким путем полетел. Что у тебя на уме?
— Верно, — кивнул Емеля, — хочется хоть одним глазком, хоть сверху взглянуть на волшебную страну Оз.
— Ах, вот оно что! — воскликнул Миша. — Да, взглянуть интересно. Только закрыта она.
— Закрыта, — согласился Емеля. — Я вот долго думал об этом. Ну, с боков она закрыта — мы знаем, проверяли. А с неба?
— Тоже закрыта, — ответил Миша, — ты что забыл? Птицы пролететь не могли.
— Но мы-то с тобой Миша летим повыше птиц. Я кажется понял, как она закрывается. Есть у них в стране Оз большая гора. Мы ее видели. Так вот: от верха этой горы тянется волшебная невидимая защита. Сверху мы пролетим и все увидим.
Но, чтоб увидеть страну Оз, нужно было перелететь огромное пространство — океан. Это не Черное море. Оно хоть и большое, но по сравнению с океаном кажется большой лужей. Океан бесконечен, а полет над ним вызывает одновременно и восхищение, и ужас. Ужас от того, что ты один на один с гигантской стихией, а восхищение или даже восторг от того, что ты, маленький человек, преодолеваешь эту стихию. Конечно, со старой стрелой такое пространство не пролетишь, но новая обладала невероятными летными качествами. Судите сами: огромный океанский пароход в будущем доплывает от Англии до Америки за 3—4 дня. А стреле понадобилось лишь несколько часов. Внизу бушевали волны, проплывали ледяные глыбы величиной с город. Но все это не мешало лететь. Вскоре стали попадаться островки. Свернули чуть южнее, взяли курс на пустыню. За ней горный массив, а за горами волшебная страна Оз. Емеля оказался прав: невидимая, непроницаемая защита тянулась над страной от вершины самой высокой горы. Но стрела летела выше. Так что можно было полюбоваться, глядя на знакомые места сверху. Покружили немного и полетели дальше. Но тут Емеля почему-то направил летательный аппарат на север.
— Это зачем? — не понял Миша. — Там же солнца меньше.
— Меньше, — кивнул Емеля, — но, если лететь прямо, то нас ждет еще больший океан. Вот, смотри карту.
Глянул Миша и ахнул — этот океан в два раза, наверное, больше предыдущего. Зато, если лететь ближе к северу — земля. Если что и приземлиться можно. Летели над землей, но справа появились воды еще одного, третьего океана. Так и летели вдоль его берега. Спустились немного ниже, чтоб рассмотреть и глазам своим не поверили: внизу, на берегу океана увидели белых медведей. Такого в Тридевятом царстве не было. Дома только бурые медведи, а тут белые. Сколько чудес, но вот поднялись на прежнюю высоту, набрали хорошую скорость и полетели опять по проложенному маршруту.
— Ну что, Емеля, — спросил Миша, — сворачиваем на юг, к дому?
— А чего спешить? — отвечает, — мы летим с опережением. Давай полетим еще вдоль северного океана. Хочу я поглядеть на те места, где мы выкинули в море сосуд с джином Омаром.
— Да, — кивнул Миша, — я слышал эту историю про джина. А как вы тогда до северного океана добирались, на стреле?
— Нет, — отвечает Емеля, — мы на сани поставили паруса и по льду реки — благо ветра сильные были — поехали на север. Там и кинули сосуд в море. Хочется на эти места взглянуть.
Так и сделали. Полетели дальше вдоль берега океана. Вот оно это место, где сколько-то лет назад Емеля выкинул сосуд с джином Омаром в море.
— Слушай, Емеля, — спросил Миша, — а что дальше за земли, кто тут живет?
— Судя по записям, которые я нашел в архиве, здесь живут Викинги. Про них мало что известно. Давай снизимся, посмотрим на их страну?
— Давай, — согласился Миша.
И снизились. Ох и началось! Вдруг туман, ничего не видно. В таком случае надо резко вверх подняться, но ветер очень сильный. Тогда Емеля решил скорость снизить — это и спасло им жизнь. Оказалось, они летят среди высоких гор. Из-за тумана их видно не было. Вдруг стрела оказалась на ровной площадке горы. Какое-то время катилась, а после остановилась. Уткнулась во что-то. Когда ветер немного утих и туман чуть развеялся, стало ясно, что стрела на вершине высокой горы. Вокруг снег и лед. Вот так закончился полет вокруг земли. Свернули бы вовремя на юг — были бы дома. А любопытство излишнее вот к чему привело. Но да что теперь причитать? Надо думать: как выбираться из этого положения.
Деревьев на горе нет — лук не построишь, чтоб с его помощью взлететь. Площадка, хоть и имеет наклон, но по ней не разогнать стрелу, как они делали раньше во Франции. Тут стрела все время застревать будет, носом в снег зарываться. Что оставалось? Спускаться вниз и искать помощь. Так и сделали.
Скоро сказка сказывается, не скоро дело делается. Спуск с горы занял много времени. Вот и снег стал пропадать, и земля появилась, и вдруг огонек забрезжил вдали. Домик, а в окошке свет, хоть и тусклый. Подошли поближе, заглянули в окошко, а там старуха.
— Емеля! Это Баба Яга! — с ужасом прошептал Миша.
— Ты что ее видал? — спросил Емеля.