Прозвучало высокомерно. Даже не знает, зачем он так, он ведь не такой. Но жутко захотелось ее задеть.
– А я не из ваших. Мне просто повезло.
– Мы Еву с собой взяли за хорошую учебу. – Вставили близняшки. Степан недоуменно посмотрел на друга и, смекнув, обхватил девчонок за плечи, уводя в сторону:
– А пойдемте я вам территорию лагеря покажу? Мини экскурсия, так сказать!
Ева тоже хотела сбежать, но Митя ловко перехватил ее запястье.
Она вскинула голову, зелень глаз стала темной.
– Не поздоровался.
Ослабил хватку и сжал её пальцы. Тонкие и холодные.
– Добро пожаловать. Рад знакомству.
Она усмехнулась, снова чуть улыбнувшись. И его сердце вновь пропустило удар.
Глава 2
– Ты чего на нее так таращился? – Степан с ухмылкой толкнул Митю в бок. Тот усмехнулся, покачав головой. Они направлялись в сторону спортивной площадки, на которой с минуты на минуту должна начаться футбольная игра сезона – их команда против команды Буревестников и все его мысли были заняты исключительно этим. Палящее солнце слепило глаза и оставляло на их телах ровный бронзовый загар. Девчонки из их отряда уже пританцовывали у зрительных скамеек. Говорить о новенькой Еве ему не хотелось.
– Не знаю, – пожал безразлично плечами. – Новенькая просто.
– Красивая. Согласен, – хмыкнул Степан.
– Я такого не говорил, – улыбнулся Митя, ловко перемахивая через ограждение. Его ярко салатовые бутсы мелькнули на фоне золотистого песка яркой кляксой.
– Разве? А мне показалось…
– Степ, тебе показалось!
– Понял.
Друг был более чем понятливый.
Игра началась, и волнение как рукой стянуло. Их команда вела в счете.
И вот Митя выходит с игроком соперника один на один, ловко обходит его и остается дело за малым – забить в ворота, но его взгляд натыкается на бледную девчонку. Ее раскосые глаза светятся зеленью, а взгляд устремлен прямо на него. Волнистые волосы распущены по плечам. Натыкается глазами и он, спотыкаясь о собственные ноги, летит на землю. Удар о влажный газон и он вновь устремляет на нее свой разъярённый взгляд. Девчонка стоит на ногах вместе со всеми, только все взволнованно кричат, переживая, а она улыбается во все тридцать два. Зачем-то показывает ему свои ладошки и рысью устремляется прочь. Убью, – шипит Митька и ждет не дождется, когда закончится этот матч…
***
…Опоздали всего на несколько дней, на пять, если быть точнее. Но это уже бесспорно ощущается. Девчонки в отряде сдружились, узнали тут все правила и все секреты, которых говорят очень много.
Ева распределила свои немногочисленные вещи по полкам тумбочки, залезла с ногами на кровать. После произошедшего на стадионе ее до сих пор слегка потряхивало и она никак не могла унять эту дрожь. Она отвлекла его, но ведь не специально! Он тоже хорошо! Вместо того чтобы играть, на нее таращился!
– Ты чего села? – спросила Люда, одна из пяти жительниц их комнаты. Она была высокой, как и Ева – почти метр семьдесят и может, поэтому лучше всех с ней общалась. Большинство просто не обратило на новенькую никакого внимания, а Люда помогла расположиться и вкратце ввела в курс дела.
– А что? – Ева подобралась, села, выпрямив спину, как учили ее в интернате.
– Как что? – удивилась новая подруга. – Ужин через пять минут, а потом дискотека! О, боже, только ради этого стоило сюда прилетать!
Подруга радовалась искренне, и Еву даже охватило любопытство.
– А ты откуда? – спросила она и Люда замерла у зеркала, перед которым красовалась, обернулась.
– Я из Москвы, – она пожала плечами. – Да здесь почти все оттуда. А ты что нет?
– Нет. Я с севера. Сибирь, тайга, все такое.
– Ах, да? Ничего себе. Неожиданно, – она поджала губы. – Я здесь каждый сезон тусуюсь. С десяти лет. Предки любят меня подальше на лето сбагрить.
– М-м, понятно, – Ева невесело улыбнулась. – А у меня нет родителей. Погибли. Я в интернате живу.
– Да ладно! – Люда поджала губы и, перемахнув комнату в два размашистых шага села на ее кровать рядом с ней. – Как это жить там?
– Да пойдет, – Ева улыбнулась, заправляя прядь волос за ухо. – Привыкла. Человек ко всему привыкает. Не обижают и ладно.
– А что могли бы? – подруга нахмурилась.
– Могли, с чего нет-то.
Она отвернулась, не желая продолжать эту скользкую тему. Машинально поправила широкий кожаный браслет на тонком запястье.
– Ясно. Ну ты, давай, собирайся. Через пять минут выходим!
– А я собралась уже.
Ева пожала плечами.
Люда окинула её удивленным взглядом.
– Ты что в этом собралась идти? – она брезгливо ткнула пальцем в ее одежду. Ну да, футболка совсем старая – ей она досталась в интернете от кого-то предыдущего ее носившего, а тонкие штаны с местного рынка, считай обновка.
– Ну да.
– С ума сошла! Хочешь на все три недели стать тут изгоем?
– Ну а у меня всё такое. Такого нарядного как у тебя точно нет.
Ева с легкой завистью посмотрела на наряд Людмилы.
У той короткий топ ярко оранжевого цвета – ядовитого, кислотного, модные джинсовые шорты, на длинных ногах босоножки на высокой платформе. А на лице видна косметики – и легкие голубые тени с блестками и тушь и даже блеск для губ!
Еве такое только сниться может.
– Не интернат у тебя походу, а монастырь! Ну ничего, ну-ка поднимайся!
Люда поманила ее пальцем и распахнула шкаф. С полок выпала куча одежды, которая физические не могла там вся поместиться.
– Так, вот держи майку и эти капри. И вот босоножки тебе, сними свои кеды и не позорься. Фу, спрячь под кровать. Вон блеск и тушь, давай, поторапливайся!
Ева не сопротивлялась, хоть и считала раньше обмен вещами не лучшей идеей. Но законы интерната пусть законами интерната и останутся, а здесь она свободна!
– Или вот еще, – сказала возбуждённо Люда, когда они шли со столовой в сторону двухэтажного здания, в котором был актовый зал, и в котором по вечерам проходила дискотека. – Если попадешь в капкан, то будешь целоваться с парнем, который стоит рядом с тобой! Поэтому танцевать с кем попало не ходи, а то придется расплачиваться!
– Чего? Нет!
– Да, это нарушать нельзя! Только попробуй, станешь посмешищем! Всё придумано даже не нами, а за много поколений смен до нас! Тут кодекс даже есть с негласными правилами! Передается, как говорится из рук в руки!
– О, нет, я на такое не подписывалась! – выдохнула Ева потрясенно.
У дверей уже толпились ребята из старших отрядов. Вечернее солнце уже не припекало, а с любопытством скользило оранжевыми бликами по собравшимся и золотило морскую воду – напротив лагеря, в километре, шумели прибрежные волны и опускающийся закат завораживал.
Ровно в восемь они вошли в зал, в котором сразу же загрохотала популярная музыка. Народ пришел в движение, и вибрация танца прошла по телу.
Ева выдохнула и впервые в жизни попробовала потанцевать. В интернате ей как-то не до этого было…
Глава 3
Новенькая двигалась в такт музыки так волнительно и красиво, так…
Митя нахмурился, прокручивая в голове подходящие слова. Но на ум лезла лишь какая-то похабщина, а язык и вовсе чесался, чтобы ляпнуть какую-нибудь несусветную дрянь.
И чего он вдруг такой вредный стал…
Но, несмотря на то, что она его немного сбила с мысли, отступать от мести не собирался. Он из-за нее не забил, и они проиграли! Твердым шагом направился прямо к ней. Для чего не знает, но пару ласковых точно ей скажет. А может просто его к ней тянет магнитом…
– Попалась! – он схватил ее за руку, она испуганно обернулась.
Господи, вырядилась то. Модные капри где-то откопала фиолетового цвета, шлепанцы на поролоновой танкетке, обтягивающую белую майку. Лифчик уже носит, емое.
Митя закатил глаза, фыркнув. Его это обычно как-то не очень волнует, но на ней смотрится…Просвечивает ее майка и он почему-то пялится как дурак восхищенно. Кажется, мама права, у него шалят гормоны.
– Напугал, – она высвободила руку, потрясла запястьем, видимо он не рассчитал силу захвата. Ну да, она тебе не пацан. Он ведь только друзей хватает в дурашливых драках.
– Танцуй, целуй! – завизжали девчонки, перекрикивая музыку, сцепляя руки и заключая их в замкнутый круг.
Черт, ну надо же было так попасться!
– Целуй!
Вокруг крики и смех. Его друзья ржут как кони, свистят. Они уже все целовали в таких кругах девчонок, а он ни разу. И не собирался. Специально не выходил никогда в центр танцпола, а тут потерял голову из-за нее и попался.
– Да ну вас, – попытался отмахнуться, но не тут-то было. Законы лагеря, придуманные девчонками и такими же, как он с играющими гормонами парнями, передающиеся как священное вето от смены к смене – никто не отменял.
– Что? – округлила глаза новенькая. Она явно еще не в курсе местных традиций. – Что они хотят?
– Не слышишь что ли? – спросил грубо, нагло хватая ее за талию. Притянул к себе.
Она выдохнула, запрокинув голову, прямо ему в лицо. Пахнет от нее конфетками, совсем ребенок.
– Отпусти!
– Еще чего, – выдохнул ей в губы, приблизив лицо. – Я не собираюсь позориться, раз уж так попал.
– Что?
– То! Целуемся!
– Это что, тот самый капкан?
Митя хмыкнул. Надо же, она все-таки в курсе.
– Да. И мы в него попали. И пока на нас не обратили внимание вожатые, нам надо это сделать.
– Но… – ее писк потонул на его губах.
Чёрт! Искры взорвались вокруг. Он никогда этого не делал и она он уверен тоже. Какие мягкие губы и…
Раскрыл глаза, отталкивая ее. Получилось сильно и она, резво сделав несколько быстрых шагов назад, плюхнулась на попу. А он развернулся и пошел прочь под восторженный свист и ликование толпы. Что ж, вот он и попался, капкан захлопнулся, и еще, не известно отпустил ли он его или навсегда зажал в свои тиски…
***
…Было стыдно. Очень. Неимоверно.
Но девчонки, похоже, ни капельки не смущались. Привыкли, видимо.
Ходили мимо абсолютно обнаженные, мылились мочалками, смеялись, шутили.
Ева скинула халат и пробежала к свободной кабинке душевой, встала под теплую воду. Главное чтобы никто на нее не пялился, как она на всех. Но так, кажется, действительно делает только она.
Взяла мыло, скользнула им по шее. Мылась наспех, старательно прикрывая шрамы на теле. Не хватало еще вопросов.
И когда уже закончила с волосами, и накинула на тело халат, Людка вдруг нарисовалась и с ужасом в голосе спросила:
– Ты что ноги не бреешь? Ева, ты точно из леса!
– Так да, я же говорила! Там тайга и…
– Ты с ума сошла? На!
Людка вложила ей в руку бритву.
– Что? – Ева с ужасом отпрянула. – Нет!
– А если тебя Митька на свидание теперь пригласит? А ты даже юбку не сможешь надеть!
