Валя-Валентина: побег в никуда

– Вовремя, – сказал кто-то вслух, но больше самому себе, видимо, комментируя. – А так бы, точно не миновать дождя. Эх, как сильно – то. Раньше бы его. Леса бы не горели. И задымленности в городе не было.

Стоять на крыльце, ждать, когда прекратиться этот дождь, ни у кого не было желания. Да и заметно похолодало. Потому, люди, да и Валентина, повела своих девочек внутрь магазина. Там хоть было тепло, да и обещанное девочкам, купит им шоколадки. Хотя, люди и понимали, магазин это, не зал ожидания, где можно переждать это ненастье. Поэтому они сейчас и хитрили, разбежавшись по магазину. Теперь они, оценивающее разглядывали на ценники продуктов, качали от удивления головы, от дороговизны, вздыхали недовольно, что цены в этом магазине, такими кусачими стали. А Валентине все равно, как будто. Выбора у нее не было. Где ей купить девочкам шоколадки: здесь, или в другом месте. Пока они, с новой силой не захныкали, ей надо было опередить девочек. Поэтому, она не смотрела на цену, не возмущалась дороговизной, как другие. Подошла, попросила продавцу, дать ей две плитки шоколадки по сорок пять рублей. Расплатившись с продавцом, она отдала девочкам эти шоколадки, и вновь вытолкнула их к выходу. Можно было ей и не торопить выйти из магазина девочек, но тут ей в очереди, когда расплачивалась с продавцом, сзади, стоящая, к ней женщина, зашептала ей в ушко.

– У вас сильно замарано юбка сзади, мамаша.

Потому она и, поспешно вытянула девочек вновь на крыльцо.

А дождь все еще лил, как из ведра. По небу, конца его не видно было. Да еще тут, холодно было стоять. За девочек ей, конечно, беспокоится, не следовало. Они были у нее в осенней курточке. Хотя, не так они и грели, но, вот, беда, на голове у них не было ничего. Надо было ей все же, перед тем как выйти на улицу, запасом положить в отдельный пакет их шапочки, но не подумала, что дождь будет. С мужем, если бы они были на прогулке, на улице, тот, как всегда, собирая девочек на улицу, брал в пакетике их шапки. «На то он и муж», – хотелось ей это вслух сказать, но за место этого, она только жалостью к себе, уронила из глаз несколько капелек слезинок, шмыгая носом. Не хватало еще, чтобы ей, при них еще, девочек, снова расплакаться. С усилием уняв в теле дрожь, она непроизвольно зевнула. Нет, надо было ей, что – то все же предпринимать. Не стоять же ей здесь столбом с девочками, ожидая, когда, наконец, прекратится этот дождь. Да, если и закончится дождь, куда она поведет своих девочек после? Буквально ведь, сегодня подруга, где она временно у нее остановилась на несколько дней, когда уходила часом два назад от нее с девочками в этот район, поиском съемной квартиры, яснее – ясно ей намекнула, что она устала, от их присутствия в её квартирке. Да еще обещала, что она сегодня же, непременно позвонит её мужу, и даст тому нагоняя, от такого наплевательского отношения к своей семье. Поэтому, что будет тогда, она не знала, если она свою угрозу все же осуществит. Какое она тогда примет решение, по отношению к своему мужу. Она ведь понимала, что тот тут же непременно, сломя голову, прибежит за ними, заберет, если не её, так девочек он тогда, точно, уведет с собою. И сделает он это, непременно. Тут и слезы её не помогут. Она в нем, ни сколечко не сомневалась. Да еще, найдет для осуществления своего плана, существенный, ясный, для нее аргумент. Запас слов, у него хватит. Не зря он, словесник – журналист. Обязательно скажет ей, что девочкам из такого создавшего положения, нужен покой, стабильность. Она ведь понимала, такого покоя девочкам, сейчас она не могла дать. Приблизительно даже, она не знает, что будет с нею и с её девочками завтра, послезавтра. Потому она сердцем понимала, возвращаться ей домой, все же надо. Но как? Не может же она теперь, ему в глаза сказать. «Все. Прости. Я вернулась». Ведь она, не просто так в одночасье решив, убежала от мужа. Были еще причины, более существенные. Но ведь она этого, вслух мужу не сможет сказать. Если бы даже решилась сказать мужу – это не повредит ли в дальнейшем, уважение мужа к её персоне? Ведь сколько раз она пыталась, еще живя с ним, сознаться ему, еще до рождения их второго ребенка, поговорить с ним, о своей измене к нему, с тем парнем на озере. Но намеренно тянула время, боясь повредить себя. В конце – концов, из этого её замалчивания, что вышло? Только головные боли, и страх разоблачения. А каково ей было, когда она ложась в постель, в каждую ночь рядом с мужем, чувствовать себя виноватой перед ним. Когда муж её любил, она представляла в это время, рядом с собою, невольно, того самого Янина знакомого, Виктора. Будто, не муж её в постели милует, а тот, грубоватый и сильный Виктор, который все же её под утро, у озера, катаньем, все же от нее добился согласия, того, что он от нее хотел. Тогда над нею потолок исчезал, высвечивался утрешнее небо, как в тот раз у озера. Поэтому, от этого видения, она до сих пор не могла избавиться. Как бы, и хотела.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.