– А вы точно настоящая ведьма? А почему вы на метле не летаете? Ну, в кино показывают.
– Ой, насмотрятся телевизоры свои, вот говорят, что не попадя. Почему это я должна именно на метле летать? Это неудобно и заметить могут. Есть и другие методы, – с улыбкой ответила бабушка.
Она дальше молчала, молчала и Вика, думая о том, шутит бабушка или нет? Ещё ей было интересно, что прячем бабушка за той дверью, что рядом с кухней. И бабушка, закончив растирать позвоночный столб большим пальцем, вдруг спросила её:
– Хочешь узнать, что у меня там за дверью? Ничего особенного – иконы, свечи, травы, настойки. Запираю, чтобы никто не мог туда попасть, мало ли кому что в голову взбредёт. Опять-таки, Андрюша мог попасть. Я тебе открою, зайди, глянь, чтобы глупые мысли в голову не лезли, нет так у меня скелетов.
С этими словами поманила она Вику, открыла дверь и показала, что там внутри. Причем, как оказалось, дверь на ключ была не заперта, однако, сколько не дёргала её Вика, дверь не поддавалась, как будто её там что-то держало. Ну, коль пошёл уже такой откровенный разговор, Вика решилась задать ещё один вопрос:
– А можете помочь мне в следующем году поступить?
– Могу.
– В любой вуз?
– В любой, но экзамен потом каждых полгода нужно будет самой сдавать, так что выбирай то, что нравится и чему будет интересно учиться. Но не в артистки, не нравится мне это, да и своя там магия, поэтому не буду помогать. Перед экзаменом приедешь, можно одним днём, может и на неделю, привезёшь мне то, что будешь предъявлять на экзамене.
– И всё?
– И все. А сейчас марш купаться на речку, приехала и ни разу не искупалась. Завтра последний день мажем и завтра уже вечером вы уезжаете.
После пяти вечера приехали Катя с Сергеем, чтобы пригласить семью отца в гости. Бабушка, как обычно, отказалась. Не любила она гостей. Оля с Павлом Петровичем приготовились, ждали родителей Кати, чтобы познакомиться ближе. В общем, посидели, поговорили, ведь Дмитрий и Валентина завтра вечером уезжали в Москву.
Только теперь увидел отец, что дочь удачно вышла замуж, что у её мужа есть половина дома со всеми удобствами, сходили на ближайшую ферму, угостились свежим молоком из вечерней дойки. Увидел он, как доярки с дочерью здороваются уважительно, на ВЫ, спрашивают, когда медпункт откроется. О маме Катиной они с дочерью ни разу не заикнулись даже.
Вечером Сергей отвез всех к бабушке и договорились, когда завтра отвезти их на станцию. Отец попросил, чтобы и Андрюшку взяли с собой, он также попрощается с внуком. Потом женщины легли спать, а Дима вышел и сидел с мамой на лавочке, разговаривали о жизни, пока млечный путь не перевалил за половину. Теперь Ворониха была спокойна за сына.
Её сын нашёл свою судьбу, ведь не могла она видеть ни о сыне своем, ни о внучке, ни о правнучке. Вот стоял запрет на это. Обещал сын звонить чаще, иногда приезжать, на следующий год обещал приехать вдвоем с Викой на пару дней.
А Катя впервые побывала на море, да ещё в хорошей гостинице. Впечатлений было – очень много, радовалась теплой воде, как ребёнок. Сергей и не видел её такой раскрепощённой. Он влюблялся в неё каждый день ещё больше. И конечно, он сделал правильно, что улетели туда. Работа была, есть и будет, а жизнь – она одна.
Там неожиданно после особенно бурной ночи она спросила его:
– Серёжа, а если мне придётся дар перенимать у бабушки. Как ты к этому отнесёшься?
– А разве есть варианты и можешь не перенимать?
– Нет, но….
– Я знаю, что так будет. Надеюсь, на метле летать не будешь.
На этом разговор был закончен и Катя к нему больше не возвращалась. И вот они дома, как бы не было на море хорошо, но дома лучше. Даже если учесть, что своим домом деревня стала немногим более года назад. И повезло, что Ольга, жена свёкра, встретила их, как родных, не то, что Мария. Да и Павел Петрович посвежел и помолодел.
Они сдали квартиру, взяли на три месяца наперёд и, хотя это были не такие уж большие деньги, отдали молодым на ремонт их дома.
На следующий день по приезду Сергей побежал на производство, Катя затеяла стирку всех вещей, которые привезла с отдыха, Рядом «помогал» сын. А что там стирать – здесь была машинка – автомат. Антон сообщил новость – его тесть подал в отставку. И ведь молчал до последнего, приехал с отдыха и подал.
– И ты недоволен?
– Ты что? Ещё как доволен. Наконец – то он не будет командовать, пусть занимается сбытом. Он молодец, все наладил и ушёл в отставку. Пошли, покажу бухгалтерию – у нас доход неплохой в июне, хотя и не праздники. Завтра можешь заплатить немного больше, чем обычно, авось и выплатишь быстрее. Я смотрел, на твоем доме работали полным ходом.
Кстати, там, говорят, бабушку Катину заметили, наверное, поэтому и работают на совесть. К осени и переедешь. Ты ведь там хочешь также все удобства сделать? А зачем тебе здесь такой дом?
– Планы у меня большие. Хотел бы сделать у нас комплекс для отдыха. Да, не смейся. Навозом в деревне не пахнет, сам знаешь. Мы его вывозим, складируем. Есть в планах перерабатывать его, запуская червей туда. Ну и продавать. И пустить ещё пару рейсов автобуса. Это не сложно. Понимаешь, добираться сюда сложно.
– Ну ты и жук. Я думал, в сентябре перееду к себе домой, а тут самое интересное начинается. Неее, я также хочу участвовать, – засмеялся Антон.
– Я разве против? Кстати, как беременность у Алисы? Не знаете, кто у вас будет?
– Все нормально, сына ждём.
Глава 70. Попытка наезда на Ворониху
Планы Сергея заинтересовали Антона, он начал искать, де заказать этих червей для быстрой переработки навоза в качественный перегной, посмотрел, куда его потом можно сбывать….Да, есть над чем подумать, да ещё вопрос, где брать качественного калифорнийского червя, которого можно затем и продавать. Не такие уж большие деньги, но в комплексе…
Начал он через тестя пробивать дополнительные рейсы в село и деревню, нужны будут рабочие руки. И так уже некоторые, которые ездили в райцентр, начали проситься на комплекс. Ну сейчас им четверо человек нужны, а потом ещё двое –трое будут нужны. Правда, Алиса рассчитывала, что после рождения ребёнка она останется в райцентре.
Оксана обещала помочь с ребёнком. Конечно, загружать постороннего человека не стоит, но хоть раз в неделю можно будет оставлять. В области только нанимать придётся. Вообще семейная жизнь была совсем другой, чем с первой женой, даже нечего сравнивать. Но и тогда они не планировали детей, у Кэтрин в голове был только секс, вечер в кафе.
А с Алисой они зачали ребёнка практически сразу. Вот так. Но ему уже скоро сорокешник, какие вечеринки? Да и Алисе двадцать девять. Это тесть ещё молодился.
А у Фёдора Афанасьевича созрела обида на Ворониху. Он никому не доверял в жизни и тут решил, что старуха действует по чьему-то науськиванию. Потому как ему шепнули, что, типа, его новый глава администрации хотел оставить вторым лицом, а тот ушёл в отставку. Передали, что жалел он очень. Вот и решил, что бабка подставная.
Он не стал вспоминать, что рассказала ему о Ляле, о её планах, о чём сама Ляля подтвердила на допросе. У него внутри клокотало – он мог бы ещё срок отработать. Он решил проведать бабку, но поехать сам. Ну не скажет же он начальнику полиции, что послушал какую-то старуху сельскую. Да и бабка сухонькая, тьфу и рассыплется.
Он ехал и представлял, как сунет ей под нос кулак, как схватит за шиворот, встряхнёт. Он же по её совету спортом снова занялся. Что-то очень глубоко в душе говорило ему, что многое она говорила правильно, но то, что он сглупил и добровольно оставил пост, его сильно напрягало.
Она на этот раз не стояла у калитки, стояла у двери своего дома. Он вышел из машины, решительным шагом направился к калитке, толкнул её, но она не открывалась. Толкнул сильнее, даже не шелохнулась, хотя с виду и хлипенькая была. Бабушка смотрела на него с некоторой усмешкой.
– Открывай, что смотришь? Ведь хуже будет, – он закипал уже весь.
– Я никого в гости не жду. Ты ведь не в гости явился, бабку старенькую за шиворот взять и встряхнуть хорошо приехал, да? – повторила она его мысли. Он вздрогнул внутри, но вида не подал и снова начал трясти калитку, хотя видел, что там нет никакого замка или крючка.
Тогда женщина подошла ближе к калитке и посмотрела ему в глаза. Он хотел протянуть руку, схватить её через забор за грудки и притянуть поближе, но неожиданно уперся в какую-то преграду. А глаза у бабки вдруг стали круглыми и жёлтыми, как у филина, да и весь вид её стал странным. У Федора Афанасьевича кровь застыла в жилах.
И филин или сова, черт их знает, вдруг прошептал как-то хрипло, то ли прокаркал:
– Три дня и три ночи молчать будешь, это на первый раз. Слово плохое обо мне скажешь или подумаешь, что я подосланная, неделю молчать будешь. Так мягко наказываю, потому что зять у тебя золотой, его благодари. А того, кто сказал тебе, что тебя хотели оставить, гони от себя, понял? Если бы не зять, показала бы я тебе, как бабке кулаки тыкать.
Потом толкнул филин (или сова) его в грудь, щёлкнул пальцами, и Фёдор Афанасьевич не помнил, как оказался за рулём машины. Уже на подъезде к поселку у него зазвонил телефон. Звонила Оксана. Он хотел ответить, но не получалось вымолвить ни звука. Тут уж испугался он по – настоящему. Приехав домой, начал объясняться мигами и запиской.
И только теперь до него дошло, что бабка – настоящая ведьма, что именно о ней рассказывали ему, а он, дурак, не поверил. На второй день к вечеру снова приехал он к бабке, вышел из машины и стал на колени, но бабка даже не вышла из дома. Ишь ты, кулак он хотел ей под нос сунуть. Ну-ну. Тут как раз Катя возвратилась за сыном.
Они договорились с бабушкой, что будет Андрюшу к ней привозить с утра, приходить на обед, а потом вечером забирать. Не хотела на Олю оставлять, хотя та была и не против. Увидев Федора Афанасьевича на коленях перед калиткой, обошла его и зашла во двор. Ничего не спрашивала, так как почувствовала бабушкину магию.
Она уже научилась её различать. Через минуту вышла из дома и крикнула:
– Бабушка сказала, чтобы послезавтра приехали, как и договаривались.
Понял мужчина, что наказание должен получить полностью, а что делать, ну ошибся, ну не подумал, что кто-то его не испугается. С кем не бывает. Приехал и третий раз, опять на колени встал. Но мог бы и не вставать, вчерашнего хватило, чтобы Ворониха поняла, что осознал и спесь свою перед ней спрятал. И опять зайти он не смог во двор.
И опять филин хрипло прошептал, как в прошлый раз – говорить будешь, но сначала думай. Мою правоту ты узнаешь через 2 месяца. Ещё раз зятю спасибо скажи, золотой человек он, что в мыша не превратила. Люблю я мышей. И снова неизвестно как оказался тот за рулём. Пробовал сказать слово – получилось. Он и думать о ней боялся уже – ведь обещала на неделю голоса лишить.
Оксана не знала, что и думать, к врачу хотела отвезти, можно и в область, к лору или неврологу, сама не знала. Он ей написал – ведьма наказала, она не поняла, кого он назвал ведьмой. А у Кати за две недели скопилось дел, все заходили и говорили, что не могли дождаться ей. И с ранами к хирургу не наездишься и к терапевту очередь.
В общем, как маме родной обрадовались. А Катя даже не ожидала такой народной любви, честно. Она ведь суховатой была, иначе нельзя, немного попустить – на голову сядут. Но и делала все, что от неё зависело. Старалась помочь, разобраться с болячкой. Серёжа сразу окунулся в дела, но отвозил и привозил её, как положено.
Один раз забрал её на своём Запорожце Павел Петрович, когда у Сергея аварийная ситуация была. Всё-таки нужно оборудование не Китай, а Европа. Дороже, зато качество лучше. И ремонту подлежит, детали можно заказать для ремонта. Он поговорил с Геной, тот посоветовал отремонтировать капитально их механизм и продать.
А на его место подыскать пусть также б/у, но немца. Сергей согласился. Это не дело, третий раз авария. Андрюша оказался болтливым – полтора года, а он уже говорил и баба Оля, деда, баба Сетя (Света) и многое другое. Ну папа и мама, понятное дело. На выходные приезжала Катя к бабушке помогать огурца солить, вишню собирать.
Ну и учиться, конечно. Училась она знахарству полным ходом.
Глава 71. Жизнь в селе продолжается
Магию передавать бабушка не спешила, а зачем? Пока внучка развивала свой природный Дар по целительству, который проявлялся в ней все ярче. Конечно, и ясновидение в ней проявлялось, это третья составляющая ведьмы. Главное, Катя согласилась принимать всё это, не чуралась.
Знала бабушка Света своим каким-то внутренним знанием, что сейчас не многие на это соглашались из молодых, мол, хлопотно. Да и в семье этим не позанимаешься. Поэтому уже то, что есть преемница, радовало бабушку. Ну а как же – след после себя оставит.
Катя, хоть и перестала пить бабушкин отвар сразу после отъезда в свадебное путешествие, но не беременела. Поделилась своими сомнениями с бабушкой, та улыбнулась.
– Всякий человек должен родиться в тот срок, который ему определён. Бывает, что не случается в нужный момент забеременеть, тогда и случаются преждевременные роды или перенос. Всё будет в свое время, не зря я видела у Сергея двое деток. Так что не волнуйся, все случится, когда нужно. Да и дом ваш не готов. Хорошо бы дитя в своём доме зачать.
Но это уж как высшие силы распорядятся. Поэтому не спеши, у тебя все идёт так, как нужно. Думаю, натерпелась ты смолоду. Ты лучше посмотри, что твой сынок вытворяет – огурцы все понадкусывал. Придется ждать следующей партии, эти в банки не пойдут.
А Андрюша присел возле тазика и пробовал огурцы на вкус – какие сладше, в одну кучку, которые горчат – в другую. Уже почти полтазика перепробовал. Решено было использовать эту партию огурцов для салата огуречного на зиму. Начала ругать сына Катя, он обиделся, выставил нижнюю губу, а слёзы градом. И смех, и слёзы.
Договорились они с Катей, что восемнадцатого августа копать картошку будут, Оля с Павлом Петровичем обещали помочь управиться. Ну и Сергей поможет, ничего не должно помешать, ещё десять дней в запасе. Зато своя картошка будет, бабушка и внучке отсыплет. Ведь не зря много посадили с весны.
Сын Дима звонил маме, невестка трубку взяла, ещё раз поблагодарила за дочь. Ездили на консультацию ещё раз в институт – там в шоке. Все обследования, наблюдения сравнили и реальное положение позвоночного столба. Никто ничего не понял, только увидели небольшую пигментацию в районе позвонка и все. Невестка со смехом рассказывала о реакции врачей.
А потом снова назвала её мама Света и сказала, что следующим летом Дима с Викой к ней в гости собираются, ну и она приедет, если с работы отпустят. Ну не отпустят, то возьмет за свой счет. Радовалась Ворониха, Диму она растила под насмешки односельчан, старалась, чтобы у сына было все, как у ровесников.
Заступалась, когда его обижали. А потом он вырос и уехал, звонил редко. Приехал дважды с внучкой и вечно недовольной женой и на этом все. И вот в этом году приехал–таки к дочке на свадьбу. Ну, теперь, даст Бог, будет приезжать чаще. Ничего, что просто нужно помочь Вике поступить. Знала бабушка, что Вика теперь будет частой гостьей у бабушки.
А Фёдор Афанасьевич решил на своей доле зарабатывать, тем более, что дочь к октябрю собиралась его сделать дедом, и Оксану он обижать не хотел. За каких-то полгода он уже и жизни себе не представлял без неё. И еда диетическая, и за здоровьем следила, и в компании, когда был приём с супругами, знала, что и как сказать.
Ну и он её не обижал. В квартире её планировали сделать капитальный ремонт, машину ей купить к осени ну и по мелочи. Те же права, то сё. Поэтому он свой доход в модернизацию и в выплату кредита не тратил, оставлял полностью себе. Узнал от дочки, что зять ещё и навозом торговать будет, решил и тут вклиниться.
Ну а что, ему проще было сбыт наладить, по всей области знал, что, где и кому нужно. Его доля ему – ну а доля зятя – его дочери и будущему внуку. Тут он снова вспомнил ведьму – ведь это она помогла его дочери замуж выйти за толкового мужчину, это она ему Оксану посоветовала, да и о доле сказала. Эх, а он к ней воевать погнался.
И тут ему на память пришли те страшные глаза ведьмы, показалось, что горсть снега за шиворот кто-то бросил. Поёжившись, подумал, что за ним должок остался. Сам он больше к ней не поедет, нужно зятем передать деньги. Ведь, если подумать, то есть за что. Иди@т, на кого наехать хотел.
Тем временем уже в дом Сергея и Кати была проведена вода, поставлены батареи, обкладывалась душевая комната. Вот только котёл не купил он, денег не хватало. Хотелось хороший, как в его доме, чтобы и на угле и дровах работал и двухконтурным был, а он и денег стоял хороший, а ему на упаковочный автомат новый, для мясных изделий, деньги были нужны.
Вакуумная упаковка очень нужна, она увеличивает сроки хранения, вот и думай, Серёжа. Просить у Антона снова – он и так ему должен. Тут эти черви как раз. Им также условия нужны, чтобы зимой не перемерзли. А переехать в свой дом хотелось. Понимал, что их с Катей никто не гонит, принимают, как своих. Но как гостей, а ему хотелось своего дома.
Чтобы вместе с женой приготовили кушать, чтобы и огородик свой был, небольшой, со своими грядками с зеленью. Он выращивал мясо, а любил овощи. Вот наладится, наконец, этот бизнес, могут и попутешествовать с женой и сыном. Хотя наладится этот, начнёт снова расширять, менять. Ох.
Так размышлял он, возвращаясь со своего дома за Катей в медпункт. Он оставил машину возле магазина, там как раз Таисия выходила, уже дохаживая последние дни перед родами. Она передавала мужу магазин, давала последние инструкции. Подойдя к медпункту, он случайно услышал телефонный разговор. Там мужчина с кем-то разговаривал, кажется с женой.
– Да, ходил к ней. Но она принимает только местных, говорит, вы к моему участку не приписаны, у вас свой фельдшер. Да что-что? Направление на анализы не по её участку может быть недействительным. Ну да, она толковая, да ещё и бабушка у неё. Вот именно, а наша зараза, гонору больше, чем она сама. Ну не знаю, жду её, когда выйдет с работы.
Да, буду просить снова, пусть посмотрит меня. Желудок не работает. Да, знаю, но сразу ехать в область далеко и дорого.
Сергей сразу понял ситуацию и быстро зашёл во внутрь. Жена как раз уже собиралась домой, раскладывала журналы и карточки по местам. Затем она попросила его подождать ещё десять минут, быстро взяла ведро, швабру и помыла с хлоркой полы в двух кабинетах и маленьком коридорчике. Тем временем Сергей рассказал ей о телефонном звонке.
– Я поняла, о ком ты. Ну он действительно не из моего участка. Если я его приму, будет прецедент. Будут приходить ещё пациенты, а осень на носу, хроники пойдут, а я и так загружена. И может их фельдшер жалобу написать. Да и мне показалось, что анализы ничего не покажут.
– Почему это не покажут?
– Думаю, онкология у него. Ему действительно нужно к своему фельдшеру и оттуда начинать.
– А ты попроси, чтобы его приняли в райцентре, придумай что-то. Может, получится, может, не поздно.
– Да, я попробую. Пошли, я по дороге с ним поговорю.
Только она вышла из своей амбулатории, как к ней подошёл тот мужчина. Катя не стала отнекиваться, просто сказала, чтобы он не тянул время, а послезавтра с самого утра поехал к врачу (она назвала его имя). Его примут, он сдаст анализы сразу, поэтому пусть едет натощак. А там уже пусть терапевт решает, что и как. Потом добавила:
– Я никого не принимаю из других участков, просто чувствую, что вам срочно нужно. Это всё, что я могу для вас сделать. Запомнили? Послезавтра к восьми часам, до приёма всех пациентов будьте у врача.
– Спасибо вам огромное.
Глава 72. Сила маминого слова
Пройдя несколько шагов, Катя повернулась к нему и попросила, чтобы он после посещения врача и сдачи анализов приехал к ней, она хотела бы посмотреть результаты анализов. Тот сказал, что обязательно приедет. Она с мужем сели в машину, чтобы подъехать к бабушке за Андрюшей.
– Катя, а почему ты захотела его посмотреть после того, как он поедет к врачу в район?
– Понимаешь, мне кажется, но я ещё очень мало знаю и умею, что его онкология чем-то вызвана. Её все равно лечить и оперировать нужно. Но и параллельно убирать причину.
Сергей не знал, что ответить. Он понимал, что Катя необычная, что может лечить не только при помощи традиционной медицины. О том, что она когда-то примет от бабушки Дар, он даже не задумывался. Она была прекрасной женой, умной, рассудительной, доброй и к тому же красивой. Очень красивой. Легко сошлась с Олей, взяла на себя часть домашней работы.
Хотя и работала, в выходные ездила к бабушке помогать ей в огороде. В эту субботу с утра должны были начать копать картошку. Когда они приехали к бабушке Свете, Андрюша уже выглядывал сквозь забор, поджидая маму и папу. Он очень подрос за лето, скорее всего придётся кое-что покупать новое. Но ещё половина августа и сентябрь.
Они забрали Андрюшу, Катя успела рассказать вкратце бабушке о пациенте, о том, что у него явно какая-то проблема по бабушкиной части. Бабушка Света кивнула головой и сказала, что если он появится, пусть Катя направит его к ней, она его примет в любое время.
Утром, как обычно, Сергей привез Андрюшу к бабушке, Катя уже была на работе. Под калиткой стояли люди, по всей видимости, две семьи. Бабушка забрала внука в дом, сама оглядела пациентов и сказала одним – пусть мама заходит с мальчиком первая, у них быстро. Женщина с девочкой лет четырёх – пяти, которая сидела в коляске, была недовольна.
Она хотела сказать, что приехали они первые, но муж дёрнул её за руку. Но бабушка поступала так, как считала правильным, если вылить испуг можно было быстро, то с проблемой девочки нужно было заниматься долго. Она занялась мальчиком, начала выкатывать яйцом, а тем временем Андрюша умудрился открыть неплотно закрытые двери.
Он открыл дверь и рассмеялся от удовольствия, что у него получилось и он может шкодничать безнаказанно. Переваливаясь смешно, он побежал, смешно закидывая ноги, к грядкам. И тут он с размаху споткнулся и ударился о какую-то кочку лицом. Ну, естественно, поднял рёв. Хорошо, бабушка как раз разбила последнее яйцо и практически закончила.
Она тут же выскочила из дома, подхватила плачущего внука, у которого уже набиралась шишка на лбу, на руки, потом взглянула на женщину и закричала:
– Пошла вон отсюда, гадина. Своему ребёнку ноги отсушила, теперь и другим детям завидуешь. Чтобы ноги твоей не было здесь. В церковь, на колени и замаливай глаза свои завидущие и язык поганый. Мужчина, вы с девочкой останьтесь, ребёнок не виноват, что мама её – змея завистливая. Девочке я помогу, тем более вы приехали издалёка.
Приём немного затянулся, бабушка делала внуку примочки на лоб, чтобы опухлость рассосалась и не было синяка. Потом что-то шептала, снимала сглаз, а уж потом вернулась к мальчику. Рассказала маме, что его испугали старшие ребята, рассказала, кто и как. Мальчик подтвердил, что так и было. Конечно, мама потом разобралась с ними.
