От тусклого света по стене плясали гротескные тени. Лена подвинула свечу поближе к кровати и посмотрела на парня.
– Все нормально, сейчас пусть поспит, – парень встал с кровати, на которой лежал бледный Петр Васильевич и поправил ему одеяло, – все, что мог – сделал. Теперь вся надежда на него самого.
Лена кивнула.
– Хотите, посидите рядом, но не беспокоить его, хорошо? – добавил парень и повторил, – пусть поспит, отдохнет.
Лена еще раз кивнула. Дверь комнаты приоткрылась и Тамара заглянула в комнату.
– Артем, там люди на балконе, – шепотом сказала она, – все в порядке?
Парень кивнул.
– Спасибо, – голос Лены дрожал, – спасибо, что не отказали.
– Если что, зовите, – парень немного потоптался и вышел.
Лена осторожно села на край кровати и погладила руку Петра Васильевича.
– Все будет хорошо, – Лена проглотила ком в горле и попыталась улыбнуться, – все будет хорошо.
Артем прикрыл дверь комнаты и секунду постоял, привыкая к темноте.
– Люди там, – шепотом повторила Тамара, настойчиво потянув его за рукав, – иди посмотри.
Артем кивнул и пошел вслед за ней.
– Вы живы? – на балконе было прохладно.
Темный воздух слегка дрожал внизу огоньками костров, пахло чем-то вкусным и свежим. Артем вздохнул и повернулся на голос.
– Вы не представляете, как я рада, – незнакомый женский голос в темноте слегка успокаивал, – а мы тут сидим, сидим, а я слышу – в стену стучат, думаю кто?
– Это я вас услышала, – Артем вздрогнул от громкого крика Тамары.
– Представляешь, – Тамара повернулась уже к нему, – сижу и через стену слышу, бубнят. Я как давай стучать, потом Танька говорит, балкон же есть в квартире, ну и туда побежали.
Артем машинально кивнул, прислушиваясь к ночным звукам.
– А где она? – негромко спросил он у женщины.
– Там в кухне сидит, – Тамара отвернулась и перегнулась через перила, – Федорович, ты что ли?
Артем постоял, слушая перекрикивания Федоровича и Тамары через балкон. В стороне третьего дома стояла глухая темнота, изредка нарушаемая тонкими полосками света.
– Остатки огня, что ли? – Артем прищурил глаза, вспоминая, что днем с третьего дома шел дым, – или что?
Он поежился. Воздух становился холоднее.
– Ты их предупреди насчет стрел, – Артем тронул Тамару за плечо, – я пошел Татьяну посмотрю.
Тамара кивнула и Артем вышел.
– Татьяна, – Артем вошел на кухню и вспомнил, что он сегодня даже не завтракал, – можно вас на пару минут?
Татьяна повернулась от окна и кивнула.
– И кто там? – Юра оторвался от экрана телефона и подслеповато всмотрелся в сторону коридора.
– Федорович с компанией, – ответил Артем, – там Тамара осталась.
– Пойду хоть новости узнаю, – Юра выключил телефон и тут же споткнулся об табуретку, – черт, думал связь может появилась.
Он поднял табурет и осторожно прошел мимо Артема, вытянув руку вперед для уверенности.
– Как в днях триффидов, – Артем проводил хохотнувшего Юру взглядом и снова повернулся к Татьяне, – мне надо вас осмотреть, разрешите?
– Нет, – Татьяна нервно растерла перевязанной рукой плечо и отвернулась.
– Все в порядке, спасибо, – Артем едва расслышал слова Татьяны.
Он придвинул табурет и сел.
– Да мне не сложно, – Артем размял пальцы, – просто, понимаете, Ася – ей после стрелы стало плохо, а у вас рана.
Артем говорил в спину отвернувшейся Татьяны, одновременно с этим чувствуя, как в нем поднимается раздражение.
– Да вы же сами видели, – добавил он, – надо посмотреть, перевязать рану, в конце концов.
Татьяна молчала. Артем прикусил губу.
– Я настаиваю, – Артем встал и шагнул в сторону повернувшейся к нему Татьяны, – мало ли что.
– Нет, – пальцы Татьяны перебирали ворот кофты и гладили небольшой бугорок, выступающий у нее справа над грудью, – не трогай меня, понял?
Она шагнула в сторону, но Артем схватил ее за руку. Минуту они стояли молча – Татьяна наконец вырвала руку.
– Эй, – раздался голос Юрия из коридора, – быстрее, там на них напали.
Татьяна резко оттолкнула Артема и вышла из кухни в сторону комнаты.
Магазин.
– Чего? – Влад поднял голову от стола, положил пистолет на стол и присвистнул, – это что такое?
Свет в комнате становился все ярче и ярче. Влад встал. Стена пропала вместе с окном – вместо нее шла огромная, белая полоса света.
– Какого хрена? – Влад отошел к двери и выглянул на улицу.
Шел мелкий дождь – голова моментально намокла. Повернулся обратно и замер. Стол, стоящий около дивана – исчезал в прозрачном белом свете, вспышкой резануло по глазам, и Влад зажмурился.
– Выключи свет, – голос Влада утонул в грохоте разбитого купола над головой и вниз тяжелым дождем рухнула крыша.
– Черт, черт, – Влад пригнулся и побежал, прикрывая глаза руками.
Сирена орала над головой противными тягучими завываниями, земля разъезжалась под ногами в коричневую, вязкую грязь, и Влад упал. Стукнули зубы – подбородок еще раз ударился об землю. Что-то огромное перевернуло Влада и потащило за ногу. В открытый рот попала земля и Влад закашлялся, выплевывая комки жидкой грязи. Подпрыгнул спиной на яме и больно приземлился обратно.
– Пусти, – спина Влада пересчитывала ступеньки, дикая ярость волной накатила и Влад со всей силы пнул тянувшего его за ногу человека.
Он крутился, пинался, приподнялся и холодными немеющими пальцами разжал руку, сжимающую его за лодыжку. Движение прекратилось и Влад бессильно рухнул в грязь. Повернул голову – вдалеке веселыми огнями мигал город. Влад застонал и попробовал перевернуться на бок. Не смог – грязь буквально обнимала его, топя его все глубже и глубже. Дышать стало сложнее.
– Пусти, – заорал Влад, и тут его дернули.
Подняли ногами вверх, раскрутили, и тут Влад вскочил. Секунду простоял, оглядывая темный зал магазина.
Тут же рухнул обратно на холодный и твердый пол, застонал и попытался сесть. Сознание плыло, белый свет все еще раздражал глаза, одновременно болью выкручивало тело и возвращало в реальность.
– Сон, – вместо своих слов Влад слышал тяжелые хрипы.
– Тихо, ты чего? – раздался встревоженный голос рядом Георгия Олеговича, – чего вскочил?
Влад оперся на руку Георгия Олеговича и наконец сел. Зашипел от боли и стал заваливаться на бок.
– Что случилось? – с другой стороны появился Дима и Влад завалился на него, – эй, Влад, давай это, не помирай, не пугай нас, давай, давай.
Дима приподнял Влада и попытался усадить, но тело Влада не слушалось.
– Что делать? – Дима сорвался на крик, – чего ты копаешься там?
– Сади аккуратно, – Георгий Олегович перестал возиться за спиной Влада и помог уложить хрипевшего Влада на сложенные подушки, – вот так, нормально.
Георгий Олегович отпустил руку Влада на пол и сел рядом.
– Посмотри, чего в сумках есть, – попросил он Диму, – любые лекарства принеси, ему надо температуру сбить.
Дима встал и медленно пошел в сторону подсобки.
– Ватные диски и водку принеси, если лекарства не найдешь, – крикнул ему вслед Георгий Олегович, трогая мокрый лоб Влада.
– Голову еще разбил, дурак, – Георгий Олегович вытер кровь с ладони и пошел за перекисью.
Влад прикрыл глаза. Лицо тронуло прохладой – это вернулся Георгий Олегович.
В подсобке шумел Дима – он принес пакетик шипучего аспирина и тромбоасс.
– Это убери, – Георгий Олегович вытер салфеткой лицо Влада и протянул тромбоасс обратно, – на кассу положи.
Дима молча отнес таблетки и сел около кассы.
– Он умрет? – Георгий Олегович поднял голову и Дима повторил, – он умрет?
Георгий Олегович пожал плечами и посмотрел на стакан с водой.
– Сейчас шипение пройдет и можно пить, – Георгий Олегович поболтал стаканом и сел удобнее, – надо выпить, давай.
Он приподнял рукой голову застонавшего Влада и попытался его напоить.
– Давай, Влад, пей, – Георгий Олегович смотрел прямо в мутные глаза Влада, – пей, говорю.
Дима отвернулся к окну. Всхрипы Влада перешли в бульканье, стихли и слышалось только тяжелое дыхание.
– Внутри, видимо, что-то отбили, – раздался тихий стук – Георгий Олегович задел ногой бутылку и она упала.
Воздух за окном медленно дрожал, искажая темные стволы деревьев и брошенных машин.
– Никого, – подумал Дима, обсматривая улицу, – могли бы и уйти по темноте. Если…
Тут Дима обернулся и пожал плечами.
– Что с ним? – спросил он Георгия Олеговича.
Георгий Олегович промолчал.
– Понятно, – Дима встал и походил перед окном.
– Слушайте, – наконец кивнул Дима в сторону окна, – там никого нет.
Георгий Олегович поднялся.
– Сами посмотрите, – Дима подождал, пока Георгий Олегович подойдет к окну, – видите?
Георгий Олегович кивнул.
– Он же не жилец? – Дима почему-то перешел на шепот, – он же не жилец, верно?
Георгий Олегович кивнул еще раз.
– Вы его знаете? – и Георгий Олегович помотал головой, – я тоже нет. А я его видел вначале, он женщину пытался задушить. Я сам видел. Утром.
Георгий Олегович посмотрел на лежащего Влада и снова повернулся к окну.
– Можем аккуратно выйти, дойти до людей и позвать помощь, – Дима еще раз посмотрел в сторону окна, – он же все равно умрет, верно? Пока никого нет, мы же можем уйти.
Георгий Олегович продолжал молча смотреть в окно.
– Георгий Олегович, – Дима посмотрел на лежащего Влада, постоял, слушая его прерываемое тяжелыми стонами дыхание, – надо уходить.
– Давай его хотя бы в подсобку перетащим, – наконец сказал Георгий Олегович, поворачиваясь к Диме, – и поесть на дорогу что-нибудь возьмем.
