***
Лия с Северрином провели в кабинете Эллериона вот уже больше часа, рассказывая все, что вспомнили о захвате власти, возглавляемом Канцелом. Тот мрачно слушал Северрина и делал пометки в толстом блокноте. Девушка внимательно разглядывала сосредоточенное лицо преподавателя, пытаясь вспомнить, где она могла видеть этого волка. А то, что она его определенно видела, сомнений не было. Более того, запах истинного зверя, что исходил от мужчины, вызывал приятные воспоминания из глубокого детства, но четкой картинки в голове никак не складывалось. «Сева!» попыталась она осторожно обратиться мысленно к другу, но в «эфире» царила полная тишина. Зов ее крови как будто натыкался на некий кокон, впитывающий ее мысли без остатка. «Странно» – подумала Лия, – «Раньше такого не происходило». Она вновь посмотрела на преподавателя и попыталась отправить магический зов уже в его сторону. Результат был таким же. Почувствовав волну подступающей паники, принцесса решила плюнуть на конспирацию и, прикрыв глаза, послала более мощный зов. И снова лишь глухая тишина служила ответом на ее старания. Видимо, Элеррион заметил ее попытки, так как обратился к ней со словами:
– Не пытайтесь использовать родовую связь для ментального общения, принцесса. Во-первых, в вашем положении она может выдать вас с потрохами. Во-вторых, амулет, что висит на вашей очаровательной шее, полностью блокирует эту способность, дабы вы случайно не проявили свою истинную личность. Я сразу прошу прощения, но я вынужден перейти на более личное обращение в нашем общении. Для всех вокруг вы официально всего лишь обычные лунорийцы, что поступили в Академию на общих правах. Я, как преподаватель не могу выделять любимчиков среди студентов и обращаться на «Вы» к простой первокурснице. Надеюсь, Лия, ты меня понимаешь?
– Конечно, лэр Элеррион, – согласилась принцесса, «проглатывая» зародившееся недовольство от непривычной фамильярности, – Я невероятно признательна за то, что вы для нас с Севой делаете. Ответьте мне только на один вопрос, не дающий мне в данный момент покоя. Почему мне кажется, что я вас знаю? И запах вашего истинного зверя мне определенно знаком.
Сереброзвезд улыбнулся и откинулся в кресле, оглядывая непривычно-новый облик такого знакомого ему создания.
– В последний раз я держал тебя на руках, Лиана, когда тебе было всего год от роду! Дамирр в тот день впервые разрешил прикоснуться к своему первенцу кому-то, не носившему фамилию Волкосветовых. Ты испугалась меня и заплакала, а твой отец, забравший тебя из моих рук, убеждал белокурую кроху, что дядя Эл не сделает ей ничего плохого. Что, если потребуется, он отдаст за нее свою жизнь, не раздумывая ни секунды.
– Вы так близко знали отца? – пораженно воскликнула Лия, не ожидавшая такого ответа.
– Так же, как и ты с Северрином, мы с твоим отцом знали друг друга с рождения и выросли вместе. Большинство седых волос, что украшают голову старика Долми, появились именно после наших с Дамирром шалостей. Бедный учитель, чего мы только не вытворяли, пока не отправились на свою первую охоту.
– Но почему вы тогда не были рядом с ним, когда нам всем так нужна была любая помощь? – со слезами на глазах воскликнула Лея, вновь чувствуя прилив боли от потери, понимая, что ее упрек в отношении учителя несправедлив.
Северрин, сидя рядом с Лией сочувственно накрыл побелевшую ладонь, сжимающую рукоять, не зная, как еще утешить девушку. Элеррион встал, обошел свой письменный стол и склонил перед принцессой колено.
– Моя госпожа. Я как никто другой понимаю горечь вашей потери и сам достаточно терзаю себя чувством вины. Однако, Единая распоряжается нашими судьбами, не спрашивая мнения своих созданий. Печальные обстоятельства заставили меня покинуть Лунорию, иначе я бы не позволил Бистрау осуществить свои коварные планы. Я приложу все усилия, дабы узнать о том, что именно происходит в нашем мире, но вы прекрасно знаете, что пока порталы не откроются вновь, нам остается только гадать и надеяться.
Лия достала из небольшой сумочки кружевной платок и промокнула глаза. Коснувшись плеча склонившегося перед ней преподавателя, она сказала:
– Это вы простите меня, лэр. Я не имела права бросаться подобными обвинениями и требовать от вас невозможного! Я уверена, что вы сделаете все, что в ваших силах, дабы справедливость восторжествовала. Будьте добры, объясните нам с братом наши дальнейшие действия на территории Академии.
Элеррион встал, подошел к небольшому комоду, над которым висел портрет неизвестного принцессе мужчины в летах и достал из верхнего ящика тонкий стилет, украшенный рубиновым камнем. Вернувшись к студентам, он попросил каждого протянуть руку и, проколов обоим палец, втянул выступившую кровь драгоценностью рукоятки.
– Теперь вы оба для стен нашей Академии обозначены как полноправные студенты. Ваши ауры прописаны в двери всех ее помещений. Вводную лекцию вы пропустили, но Гримхалка, вашего куратора, я предупреждал. Он просил вас обоих после ужина явиться в тренировочный зал в корпусе боевиков. Основные лекции начнутся с завтрашнего дня. Так что идите сейчас в общежитие к Зловещей… упс, к Маргарите Степановне. Она покажет вам ваши комнаты. Там же найдете и расписание занятий. Северрин, я надеюсь, что ты будешь помнить про свой долг днем и ночью. И не забывайте, с этой минуты мы друг для друга в глазах окружения должны представать только как преподаватель и обычные студенты. В случае экстренной ситуации найдете меня здесь или вот по этому адресу в городе.
Учитель написал адрес на небольшом квадрате бумаги и протянул его вставшему юноше. Новоиспеченные студенты поклонились и отправились в сторону общежития. С комнатой для Лии проблем не возникло, ее подселили к девушке орку, у которой как раз не было соседки. А вот с комнатой для Севы возникли трудности. По словам старенькой кастелянши, что встретила их у входа, пустых мест на первом этаже не осталось, а подселить парня к второкурсникам она не могла согласно правилам. Северин, как заправский ловелас, осыпал славную бабульку комплиментами и умоляюще попросил ее сделать все, что в ее силах, дабы он оказался как можно ближе к сестре. Мол, кроме нее, у него не осталось больше близких людей и его долг следить за честью и безопасностью родного создания. Лия, едва сдерживая смех, с изумлением выслушивая пылкую речь друга, которого до этого дня никак нельзя было назвать словоохотливым. Обратив внимание на взгляд Маргариты Степановны, Лия почему-то четко осознала, что мудрая женщина видит их обоих насквозь и просто принимает их игру как должное.
– Ну, раз так, – ответила Маргарита Степановна на пылкую речь Севы, – займемся тогда уплотнением. Есть у меня одна комната, в которую влезет третья кровать. Будешь жить как раз через стенку от своей драгоценной сестрички. Слева по коридору в самом конце есть кладовка, тащи оттуда кровать, пока я покажу комнату твоей родственнице.
И вновь Лия почувствовала нотку сарказма в голосе кастелянши, подозревая, что эта старушка не так проста, как может показаться на первый взгляд. И несмотря на то, что внешне, да и по запаху она определенно относилась к расе людей, аура, исходящая от слегка-сгорбленной фигурки заставляла внутреннего зверя принцессы держаться настороже. Предпоследняя комната в правой половине корпуса, в которую зашла Лия, оказалась весьма милой. Бросив вещи на свободную кровать справа, она оглядела помещение, которое должно было стать ее домом на ближайший год. Комната была просторной, с высокими потолками и большим окном, которое позволяло наслаждаться ярким солнечным светом. У окна стоял уютный диван с мягкими подушками, а в центре комнаты круглый стол на массивной ножке, упирающейся в пол четырьмя лапами, искусно вырезанными из дерева и двумя стульями, обитыми коричневой кожей. На открытой полке, подвешенной над кроватью соседки, лежали ее доспехи, оружие и различные предметы, связанные с воинской профессией. Услышав, как мимо открытой двери шумно пыхча от напряжения протопал Сева, с кроватью на спине она решила попозже заглянуть к нему в гости, а пока занялась заполнением платяного шкафа одеждой, что подарила Лиза, делая мысленные заметки о том, что следует купить в первую очередь.
Глава 5. Сколько нужно денег, для понимания, что не в них счастье?
Перед тобою новый мир и правила иные,
Никто не поднесет подноса с солью и хлебами,
Используй свой талант раз руки золотые,
Коль нет возможностей ровнять неравенство деньгами.
– В тесноте, как говорится, да не в обиде? – пытаясь разрядить обстановку пошутил я и, подойдя к новичку, протянул ему ладонь для пожатия. – Меня зовут Леонид и моя кровать с краю…
Шутки явно не пользовались успехом у паренька, и руку мне жать он явно не собирался. Хотя я понятия не имел, есть ли в этом мире такой ритуал приветствия, как рукопожатие в принципе. Не сводя с меня оценивающего взгляда и почему-то шумно принюхиваясь (как знал, что моя одежда источает амбре с ярко-выраженными нотками пота), черноволосый парень встал и, все так же игнорируя мою ладонь, исполнил полупоклон.
– Сева Мэдвулф, – выдал сосед, улыбнувшись и демонстрируя подозрительно массивные клыки, затем вновь глубоко втянул воздух носом. – Ты люд? Чистокровный? А зачем ты протянул ко мне руку?
– Ну да. Я человек. И в нашем мире так принято приветствовать друг друга, пожимая ладони. – я чуть отступил от принюхивающегося соседа, беспокоясь из-за запаха от своей тушки.
– Ого! Какой необычный обычай! – Сева тут же сократил расстояние между нами и, схватив мою кисть, уверенно ее сжал, заставив меня зашипеть от боли. – А так нужно поступать каждый раз, как мы видимся или это разовый ритуал?
Вырвав свою пятипалую страдалицу из его цепких пальцев, я принялся разгонять по пережатым сосудам кровь.
– Ну уж нет, Сева! Я так без ладоней останусь, если буду каждый раз при встрече с тобой здороваться подобным образом. В этом мире походу все вокруг гораздо сильнее меня. Даже девчонки! Уж лучше я лоб в ваших поклонах расшибу.
Со стороны кровати Марка раздался довольный смешок, и только я собрался предъявить ему претензии по поводу «неспортивного поведения» за то, что он не представил меня новичку как положено, как над головой раздался громогласный мужской голос.
– Студент Леонид Быстрый! Явитесь в кабинет ректора! Немедленно!
– Что еще за глас вопиющего в пустыне? – изумленно воскликнул я, озираясь в поисках источника звука.
– Ха! – еще сильнее захихикал змеелюд, – Это магический вызов на ковер к дракону! Что, а главное – когда, ты уже успел натворить? Нам с Севой будет тебя не хватать, хотя в комнате и станет просторнее! Чего ждешь? Беги к ректору, он ждать не любит.
– Не спеши хоронить то, что еще не стухло, Марк! – на автомате шутливо огрызнулся я и рванул в сторону выхода. Резко распахнув дверь наружу, я услышал глухой удар и злобное шипение с нотками рычания. За деревянным полотном на полу сидела невероятно красивая брюнетка и потирала свой краснеющий лоб. Кофейные глаза красотки подозрительно блестели, а зарождающийся в них огонь не сулил мне ничего хорошего. «Ёпсель мопсель. Стыдоба то какая! ЛЁНЯ! Слоняра ты неуклюжая!» – мысленно осыпая сам себя проклятиями, я наклонился, чтобы помочь пострадавшей. Однако, девушка на мою попытку лишь гневно фыркнула и, самостоятельно приняв вертикальное положение, принялась отряхивать платье в районе своей очаровательной пятой точки.
– Ты куда несешься сломя голову, торопыга?
Её карий взгляд пылал от едва сдерживаемой ярости. В то же время, было в девушке некоторое странное очарование, что-то невидимое, нравившееся глазу, что я не мог оторвать от неё взор.
– Я… – начал я пискляво, затем покашлял, пытаясь вернуть спокойствие и осмысленность своему голосу, – Меня тут срочно ректор вызвал. Прошу прощения за дверь. Я не специально. Как я могу загладить свою вину?
– Лия? Ты решила в гости к нам заглянуть? – раздался голос Севы позади меня. – Как я погляжу, ты уже весьма близко познакомилась с моим соседом. Его зовут Леонид и он действительно торопится к ректору. Не задерживай бедолагу. Заходи, я познакомлю тебя еще с одним однокурсником.
Я выполнил еще один полупоклон и рванул к выходу. Однако, клянусь богом, я успел заметить, как эта красотка попыталась обнюхать меня, пока я обтекал ее стройную фигурку, которая, как и фигуры прочих студентов, была на полголовы выше меня. «И месяца не пройдет, как кличка «гном» намертво приклеится к моей невысокой неказистой фигурке» – подумал я, выскакивая во двор и устремляясь к центральному корпусу. Спустя пять минут, под аккомпанемент колотящегося после пробежки сердца, я восстанавливал дыхание, согнувшись у огромных дверей ректорского кабинета. Внезапно, она сама по себе распахнулась, и громкий голос из темных недр кабинета обратился к моей персоне.
– Нельзя вечно ждать подходящего момента, Леонид, учись его создавать!
Зайдя внутрь, я застал в кабинете помимо самого ректора, гнома-завхоза, что так бесстрашно препирался с нашей кастеляншей. Тот пил темно-бордовую жидкость из массивного бокала с золотой каймой и бросал в мою сторону заинтересованные взгляды. Я же, подойдя к столу, молча ждал объяснений со стороны человека-дракона, источающего ауру властности. Невозможно было выдержать немигающий взгляд этих красных глаз, и я уткнулся в собственные кеды. Не чувствуя за собой вины, я размышлял о том, что случится с шикарным костюмом Вермингарда, если он прямо тут начнет обращаться в крылатого ящера. Что при этом случится с моим хрупким телом при превращении ректора я, почему-то, думать не хотел. Жутко хотелось увидеть этот процесс и не менее жутко было осознавать, что он может состояться как таковой. Видимо, подсознательно я еще не до конца смирился с тем, что меня окружают мифические существа.
– Наш завхоз, уважаемый Торбин Камнесерд, доложил мне, что ты, оказывается, мастер на все руки, Леонид! Это правда, что ты смог отремонтировать душевую в общежитии?
– Отремонтировать – громко сказано, лэр! – смущенно ответил я, удивленно встречая теплую улыбку и подмигивание со стороны гнома, – Я временно избавил трубу от протечки, а отремонтировать ее смогу только тогда, когда мне предоставят новую.
– Считай, что она уже сегодня будет у тебя, Леонид, – ответил из кресла завхоз. Затем рыжая голова повернулась к ректору, – Я уверен, лэр, его нам послала сама Единая! В гильдии практически не осталось мастеров по не магическим технологиям и цены они ломят бесстыдные. Парнишка гол как сокол и наверняка будет не прочь подработать в свободное от учебы время!
Вспышка радости распрямила мои напряженные в неизвестности плечи и заставила улыбнуться. Работа, да еще и по моему профилю, могла стать неплохим шансом влиться в местную среду и стать частью этого нового мира. К тому же, это избавляло меня от кучи проблем в отношении бытовых мелочей. Я с надеждой уставился на ректора.
– Вижу, вижу, что тебе по душе это предложение, Леонид, – едва улыбнувшись, ответил тот, – Я не против. Я уже устал от количества бытовых жалоб, как со стороны преподавателей, так и со стороны студентов. Однако настаиваю, чтобы первую неделю ты полностью посвятил учебе! Лэр Торбин введет тебя в курс проблем Академии, и я надеюсь, ты оправдаешь его ожидания. Давно я не слышал, чтобы он кого-то столь щедро осыпал комплиментами, как твою персону. Можете идти.
Гном поднялся с кресла, мы оба поклонились ректору и вышли из кабинета. Я повернулся к завхозу и, не сдерживая радости, высказался.
– Спасибо вам, лэр Торбин, за такую возможность! Правда я не совсем понимаю, с чего вы решили, что мне по плечу обеспечить работоспособность Академии в хозяйственном плане, но и отказываться не собираюсь. Мне действительно нужны средства для существования, и я приложу все силы, дабы не разочаровать вас. Хотя, убиться мне на месте веником, я до сих пор не понимаю, как в магическом мире могут возникать подобные проблемы.
Гном развернулся в сторону центральной лестницы и кивком головы велел мне идти вслед за ним.
– Вся магия пяти миров и самого МежМирья основана на крови ее носителей. – сказал гном, уверенно спускаясь по мраморным ступеням, – Соответственно, каждое ее применение отнимает часть сил у владельца. Нас, гномов, Единая обделила способностью к этой магии, но сполна компенсировала возможностью видеть ее у других и остротой разума, дабы обходиться без ее применения. «Магия» гномов заключена в наших руках, способных смастерить что угодно из чего угодно. Однако, после Великого Землетрясения нас осталось не так много, а потребности разрастающегося города растут от года в год. К тому же мое племя так же, как остальные расы разбрелись по остальным мирам, выбрав их в качестве дома.
– Простите, лэр, но в нашем мире есть одна раса, именуемая китайцы. Они разбрелись по всей планете и в данный момент это самый многочисленный народ на Земле. Почему с гномами не так?
