Анна Атталь-Бушуева "Философия ценности ужаса за целью – свободы"

Вольному ветру – от зависти мира,

Им приготовив – обратно вину.

Буквальный ритм будущего

За цепной фигурой – отошёл

Твой манер – изысканно бежать,

Твой противный ад и – потому

Им извечно ты – хранишь мораль.

Тают формы – между королей,

Им бы стать обличьем – на примете,

Им бы выжить – на другом раю

Вымыслом иль – прозой за двоих.

Как буквально ты идёшь – ко дну,

Как снимают роли – от сердец

Все твои истории – ума,

Чтобы думать в памяти – вины.

Там они оставили свой – крест,

Там нажился – добрый диалект,

Чтобы думать мифом – о тебе,

Только совесть – вовремя держать.

Эти строчки – пишут о тебе

Лучший повод – выманить мораль

Из любви последней, что не жаль

Стало, вдруг – посмертное лицо.

В маске от буквальности – оно

Снова пронесло угрюмо – плечи,

Но за белой формой – бытия

Так и пляшет призраком – в руке.

Этой ночью манит и – идёт

Точный ход – эквивалентов мира,

Он застыл от прозы – по тебе,

Словно стыл нам – в новое умом.

Ритмом будущего – ставили огни

Точный свет – в надежде обратить

Пышный ад – по стороне восторга,

Где не жил ты облаком – вокруг.

Где не стало общества – потом,

Только смотрят – в буквализмы тонко

Эти строки – между королей,

Чтоб сегодня – выманить их толк

И прожить – искусственное завтра,

Чтобы вышла смерть – одна в лицо,

Самой ли прекрасной воле – рабства,

Но изжитой почести – назло.

Там стояли мирно – светом мы,

Только шли от видимого – солнца

В ряд обратный – хода короли,

Сами став – той маской для двоих.

Им ты прочитал – любви испуг,

Но буквально выманил – итоги

Смертной раны – в видимой тоске,

Где уходят люди – следом ритма.

Он буквален – к счастью для тебя,

Он не может думать – за большое,

Только смотрит памятью – в тебя,

Ведь считает – точной красотой

Эту роскошь – на пустой игре,

Вдоль истории значения – итога,

По дороге, выложенной строго

В тени буквализма – налегке.

Ты снимаешь эту вечность – хода,

Где от смысла – падала звезда,

Там она осталась жить – умом,

Словно мир наивен нам – потом.

Словно пали терпкие – оковы,

Лжи и формы роскоши – внутри,

Как буквальный оползень – у моды,

В точной форме будущего – мы.

Космический фарс полумесяца

По странной отраве – не ты

Идёшь одиночеством лиц,

По мании – сверлишь умом

Внутри – постороннюю мину.

А только снимают – пути

Другие осколки – ревнивого,

Пустого отродья и стрел,

Где в памяти сняты – мосты.