Перейти к содержанию

Хозяйка ведьминского сада

Автор:

4,6 940+ оценок читателей Рунета
Категория
Фэнтези про драконов
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
16+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Попала в тело той, что обвинили в измене, той, от которой хотят избавиться, нежной, невинной девушки. Думают, что пропаду? Сдамся? Сгину? Ну уж нет. И секреты раскрою, и живую воду найду, и свое счастье. Назло всем! И без этого дракона... В смысле он претендует на мой сад?! Ну мы еще посмотрим! *Попаданка, которая не привыкла сдаваться. Фиалки может вырастить, но сама не фиалка *Князь-дракон, который тоже упрям по самое не хочу, *Ведьминский сад с сюрпризами *ХЭ

Читать «Хозяйка ведьминского сада» — Адриана Дари онлайн

Страница 9 из 13

– Ничего не знаю. – Я рассматриваю свою насквозь мокрую одежду, прилипшую к телу. – Владения осмотрела, искупалась, теперь можно и к работе приступать, все равно завтракать по утрам не привыкла. Желудок позже проснется. Есть идеи, с чего начать?

– С сухой одежды? – предлагает Шипик.

Мотаю головой.

– Уже достаточно жарко, поэтому высохнет быстро, – отвечаю я.

На самом деле я не уверена, что у меня есть сменная одежда, а искать ее пока не хочу. Тут слишком много деревьев и кустов, которые буквально всем своим видом просят помощи, а у меня от этого в груди все сжимается.

– Что здесь есть из инструментов? – спрашиваю я у ежа.

Шипик удивленно смотрит, явно не понимая, что я от него хочу.

– Ты же не хочешь сказать, что Ядвига все делала руками без применения…

Слово «секатор» я откидываю сразу, а насчет топора и пилы хорошо призадумываюсь. Не будет ли это оскорблением для сада?

– Чего-то вспомогательного?

Ежик шевелит носиком и пыхтит. Упс!

– Ну слушай, – вздыхаю я. – Я даже издалека видела, что там много поломанных деревьев с очень некрасивыми… ранами. Ты же понимаешь, что иногда лучше аккуратно отпилить, чем отломать?

Со стороны сада слышится недовольный скрип, похожий на стон. Я перевожу взгляд на потрепанные бурей деревья и кустарники. Их ветви едва заметно шевелятся. Кажется, «пациент» против. Но… Лечение не всегда приятно, зато результат хорош.

– Ты Хозяйка, – фыркает еж. – Вон, с обратной стороны дома сарай. Посмотри в нем.

Сарай – больше название, чем на самом деле он. Так, кладовка, в которой, на удивление, грабли, вилы и лопата. Негусто.

Топор находится легко: пригодится, когда убирать ветки буду, чтобы разрубать те, что крупнее. А вот пилу нужно еще поискать. Старая, ржавая, совсем как у моей бабушки.

Помню, как-то раз яблоню разломило надвое из-за богатого урожая, и нам ничего не оставалось, как просто спилить одну часть. А вот ко второй бабушка как-то хитро привила грушу. Я еще тогда удивлялась: надо же, мы с одного дерева и яблоки, и груши едим.

Снаружи у сарая стоит небольшая, грубо сколоченная тележка на неровных деревянных колесах. Идеально для сбора поломанных веток, травы и прочего безобразия. Закидываю в нее пилу, грабли и вилы, берусь за оглобли и тащу в сторону сада.

– А напомни мне, – когда слышу за собой сопение Шипика, спрашиваю я, – зачем мне это все надо?

– Потому что ты Хозяйка, – в очередной раз отвечает он.

– Не-а, не мотивирует. – Я останавливаю тележку у самых крайних кустов, потому что дальше тропинка вся завалена ветками.

– Потому что так надо?

– Не-а.

– Как с тобой сложно! Говорил же Ядвиге, найди местную! Она бы не доставала меня кучей глупых вопросов, а пошла бы и начала работать, – фыркает еж. – Связана теперь ты с садом: болеет сад – болеешь ты. Болеешь ты – силы живого источника на всех не хватает. Засухи, неурожай, потом голод.

Вот это все как-то слабо укладывается в голове, потому что рациональное мышление не позволяет вобрать все эти сверхъестественные взаимосвязи.

Но перекатывать все это в голове и при этом ничего не делать очень сложно. Поэтому я позволяю мыслям клубиться в голове, а сама принимаюсь за рутинную работу.

Сначала просто собираю поломанные ветки и сорванную листву. Убираю те растения, что уже невозможно реанимировать, подвязываю те, что еще подают надежду.

Пару телег с собранными остатками растений отвожу к бане, чтобы потом уже решать, что с этим делать. Потихоньку продвигаюсь вперед, пока не дохожу до высокого дуба, у которого сломана крупная ветка.

Она висит на части древесины и тянет вниз. Дуб тихо поскрипывает, и этот скрип очень сильно похож на стон. Еще бы! Я бы тоже стонала, если бы что-то так сильно тянуло. Могу поспорить, ощущения схожи с тянущей зубной болью. Мерзко.

Подхожу ближе и понимаю, что тут вариантов других нет, кроме как отпилить, как бы мне не было грустно от этого. Поднимаю веревкой пилу на ветку и, вспоминая все свои детские навыки, когда мы с деревенскими лазили за яблоками, сама поднимаюсь на дерево.

Рана действительно глубокая, даже сердцевина разломлена, поэтому я кладу руку на ветку, чтобы придержать, заношу пилу и… Дерево словно вздрагивает. Все, целиком. А потом качается.

Я не удерживаюсь, соскальзываю с ветки, на которой сидела, и лечу спиной вниз.

Глава 20

Полет вроде бы недолгий, но за это время я успеваю та-а-ак много мыслей в голове перебрать. И про мир этот чудной, и про Владика-придурка, и про… А вот про дракона мысль-то откуда взялась?!

Проститься с жизнью не успеваю, как и морально подготовиться к жесткому приземлению. Только зажмуриваюсь, группируюсь и… падаю на мягкие кусты самшита, пружиня, как на батуте.

– Уф! – шумно выдыхаю я, выкарабкиваясь из веток. – С-спасибо!

Самое интересное, что, когда я поднималась, я точно помню: у этого дуба не было никаких кустарников. Только травка на земле, в которой прятался Шипик.

– Вы… замечательные, – с улыбкой произношу я, аккуратно касаюсь пальцами листочков, и веточки кустарников начинают мелко подрагивать. – Еще раз спасибо.

Потом поднимаю взгляд на дуб, тот будто бы виновато поскрипывает.

– А ты… Ну вот что с тобой делать? – Я глажу могучий шершавый ствол с толстой корой. – Ты же понимаешь, что эту ветку не спасти?

Кажется, дуб начинает дрожать… Ну точно как мой племянник перед прививкой: я с ним частенько возилась, пока не произошел разлад в отношениях с братом.

– Да уж, – раздается уже почти привычное фырканье рядом. – Это даже магией не спасти.

– Магией? – Я оборачиваюсь на ежа. – А вот отсюда можно поподробнее?

Ежик в который раз за наше знакомство выпучивает глаза.

– Так… Твоей магией. Магией Хозяйки.

Потрясающе. Я устану удивляться или нет?

– То есть у меня есть какая-то магия, которой я что-то могу сделать, но ты мне об этом ничего не сказал? – Я упираюсь кулаками в бока. – Скажи мне, сколько еще открытий чудных мне предстоит?

Ежик насупливается и виновато отводит взгляд.

– Ты такая первая, я уже говорил, – пыхтит он. – К тому же обычно знания и умения передавались постепенно, из рук в руки. А тут ты мне на голову свалилась! Я сам мало что знаю.

– Ну рассказывай хоть то, что знаешь! Что Ядвига делала после таких ураганов?

– Да не было у нас таких! Сам испугался! – Шипик мотает головой. – Это все из-за неоконченного ритуала. А так обычно все спокойно… Ну, бывает дождик…

У меня вырывается неприличная многоярусная словесная конструкция. Вот почему со мной так? Если что-то может пойти не так, это обязательно произойдет!

– Ладно. Давай конкретику? Как магию использовать? Что мне для этого нужно? Волшебную палочку? Или там… заклинания особые?

– А я не знаю.

Вот так. Помощник мой маленький. Но так-то оно понятно. Откуда ему знать, если магию Хозяйка творила, а он только результат видел?

– А может, у Ядвиги книга какая-то была? – с надеждой спрашиваю я.

– Ой! Голова моя колючая! – Ежик буквально подпрыгивает. – Есть такая! Есть! В домике!

Я почти с облегчением вздыхаю: значит, где-то информацию все-таки можно найти.

– Потерпи немного, хорошо?

Я еще раз скольжу пальцами по испещренной глубокими трещинами коре дуба.

– Я сейчас чуть-чуть разберусь и обязательно тебя подлечу.

Он чуть слышно шелестит листвой, я оставляю все инструменты рядом и вытираю тыльной стороной предплечья лоб.

– Ну, пойдем искать. – Я поднимаю Шипика на руки и иду к домику.

Точно помню, что в спальне есть шкаф с книгами. Только как среди всех них найти нужную?

Скольжу пальцем по потрепанным корешкам. Часть названий стерлась, часть облупилась. Переплеты такие разные: от бумаги, похожей на картон, покрытой каким-то лаком, до толстой кожи. Даже думать не хочу, чья это кожа.

Тут, конечно, пока что все очень мило, но, учитывая, что с каждой минутой я для себя открываю что-то новенькое, можно ждать чего угодно. И темного колдовства тоже.

Среди всех книг больше всего притягивает взгляд одна. Самая толстая, темно-изумрудного цвета, с черной потертой надписью на корешке, которую, увы, я прочитать не могу.

Пока вытаскиваю, я даже успеваю испугаться. А вдруг я не смогу прочитать то, что в книге? Не пойму местное письмо?

Но все сомнения отпадают, когда я, честно говоря с кряхтением и трудом, дотаскиваю книгу до стола на кухне и провожу по обложке кончиками пальцев. Все надписи начинают светиться золотистым светом, а буквы, будто изменяясь, меняются местами.

«Тайные знания ведьминского сада» – гласит название книги.

Отлично. Мне правда сейчас нужны и тайные, и нетайные знания. Но уж с чего получится начать.

Сдуваю пыль, которая облачком поднимается в воздух и клубится в лучах солнца, проникающих сквозь окно. Открываю первую страницу, успеваю прочесть: «Запись первая. Когда солнце померкло…»

И солнце меркнет! А меня словно подхватывает вихрь.

Глава 21

То, что происходит дальше, больше похоже на очень качественное «четыре-дэ» кино. Все вокруг практически реальное, я даже ощущаю запахи и изменение температуры, но точно понимаю, что все происходит не со мной. А озвучивает это все нежный, но очень грустный женский голос… И почему-то кажется, что я его уже слышала.

– Когда солнце померкло и на княжество опустились мрак и мор…

Я слышу рассказ, звучащий словно отовсюду, и вижу картинку.

– Аспид задумал подчинить всех, захватить власть…

На цветущие плодородные земли опускается темнота, растения гибнут, почва вся высыхает и трескается, по лесам проносятся пожары, в деревнях начинается голод и болезни.

Сердце сжимается от этого вида. Наверное, это какое-то человеческое сочувствие, попытка разделить чье-то горе. Но вот сейчас я готова прямо бежать и помогать там всем.

– Оставался один нетронутый участок – ведьминский сад, в котором хранился живой источник. Надежда для всех живущих, потому что единственное, чего боялся Аспид, – вода из этого источника.

Как кадры фильма, передо мной мелькают люди, которые приходят в сад, и никто не уходит без помощи. И кажется, что от этого сада в разные стороны, вдоль дорог, ведущих к нему, расходятся лучики, несущие жизнь.

Тут передо мной появляется огромный летающий змей с раскрытой пастью, откуда льется тьма. Он парит над садом, но не может его тронуть: вся тьма рассыпается еще до того, как достигает даже верхушек деревьев.

На земле, среди деревьев, стоит высокая, стройная, как ива, девушка, возведя руки к небу и прикрыв глаза.

– Подсказали князю, что добраться до источника и заполучить его себе можно, если проникнуть в сердце Хозяйки сада, – продолжает голос. – И он сделал это…

Снова последовательные кадры: вот князь в саду, вот он помогает девушке, вот она в него влюбляется, а вот… Князь видит источник и с удовольствием зачерпывает из него воды.

– Хозяйка наивно доверилась ему, – снова звучит голос. – Отдала всю себя.

Князь берет воду и рассылает во все концы княжества. Люди промачивают веточки соломы, вплетая их в крыши, разбрызгивают воду из источника над полями, дают ее заболевшим.

Я вижу, как день за днем, шаг за шагом они оттесняют Аспида и его темноту прочь. Снова и снова приходят к князю и благодарят его, кланяясь в ноги и принося подарки.

– Возгордился князь, решил, что все это – его заслуга, что сам он поборол Аспида. – В голосе стало больше боли и горечи. – Один из богатых подданных сосватал ему в жены дочь свою. Прекрасную, покорную, сладкоречивую. Так она покорила сердце князя, что позабыл он о Хозяйке, все внимание уделял только новой деве и, не задумываясь, женился на ней.

Новая картинка – веселая свадьба, счастливые лица князя и его невесты. И слезы на щеках Хозяйки, которая бежит по лесной тропинке к своему домику, к источнику. Да не успевает. Над ними уже кружит Аспид.

– И тогда отдала себя всю, до последней капельки, пленяя змея, заключая его под землю. – В голосе появляется равнодушие и смирение. – Не осталось в ней сил, превратилась она в иву.

Девушка покрывается корой и, действительно, становится ивой на берегу полноводной реки.

Ой, мамочки… Это та самая матушка Ива? И, получается, это история сада?

– С тех пор сад закрылся от людей, – тихо продолжает голос. – Только те, кто действительно нуждались в помощи, могли найти вход, потому что сам сад впускал их. Много лет прошло, и однажды в него дорогу нашла девушка.

Так же, как когда-то по лесу бежала Хозяйка, в сад вбегает девушка. Растрепанная, в отчаянии и слезах, она бежит к речке и прыгает с обрывистого берега. Но ива, как вчера меня, так же вытаскивает девушку из речки и опускает рядом с собой.

– Хозяйка пожалела девушку, которую, как и ее когда-то, обманул любимый, передала ей свои знания и силы. И с тех пор магия и забота о саде передается от ведьмы к ведьме, но неизменным остается одно – разбитое сердце.

Девушка поднимается и идет по саду, который будто оживает с ее присутствием. Ей под ноги выкатывается маленький ежик, она поднимает его и касается носика. По телу ежика пробегают голубенькие искорки, и он… начинает говорить.

Я не могу разобрать что, но я совершенно точно узнаю этого ежа! Это Шипик! Ого, сколько же ему лет? Сколько же всего он повидал. Но неужели я действительно одна такая неловкая и несообразительная?

Дальше все словно в быстрой перемотке. Хозяйки сменяют одна другую, передают по наследству свои умения, учат пользоваться магией, рассказывают о растениях и зельях (о, что-то новенькое, до этого я еще не дошла). И так снова, и снова…