Душеловы

Какое-то время ехали молча, обида росла внутри обоих. Оба досадовали на недопонимание со стороны партнера. Ненастье за окном будто просочилось в салон и остудило их сердца. Первой заговорила Лиза.

– Пожалуй, ты прав. Надо было ехать с утра. К началу банкета все одно поспели бы.

– Да все нормально, – бодро отреагировал Алексей. – С утреца папуля глазки открывает, а мы тут как тут! Сю-юрпри-из!

Она заставила себя поддержать шутку парня смехом, хотя смешок получился сдавленным и гортанным. Раздосадованная собственной реакцией затихла и уткнулась взглядом в свои колени. Негромкая спокойная музыка наполняла салон. И, казалось, в машине даже потеплело от бесконфликтной благодушной мелодии. Лиза откинулась на сиденье и прикрыла глаза. Тут же услышала голос возлюбленного: «Кисуля, загляни-ка в бардачок!», но не сразу отреагировала. Думала, что показалось. Однако сожитель настаивал:

– Ну же, малыш, быстрее!

«Малыш» послушно исполнила. И замерла: в бардачке лежала коробочка, в какие обычно укладывают ювелирку. Слегка оторопела, несмело достала подарок. Открыла и ахнула: «Ты решился?», и радостно кинулась на шею любимого. Машину резко занесло в сторону, но ее мужчина ловко и весело вывернул руль.

– Надо же когда-нибудь устаканить наши отношения, – хохотнул и пожал плечами. Лучше б он не продолжал. – То-то твой папа будет рад!

Девица оскорблено захлопнула футляр с кольцом и кинула обратно в бардачок.

– Малыш, что ты так реагируешь? Это шутка. Ну, кисуля, не дуйся.

Леша потянулся к Лизе, чтобы погладить ее по голове, как обычно он это делал в минуты размолвок. Но она отмахнулась. И опять они замолчали. Музыка заиграла тоскливая. Не заладилась поездка.

– Мне остановить машину? – спросил водила.

– Зачем?

– Выйдем под дождь, я встану на колено, ты согласишься. Мокрые и счастливые вернемся в машину.

– Дуралей! – отвесила «кисуля» легкий подзатыльник своему «лапуле» и полезла за коробочкой.

Парень облегченно заулыбался и поинтересовался:

– Нравится?

Разглядывающая кольцо Лиза живо и многократно закивала головой, и снова полезла к Алексею с поцелуями. Теперь пришла его очередь легонько отмахиваться.

– Тише, малыш, тише. Дорога скользкая. Бриллиант, между прочим, с дурной репутацией.

– Да ну?

Она уже надела кольцо на палец, покрутила вытянутой рукой вокруг себя, затем сняла и стала рассматривать его изнутри, включив подсветку на мобильном телефоне.

– Лиззи, что ты ищешь?

Разочарованная подруга выключила телефон, откинулась на спинку сиденья, надула губки и зажала кольцо в пальцах. Алексей вновь заволновался.

– Кисуля, я тебе абы, что не подарю. Кольцо небракованное. А ты что искала? Скол? Царапину?

Девушка ответила через время и очень тихо:

– Наши имена.

Но Леха услышал, громко рассмеялся.

– Малыш, это же антиквариат! У него собственное имя есть. Хочешь знать какое?

– Какое?

– «Слеза вдовы».

– Как?

– «Слеза вдовы».

Девушка поднесла кольцо к глазам, чтобы как следует рассмотреть подарок. Свет фар встречной машины осветил салон и забликовал на бриллианте. И он таким красивым ей показался, что дыхание перехватило.

– Мне антиквар такую историю любовную рассказал про это кольцо. Хочешь послушать?

– Неа.

Ответ не устроил жениха.

– Вот всегда так. Никогда меня не слушаешь. Что за бзик ехать в ночь в тмутаракань после работы?

– Я просто пообещала, что мы будем первыми поздравляющими.

– Конечно! Папа важнее парня! Кто я такой, чтобы меня спрашивать? Я за неделю вымотался как черт…

Автомобиль резко и мощно встряхнуло, закрутило, понесло в сторону.

– Ай, Леша, не убей нас! – вскричала испуганная невеста, которую от рывка качнуло в сторону. Она нечаянным взмахом руки оцарапала кольцом щеку Алексея. Даже кровь проступила.

– Под руку про смерть не каркай! – огрызнулся в ответ не менее испуганный водитель, крутя руль. – Или специально тачку из ремонта забрала без подушек?

– Совсем сдурел? Зачем мне твоя смерть? Я замуж за тебя хочу. В белом хочу быть, – хихикнула, – а не в черном.

Девушка потянулась к другу, чтобы носовым платком промокнуть кровь на его щеке, но он отвернулся и хмуро буркнул:

– Уверена? А как же Пашка? С детства в тебя влюблен. Он папе нравится.

– Лапуль, ну сколько можно? Не было у нас ничего. Ни в детстве, ни потом.

– Как знать, как знать…

– Ну, знаешь ли! Я не тычу тебе в нос твоими любовницами! – с обидой выкрикнула Лиза и недовольно сложила руки на груди, откинувшись на сиденье.

Лешка аж задохнулся от негодования.

– Что? Кто? Я? У меня?!

Тоже надул щеки и надавил на газ.

– Да, у тебя! – прорвало подругу. – Свою бывшую забыть не можешь? Мне Машка сказала, что видела вас вместе.

– Слушай больше свою Машку, она тебе еще и не такого наговорит!

– Что?! Хочешь сказать, что не заходил позавчера в «Шоколадку»?

– Мне уже и в кафешку зайти нельзя? Она там работает! Дура!

– Нечего дуре колечки дарить! – Лиза нервно стала сдергивать с пальца кольцо, но снять не получалось. – Неси их своей…

Сильный удар в машину прервал ее речь. Автомобиль от толчка подкинуло. Послышался звук разбитой фары. Или это из радио в джазе бьют тарелки? Кажется, она ударилась? Девушка трясет головой, всматривается в треснувшее лобовое стекло, но все плывет перед глазами. Позвала любимого. Но он уже вышел из салона и осматривает капот в свете одинокой фары.

– Что это было? – спросила у Алексея, когда он, приоткрыв дверцу с ее стороны, поинтересовался, не ранена ли она? Приказал не выходить из машины, сам отправился по дороге назад. Зачем джаз так громко играет? А дождь льет как из ведра.

Глава II

Растерянный Лешка стоял над лежащим на дороге Дарием, переодетым в старуху, которого он, конечно, не узнал в темноте. Взгляд надолго застыл на неестественно вывернутой ноге в дырявом носке, галоша валялась невдалеке. Со склоненной головы водителя струйкой стекала дождевая вода.

Постепенно до сознания парня стали долетать звуки дороги. Кажется, приближалась машина. Леха запаниковал. Дрожащими руками ухватился за чертову ногу, потянул к себе, но тяжелая бабка ни на сантиметр не сдвинулась. А было бы неплохо оттащить ее с дороги. Тогда бы никто и не увидел сбитого пешехода. Кажется, помощь Лиззи понадобится…

Пока шел назад к машине вроде как трясти перестало. Потому что созрел новый план…

***

Лизкин кавалер открыл дверцу автомобиля с ее стороны и обреченно повис на ней, пряча глаза от подруги.

– Мы кого-то сбили? – озабоченно поинтересовалась она у него.

– Какую-то старуху. Там валяется.

Парень, не поворачивая головы, жестом указал в темноту. Девушка испуганно ахнула, прикрыла рот ладошкой. Яркая молния разорвала небеса, и в ее свете можно было увидеть, как сверкает бриллиант кровавым отблеском в кольце на ее пальце.

– Какого черта эту старую ведьму под колеса понесло? И откуда она, вообще, здесь взялась? – Леха распростер руки, покрутился. – Степь, блин, кругом! Ни души! Ау!

Будто в ответ грянул гром. Люди вздрогнули от его мощного разряда, подавленно уставились друг на друга.

– С… скорая уже не… нужна? – спросила Лиза. – Тебя теперь посадят?

Наконец их взгляды встретились. Мелькнула молния, осветив ехидный оскал на мужском лице.

– Меня? – Алексей широко улыбнулся. – А за что? Я только гость в твоей машине. Попутчик.

Он еще радостнее ощерился и повторил по слогам:

– По-пут-чик!

– Что? – заморгала девица в недоумении.

– Лиззи, это ты была за рулем. Ты хозяйка машины. Я тут причем? – с невинным лицом младенца прояснил ситуацию молодой человек.

***

– Фи, – прокомментировал Дарий, поднимаясь и вправляя ногу, – старо, как мир. Банальщик! Придумал бы что-нибудь другое. Как предсказуемы люди!

Черт усмехнулся, бросил взгляд в сторону машины, подобрал галошу и довольный собой заковылял в темноту.

А Лешка тем временем отобрал у любимой телефон, написал смс-ку «Я насмерть сбила человека. Папа, мне нужен адвокат. Срочно!» и, ухмыляясь, нажал кнопку «отправить». Повертел мобильник в руках, размышляя, отдавать ли его владелице? Решил, что сопротивление ее сломлено, она уже не опасна и фортелей не выкинет, поэтому кинул его ей на колени. После чего назидательно изрек: « Мне очень жаль, дорогая. Надо было остаться дома» и жестом предложил Елизавете выйти из машины. Она тупо смотрела на протянутую руку. Радио играло трагическую музыку.

И тут послышался вой полицейской сирены.

Леха сразу нервно дернулся, рывком вытащил барышню из авто, прижал к себе.

– Никогда не слушаешь меня, – зашипел в ухо и пригрозил ей бонусом от чертей – дамским инкрустированным пистолетом.

Лиза уставилась на старинное оружие. Казалось, она вообще не понимала, что происходит и чем ей грозит дорожный инцидент. Она просто была не в состоянии принять перемены в женихе. Ополоумевший от страха менеджер всматривался в темноту на дороге и терял терпение, ибо вой сирены нарастал. Вскоре уже можно было заметить мигающие огоньки на приближающемся автомобиле.

– Лиззи, двигай ногами! Я не шучу. И в тюрьму не пойду. А тебя папа со своими связями быстро вытащит.

Девушка пребывала в прострации, поэтому ему пришлось тащить ее к водительской двери. Хорошо, что полицейская машина приближалась спереди и их неуклюжий танец черепах позади шевроле менты увидеть никак не могли.

– Кисуля, не зли меня, топай, давай!

Так, подталкивая невесту в спину пистолетом, довел-таки куда хотел и усадил за руль. А сам пошел к стражам порядка навстречу. Те уже остановили потрепанный как халат неряхи «москвич» на обочине и водитель-толстяк с трудом вылезал из-за руля. Ему мешал живот.

***

Через треснутое лобовое стекло Лиза наблюдала за Алексеем, шедшим навстречу полицейскому. Видела в свете фары, как ее возлюбленный за спиной на ходу запихивал пистолет за пояс под одежду. И как встретились двое мужчин на дороге – высокий и стройный с низеньким и толстеньким – и, судя по жестам, оживленно что-то обсуждали. Ее, наверное. А дождь все льет, а музыка играет.

Девушку качнуло в сторону, и она машинально схватилась за голову, затем за руль, чтобы удержаться и не упасть. Посмотрела на руки, они были в крови. Глянула в зеркало заднего вида: рана на голове, из которой сочилась кровь. Видимо, ударилась при столкновении со старухой, вяло подумалось ей. Чего так долго жених кляузничает на нее? Вон даже махнул рукой в ее сторону и вновь отвернулся, и опять болтает. Ну, что за мужики пошли? И дождь какой-то странный, будто танцует вокруг тех двоих.

– Лапуль, это такая у тебя любовь ко мне? А моя любовь к тебе была крепкая! Разве ты не видел? Совсем ее не видел?

Радио перешло на веселые плясовые мотивы. Лиза сдавленно прохрипела:

– А знаешь, дорогой, я передумала. Не будет у нас свадьбы!

И нажала педаль газа. Послушная ласточка полетела вперед.

– Прости, малыш, но в тюрьму мы пойдем вместе, – весело кричала отставная невеста. В салоне орала «Калинка», снаружи ей вторил буйный мотор.

За окном занималось утро – серое, блеклое. И дождь поредел: вот-вот скинет последние ленивые капли и остановится.

***

Алексей обернулся на звук двигателя и застыл с открытым ртом. Полицейский колобок успел откатиться.

Последнее, что запомнила Лиза до удара – это удивленное Лешкино лицо с выпученными глазами. Его полет и падение на асфальт тянулось как в замедленной съемке. Так долго тянулось, что жалко его стало до боли в груди.

Машина в толчке остановилась. Шустрый колобок поднялся, уставился на девушку за рулем, которая била лбом по сигналу и хохотала. Затем, видимо вспомнив про свои должностные обязанности, он сообщил по рации о дорожном происшествии и решил обезвредить хулиганку, предложив ей выйти из авто. Она послушно и улыбчиво исполнила приказ. А выйдя из машины и отодвинув блюстителя порядка в сторону, пошла к жениху. Полицейский семенил следком, но девица так сурово глянула на него, что он отстал. Она же, подойдя к Алексею, пристально посмотрела ему в глаза, не обратив никакого внимания на забрызганное кровью тело и неестественно вывернутую его ногу. Леша тянул к ней руку и что-то говорил. Она его не слышала. Наверное, он был прав: она неспособна его услышать.