Перейти к содержанию

Философия ценности ужаса за целью – свободы

Автор:

Категория
стихи и поэзия
Год издания
Издательство
Автор
Возрастное ограничение
18+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Над твоим великолепием восходит ужас, словно ждёт свою историю в глазах. То вживается в любовь с одной секунды в нас, то проходит мимо жизненного дня. Ты ему - прочтённый формы обожания философ, над тобой парит искусственная тень, держит слово внутреннего я, о котором сожалеешь зря. Эта книга, как проводник искусства - внутри не отвечает строго, но так же хочет жить, как смерти день. Как лучший друг, в котором ты виляешь сознательным искусством понимать свою жизнь. Составляя страхи внутри образа великолепия в глазах.

Читать «Философия ценности ужаса за целью – свободы» — Анна Атталь-Бушуева онлайн

Страница 15 из 27

Что уносит от нас – корабли

За остывшие неги – из нот.

Говори, как ты жил и – любил,

Где искал опрометчивый – день,

Он внутри, как готовый – артист

Понимает им благо – для сна.

Ты ведь видел у матрицы – зла

Эту роскошь – обидчивой пены,

Это формой задетое – слово,

От которого стынут – глаза.

Поднимают на веки – Вселенную

И за образом, словно внутри

Ты – готовый актёр, что и время

На доверчивой прозе – для снов.

Просыпаешься, только не веря,

Что догадкой ты стал – у сердец

И нетленное смотрит нам – время,

Приготовив свой торт и – венец.

Это матрица буквы – поверья,

Эта странная озимь – в вине,

Что не знает, откуда то время

Изготовило счастье – на мне.

Просто вытянув следом – причину,

Ты желаешь им странно – стоять,

И мечтая обнять – середину

Видишь только лишь – скромную часть.

На проталине нового – века,

Ты бы стал утопичным, но сам

Ты играешь от верности – смехом

И дрожишь, как и матрица – верхом,

Чтобы чувствовать эту – примету

Обнажённой, искусственной – драмы,

Ей теперь не обнять – диалект,

Не насытить проталины – мира,

Только смотрит внутри – человек,

Свой обняв монолитный – предел,

Он уже поседел и – готов им

Предпринять утомлённое – право

Говорить этой матрицей – вверх,

А потом по искусству – искать

Означение верности – мысли,

Что не будет тебя – понимать.

Но готовый проём – не мораль,

Не оценка из вымысла – судеб,

Просто вынес её – для себя,

Чтобы встретить – отчётливый мир.

На готовой расщелине – глаз,

По которым не видно – твой призрак,

Где искусству не слиты – огни

В безымянности нового – лет.

Шаг художественный

Оседлал – свой потерянный смех,

Смертью вышел из воли – ума,

Для которого стала – стена

Удивлением – к счастью вины.

Потому ты не видишь – её

Отдалённые формы – сегодня,

Только гонишь искусственно – ад

По линейному полю – взаймы.

Не вернуться по шагу – назад,

Он прошёл иллюзорной – витриной,

Он огрублён и счастьем – вины

Вновь не станет тебе – умирать.

Для сегодня, что множит – миры,

Что в одну собирает – картину

Шаг из прошлого, словно сошли

Многоточия – в пафосе слов.

Эта крайняя форма – ума

Отнимает твой ветер – могилы,

Не даёт убегать – от идей,

Что должны откровением – стать.

Эта личная пропасть – внутри

Не играет от слова – прилива,

Но учтённому обществу – здесь

Воздаёт за пределом – мечты.

Чтобы завтра ты был, как они

Одинокий, но всё же – ревнивый,

Откровенный источник – ума,

Для которого стынет – печаль.

Ей не слышен художества – бег,

Не в глазах означает – прощание

Быть той формой – под глаз янтаря

В безымянном аду – под рукой.

Он художеству – снова не твой

Интеллект – в преимуществе слова,

Он – пародия в личности глаз

От наличия связанной – воли.

Без неё открываешь – пути,

Где на шаг ты бежишь – от неволи,

Где не станут искать – эту боль

Утолённые формы – за нас.

Чтобы выяснить утренний – шаг

В человеческой роли – на моде

И её откровением – стать бы

Для любви в бесконечной – тоске.

В предначертанной памяти – грёз,

Где художеству снова – не верит

Удивительный пафос – других

Расстояний – до собственных глаз.

Нельзя приободрить слугу