Читать «Счастливчик» — Алексей Наумов онлайн
Страница 2 из 10
– Думаю, да, – ответил папа. – Почему нет? мы же красим дома в яркие цвета.
– Птицы могут испугаться, – сказала мама.
– Ничего, – успокоил её папа, – зато у нас будут жить самые смелые скворцы в округе! Варвара, у тебя есть краски?
– Да, – кивнула Варя.
– Вот и замечательно, – сказал папа, весело потирая руки. – Когда вернётесь, мы покрасим скворечник и вечером повесим его на сосну.
– А их не смоет дождём? – спросил Серёжа.
– Хм, – задумался папа, но потом просиял. – Мы покроем скворечник лаком!
– Боже мой, – обречённо сказала мама, – несчастные птицы. Мало того, что их дом будет их пугать, так ещё и ужасно пахнуть.
– Ерунда, – сказал папа, которого трудно было остановить, если ему в голову приходила какая-нибудь «великолепная» идея. – У меня осталось немного отличного мебельного лака в сарае, за ночь он высохнет, и птички буду очень счастливы в своём новом домике. Правда, Варвара?
– Да! – обрадовалась Варя. – А у них будут окошки?
– Честно говоря, я не думал об этом, – пробормотал папа, – а они должны быть?
– Конечно, это же домик, – сказала девочка.
– Я не очень уверена, что скворцам понравится, если у них буду окошки, – сказала мама, – Им будет неуютно и холодно.
– Жаль, – сказала Варя. – Я хотела сшить им маленькие шторы.
– Как мило, – сказала мама. – Но им и вправду будет лучше, если окошек не будет.
– Я придумал, – сказал Серёжа. – Мы им нарисуем окошки!
– Великолепно! – поддержал идею папа. – И окошки, и шторки, и даже маленькие горшочки с цветами на подоконнике!
– Ура, ура, – захлопала в ладоши Варя. – А можно нарисовать рядом с цветами кошку?
– Кошку, – с притворным сомнением покачал головой папа. – Как ты думаешь, дорогая, можно нарисовать на скворечнике маленькую кошку в окне?
– Только если совсем малюсенькую, – ответила мама.
– Я нарисую совсем крошечную, – пообещала Варя, -совсем котёночка!
– Вот и славно, – подытожил беседу папа, – а теперь, быстро помогаем маме все убрать и бегите, гуляйте, пока тепло.
– Хорошо! – хором ответили дети.
– Только смотрите, – предупредил папа, – аккуратнее у канавы, а лучше всего, вообще туда не ходите. Идите на поле.
– И не опаздывайте к обеду, – сказала мама.
– Да, не опаздывайте. И, дорогая, ты не знаешь где мой пиджак? Мне кажется, я убрал его в шкаф, когда мы уезжали прошлой осенью, но сейчас его нет там. Это просто дом с привидениями, которые постоянно перекладывают все вещи!
– Не все, – засмеялась мама, – а только твои!
– Всё равно, – сказал папа, – согласись, это удивительно! Впрочем, что тут удивительного, мы же живём с колдуньей…
И они оба засмеялись. Степашка спрыгнул с колен папы и помчался за ребятами, предвкушая долгую прогулку. Варя старательно надела ему на шею ошейник с маленькой табличкой, на которой был выгравирован телефон, на случай, если Степашка потеряется, и все трое отправились в путь, прихватив сачок для бабочек, который нес Серёжа.
Сначала они действительно пошли на поле, но дорога в одном месте оказалось такой грязной после весеннего половодья, что они невольно свернули в сторону и пошли к речке, которая текла вдоль дач, отделяя их от болот. Говоря по правде, это была и не речка вовсе, просто все в округе так её называли и даже хотели поставить табличку с её названием, но так его и не придумали и все называли её просто – речка. Папа рассказывал, что когда-то давно, это был один из притоков небольшой реки, но потом она высохла, и на этом месте сделали дорогу и построили дачи. Тогда то, старое русло и решили использовать как водоотводную канаву. Его прочистили и выпрямили, а в том месте, где дачи заканчивались, продлили дальше, до настоящей реки, которая брала своё начало где-то в глубине леса и, сделав петлю, вновь уходила в него, разливаясь в болота. Папа вообще много знал про эти места. В его «кабинете», на втором этаже дачи, лежало много старых карт и книг, и Серёжа с Варей с удовольствием рассматривали их, представляя, что они переносятся на сто или двести лет назад и гуляют по этим местам. Поэтому, или почему-то ещё, трудно сказать точно, когда они подошли к «речке», им стало немного скучно и, поймав несколько бабочек, которые, как назло, все были одинакового и совершенно неинтересного бледно жёлтого цвета, они, не сговариваясь, двинулись дальше, вниз по течению. Степашка мчался далеко впереди, пытаясь поймать синих шуршащих стрекоз, которые, словно дразня его, зависали в воздухе прямо у его носа и молниеносно улетали, когда он с лаем бросался на них. Варя разглядывала первые маленькие цветочки, которые уже тянулись к солнцу, а Серёжа, просто болтал сачком, подставляя лицо солнцу. Участки давно закончились, но они неспешно брели дальше, немного разморённые неожиданным для мая зноем и спустя какое-то время вышли к реке. Течение здесь было сильным, и воздух ещё пах снегом и, совсем немного, болотом. До противоположного берега было метра метров пять, и вода пенилась и кружилась в тысячах мелких водоворотах, неся ветви и прочий мелкий мусор.
– А река глубокая? – спросила Варя, осторожно заглядывая с берега в тёмную воду, бежавшую у её ног.
– Не очень, – важно отвечал Серёжа, который слыл рыболовом и бывал здесь не раз. – Сейчас вот высоко вода стоит, а к лету мелко будет, по пояс.
– А тут водятся бобры? – спросила Варя
– Водятся, – кивнул мальчик.
– А ты их видел?
– Нет, – честно признался Серёжа. – Только выдру.
– Ой, а кто это? – спросила Варя.
– Это такая большая водяная крыса, – объяснил Серёжа.
– Фу, крыса, – сказала Варя. – У них противные хвосты!
– И ничего они не противные, – возмутился Серёжа, – а очень даже хорошие. Выдры умные и весёлые.
– Противные, противные! – настаивала Варя.
– Ну и не смотри тогда, – сказал мальчик, надувшись. – Пойдём домой.
– Я не хочу домой. Я устала.
– Давай посидим, посмотрим, может быть, кто-то проплывёт.
– Давай, – обрадовалась Варя. – А бобры, они злые?
– Нет, – засмеялся мальчик.
– А они нас не укусят? – уточнила Варя, которая никогда не видела бобров живьём и немного опасалась встречи с ними.
– Нет, конечно! – сказал Серёжа. – К тому же, с нами Степашка, забыла?
– Точно, -сказала Варя. – Я забыла. Степашка, иди ко мне!
Степашка подбежал к своей маленькой хозяйке, и она погладила его по голове.
– Хороший, Степашка, умный. Ты нас защитишь от бобров?
Степашка повилял хвостом и, привстав на задние лапы, лизнул Варю в нос.
– Конечно, защитит. Смотри, какой он сильный!
Серёжа крепко обхватил Степашку за бока и потряс его.
– Одни мускулы!
– А если лиса прибежит, он не испугается?
Мальчик снисходительно хмыкнул.
– Если хочешь знать, скотч-терьеров специально использовали для охоты на лис. Пусть она только покажется, он её вмиг сцапает! Видишь, какие у него зубы?
Степашка раздувшись от важности безропотно позволил Серёже показать его клыки Варе.
– Так схватит, что от неё только шерсть полетит!
– Ой, я не хочу, что бы он её сцапал, – испугалась Варя, которая любила всех зверей, кроме змей и пауков. – Мне жалко лисичку. Ей будет больно.
– А мы его сразу обратно позовём, – смилостивился брат, – и он её не тронет, только прогонит.
– Хорошо, – просияла Варя, и тут же снова спросила брата. – А если волк прибежит?
– Тут нет волков, – буркнул Серёжа.
– А вдруг, – не сдавалась девочка. – Вдруг они прибегут?!
– Они тут не ходят, они далеко отсюда.
– За тысячу километров!?
– Ну, не за тысячу конечно…
– А за сколько?
– Ну, километров за сто…
– А это далеко?
– Это как отсюда и до Москвы, – ответил Серёжа.
– О-о-о, – протянула Варя, вспомнив, как долго они ехали на дачу, – это очень далеко!
– Вот видишь, им тут нечего делать.
– Ну, а если они всё-таки прибегут? Ну, вдруг, вдруг, вдруг! – настаивала Варя. – Степашка нас защитит от них, да?
Серёжа с сомнением посмотрел на смешного терьера, который только что спотыкнулся на ровном месте и, перелетев через голову, упал в траву.
– Ну, если волк не очень большой… – начал Серёжа.
Варя доверчиво смотрела на брата. Её голубые глаза были полны надежды.
– …и не очень голодный, – продолжил он, – то, пожалуй, Степашка его может прогнать…
– Ой, ну какой он у нас замечательный! – выдохнула Варя. – Можно я ему печенье дам?
– Папа не разрешает вообще то…
– Я немножко совсем, пожалуйста!
– Хорошо, только немного.
– Стёпа, Стёпа, иди ко мне.
Степашка, чуя угощение, вихрем промчался среди кустов и, аккуратно взяв лакомство, чинно отошёл в сторону. Каким бы маленьким не был кусочек чего-нибудь вкусного, он всегда ел очень деликатно и неспешно. Вот и сейчас он ухитрился откусить от четвертинки печенья крохотный кусочек и медленно жевал его, словно растягивая удовольствие.
"Давно пора подкрепиться, – думал Степашка, подбирая крошки. – Я же сторожевой пёс, мне нужно хорошо кушать. Я уже прогнал два десятка стрекоз и двух бабочек!.. Ох, нелёгкое это дело, охранять своих хозяев… "
– А откуда эта река течёт? – спросила Варя, незаметно передавая Стёпе ещё кусочек лакомства.
– Из лесного озера, которое в самой глубине леса, за болотами.
– В самой глубине! – простодушно восхитилась Варя.
– Да, – сказал Серёжа. – Папа говорит, что она из озера вытекает, потому что в нём ключи бьют.
– Как это – ключи бьют? – не поняла Варя.
Серёжа уже открыл рот, что бы объяснить, что это значит, как вдруг Степашка, мирно доедавший вторую порцию печенья, навострил свои уши и заворчал, глядя куда-то на реку.
– Ой, бобры! – зашептала Варя, держась на всякий случай за братом. – Он, наверное, бобров увидел! Да? Где они?
– Да нет там никого, – сказал Серёжа, который стоя смотрел на реку, приложив ладонь к глазам.
– Есть, есть, я знаю! – снова зашептала Варя. – Стёпочка, кто там?
Степашка, не глядя на них, заворчал чуть громче, а после, заскулил, словно от нетерпения.
– Вон! – закричала Варя, дёргая брата за рукав. – Я вижу его! Вон – на островке!
– Где?
– Да вон же, вон. У того берега!
И действительно, недалеко от них, ближе к противоположному берегу, на небольшом торфяном острове, который, очевидно, подмыло, где то в глубине леса, лежал какой-то крохотный зверёк, похожий не то на бобрёнка, не то на маленького щенка. Он громко пищал, как пищат новорожденные котята, и был мокрым с ног до головы. Серёже показалось, что его шерсть была вся облеплена зелёной болотной тиной. Торфяной островок быстро крутился, приближаясь к тому месту, где стояли ребята, и зверёк отчаянно цеплялся за него своими маленькими лапками, испуганно пища.