– Мы со второго этажа, – добавил Павел, – стучались во все двери, когда началось. Нас вот только Ирочка и впустила.
Позади Георгия Олеговича раздались шаги и вошла Нинель. Она расставила стаканы на столе и поставила хлеб. Павел разлил водку по стаканам.
– Что там внизу? – Павел поднял стакан и выпил, – всех убили чудищ? Спасатели-хератели. Толчок засорился, дракон улетел.
Нинель покосилась на Павла, и села рядом с Димой.
– Садитесь, – раздался голос Иры и Георгий Олегович сел обратно.
– А кроме хлеба ничего нет? – Павел придвинул стакан к Георгию Олеговичу.
– Там дочке осталось, – Ира посмотрела в сторону шторы.
Павел поднял бровь.
– У нас тушенка есть, – Георгий Олегович кивнул в сторону сумки, – Дима, достань.
Ели молча. Павел в основном пил и рассказывал о путешествиях в другие миры.
– Нам поспать бы, – Георгий Олегович повернулся к молчавшей Ире, – где можно?
– Где хотите, квартира однокомнатная, – Ира встала и вышла на кухню.
– На кровать не ложиться, – добавил ей вслед пьяно Павел, – там мы спать будем.
Георгий Олегович кивнул Диме и вышел в коридор.
– Надо отсюда уходить, – шепотом сказал он вышедшему Диме, поморщившись от криков Павла в комнате, – не нравится мне здесь.
– Давай хоть поспим, – Дима весело улыбнулся прошедшей обратно в комнату Ире и повернулся к Георгию Олеговичу, – потом пойдем, хорошо?
Георгий Олегович кивнул – поспать надо, тут Дима был прав.
– Поспим и уйдем, – сказал Дима, перед тем как вернуться обратно в комнату, – мутный тип этот Павел.
Георгий Олегович проводил взглядом Диму и осмотрелся. Пахло не очень, хотя квартира была с новым ремонтом, да и сама квартира была новая. В просторную кухню заходил новый день – и день обещал быть солнечным и ярким. Необычная тишина за окном немного напрягала и Георгий Олегович задумался.
– Интересно, если мы попали в неведомые края, то значит вместо нас перенесло кусок леса? – он моргнул, – мда, должны же нас искать, целый жилой район фактически пропал. Ладно, ночь пережили и хорошо.
Он открыл дверь и осмотрел ванную комнату – в полумраке белела ванна и стиральная машинка.
– Нормальный ремонт, – следом Георгий Олегович открыл дверь в туалет и отшатнулся – запах бил в нос.
– А туалет куда ходите? – крикнул он в сторону комнаты.
– В туалет, – голос Павла становился все пьянее и пьянее, – хозяйка все уберет, да, Ирочка?
Что-то тихо ответила Ира. Георгий Олегович пожал плечами и закрыл дверь. В комнате что-то упало и закричала девочка.
– Ты чего творишь? – Георгий Олегович вбежал обратно именно на этих словах Димы.
Павел стоял, у окна сидел Дима и вытирал окровавленное лицо, Нинель помогала встать упавшей Ире. Павел развернулся и шагнул в сторону Георгия Олеговича.
– Тихо, парень, чего буянишь? – Георгий Олегович развел руки и сделал шаг назад, отвлекая Павла от поднимающегося Димы с пустой бутылкой в руке, – выпил, ложись спать. Не буянь, Пашка.
– Вот, баиньки, – он поймал падающего Павла и вместе с Димой оттащил его в ванную.
– Руки ему свяжите, – Нинель принесла какую-то тонкую веревку и смотрела, как Дима связывает начинающего приходить в себя Павла.
– Чего не предупредила, что дружок ваш дурной? – Георгий Олегович вытер руки и засунул полотенце в рот очнувшемуся Павлу, – не ори, дебил.
– Мы его не знаем, – Нинель оглянулась на дверь, – он сильно стучал, просил впустить, мы и открыли.
– Вы не вместе? – Дима закрыл дверь ванной и подпер ее стулом.
Нинель покачала головой.
– Я к Ире пришла, помочь с дочкой, – уже в комнате рассказывала Нинель, пока Ира успокаивала дочку, – они с мужем развелись, а мы общались, вот я и пришла посидеть, помочь. Родители там передали подарки внучке.
Нинель всхлипнула и вытерла щеку.
– А тут это как началось, – Дима успокаивающе положил ладонь на руку Нинель и погладил, – пока Владиславу одели, пока рюкзачок собрали – внизу побежали все. Мы закрылись и с окна смотрели. Тут стучит кто-то, мы и открыли.
Нинель еще раз всхлипнула.
– Вначале нормально он себя вел, – девушка посмотрела в окно и вздохнула, – а потом пошло. Решили с ним не спорить, соглашались, думали, как полиция приедет.
Тут Нинель посмотрела на Георгия Олеговича.
– Он вас и услышал, сказал что пошел спасателей ловить, – тут Дима хмыкнул и Нинель замолчала.
– Все? – спросил Георгий Олегович и Нинель кивнула. Он встал и подошел к окну.
– Когда нас спасут? – голос Иры звучал тихо, – вы не знаете? Мне на работу надо, а ребенку завтра к врачу.
Георгий Олегович подвинулся – подошел Дима и встал рядом.
– Ну, – Дима прислонился к стеклу и внимательно рассматривал бескрайний окружающий их лес, – работа, наверное, отменяется. Как и врач, кстати. И где город, хотел бы я знать?
Георгий Олегович перевел взгляд с леса на улицу – внизу ходили люди. И их стало больше.
– Зря мы ушли с магазина, – Дима рассматривал двигающихся внизу людей, – зря. Нам кранты.
– Двадцать шестой, – Георгию Олеговичу надоело считать людей, входящих в подъезд, и он отошел от окна.
В ванной громко вопил Павел.
– Вот сука, – Георгий Олегович открыл дверь в ванную и запихал обратно полотенце в рот Павлу, поглубже, – не ори, сука.
Он вышел и закрыл дверь. Подъезд наполнялся звуками – были слышны чьи-то голоса, что-то бухнуло. Раздался смех.
– Зря ушли, – Георгий Олегович впервые за все время был согласен с Димой.
Глава 12
Второй дом.
С улицы комната казалась еще более темной и маленькой. Было жарко – спертый воздух давил на легкие и душил – Тамара закашлялась.
– Уснула Танька, что ли? – с легким уколом зависти прислушалась она к ровному дыханию Татьяны.
Постояла и кивнула – точно спит. Сама она не уснет – Тамару трясло. Да и никто кроме Татьяны и Петра Васильевича не спал. Парни на балконе уже час пытались докричаться до Федоровича, но никто не отвечал. От окна еще долетали обрывки фраз, но Тамара вслушиваться даже не стала.
– Нет там уже никого в живых, – она вспомнила вчерашний день и устало села.
Тишина давила.
– Может это сон? – Тамара пыталась успокоится.
Голова раскалывалась от мыслей и бессонной ночи. Она закрыла глаза и тут же их открыла – слишком тяжело было. События вчерашнего дня вертелись перед глазами кровавыми пятнами. Тамара сжала голову ладонями и уткнулась в колени. С тихим шорохом осторожно отворилась дверь из спальни, и Тамара подняла голову.
– Как он? – шепотом спросила она, близоруко пытаясь разглядеть вышедшую из спальни Лену.
– Спит, – Лена посмотрела в окно, рассветало, утро обещало быть солнечным, – что там, узнали?
Тамара потерла виски и наморщила лоб.
– Артем и Юра пытаются докричаться до Федоровича, – Тамара посмотрела на спящую в кресле Татьяну, – но пока ничего. Наверно все. Уже все.
Она замолчала. В тишине слышно было, как с хрипами дышит спящая Татьяна и глухие голоса со стороны балкона.
– Странное ощущение, – Тамара перевела взгляд на пол, – странное.
Лена молчала.
– Странно, да? Там убивают, а мы здесь. Как мыши спрятались. – Тамара встала и поправила кофту, – у вас есть это ощущение? Такое мерзкое, такое липкое. Понимаете? Я знаю, что их там убили, но почему внутри гадкое чувство.
Тамара закрыла лицо руками и тяжело вздохнула.
– Такое гаденькое чувство, что хорошо, что не меня, понимаете? – она пригладила волосы, криво улыбнулась Лене и кивнула на кресло, – вот кто спокойно спит. Села и моментально уснула.
Лена подняла с дивана плед и накрыла вздрогнувшую во сне Татьяну.
– Знаете, – Лена облизала сухие губы, поправляя плед, – когда мы возвращались сюда, я очень боялась. Очень боялась, что она умрет, и никто не откроет дверь. А сейчас я боюсь, что Петя умрет там, пока я здесь разговариваю или если я усну.
Лена обернулась к дверь спальни, откуда только что вышла.
– Я всегда всего боялась, – ее голос сбился и задрожал, – особенно сейчас. Да я даже и одна никогда не жила, всегда с кем-то, то с родителями, то с Петей. А сейчас никого нет.
Она повернулась к окну.
– Всего лишь один день прошел, – она села на диван и о чем-то задумалась на минуту.
Тамара походила и тоже села рядом. Погладила осторожно Лену по плечу – страх и паника понемногу отступали.
– В любом случае мы живы, – слишком бодро сказала она в воздух, – и нам надо это пережить. Пока нас не спасут.
Лена кивнула.
– Думаете, нас спасут? – столько надежды было в Ленином голосе, что Тамара немного смутилась.
– Я не знаю, – она постучала пальцем по коленке, – но в любом случае нас много, у нас есть ружье и врач, так что будем разбираться.
– Давайте, – Тамара встала и размяла руки, – займемся делом. Сидеть и думать не могу. И не усну.
Лена кивнула.
– Отлично, – Тамара пропустила вперед Лену и вышла следом в коридор, – мальчики с балкона пришли, слышите? Вот на кухне посидим, обсудим все.
В коридоре они столкнулись с Юрой.
– Девочки, – Юра галантно махнул рукой, – кто еще не спит?
– Все здесь, – Лена прошла к плите и привычно поднесла чайник к крану.
– Мда, – она осторожно поставила чайник обратно и повернулась к сидящему Артему, – никак не привыкну, что воды нет.
– К этому сложно привыкнуть, – согласилась Тамара и села около окна, – гляди, совсем светло стало.
Юра придвинул табурет Лене и сам сел у двери.
– Дело плохо, никто не отвечает оттуда, – Артем потер виски, остальные молчали, – уже утро, и, кажется, что спасать нас никто не собирается.
Юра икнул и извинился. Лена вздохнула.
– Все согласны? – Артем перевел взгляд на Лену.
– Послушайте, – Лена помялась, но Тамара ее поддержала, – мы не согласны. Нас должны спасти, была же полиция, Петя говорил, что в доме была. Должны приехать. Должны разобраться.
Артем выразительно посмотрел в сторону окна.
– Разберутся и приедут, – Тамара сердито взглянула на икавшего Юру.
– Что? – Юра снова икнул и дальше говорил, зажав нос, – говорят, от икоты помогает. Я не специально же. Слушайте, ну кругом же лес, кто придет спасать?
– Лесник? Эльфы? – Юра разжал нос и говорил уже обычным голосом, – девушки, включите мозги. Придут – отлично, а если не придут?
Артем усмехнулся.
