– Скажи, что у тебя от болезни разыгралось воображение.
– Нет, не скажу! – заорала Есения так, что трущийся у её ног в надежде на угощение кот выгнул спину и угрожающе зашипел.
– Что там случилось? – услышала Есения в трубке голос Николая Петровича.
– На, сам у неё спроси!
Судя по шуршанию, свекровь передала ему трубку. Есения не дожидаясь повторного вопроса выпалила ему про встречу с Митей.
– Да, я слышал что-то такое. Мол, он где-то в клубах подрабатывает. Такой талант много лет пропадал! Так, он тебя обижает?
– Нет, просто тяжело эту рожу видеть. А мы же в связке работать должны.
– Ну, работала же ты в связке с Гелой! – вырвала свекровь трубку обратно.
– Хорошо, удавлю его шнуром от микрофона, в случае чего.
– Сеня, не истери! Не понравится, больше не будешь с ними работать. Или попросишь хозяйку не ставить тебя с ним в пару. Ты уже достаточно настрадалась, милая, делай, что хочешь, и будет тебе счастье. Не теряю надежду познакомить тебя с Лизой.
– Я совратила Горского, – выпалила она и тут же услышала смачный свист на заднем плане.
В этот момент распахнулась дверь ресторана, Митя протягивал ей свой телефон:
– Тебя невеста ищет.
Она свернула разговор со свекровью.
– Есения, я подумала, что монетки могут больно ранить. Может, вы нас всё-таки рисом закидаете?
– Если вы так желаете, Раечка. Запишите мой номер, вдруг ещё что-нибудь вспомните.
Есения вернула Дмитрию его телефон и пошла проверять, всё ли готово для встречи гостей. Что-то её сильно смущало, но она никак не могла сосредоточиться. Одним присутствием Митя дезорганизовывал слишком сильно. Хотя он не путался под ногами, не приставал с разговорами, а занимался исключительно своим оборудованием. Она опять почувствовала противный холод. Кто включил чёртовы кондиционеры, не июль, чай, на дворе! А вот, кстати, чай выпить совершенно не помешает. Ага, желательно с мёдом и лимоном. Она спросила у подошедшей Алёны, можно ли это организовать.
– В принципе, конечно. Но, Есения, чего же вы раньше не сказали, уже автобус подъехал!
– Автобус? Уже подъехал?
Она посмотрела на подошедшего Митю, ища хоть какой-нибудь поддержки. Но в его взгляде читалось не меньшее изумление.
– Я могу быстренько налить, – вызвался он.
Но Есения покачала головой. И совсем не потому, что не желала принимать от него помощь. Во-первых, она запаниковала, во-вторых, её затопила горячая волна. Кровь пульсировала в висках, она пошатнулась. Митя подхватил её в последний момент очень удачно и подвёл к столику, на котором стояли на всякий случай запасные приборы. Есения его оккупировала под материалы для конкурсов. Растерявшаяся Алёна семенила следом.
– Рис! У вас есть рис?
– Конечно, мы приготовили кутью. На гарнир отдельно не заказывали.
– Сырой остался?
– Зачем?
Но взглянув на Есению Алёна метнулась на кухню и притащила половину пятикилограммового мешка. Всё ещё недоумевая, она плюхнула его на стол. Есения схватила стоящую пустую пиалу, зачерпнула с верхом и понеслась ко входу, бросив Мите, чтобы готовился. К самому выходу спуститься она не успела, из холла на лестницу ступили первые гости, грянул марш Мендельсона, первая горсть риса полетела на поднимающихся.
Мелькнула мысль, что что-то пошло не так. Вторая горсть полетела под ноги мужчин в чёрном. Семенившая за ними пожилая дама в чёрном ажурном платке поскользнулась на рисинках и взвизгнула. Есения не понимала, кто из них жених, и высматривала невесту. Надо же было догадаться заранее попросить фото брачующихся!
Всё шло не по плану. Марш заканчивался, молодожёны так и не появились. А торжественное приветствие за столом совсем не то, что в самом начале красной ковровой дорожки.
Пока Есения озиралась в поисках новобрачных, лысый мужик с малиновым лицом, бесцеремонно выдернул из розетки Митину аппаратуру, высокий парень сдёргивал банты со штор, нимало не заботясь, что вместе с ними вырываются куски легкого материала. Две пожилые женщины бегали вдоль столов, скидывая дизайнерские букетики в мусорные корзины. У Есении перед глазами появились разноцветные мурашки, зал поплыл, как в тумане, а в голове почему-то завыли траурные трубы. В следующее мгновение она осознала себя в могучих руках того самого лысого. Он больно схватил её за предплечья и тряс так, что она не могла сфокусироваться, зубы стучали, горло сдавило.
– Пошла вон отсюда, кукла! – орал лысый, но при этом хватку не ослабевал.
– Слышь, брат, отпусти её! – она почувствовала сзади Митино дыхание.
Страх неожиданно уступил место дикой злости. Она изловчилась и наступила тонким каблуком лысому на ногу. Тот заорал и на секунду ослабил хватку, а в следующее мгновение замахнулся и ударил её по лицу. Звонко и неожиданно. Есения пошатнулась и оперлась о стол, больно ткнулась ладонью в неудачно развёрнутую кверху зубьями вилку. Её мало волновала этическая сторона вопроса, она со злостью воткнула вилку в пах драчуну. Тот взвыл, на секунды заглушая печальные стенания проигрывателя. Есения рванула к выходу. К чертям собачьим, в гробу она видала все эти банкеты! Она почувствовала себя обманутой дурой. На автомате дёрнув дверцу машины, с досадой вспомнила, что сумочка осталась наверху.
– Сеня, сумка! – орал Митя, выскакивая из ресторана.
– Алиса, мелофон! – тихонько передразнила она, облокачиваясь о машину.
– Не расстраивайся, я расскажу Эле, что ты ни в чём не виновата.
Он обнял её, Есения не сопротивлялась, но рук сама не подняла. С приятным удивлением почувствовала, что страх ушёл и злость почти отступила. И к Мите она больше не чувствовала ничего. Ни желания, ни отвращения, просто пустое место. Нет, немного благодарности она всё-таки к нему чувствовала, он ведь помог отвлечь лысого придурка.
– Вдовец, конечно, козёл, но его можно понять.
– Он убил свою жену?
– Нет, с чего ты взяла? Она разбилась в аварии.
– Ты знал, что сегодня по расписанию поминки? И промолчал?!
– Эй, потише! – он отпустил её и отступил, на всякий случай. – Эля говорила. Но я не придал этому особого значения, мне всё равно. У меня вся музыка с собой. Увидел, что зал накрыт к свадьбе и перестроился.
– А в морду за меня было дать слабо?
– Да, я… да, ты же сама его уделала. Классно, кстати!
– Конечно, ты только ножом размахивать мастак! Исподтишка, – пробормотала она, захлопывая дверцу машины.
Она почему-то поехала в офис. Наверное, потому что изначально собиралась после банкета завести туда весь реквизит. А может, подсознательно боялась, что дома её опять будет колотить, а на людях обычно полегче. Быстро уговорив себя, что её выгнали с поминок, а не она сама сбежала, Есения позвонила Элеоноре и на одном дыхании выпалила, что испортила поминки, и что она отказывается от дальнейшего сотрудничества, о чём в скором времени сообщит Жанне, пусть та уж дальше сама. Чувствовала она себя при этом последней тварью. Ситуацию усугубила странная реакция хозяйки, та звонко рассмеялась. Может, умом тронулась от горя? Конечно, кто теперь к ней сунется, годами нарабатываемая репутация псу под хвост. Есения быстро прикидывала, что же можно продать, чтобы покрыть ущерб.
– Есения, вы меня слышите вообще? – неслось из трубки.
– Простите, я тоже немного не в себе.
– Вы с Жанной должны были найти записку. Розовенькая такая. Ну, посмотри под ноутбуком! – горячилась Элеонора.
Есения вспомнила, как провожала взглядом розовый стикер, но ей было страшно лень отодвигать тумбочку. Это же надо додуматься, жизненно важную информацию нацарапать на мизерной бздюльке!
– Вот, я нашла вашу записку. Тут написано, что свадьбу и похороны поменяли местами. Интересно, как технически это возможно?
– Господин Пятизадов овдовел экстренно и решил закатить показушные поминки. Я тебе потом расскажу.
– А свадьбу ведь как минимум за месяц планируют!
– Так и было. Невеста мечтала феерично пуститься в свадебное путешествие прямо из ресторана, на лимузине. А жених купил билеты только на следующий день, просто потому что в субботу билеты оказались дешевле, мужчинам не понять, а для невесты вся церемония потеряла смысл. Короче, с загсом договориться оказалось гораздо дешевле, чем поменять билеты. Так вот отлично всё устроилось! – она опять рассмеялась.
– Вы потом посчитаете, сколько я вам должна? Вдовец наверняка потребует неустойку.
– Он уже мне звонил.
Есения никак не могла взять в толк, что в этой ситуации так веселит Элеонору. Если у неё от горя крышу снесло, тогда тем более линять отсюда пора, и чем скорее, тем лучше.
– Я когда-то была в него влюблена.
– В кого? В этого лысого пузана?
– Хм, двадцать лет назад он выглядел совершенно по-другому. Впрочем, это не важно. Мы с Дианкой напились, я предупреждала её не садиться за руль. Ах, ты этого не слышала! – как-то резко осеклась Элеонора. – Так вот, когда Пятизадов позвонил с требованием срочно уволить тебя, я предложила ему завтра самому вертеть задом на свадьбе у Бабая.
– Испугался?
– Есть немного. Кроме того, я попросила его вернуть украшения на свои места, всё как было. С букетами, конечно, не уверена, что доживут, а бантики на шторки повесит как миленький. И заштопает, всё как надо.
– Неужели, он сам сознался в вандализме?
– Митя рассказал.
– Предатель, он и в диджеях предатель!
– Не принимай на свой счёт. Я обычно на стороне своих сотрудников. А фонтан купили?
– Какой фонтан? – опять похолодела Есения.
– Шоколадный, однако! Так я и знала! На обратной стороне же написано.
Есения перевернула пыльный розовый листочек.
– Я так понимаю, без шоколадного фонтана свадьба для невесты тоже потеряет всякий смысл? – подковырнула Есения.
– В самую точку! Так что собирайся и сейчас же дуй во Влад! Бабай не жадный. Сейчас я Жанке позвоню, пусть проконтролирует зал. На тебе – фонтан. Договорились? Он уже оплачен, осталось забрать со склада во Владивостоке. Видишь, как удачно тебя наш лысопузик выгнал. Всё, давай, вернусь, поболтаем.
Есения опустилась на кресло и тупо уставилась на залитый вчера кофе ноутбук. Точно, ещё ноут возмещать. Ехать одной во Владивосток не хотелось. Возвращаться однозначно придётся затемно, а этого она не любила. Может, Жанку попросить составить ей компанию? А кто тогда зал контролировать будет? А может, созвониться с Ва́рваром и переночевать там у них, а завтра рано утрам выехать обратно?
Размышления прервало разбившееся сообщение. Филипп поставил в её мессенджеры на сообщения звук разбившегося стекла, обычные мелодии нынче не в тренде.
«Привет, как банкет? Верю, что ты справляешься на отлично. Как насчет повторить вчерашнее?»
«Надеюсь, ты не встречу с психиатром имеешь в виду?»
Она добавила покатившуюся от смеха рожицу.
Егор тут же перезвонил.
– Выдалась свободная минутка?
– Целый свободный вечерок. Я провалила похороны, и мне за это велели слетать во Влад за шоколадным фонтаном.
– На чём? – не понял шутки Егор.
– На метле, конечно, – она захихикала.
– А серьёзно?
– Надо съездить во Владивосток, забрать со склада фонтан. Остальное – на моё усмотрение. У меня возникло сразу два вопроса. Во-первых, вероятно, эта дура не влезет в мой маленький багажник?
– Решено, Костик нас отвезёт! А что, во-вторых?
– Свекровь очень хотела познакомить меня с одной замечательной гадалкой. А с тобой мне не так страшно.
– Мало мне одной ведьмы!
Глава 5
– Лиза, вытащи карту, как все пройдёт?
– Да, перестаньте, Варвара Степановна, каждый шаг картами контролировать, не дело это!
– Волнуюсь. Есения упрямая, как баран, – она хихикнула, вспоминая короткие чёрные кудряшки невестки. – Я действительно переживаю за её самочувствие.
– А она переживает?
– Когда от холода согреться не может, переживает. Потом немного оттает и снова носится огурцом. Дело тут не в простуде, точно. Егор её психиатру показывал, но она как непоседливая обезьянка на батарейках.
– Разве это плохо?
– Не всегда её энергия течёт в мирном русле, а у нас ребёнок. Нам нельзя рисковать. Надо на неё погадать обязательно.
– Вот приедет, погадаем, – резюмировала Лиза. – Я за то, чтобы работать с человеком напрямую, а не через третьих лиц. По возможности, конечно, – добавила она встретив осуждающий взгляд Варвары Степановны.
Есения явилась на ужин в нарядном длинном платье в пол, чем весьма озадачила Варвару Степановну. Сама она посчитала приемлемым деловой черный костюм. Лиза в длинном лиловом платье в компании смотрелась гораздо гармоничнее. Она и днём обычно надевала свободные длинные платья. Николай Петрович под стать спутнице облачился в чёрный пиджак и белую рубашку. Когда Варвара увидела, в чем он собирается идти, подумала, не ровен час о помолвке объявит. Она же считала, сегодня точно не время и не место. Сегодня главное – её строптивую Есению с умницей Лизонькой подружить. По крайней мере, на саму Варвару Степановну за несколько дней знакомства Лиза произвела именно такое впечатление. К тому же, если доктора помочь не в состоянии, придётся довериться альтернативным методам.
Если бы ей полгода назад сказали, что у неё в приятельницах появится гадалка, а сама она соберётся замуж спустя тридцать пять лет одиночества, она бы плюнула наглецу в лицо. А сейчас ей улыбается самый замечательный и серьёзный мужчина на свете. Они с Николаем Петровичем проработали вместе больше двадцати лет. Он ей нравился всегда, но она помыслить не могла, что он однажды окажется в её постели, в её жизни. Смерть Макарушки многих сплотила. Слава богу, Сеня вернулась к Горскому. Видно же, что он её любит. Глупости думать, что ребёнок может обременять мужчину. Какого-нибудь непутевого бичугана, возможно. Но не Горского с его миллионами. Впрочем, о состоянии господина Горского Варвара Степановна имела весьма смутное представление. Достаточно внешних атрибутов: особняк, в котором можно разместить целый детский садик, и двух амбалов-охранников. Попробуй прокормить их, не говоря уже о зарплате. Впрочем, Николаша рекомендовал ей поменьше думать в этом направлении. А о чем ей думать? Сама она до сих пор не может поверить своему счастью и, как ни странно, наслаждается свободой. Филлипушка уже большой, совсем не обременительный мальчик. Она вытерла предательскую слезинку. Как же боженька несправедлив к нему! Авось, с Лизиной помощью всё ещё наладится, удастся от ребёнка беду отвести. Но на эту тему Варвара Степановна с Лизой поговорить ещё не успела. Сегодня на повестке дня Есения.
– Варвара Степановна, вы где-то не с нами, тронула её за руку Лиза.
– Конечно, с вами, девоньки!
– А вы слышали, что мы с Лизко́м приглашены в "Мечту"? – хохотнул Герман.
