Цена жизни Том-9

Александр Черевков

Цена жизни Том-9

ПРЕДИСЛОВИЕ

Вторая книга трилогии «Прелести жизни» названа «Цена жизни». Автор данного произведения хочет показать читателю, что за последние два столетия, в которых описана наша жизнь, изменились не только эпохи, но также люди. Поменялись нравственные отношения между людьми.

На протяжении двух столетий герои трилогии «Прелести жизни» думали в чём состоит «Мера жизни». Новое поколение, думает, что жизнь рассматривается по-другому.

Жизнь стала иметь стоимость, как товар на рынке происходящих событий. «Цена жизни» ровна затратам на труд и мышление. Мы стали думать о цене собственной жизни.

Автор трилогии хочет, чтобы читатель мог глазами разума посмотреть на ту жизнь, в которой он находится. Здраво рассудить о стоимости жизни, точнее, о себестоимости жизни, на которую мы тратим время, здоровье, труд и мышления.

Не задумываясь над происхождением жизни, мы давно превратились в товар, который имеет издержки средства производства. Имеем такую же ценность, как любой товар, в который заложен труд.

Нас с детства кормят, поют, выхаживаю, учат, закладывают в нас огромные средства, чтобы позже нас использовать, как товар, по нашему назначению в труде, в разуме и в размножении.

Мы давно утратили понятие мера жизни. Имеем собственную ценность. У каждого из нас своя цена жизни, это то, чем окупаются и возмещаются затраты, вложенные в нас прошедшим поколением.

Нам предстоит показать значение своей цены в роли новой жизни. Пройти сполна тот путь, который в нас заложен изначально, как цена жизни. Когда мы окупимся своим трудом после старого поколения перед новым поколением, тогда научимся понимать, что такое мера жизни и, что такое цена жизни. Внимательно изучая жизнь, мы определяем стоимость затрат, заложенных в самосохранение на ценности жизни. Цена жизни заложена в степени отношения к жизни других людей.

Наши мысли и действия в отношении других людей решают проблемы жизни на том уровне, на котором мы научимся ценить жизнь.

Цена жизни ровна состоянию мышления. Когда мы можем здраво рассуждать о цене жизни, то мы можем жить среди людей себе подобных.

В противном случае мы превращаемся в животных, которыми может управлять разумный человек, который знает цену жизни и может применять эту цену к продолжению собственной жизни.

Пока мы все без исключения блуждаем в космосе своего разума. Каждый в своём измерении жизни. Хотим по-своему познать окружающий мир природы.

Мечемся хаотично в бесконечном пространстве, которое не имеет объёма в нашем мышлении. Пытаемся разумом объять необъятное пространство. С невидимыми пределами, какого-то промежутка жизни на своё мышление.

Никак не хотим понять, что в одиночку нам легко догнать только бегущего навстречу. Не пора ли понять, что в здравом разуме заложена цена жизни, которую используем в своей жизни.

Мы не замечаем того, что находится рядом с нами ценность в постоянном совершенстве бытия к себе подобным. Подумать о смысле жизни, как одного человека, так и всего человечества в целом. Читателю предстоит оценить свою жизнь.

Глава–1. Другое измерение жизни

Вблизи наша жизнь имеет другое лицо, чем на расстоянии.

Часть-1. Неразумные события.

1. Город, в котором не варится плов.

Осмотревшись вокруг, понял, что нахожусь на берегу реки Гунт, вблизи Хорога. По снегу на берегу реки Гунт, можно определить, что сезон дождей и снега начался недели две назад. Снег кое-где подтаял.

Из этого можно сделать вывод, что в горах были оттепели. Зима не утвердилась высоко в горах Памира. У меня есть время вернуться без зонтика к себе домой. Пока до массовых дождей в долине осталось, примерно, с неделю.

Потом будет поздно. С одной стороны, это хорошо, что нахожусь на горном массиве Памира. Если будут меня раскручивать с массовым убийством бандитов возле турбазы «Близнецы», то у меня железное алиби, что в это время находился в противоположной стороне Таджикистана и никак не мог присутствовать в это же время возле места убийства бандитов.

Надо только где-то сделать в командировочном листе отметку, что находился в командировке в Хороге. К этой отметки в командировочном листе надо ещё билет какого-нибудь транспорта.

Лучше будет, если найду билет на автобус. Приблизительно, на те дни, когда произошло убийство бандитов возле турбазы «Близнецы». Надо пойти на автостанцию и посмотреть там билеты на стоянке автобусов.

Обычно, пассажиры, прибывшие на конечную остановку автобуса, выбрасывают из своих карманов никому не нужные автобусные билеты. Хотя бы никто там, на городской автостанции ничего не убрал до моего прохода. Тогда у меня будет полное алиби на мою командировку на Памир.

До Хорога от места моего нахождения было не больше километра. Прямо за излучиной горной реки Гунт появилась окраина города. Не желая нести с собой клочки бумаг в кармане куртки.

Бросил все клочки бумаги по ветру. Клочки бумаги разлетелись по берегу реки Гунт. Домой должен вернуться чистый.

Без каких-либо улик насчет моего присутствия на месте массового убийства группы бандитов, которые даже мёртвые будут выглядеть в лице народа героями. Ведь бандитов знают, как солдат местного спецназа под руководством Сайдулаева Саида.

Вся бойня с бандитами ляжет на Хайратова Ахмада, как на врага народа.

Стоит обнародовать все события кровавой бойни среди граждан Таджикистана, чтобы все знали, кто бандит, а кто герой таджикского народа.

Правда, когда-нибудь должна восторжествовать. Нельзя считать убийцей честного человека. Надо хорошо продумать вариант, как обличать преступников перед таджикским народом.

Пускай узнают правду, кто враг, а кто герой таджикского народа. Хорошо, что командировочный лист заполнял авторучкой. Сейчас своей рукой впишу маршрут по Курган-Тюбе, Куляб, Хорог и другие населённые пункты по областям республики.

Теперь будет порядок в танковых войсках. Никто ко мне не придерётся. У меня есть полное алиби, против возможного обвинения. Пускай ищут убийцу в другом месте.

Вообще здесь совсем не причём, что у кого-то были разборки с бандой в горах Кухистана. С того дня, как был в последний раз в Хороге, ничто тут не изменилось.

Только некогда яркая площадь Ленина несколько потускнела. Даже здания облисполкома Горного Бадахшана стало выглядеть как-то мрачно. Видимо экономическая и политическая блокада Горно-Бадахшанской области со стороны таджиков сильно отразилась не только на памирцах, но также и на областном центре, Хороге.

Как бы ни было, но вождь всех пролетариатов устоял. Памятник В.И. Ленина стоит на том же самом месте. Вот только вождь сильно загажен голубями, символом мира пролетариев всех стран.

Некому даже памятник вождю всех пролетариатов почистить после диких голубей. На небольшой площадке городской автостанции, загаженной разными бумагами и отходами, стоят подряд несколько рейсовых автобусов. По белой паутине на окнах и по снежным охапкам на крышах автобусов, сразу видно, что автобусы давно никуда не ездили.

Наверно, перевал в сторону центра Таджикистана давно закрыт? Потрогал своё лицо и по обросшему щетиной лицу определил, что прошло больше месяца, как уехал из дома в командировку, если не больше. Надо у кого-нибудь из местных жителей спросить, какой сегодня точно день и какой месяц.

– Аппа! Скажите, пожалуйста, какой сегодня день и месяц. – спросил, у женщины, проходящей мимо меня.

Женщина испуганно шарахнулась от меня и показала на здание автостанции. Только сейчас заметил, что там, на крыше здания горит цифровое табло времени, где указано в рамке «20.11.1992».

Так это уже два месяца странствую! Надо придумать какую-нибудь историю для своего путешествия в горах Памира. Можно сказать, что был в горах со старателями в поисках мумие и бентонитовой глины. Вот только как быть с моей отметкой в командировки?

– Бача! Ты что потерял? – спросил меня старик, который подошёл от автостанции. – Может быть, помогу?

– Почти два месяца назад тут потерял билет на автобус из Душанбе. – ответил, старику. – Вот вернулся с экспедиции в горах и пытаюсь найти свой билет. Если не найду, то деньги за командировку в бухгалтерии не дадут.

– Ты поищи билет в углу стоянки под навесом. – подсказал мне, старик. – Там обычно останавливается автобус из Душанбе. Когда автобусов бывает много на площадке, то их заметаю в самый угол стоянки. Люди часто теряют свои автобусные билеты, а после приходят сюда за билетом. Показываю то место, где легче найти свой билет.

Старик оказался прав. Когда подошёл в угол стоянки автобусов, то там под навесом обнаружил сразу несколько билетов. Ни стал гадать, какой из билетов мне пригодится, поэтому все билеты начала октября месяца положил себе в карман.

Поблагодарил старика за подсказку и пошёл в центр города. Надо было найти кого-нибудь из знакомых и сделать отметку в командировочном листе о времени своего прибытия в Хорог, а также о времени возвращения к себе домой в Душанбе.

Хотя бы сейчас все мои знакомые были у себя на месте своей работы.

Ближе всего находился ко мне ресторан напротив облисполкома в центре города. Там в ресторане швейцаром был старик Гулькар, который знал все новости Хорога.

Надо мне вначале к нему сходить, а после двигаться дальше по другим инстанциям. Примерно, человек пять в Хороге помню хорошо. Они не бизнесмены, но хотя бы помогут мне сделать отметку в командировочном листе, что был в городе по делам своего бизнеса.

На центральной площади города никакого ресторана не оказалось. На месте бывшего ресторана, было просто заброшенное здание, с разбитыми стёклами и с дикими голубями внутри помещения.

Видно было, что этим зданием давно никто не пользовался. Почему сразу не обратил внимания, на место бывшего ресторана, когда проходил в сторону городского автовокзала через центр города?

Столько много времени зря потерял. Лучше бы сразу пошёл к гостинице «Памир». Теперь надо обратно идти в другую сторону города. Хотя бы кого-нибудь знакомого здесь встретить.

Эта проклятая гражданская война в республике так сильно изменила города и народы.

Даже не с кем поговорить в Хороге. Словно все знакомые погибли в областном городе на Памире.

– Молодой человек. Вы кого-то ищите? – спросил меня, седобороды старик. – Может быть, вам помогу?

– Мне нужен старик Гулькар. – ответил, старику. – Он работал швейцаром в этом здании, в ресторане.

– Никаким швейцаром он не работал. Пускай Аллах простит меня за сквернословие. – ответил седобородый старик. – Старый Гулькар, просто протирал здесь штаны, чтобы не сидеть без толку в пустом доме. Видно, ты давно не был в нашем городе. Аллах забрал к себе старого Гулькара. Пускай доброму старику Гулькару будет хорошо на том свете.

– Отец! Может ты мне поможешь, чтобы зря не блуждал по вашему городу. – обратился, с просьбой к седобородом старику. – Два месяца назад прилетал сюда самолётом с геологической научной экспедицией. Самолёт прилетел ночью. Геологи отправились через Мургаб в Киргизию. Вернулся сюда, чтобы в вашем городе сделать отметку в командировочном листе, что был в Хороге.

Мне нужно вернуться в Душанбе. Но мне без отметки командировочного листа могут не оплатить в бухгалтерии командировочные расходы.

Не знаю, где в данное время находится кантора вашей геологической экспедиции. Поэтому хотел спросить у старика Гулькара или у Килимджанова Махмуда, тестя Насырова Сухроба. Больше никого из местных людей здесь в вашем городе не знаю.

– Откуда знаешь Насырова Сухроба и его тестя Килимджанова Махмуда? – подозрительно, спросил старик. – Ведь Центр отсюда очень далеко.

– Несколько лет работал старшим художником под руководством уважаемого Насырова Сухроба. – ответил, седобородому старику. – Один мой художник, Шевелёв Валера, оформлял здесь административные здания Хорога.

– Так ты Валерку хохла знал хорошо! – удивлённо, воскликнул, седобородый старик. – Как давно всё было! Тоже работал здесь рядом с Валерой.

– Знаю художника Шевелёва Валеру больше десяти лет. – сказал старику. – В прошлом году Шевелёв уехал к себе в Киев на Украину. Насыров Сухроб тоже куда-то исчез от меня. Сейчас уже работаю самостоятельно.

– О! Великий Аллах! Что люди сами с собой натворили? – воскликнул, седобородый старик. – Живут люди рядом и ничего не знают, что творится вокруг их дома.

Насыров Сухроб погиб два или три года тому назад. Его голову привезли родственникам из городской больницы, а тело никто не нашёл до самого последнего дня.

После того, как страшная весть о гибели Насырова Сухроба дошла до гор Памира, семью Килимджанова Махмуда постигло ещё большее горе. Глава семьи и его жена вскоре скончались от сердечного приступа.

Жена Насырова Сухроба сошла с ума, когда ей из городской больницы Душанбе привезли к нам в Хорог голову мужа. Дети Насырова Сухроба куда-то пропали.

Всех остальных родственников Килимджанова Махмуда и Насырова Сухроба нашли мёртвыми в разных местах Таджикистана. Так что тебе, уважаемый господин, больше не к кому обращаться.

Всех твоих знакомых у нас в городе нет давно в живых. Геологическая экспедиция Хорога находится в здании облисполкома на первом этаже. Здесь совсем близко будет. Пройдёшь всего метров сто вверх по улице, с правой стороны будет.

– Спасибо, отец, тебе за помощь. – сказал, седобородому старику. – Здание облисполкома знаю хорошо. Был там когда-то по служебным делам.

Распрощавшись с седобородым стариком, пошёл на другую сторону площади к зданию облисполкома. В этом здании когда-то находился и областной комитет коммунистической партии.

После распада Советского Союза коммунистическая партия Таджикистана ликвидировалась.

Бывшие места нахождения коммунистической партии быстро заняли коммерческие структуры, исполнительные городские комитеты и различные офисы вновь созданных предприятий по бизнесу.

Вот и здесь в здании облисполкома, на входе возле двери весят многочисленные вывески различных коммерческих фирм и государственных учреждений.

С большим трудом отыскал в этих пёстрых вывесках нужную надпись, которая была написана сразу на трёх языках, на таджикском, русском и английском.

Можно подумать, что в гости на памирскую геологическую экспедицию едут и летят геологи со всего белого света. Словно здесь проводятся симпозиумы геологов со всего мира.

Скорее всего, в эту дверь на втором этаже здания облисполкома давно никто из геологов не стучался. Здесь даже дверь в кабинет ужасно грязная.

Можно подумать, дверь не мыли с начала перестройки. Может быть, зря сюда пришел?

Наверно, здесь давно вообще нет никого? Как говориться с войны – «Все ушли на фронт». Однако входная дверь в кабинет на ключ не закрыта, слегка приоткрыта.

– К вам можно войти? – после стука костяшкой пальца в дверь, спросил, осторожно приоткрывая дверь.

– Пожалуйста! Входите! – приветливо, сказал мне, мужчина с бородой, как у геолога. – Вас слушаю.

– Меня зовут, Черевков Александр. – протягивая руку мужчине, назвал себя. – Прибыл к вам из Душанбе.

– Очень приятно! – крепко пожимая мне руку, сказал мужчина с бородой. – Меня зовут Камилджанов Бекназар. Садитесь удобнее. Сейчас будет зелёный чай, лепёшки. Немного сладости. Плов в горах не варится.

Камилджанов куда-то позвонил и на языке памирских народов, что-то сказал в телефонную трубку.

Из всего сказанного на неизвестном мне языке понял лишь слова «чай и лепёшка», которые, наверно, звучать одинаково на всех языках народов Средней Азии, хотя эти слова русского происхождения? Ни меньше ста лет Россия влияла своей культурой и языком на народы Средней Азии.

Поэтому некоторые русские слова, надолго вошли в разговорную речь народов Средней Азии. Вот и здесь высоко в горах Памира местные народы в своей речи употребляют русские слова.

Словно русские слова всегда были в обиходе местной речи. Особенно русский мат, который знает весь мир.

– Какими судьбами вас к нам занесло? – положив телефонную трубку на аппарат, спросил меня, Камилджанов Бекназар. – Долго в наших краях никого из Центра не было. Мы даже не знаем, что сейчас там творится.

– Откровенно, внизу пока всё плохо. – смеясь, ответил ему. – Одним словом, всюду творится политический и экономический бардак. Никто не может между собой распределить места у власти, от этого страдает народ.

– Почему смеёшься как глупец над серьёзными проблемами? – удивлённо, спросил Камилджанов Бекназар.

– Смеюсь не над проблемами. – серьёзно, ответил. – Мне смешно было слышать твои слова, «там внизу». Можно подумать, что мы сейчас с тобой сейчас находимся в космосе, куда прилетел к тебе на НЛО.

– Мы действительно находимся, как в космосе. – смеясь, сказал Камилджанов Бекназар. – Ведь не зря Памир называют крышей мира. От нас к звёздам намного ближе, чем из Душанбе. Если где-то на земном шарике кто-то увидит снежного человека или НЛО, так люди уже на следующий день растрезвонят эту весть на весь мир.

У нас же в горах легче встретить снежного человека, чем негра из Африки. Что же касается объектов НЛО, то сейчас самолёты к нам летают из центра реже, чем НЛО. Вот только сегодня над Памиром были зафиксированы в разных местах неопознанные летательные аппараты, которые летали со скоростью света. Может быть, даже быстрее, чем скорость света?

НЛО появлялись откуда-то и тут же сразу исчезали. Да, кстати. Как ты у нас появился? Случайно не инопланетянин?

Насколько мне известно, то самолёты к нам из Душанбе давно не летают. Может быть, уже летают?

– К вам прилетел два месяца назад с группой геологов на самолёте ЯК-42. – ответил ему. – Мы с группой геологом из Научно-экспедиционного геологического центра занимались поиском залежей бентонитовой глины и мумие. Затем группа геологов через Мургаб отправилась в сторону Киргизии. Мне пришлось вернуться обратно к вам в Хорог. Надо отметить командировочный лист и через Куляб вернуться обратно к себе домой в Душанбе.