Знаю, что бежать нужно. Но не могу. Есть что-то, что сильнее меня. Оно крошит мою волю на кусочки. Дэн опускается на постель.
– Неужели ты… – шепчет, медленно и чувственно расстегивая мою рубашку, – истинная…
– Что? – в затуманенной голове нет мыслей, словно кто-то ведет меня прямиком к обрыву.
Рубашка распахивается. Щёлкает застежка лифчика. Остаюсь в одних трусиках. Это безумие! Их же двое! Мамочки! Но я выгибаюсь, соски торчат.
А между ног жарко тянет. Прежде я никогда так не возбуждалась.
– Красивая девочка… наша Машенька, – рычит Дима, покрывая голодными поцелуями мою шею, – наконец-то мы тебя нашли…
– ААА! МММ! Не надо… неее… – но сопротивляться просто нет сил.
Дэн впивается в мои губы, а Дима целует грудь. Никогда мужчина не касался моих сосков, никогда не лизал их. Я не подпускала к себе парней, словно… ждала кого-то.
Это потрясающе!
Всё вокруг крутится в бешеном круговороте эмоций, с которыми не могу справиться. Они накрывают, словно цунами. Захлёбываюсь, тону. Мужчины стягивают футболки.
Их тела мощные, накачанные, татуированные.
Стону, как голодная похотливая кошка. Как мы дошли до этого?
– Какая ты сладенькая… дай мне свою девочку, – рычит Дэн, лаская мой живот, опускаясь ниже и забираясь в трусики, – ты просто ахуенно пахнешь.
Меня прошибает мощным спазмом. Тяжело дышу, лёгкие разрывает от нехватки воздуха. Внизу живота нарастающие импульсы. Методичные, умелые ласки.
Словно эти двое знают моё тело лучше меня самой…
– ААА! – выгибаюсь до хруста в рёбрах, кончаю ярко и безумно.
Сознание уплывает. Ни в какое сравнение с мастурбацией, вот вообще!
Звон пряжек ремней отрезвляет. Неужели они меня сейчас… нет!
– Не надо! – пищу, съёживаясь.
– Что такое? – не понимают мужчины. – Мы тебе больно сделали?
– Нет… просто… – кусаю губы, – я девственница.
Глава 3
Маша
– И? – Дэн проводит по моему лицу костяшками пальцев. – Думаешь, нас это смущает?
Он действует мягко, нежно. А я не знаю, что ему ответить. Что берегла невинность для того самого?
Ведь раньше любой парень, который пытался подкатить, вызывал во мне если не отвращение, то нежелание сближаться. А с этими странными мужчинами внутренние стены рухнули в мгновение ока.
Всхлипываю.
– Не плачь, Машенька, – мурчит Дима, застёгивая ремень, – мы поняли тебя. Не то место, не то время, да? Чего ты хочешь? Чаю? Может, ужин горячий? Дэн готовит потрясные ростбифы.
– Дело говорит, – хмыкает его друг, протягивая мне шорты, – давай поужинаем.
– Я не могу, – испуганно таращусь на них.
Вся романтическая и порочная атмосфера треснула, оголив жестокую реальность. Я чуть не отдалась двум дико сексуальным байкерам. Сама. По желанию. Ох!
Обнимаю себя руками. Меня начинает потряхивать.
– Могу я умыться? – натягиваю шорты, судорожно застёгиваю рубашку.
– Конечно, ванная вон там, – показывает Дима, и я улепетываю в нужном направлении.
Боже! Что я натворила! Гляжу на себя в зеркало и офигеваю. Волосы в разные стороны торчат. Губы зацелованные, опухшие. Дыхание рваное. В глазах безумный блеск.
Включаю воду, ополаскиваю лицо и шею. Я вся пунцовая. Пытаюсь угомонить бешено колотящееся сердце. Почему подпустила их к себе? Я доступная? Мамочки!
Тук-тук!
– Машунь, ты в порядке? – слышу хриплый голос Димы.
– Да! – стараюсь придать голосу твёрдости, но получается слабо.
– Что-то не заметно. Мы тут ужин готовим, я без тебя не уйду. Знаю, что сейчас ты надумываешь себе разных вещей. Выходи, поговорим.
О чём? Стону в голос. Выключаю воду. Мне нужно домой! Надеюсь, меня отпустят. Выхожу, аккуратно прикрыв дверь. Хм! Никого нет. Видимо, Дима все-таки ушёл на первый этаж.
Крадусь к спальне, быстро хватаю сумочку. Прикидываю, высоко ли тут прыгать. Но вдруг…
– И куда мы собрались? – низкий рычащий голос парализует.
Замираю, словно зверёк, повинуясь инстинкту. Но меня уже заметили. Сумочка падает из рук, оттуда высыпаются перчатки, мобильный и студак.
– Я… мне нужно домой! – резко разворачиваюсь, умоляюще гляжу на мужчину. – Меня ждут и…
– Посреди ночи? Взгляни в окно, – он складывает руки на груди.
– Я такси закажу… – бормочу, понимая, как глупо звучат мои оправдания.
– Прости, малышка, но ты не выглядишь как особа, способная оплатить себе такси. Мы бы могли помочь, но… – он цокает языком, – не хотим.
– Почему? – пищу.
– Ты нам понравилась. И утром мы сами отвезём тебя, куда пожелаешь.
От его слов по телу проходит сладкая дрожь. Проносится, ломая все наспех восстановленные мной стены. И снова я словно открытая книга.
В голову невольно лезут картины, как меня только что ласкали на этой кровати. Двойной грех, два порочных взрослых мужчины. И девственница, ничего не умеющая в постели.
– А мы тебе нравимся, Машунь? – ласково спрашивает Дима, подходя ближе.
Ноги словно прирастают к полу. Стою, глотаю ртом воздух. Он говорит о себе? Или… в смысле «мы»?
– Оставайся на ужин, Машенька, – шепчет мне в губы, но не целует, – медведи тебя не тронут… если сама не попросишь.
– Х… хорошо, – хриплю, сдаваясь.
– Тогда следуй за мной, малышка, – Дима разворачивается спиной, – и знай, что, если попытаешься убежать, мы догоним.
– Я не убегу… – шепчу, понимая, что мне некуда деться.
– Умница.
Мы спускаемся на первый этаж. За окном темно, перед дверью стоят два навороченных мотоцикла. Зависаю, рассматривая офигенных металлических монстров.
– Нравятся мотики? – спрашивает Дима.
– Ага. Я вообще люблю машины, – тихо говорю.
– Пойдем, я сейчас камин разожгу. Ты вся дрожишь. А после ужина, если захочешь, рассмотришь мотоциклы поближе.
С кухни тянется потрясающий пряный аромат. А я сегодня только глазированным сырком в общаге позавтракала.
– Садись, Машенька, – Дима прям смакует моё имя, – разувайся.
Стягиваю кеды, усаживаюсь. Пяточки тонут в пушистом ворсе ковра. Так мягенько!
– Вау! – срывается с губ, я тут же густо краснею.
Интересно, почему они называют себя медведями? Это байкерская группировка? Бурые медведи или типа того?
Несмотря на весьма угрожающий внешний вид, эти мужчины располагают к себе. А ещё они подарили мне незабываемый оргазм.
– Я не понимаю, – ёрзаю на мягком кожаном диванчике, пока Дима занимается камином, – мне сказали, что вы категорически против присутствия клинера после определенного времени…
– И? Это так, – хмыкает мужчина, аккуратно и ловко раскладывая дрова.
– Но я…
– А ты особенная, Машенька, – хрипло произносит и подмигивает мне.
Меня завораживает то, как он управляется с камином. А еще его жилистые и татуированные запястья. Длинные красивые пальцы. Во рту скапливается слюна. Дима поджигает дрова.
Поразительно, как преобразовалось жилище, когда хозяева приехали! Оно уже не такое холодное и отталкивающее. Мне здесь определенно нравится. Потихоньку расслабляюсь, внимательно наблюдая за Димой.
В нём есть какая-то неестественная грация. И сила. Он крупный, с отлично развитой мускулатурой, но дело не в этом. А в том, какую энергетику излучает этот мужчина.
– И что во мне особенного? – срывается с губ.
Блин! Я не хотела это спрашивать. Дима плюхается рядом со мной. Аккуратно рукой обвивает мою талию.
– Ты вся ледяная, Машунь, – игнорирует мой вопрос, – камин не помогает? Может быть, мне согреть тебя более… приятным способом?
Глава 4
Маша
Таращусь на Диму во все глаза. Немного отодвигаюсь, хоть тело и сопротивляется. Меня как магнитом тянет к этому мужчине. Не понимаю! Да что со мной такое?
Он смеется. Затем встаёт, разминает мощные плечи.
– Не дрожи, Машуня. Тебе не нужно меня бояться. Я говорил о другом, а не о том, о чём ты подумала.
Вспыхиваю, а мужчина нагло улыбается.
Уходит, затем возвращается с бутылкой вина и тремя бокалами. Ставит на столик чуть поодаль от нас. От камина тянется приятное тепло, а с кухни – обалденный аромат еды.
– И всё-таки, – еле разлепляю губы, – почему я? Если такие жесткие правила…
– Я уже ответил. Ты нам понравилась. Да и некрасиво девушку выставлять ночью на улицу. Обычно твои коллеги уезжали вовремя, на своём транспорте. Но с тобой нам повезло.
Дима ставит вино, затем разливает по бокалам. Вручает один мне. Большой, с длинной ножкой. Я такие лишь в кино видела.
– Попробуй. Отличное вино, друзья подогнали за помощь кое с чем, – говорит Дима, – не бойся, Ма-шень-ка.
Боже! Его «Машенька» звучит так сексуально! Ни один парень никогда так не смаковал моё имя. Мне здесь определенно нравится. Делаю глоток.
– Как вкусно! – выдыхаю, прикрывая глаза.
Я в вине не разбираюсь. Но вкусовые рецепторы не обмануть! Оно потрясающее! Такое сладенькое, с легкими нотками ягод.
– Нравится? – раздается прямо над ухом, по телу проносится приятная дрожь.
– Да, – признаюсь безо всякого стеснения, – очень. Никогда ничего вкуснее не пробовала.
– Значит, сейчас попробуешь! – Дэн появляется на пороге с подносом в сильных руках.
А сам он… божечки! Рот мгновенно заполняется слюной, но не от голода. А от вида второго байкера.
– Ты всегда голым готовишь? – спрашиваю. – Не боишься обжечься или что еще…
– Я не голый, лап. А в футболке жарко. Всегда в джинсах готовлю, – подмигивает мне, – налетай!
Он ставит блюдо на столик, снимает крышку. Мой желудок мгновенно исполняет песню голодного студента. Мне так неловко! Но я не могу отвести взгляд от сочных, румяных кусков мяса.
