Страница 2 из 3
Посол хватался за голову, его жена требовала объяснений у своего сыночка. Подступались по очереди. Тот молчал, повесив голову. Владо с Мезиной пытались уговорить свою дочь – тоже бесполезно. Вызвали Валеддина. Тот тоже уперся взглядом в пол – и молчок. Четыре родителя метались между этими тремя неблагодарными отпрысками. Крику, шуму было! Владо даже в сердцах замахнулся на Валеддина. Но на руке у него повисла Мезина. Валедина тихонько плакала. Тут не выдержал Анджуман:
– Да оставьте вы их в покое. Это я во всем виноват.
Наступила тишина. Все замерли и уставились на него. Анджуман стрельнул глазами на Валедину и вздохнул. Впервые в жизни его мучила совесть. Но он не думал, что все зайдет так далеко. Он даже сам себе не мог теперь объяснить, зачем он издевался над Валеддином, зачем обливал грязью его сестру. Ведь он совсем не против своей женитьбы на Валедине. Она ему нравилась. Даже очень. Почему все так получилось? Он не находил ответа.
Салех Малех ибн Сина первым прервал молчание. Извинился перед Владанионом и его семьей. Владо подошел к нему, протянул обе руки. Тот ответил на объятия. Порешили, что не надо пороть горячку. Нужно время, чтоб все разрешилось и успокоилось. Гости уехали, хозяева разошлись по своим комнатам. В доме наступила тишина. Все это время Виго сидел у себя в комнате, забившись в уголок. В конце концов, это он заварил кашу. На протяжении нескольких лет копился этот гнойник. А тут появился Виго и одним неосторожным словом вскрыл его.
Виго тихонечко выбрался из комнаты, прокрался по коридорам и пошел бродить туда-сюда по портику. Здесь как-то лучше думается. Солнце уже спряталось за горизонт. Небо засияло мириадами звезд. Все-таки здесь очень красивое ночное небо. В Лерадии такого не увидишь. Виго сел на ступеньку и оцепенел. Это зрелище завораживает. Так можно сидеть часами и смотреть на звезды. Кстати, звездчатый камень очень похож на звездное небо. Виго достал камень из-за пазухи. И правда, даже Млечный Путь словно отпечатался на каменной поверхности. Надо же! Очень похоже. Стоило приехать сюда, чтоб увидеть эту аналогию. Что бы это значило?
И посоветоваться не с кем. Все, кто знает про камень, далеко отсюда. А больше ни с кем делиться этой тайной не хотелось. Интересно, а у Рика на камне тоже есть отпечаток Млечного Пути? Или у него по-другому? Виго вздохнул. Что же это за работа такая, что Рик из-за нее уехал так надолго? Поскорее бы вернулся. Так много всего накопилось, так много всего надо рассказать. Виго решил, что когда вырастет, сделает так, чтоб Рику не пришлось так подолгу пропадать на работе.
У маленького принца предательски защипало в глазах, он шмыгнул носом и опять задрал голову к небу. Теперь уже не только для того, чтоб разглядывать звезды. Помогло, слезы так и не пролились. Виго почувствовал себя героем. Он уже не маленький ребенок, чтоб плакать по каждому поводу. Принц вспомнил, что последний раз рыдал над прощальным письмом отца, и у него опять защемило сердце. Тогда все были рядом: Рик, Эмиль, Филона… То есть Фёрт. Где же ты, чертов Фёрт? Почему тебя нет рядом? Стыдно на глаза попадаться? За то, что чуть не убил лучшего друга?
Виго внезапно почувствовал какую-то непонятную внутреннюю дрожь. Его словно что-то распирало изнутри и стремилось вырваться наружу. Виго приложил руку к груди и прислушался к себе. Что это? Желание? Если это желание, то о чем оно? Виго перевел взгляд в небо. И его затрясло еще сильнее. Звездное небо манило. Оно звало его. Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Виго задыхался от этого непонятного желания. Внезапно он перестал себя контролировать, в груди словно что-то взорвалось… Виго пришел в себя только уже высоко в небе.
Он поднимался все выше и выше, и ликование захлестывало его. Как давно он хотел этого! Подняться над миром. Как же тесно ему было там внизу! Виго распахнул руки. Он не мог надышаться. Почему он так долго не позволял себе этого? Послушался брата… И давил в себе это желание. Ради чего? Что это принесло ему кроме страдания? Все последнее время Виго уныло существовал. А сейчас…
Виго раскинул руки и стал медленно кружиться словно в танце, склонив голову набок и прикрыв глаза. Теперь он ощущал умиротворение. Очнулся Виго уже на земле, мягко опустившись почти на то же место, откуда стартовал в небо. На губах у него блуждала счастливая улыбка. Вдруг принц подскочил на месте и заозирался по сторонам. Он только что услышал, как кто-то тихо позвал его по имени: «Виго!» В портике кроме него не было ни одной живой души. Дожил до галлюцинаций?
Тут в голове у него четко прозвучал голос: «Виго!». Знакомые интонации… «Фёрт?» «Ну, наконец-то, услышал». «Ты что делаешь у меня в голове?» «Ну, извини, иначе мне к тебе не подобраться». «А ты не можешь прийти как раньше?» «Пока не могу. Так-то еле достучался до тебя. Я же самостоятельно это делаю, методом проб и ошибок». «А почему раньше мог?» Пауза. «Я боюсь являться к тебе во плоти. Вдруг опять причиню тебе вред… Я не знаю, выветрилась из меня та программа или нет… ну, та, из-за которой я на тебя напал тогда».
В голосе Фёрта послышалось такое сожаление и печаль, что Виго невольно протянул в пустоту руки, словно хотел обнять его и успокоить. Потом понял бесполезность этого движения и растерянно опустил руки. Воцарилось секундное молчание. Потом Фёрт потрясенно произнес: «Малыш, ты сейчас хотел меня обнять?» Виго ошарашенно оглянулся по сторонам: «Так ты что, видишь меня что ли? Ты можешь видеть то, что я делаю?!» «Ну-у, да… Вполне себе вижу, если сфокусироваться. А что такого? Нельзя что ли?»
Виго нахмурился: «И давно ты за мной наблюдаешь?» «Ну, д-да, а что?» – занервничал Фёрт. Виго упер руки в бока: «А кто тебе вообще позволил подглядывать за мной? Где твои манеры? В конце концов, есть частная жизнь. Есть какие-то интимные моменты…» Фёрт хохотнул: «За маленькими детьми взрослые всегда должны наблюдать круглосуточно: вдруг что натворят… Да ладно тебе, надулся как мышь на крупу. Всякие интимные моменты я пропускал. Честное слово! Не веришь?»
Виго улыбнулся: «Я все-таки так рад, что ты объявился! Но ты теперь предупреждай, когда наблюдаешь, чтоб я знал. Договорились?» «Договорились!» Виго помолчал. «Фёрт, а ты Рика можешь увидеть? Очень надо. А то пропал, ничего не сказал. Даже не попрощался. Владо сказал, что он уехал. А куда и когда вернется, не говорит…» – голос мальчика сорвался. Фёрт долго молчал, и Виго занервничал: «Фёрт… Фёрт, ты где? Фёрт!!!» «Да тихо ты, оглушил. Зачем так мысленно орать? Я просто задумался. Попробую что-нибудь придумать. Но не обещаю. С тобой-то долго связь налаживал. Мне же надо шифроваться…» «М-м-м?» «Ну, скрывать то, что я могу с тобой общаться. Если Шеф узнает, они меня перепрограммируют и опять зашлют в твой мир. С миссией. Ах, Виго, знал бы ты, что они мне говорят про тебя…»
«Про меня?» – Виго изумленно распахнул глаза. «Они говорят, что ты – аномалия. Что ты разрушительно влияешь на этот мир». У Виго сложился пазл: «И поэтому они хотят меня убить? И подсылают тебя с этой целью? О-о-о…» – у Виго ослабели ноги, и он сел на остывшие каменные ступени. Фёрт скрипнул зубами, наблюдая за ним. Как ему хотелось быть сейчас рядом и обнять мальчишку. Обнять и утешить. Но все это время оставалось только наблюдать, даже когда сердце разрывалось на части от сострадания.
Виго с потерянным видом продолжал молча сидеть. Фёрт, чтоб разрядить обстановку, деланно веселым и беззаботным тоном сообщил ему: «Ты даже представить не можешь, где я сейчас нахожусь. Обхохочешься! В психушке!» Виго вяло пошевелился: «Где?» «Ну, по-вашему, в психушке. В учреждении, где вправляют мозги поехавшим. Только у нас это немного по-другому называется, и лечат другими методами. У нас это, скорей, санаторий. Дом отдыха».
Виго встрепенулся: «А у тебя что, мозги поехали? Фёрт, с тобой все в порядке?» «Да все уже нормально, не переживай. Первое время, конечно, было очень плохо, м-да… Но сейчас все очень даже хорошо! Самое главное, чтоб Шеф не узнал. А то все испортит. В общем, сейчас я – саботажник и симулянт. Мне нужно время, чтоб разобраться во всем».
«Что ты собираешься делать?» – Виго наконец встал с холодных ступеней и невольно потер замерзшую задницу. Чтоб согреться, начал прохаживаться туда-сюда: ночами здесь довольно холодно. «Постараюсь подольше симулировать депрессию. Понятно, что от меня не отстанут. Я единственный, кто может выйти на тебя. Другие Исполнители не видят тебя. И это радует! Иначе тебя уже давно ликвидировали бы».
Виго невольно поежился и обхватил руками внезапно озябшие плечи. Жуть какая-то! Какие-то могущественные незнакомые существа вдруг решили, что он, Виго, опасен. И вот так вот, ни за что, хотят его убить! В голове не укладывается. Как такое могло произойти с ним? «Фёрт, кто же я такой на самом деле? Я подозревал, что я монстр. Что я приношу всем одни несчастья. Я почти уже уверился в этом. Но потом появился Рик. Он убедил меня, что я всего лишь маленький мальчик, без причины обделенный любовью и лаской. Но теперь я думаю, может, не без причины? Может, все-таки есть причина в том, что я был спрятан от всех в удаленном крыле дворца и жил в одиночестве?»
Фёрт молчал. Он не знал, что сказать мальчику в утешение. Виго незаметно для себя начал говорить вслух: «Ты знаешь, Фёрт, отец в прощальном письме писал, что не может рассказать мне всего. Что это не его тайна. И что я все узнаю в свое время. Когда же оно наступит, это время?! Я просто понимаю, что я ничего не понимаю». Фёрт тяжело вздохнул: «Просто наберись терпения, малыш. Я постараюсь помочь тебе разобраться во всем. Иди спать. У вас уже поздняя ночь. И не переживай ни о чем. А мне надо проверить одну версию…» «Ты мне потом расскажешь?» – занервничал Виго. «А то! Естественно…» – донеслось до него напоследок.
Фёрт всегда появляется, когда он так необходим! Он опять поможет отыскать Рика. Виго стиснул в ладошке свой звездчатый камень, подмигнул Млечному Пути и, успокоенный, пошел в свою комнату. Там упал на постель, не раздеваясь, и мгновенно уснул.
Глава 4
Фёрт не появлялся уже несколько дней. Виго весь извелся. А вдруг ему все это просто померещилось? Да нет, не может быть! Голос в голове был такой явственный. Это точно был голос Фёрта. Ведь полет к звездам Виго не померещился? Не померещился. Он-то был на самом деле. Виго теперь почти каждую ночь взлетал над спящим городом. Непередаваемые ощущения! Это ликование души! Иначе не скажешь. И принцу казалось, что это не какое-то новое, неизведанное чувство, а воспоминание о чем-то давно забытом. Словно он летал когда-то, но потом забыл об этом. И вот, наконец, вспомнил.
Теперь Виго понял, что это за томление в груди, которое он частенько испытывал раньше. Некий мандраж, трепет, изводивший его долгое время. Оказывается, это предвестник полета души. Виго часто летал во сне. Ему нравились подобные сны. Они были до такой степени реалистичны, что после пробуждения Виго долго пребывал в полной уверенности, что это происходило на самом деле. Что вот сейчас он возьмет и снова полетит.
Это чувство в нем могла пробудить особенная музыка. В Лерадии раньше он слышал только фанфары на церемониях. Пару раз маленького принца по приказу королевы Эвелины вытаскивали из его тесного мирка, одевали в дорогие красивые одежды и выводили в свет, как того требовал церемониал. Но мальчика звук фанфар только оглушал и пугал. Как и огромное скопление народа. И после того как он пару раз брякнулся в обморок посреди церемонии, его перестали трогать. Потом он несколько раз слышал на улицах Лерадиума какие-то веселые танцевальные мелодии, под которые отплясывали горожане. Тоже эффект был не тот.
Но здесь в доме брата Виго узнал другую музыку. И она поразила его до глубины души. Мезина часто устраивала домашние праздники и музыкальные вечера. Приходили нанятые музыканты и играли разные мелодии. Вот в один из таких вечеров принц услышал флейту. Звуки этого инструмента действовали на Виго потрясающим образом. Он словно терял свою привычную личность. И становился другим человеком. А может, и не человеком даже. Эта музыка завораживала, задевала какие-то тайные струнки души. И появлялось то самое томление, а потом и мандраж, предшествующий полету.
У Виго появилась еще одна мечта. Ему захотелось самому научиться извлекать такие звуки. Интересно, какое ощущение будет он испытывать, если сам станет управлять мелодией. Что-то изменится? Что он будет чувствовать при этом? Что-то подобное случилось с ним в той пещере, где они прятались от непогоды, которая застала их на реке Вензе.
Тогда Эмиль, Карлуш и Рик сидели вокруг костра, а Виго отошел к выходу из пещеры. Лил дождь, и струи воды стекали сверху. Они казались струнами и звучали каждая на свой лад. Виго завороженно проводил по ним пальцами. И вслушивался в мелодию. Тогда он взлетел сам в первый раз. Поймал тот самый звук и по нему ушел вверх. После этого осталось только закрепить полученный навык.
Единственное сожаление – Виго взлетал вверх и опускался вниз, но смещаться в сторону он мог не более, чем на несколько вершков. Он мог подняться, скажем, на дерево, спуститься с него. Но перелететь с дерева на дерево у него получалось, если только сильно оттолкнуться и перепрыгнуть. Если не хватало сил допрыгнуть до другого дерева, повисал в воздухе. Оттолкнуться от воздуха принцу было нечем. Оставалось только опуститься на землю. В такие моменты Виго сожалел, что у него нет крыльев как у птицы, чтоб отталкиваться от воздуха и лететь вперед.
Если б Виго мог летать, он давно бы полетел искать Рика. А так приходится тупо сидеть и ждать. Оставалась надежда на Фёрта. Может, он что-нибудь разузнает. Что ж его нет так долго? Может, его позвать как-нибудь? Виго сидел у себя в комнате на полу за низким столиком, на котором была разложена бумага. Он делал реферат, заданный на дом. На тему «Правила поведения молодого человека на улице, в учебном заведении, дома». Правила поведения в голову не лезли. Лезли в голову совсем другие вещи.
Виго встал и прошелся по комнате, чтоб размять затекшие ноги. Он так и не приучился постоянно сидеть со скрюченными ногами. Местные это проделывали с завораживающей легкостью. И могли сидеть в такой позе часами. Виго же постоянно приходилось ерзать: время от времени он вытягивал то одну ногу, то другую. Особенно тяжело приходилось на парах в школе. Там за ерзание можно было получить от учителя толстой линейкой по лбу.
Виго сделал несколько приседаний и наклонов и снова опустился на подушечку для сидения. Постарался сосредоточиться в своей голове и послал запрос куда-то вверх: «Фёрт!» Прислушался. Голова пустая и гулкая. Еще раз: «Фёрт!» А вдруг с Фёртом что-то случилось? Вдруг его опять поработили эти опасные сущности под названием «Шеф» и «Генеральный», и теперь промывают ему мозги и внушают команду убить его, Виго. Принц опять выбрался из-за стола. Ему не сиделось на одном месте. Беспокойство погнало его прочь из комнаты. Виго решил поговорить с братом. Вдруг он что-нибудь узнал о Рике.
В общий зал его не пустили слуги. У хозяина важные гости – не велено мешать. Виго поплелся восвояси. Гости это надолго. Завернув за угол, он чуть не наткнулся на Валедину. Та тихо и печально как привидение возникла в дальнем конце коридора. Виго успел юркнуть в первую попавшуюся дверь. Прижался к стене. Заметила или нет? Шаги приближались. Виго медленно, затаив дыхание, отодвигался от двери вглубь темной комнаты. Ему показалось, что шаги замерли у двери. В панике он шарахнулся куда-то вбок и спрятался за ширму. Пошарил руками вокруг: похоже, что он забрался в гардеробную.
Шаги удалились. Уф, пронесло! После разрыва Валедины с женихом Виго побаивался даже смотреть в ее сторону. Ведь это он невольно поспособствовал их размолвке. И Виго так и не понял, правильно он сделал или нет. С одной стороны вроде бы и правильно: ведь Анджуман издевался над братом невесты, да и про нее саму всякие гадости говорил. А с другой стороны это же была ее мечта. Она с детства мечтала о том, какая у них будет свадьба, в каком наряде она выйдет к жениху, какие артисты будут приглашены…
Виго ощупью нашел свободное местечко на полу у стены и уселся, поджав ноги к груди и обняв колени руками. Жизнь – какая-то сложная штука! Никак в ней не разобраться. Нет, что касается каких-то бытовых вопросов или природных явлений, тут все просто. Все зависит от опыта и наблюдений. В быту помогают определенные ритуалы. Изучил их и повторяешь каждый день одно и то же. Встал утром, почистил зубы, оделся, пошел в школу. И так далее. Что касается природных явлений, тут в помощь всевозможные приметы. Например, ласточки низко летают – к непогоде. Вся необходимая информация есть в книгах.
Но как разобраться в человеческих отношениях? Здесь как в зыбучих песках – шаг в сторону – все, засосало. И непонятно как выбраться и как все исправить? Здесь даже привычные ритуалы не прокатывают. Встретил человека, поздоровался. Ну, поговорил о погоде – и, казалось бы, все. Ан нет, не тут-то было. Другому человеку могло не понравиться, как ты на него взглянул, или твое мнение о погоде он мог посчитать ошибочным и предвзятым. Поговорил о погоде и пошел по своим делам, а он хотел с тобой развить эту тему глубже, шире и дале. А ты проигнорировал его желание…
Или наоборот. Человек совсем не хотел с тобой общаться. Или не заметил. Или был занят своими насущными проблемами. А ты тут пристал со своими социальными ритуалами. Виго, общаясь с людьми, не мог отделаться от ощущения, что все играют какие-то свои роли. Надевают разные маски. Вот встретились два человека. Столкнулись внезапно, из-за угла. Мгновенно вытащили и напялили маски, отыграли репризу, развернулись и пошли каждый своей дорогой, постепенно стягивая и пряча личины в потайные кармашки.
Виго легко было только с Риком и Фёртом. С ними все просто, без всяких ненужных масок и ритуалов. С друзьями не бывает неловкого молчания, когда судорожно пытаешься подобрать какие-то слова или не знаешь на какую тему поговорить. Друзья не посчитают тебя придурком и не будут высмеивать, если ты говоришь о неизвестных и непонятных им вещах. Взять Эмиля Юзефа. Вроде взрослый человек, чиновник серьезного государственного ведомства, но поверил детям на слово, хотя те несли просто бред с точки зрения здравомыслящего человека. Не придирался, не кичился своими знаниями и умениями. А просто взял и помог. Он тоже настоящий друг.
Карлуш тоже хороший человек. Но с ним Виго почему-то непросто общаться. Может, потому что тот совсем уж взрослый, если не сказать – старый. А может, не в возрасте дело? Пожалуй, Карлуш слишком целеустремленный. Даже зацикленный на какой-то своей идее. Владо тоже такой же, зацикленный. Таких людей можно назвать фанатиками. Фанатично преданными человеку, идее или делу – без разницы. Все, что не совпадает с их мировоззрением, они не приемлют. Хорошо еще, если просто сами не приемлют, так ведь еще и других стараются убедить в правильности своих суждений и ошибочности чужих. И заставляют других людей жить по своим правилам.
И это в Виго вызывает отторжение и настороженность. Потому что фанатизм выскакивает из этих людей внезапно, как бандит из-за угла. Вроде люди как люди, сидели, мило беседовали. Но стоило задеть их больную струнку в душе – пиши пропало. Фанатизм в любом своем проявлении безжалостен к своим оппонентам. Например, в трудах богословов, которые Виго перечитал в свое время в поисках информации о нечистой силе. Это когда Фёрт проявился в этом мире в первый раз в образе черта. Неизвестно что бы с Фёртом стало, попадись он на глаза авторам этих богословских трактатов.
Под эти рассуждения Виго не заметно для себя уснул. Разбудили его голоса за стенкой. Разговаривали Владо и еще несколько других человек. Видимо, подошли совсем близко к гардеробной, где сидел Виго. Все слова были слышны отчетливо. Говорили по-дандарски, но не очень быстро, чтоб не сильно напрягать Владаниона. Он хоть и прожил большую часть своей жизни в этой стране, но все равно оставался чужеземцем. Виго прислушался.
– Большой заказ из Лерадии. От одного очень влиятельного господина. Он находится в конфронтации с нынешним правителем. Похоже, речь идет не только о противостоянии кланов. Намечается дворцовый переворот. Опять, – Владо хмыкнул. – Дворец Валенсиана сейчас охраняют акританские войска, которые он вызвал из страха перед соотечественниками, – Владо скрипнул зубами и продолжил. – Он с помощью продажных лерадских гвардейцев убил собственного отца, короля Видариона. Теперь боится мести. Осадил особняк Барсануфиуса, в котором спряталась семья покойного короля. Пытается их таким образом выкурить. Барсануфиус прислал переговорщика к нам. Ему нужна партия энергетического оружия. И побыстрее. Готов заплатить любую цену. Я должен ехать.
– Ты не боишься, дорогой Владо, что это ловушка, подстроенная другими претендентами на лерадский престол? Может, они таким образом хотят выманить тебя и устранить. Ты не боишься за свою жизнь? Это большой риск.
– Кто не рискует, тот не пьет забористого, – засмеялся Владо. – Чего я боюсь, так это прохлопать такой шанс убить двух зайцев. Даже трех. Я собираюсь не только продать крупную партию товара Барсануфиусу, но и сделать предложение его врагу, братцу Валенсиану. От такого выгодного предложения тот не сможет отказаться. Таким образом я выиграю на поставке двух партий оружия, а заодно понаблюдаю как мои родственнички друг друга этим оружием перебьют. Аминь.
На разные голоса посыпались возгласы одобрения:
– Браво, Владо! Ты настоящий мужчина! Ты воин! Ты смелый человек!
У Виго сжалось сердце. Как Владо может так говорить? Он говорит о своих братьях как о врагах. А матушка? Там же матушка! Да, конечно, королева Эвелина изводила маленького принца своими придирками и сделала ему много гадостей. Пушочка велела утопить… А вдруг она Владаниону сделала гораздо больше гадостей? И чего-нибудь похлеще даже? Но все равно, что ее теперь убить за это? Не-не. Это в корне неправильно! Такого не должно быть!
Голоса за стеной стихли. Виго завозился в своем убежище. Пытался встать на ноги и не мог: ноги ослабели и дрожали. Виго чувствовал себя так, словно у него вот-вот начнется приступ. Его захлестнула паника. Виго пытался ухватиться руками за что-нибудь. Ничего не получалось. Уже в полуобморочном состоянии, задыхаясь, он прижал руки к груди и нащупал за пазухой звездчатый камень. Он был теплым. Виго прижал его сильнее к груди и начал считать до десяти, стараясь глубоко дышать. Камень стал горячее и начал покалывать кожу на груди. Виго постепенно полегчало.
Выбравшись, наконец, из гардеробной Виго на полусогнутых поплелся к себе в комнату. Упал на кровать и тут же забылся тяжелым, не дающим облегчения, сном. Ему опять снилась темная комната и стол со стеклянным сосудом. Только в этом сосуде теперь бился не светлячок, а сам Виго. Он пытался выбраться, но пальцы скользили по стеклу. Воздуха оставалось все меньше. Виго задыхался. Он сполз по гладкой стенке вниз и уже не смог подняться. Он видел все словно через пелену, не мог сфокусировать взгляд. В последний момент ему показалось, что к нему приблизился какой-то зыбкий силуэт. В голове прозвучал еле слышный шепот: «Виго!»
Глава 5
Владанион уехал на следующий день рано утром. Виго так и не удалось поговорить с ним наедине. Владо спешил. Ему не терпелось пуститься в путь. Он был возбужден, глаза азартно горели. Прощание не заняло много времени. Владо обнял Мезину, поцеловал в лоб Валедину, хлопнул по плечу Валеддина, потрепал по голове Виго. Вскочил на чистокровного джедаррского скакуна, подарок самого Султана, помахал рукой и в сопровождении нескольких охранников пустился в путь. Вскоре кавалькада скрылась из глаз, и семья печально удалилась в дом.
Виго остался стоять на лестнице. Он был озадачен. Ему показалось, что один из спутников брата очень уж похож на Карлуша, королевского шута. Владо говорил, что Барсануфиус прислал переговорщика. Неужели это и есть Карлуш?! Он же говорил как-то, что Глава клана Первых предлагал ему свое покровительство. Тогда Карлуш отказался. Но потом, видимо, передумал. Почему? И где Эмиль?
Почему все люди, к которым Виго испытывает привязанность, всегда исчезают из его жизни? Мальчик сел на ступени и нахохлился. Сзади послышались шаги. Валеддин всучил Виго его сундучок со школьными принадлежностями, а сам плюхнулся рядом. Мальчики переглянулись. Валеддин ободряюще улыбнулся. Все-таки обаятельная у него улыбка! Виго невольно заулыбался в ответ. Подали два паланкина: один – поменьше – для Валедины, другой – побольше – для мальчиков.
Вышла Валедина в сопровождении двух охранников. Виго опять виновато сжался. Она же, как ни в чем не бывало, помахала Валеддину и Виго, спустилась вниз и села в свой паланкин. Валеддин ткнул зависшего принца в бок, подхватил свой сундучок и тоже стал спускаться по лестнице. Виго поспешил за ним. По дороге в школу Валеддин хохмил всю дорогу. Виго покатывался со смеху. И незаметно наблюдал за парнем. Странно, Валеддин как будто рад, что отец уехал. Веселье не наигранное, не нарочитое.
Валеддин внезапно посерьезнел и повернулся к Виго:
– Ты когда-нибудь хотел попасть на необитаемый остров? Чтоб вокруг ни души. Чтоб ты был предоставлен самому себе. Чтоб никаких правил, никаких рамок и ограничений. Хотел бы?
Виго честно ответил:
– Наверное, нет. Если действительно пришлось бы попасть на необитаемый остров, я хотел бы оказаться там с Риком и Фёртом. Тогда мне не было бы там страшно и одиноко. А у тебя есть кто-то, с кем бы ты хотел туда попасть?
Валеддин внимательно на него посмотрел и тихо, почти шепотом, произнес:
– Только с тобой.
Виго смутился, уши жарко заполыхали. Хорошо хоть под волосами не видно. В паланкине воцарилось неловкое молчание. Виго был рад, что быстро доехали до школы, и паланкин остановился. Валеддин выпрыгнул первым. Виго неловко вывалился следом. Они вразнобой поприветствовали школьного привратника и зашли в прохладное фойе. Прошли по коридору и уже собирались разойтись каждый по своим группам, как наткнулись на шайку Анджумана.
Дружки Анджумана злорадно заухмылялись. Главарь шайки хмуро смотрел на Виго. У Виго в животе со страху забурлило. Чего им опять надо? Принц еле сдержался, чтоб не начать озираться по сторонам. Это движение выдало бы его страх. Виго сжал губы, и его лицо приняло обычное надменное выражение. Анджуман шагнул вперед. И тут неожиданно даже для самого себя Валеддин заслонил собой Виго. Он встал руки в боки и набыченно уставился на Анджумана. Тот несколько оторопел. Уж от кого-от кого, а от Валеддина подобной дерзкой выходки никто не ожидал. Прихвостни Анджумана пришли в себя, и один дернулся к Валеддину:
– Ты…
Но Анджуман вдруг недовольно цыкнул на него. Тот испуганно отшатнулся назад и забормотал:
– А что я? Я ничего. А чего он?
Анджуман миролюбиво заулыбался:
– Не беспокойся, Валеддин, я просто подошел поздороваться. Да хотел с твоим родственником переговорить. Но вижу, что не вовремя. Ладно, в следующий раз как-нибудь. Уходим.
Еще раз одарив всех лучезарной улыбкой, Анджуман развернулся и красивой походкой двинулся вдоль по коридору. Сподвижники поплелись за ним. У Виго перестали противно дрожать коленки. Он потянул за рукав застывшего перед ним Валеддина. Тот деревянно, словно кукла, повернулся к Виго. Глаза у него были пустыми и какими-то безжизненными. Над верхней губой выступили бисеринки пота. Что это с ним? Через мгновение Валеддин резко выдохнул и согнулся, уперев руки в колени:
– Как же я перетрусил, твою ж… Фу-у-у…
Затем поднял голову, посмотрел на Виго и внезапно весело подмигнул. Распрямил спину, дурашливо задрал нос, гордо повел плечами – зацени, какой я орел… Потом стал самим собой и обычным голосом сказал:
– Ну, пойдем, я провожу тебя до твоей аудитории.
Сегодня Виго плохо слушал преподавателей. Он все прокручивал в памяти этот эпизод и не переставал изумляться. Надо же, как изменился в последнее время Валеддин! Из забитого, запуганного мальчишки превратился в смелого и сильного юношу. Не побоялся встать между Виго и анджумановской шайкой. Точнее побоялся, но все равно закрыл собой Виго. Повел себя как герой! Виго почувствовал такую гордость за него! Владо может гордиться своим сыном. Владо…
Виго опять вспомнил тот разговор, что подслушал, сидя в гардеробной. Владо так запросто ставил личную выгоду превыше всего! Это так не походило на того Владо, которого знал Виго. «Да полно, а знал ли ты своего брата? Ты просто нарисовал в своей голове красивый портрет человека, которого в сущности совсем-совсем не знаешь. И знать не можешь. Ты просто судишь о людях со своей колокольни. Судишь их по себе. Думаешь, если ты не способен на такое, то и все должны быть такими же? Но это же не верно. Это ошибочное суждение».
Сегодня на уроках Виго был невнимателен и ерзал больше обычного, разминая затекшие ноги. Маленький сухонький учитель словесности, не прерывая лекции, недовольно зыркал в сторону Виго. Наконец, он не выдержал, подошел к нему и легонько постучал линейкой по плечу мальчика. Обычно нерадивые ученики получали этой линейкой посильнее и по лбу. Но Виго все-таки был на хорошем счету – самый прилежный ученик во всем учебном заведении – грех наказывать. Виго виновато наклонил голову. Преподаватель вздохнул и прошел дальше, монотонным голосом продолжая зачитывать правила спряжения глаголов.
Когда ехали обратно домой, Виго спросил Валеддина:
– А кем ты хочешь стать, когда вырастешь?
Тот помолчал, сосредоточенно глядя в окно паланкина. Наконец, ответил:
– Я еще не знаю, кем хочу стать. Зато я точно знаю, кем быть не хочу. Я не хочу быть как отец. Хочу держаться подальше от политики, от его… дел, от людей, связанных с этими делами… Хочу быть свободным от этого. Потому и говорил про необитаемый остров. Но этот остров – несбыточная мечта. Я же понимаю.
Виго сочувственно молчал. У него самого в жизни пока все было беспросветно. То будущее, которое ему обрисовал Владанион, его тоже не прельщало. В этом плане племянник был ему ближе, чем родной брат. Виго вспомнил когда-то давно вычитанное в философских и алхимических трактатах понятие «родственная душа». Похоже, это как раз тот случай.
Прошло две недели с тех пор, как уехал Владо. Он с почтовым голубем прислал отчет, как шутливо назвала Мезина его письмо. Отчет зачитывался вечером в торжественной обстановке. Присутствовали все. Даже некоторые слуги. Владо был доволен тем, как шли дела. Писал, что повидался со всеми братьями. И с теми, кто был заперт в барсануфьевском особняке вместе с королевой Эвелиной. И со своими единоутробными братьями. Само собой с нынешним королем Валенсианом Бесподобным. А так же со своим близнецом Версо. Тот приезжал специально повидаться с Владо.
Потом они вдвоем заехали в лечебницу к Венериону. У того была стойкая ремиссия, и они весело провели время. Венерион даже нарисовал общий портрет близнецов. Этот портрет и автопортрет самого Венериона вскоре были опубликованы в свежем номере ежегодного альманаха. Валенсиан посодействовал. Сам же он предпочел позировать именитому королевскому живописцу. Портреты остальных принцев: шестерых опальных и недоступного на данный момент Виго, были написаны по памяти абы как. Точнее списаны с прошлогодних портретов с небольшими изменениями. Владо обещал привезти свежий номер домой.
К великому изумлению Виго выяснилось, что у него, оказывается, буквально на днях случится день рождения. Виго приблизительно представлял себе, что это такое. Он читал о праздновании таких дней всех членов королевской семьи. Балы, приемы, фейерверки. Читал даже о праздновании своего дня рождения. С удивлением узнавал, что Тринадцатый принц сам лично всегда присутствовал на каждом очередном таком празднике. Как это технически происходило, оставалось только догадываться. Видимо, в природе существовал некий двойник маленького принца.
В день рождения Виго устроили обещанный приятный сюрприз. Ну, как бы принято, что это должно быть приятно. Но Виго этого знать не мог. Поэтому напрягся. С самого утра все начали ходить вокруг него, многозначительно поглядывая и хитро улыбаясь. Уже к обеду принцу захотелось малодушно убежать и спрятаться. Но его взяли под белы рученьки Мезина с Валединой и повели к столу.
На обед сегодня подавали сплошь лерадские блюда. Виго был приятно удивлен. Боже, как он мечтал все это время, проведенное в Дандарии, об элементарном супчике дня, которым потчевали во всех лерадских харчевнях. Виго так истосковался по привычной еде, что метал в рот все, что под руку подворачивалось. И жмурился при этом как кот, нализавшийся вкусной сметанки. Родственники за столом умильно смотрели на маленького принца, но в своих тарелках еду не забывали обильно сдабривать острыми дандарскими соусами.
После обеда Виго вовсе разомлел. Если все дни рождения такие чудесные, то он совсем не против отмечать их каждый год и не по разу. Но оказалось, что сюрпризы на этом не закончились. Самое интересное впереди, как громогласно объявила Валедина. У Виго внутри опять попыталась шевельнуться былая настороженность, но не смогла справиться с обволакивающим блаженством.
Поиграли в «Зыбучие пески». Эта игра напомнила Виго лерадскую «Венза волнуется раз, Венза волнуется два». Все активно двигаются вокруг ведущего, размахивая руками. По хлопку ведущего должны замереть в той позе, в которой их застала команда. Ведущий всячески старается вывести игроков из равновесия. Для этого все способы хороши. Но нельзя прикасаться к человеку. Кто первый пошевелится или моргнет, тот становится на место ведущего.
Чаще всех водили Мезина и Валедина. На третьем месте оказался Виго. Валеддина ни разу не удалось заставить шевельнуться. На нем испробовали все методы – бесполезно. Валеддин замирал как статуя и даже, казалось, не дышал. Сестра особенно над ним издевалась. И дула ему в глаза, чтоб тот моргнул. И корчила всякие рожицы, чтоб засмеялся. Пыталась пугать из-за спины. Наконец, все сдались и объявили Валеддина победителем. И поднесли ему большой кубок лимонада со льдом. Тот с удовольствием сразу же его ополовинил.
Потом перешли во внутренний дворик. Слуги остались подготавливать обеденный зал для главного сюрприза. Что это был за сюрприз, выяснилось ближе к вечеру. Мезина пригласила музыкантов, которые больше всего понравились Виго. Те самые, с флейтой. Домашние давно подметили, как благоговейно замирает маленький принц, когда звучит этот инструмент.
Устроили вечер при свечах. Хорошо были освещены только музыканты. Сами зрители сидели в полумраке. Это создавало какую-то особенную атмосферу. У Виго учащенно билось сердце. Он сидел в кресле рядом с Валеддином. Мезина с дочерью сидели поодаль. Позади кресел расположились домашние слуги, желающие послушать музыку. Музыканты согласно начали. Полилась музыка. Виго завороженно замер, прикрыв глаза.
Мелодия будила в его воображении какие-то полузабытые образы. Они хаотично мелькали перед его внутренним взором. Виго не мог рассмотреть в деталях ни один из них. И оставалось лишь зыбкое ощущение, что только эти образы на самом деле реальны, что это его, Виго, реальный мир. А комната с музыкантами, родня, слуги – все это эфемерно, выдумано. Что сейчас Виго откроет глаза и окажется совсем в другом мире. И этот мир будет настолько прекрасен, что не передать словами. И там его встретят настоящие папа и мама, которых он никогда не видел. Но он сразу поймет, что это они.
Виго даже не чувствовал, что по его щекам текут слезы. Он сейчас вообще ничего не чувствовал, не видел и не слышал. Музыка проникала в него даже не через слух, а какими-то неведомыми доселе путями. Вот полилось соло флейты. Струи сплетались в неведомые узоры, текуче уносились вверх. Виго, уловив тот самый звук, устремился всей душой вслед за ним… Чья-то крепкая ладонь ухватила его за плечо и силой даванула вниз. Принц ощутимо приложился задом о сиденье кресла. Видимо, взлетел довольно высоко. Ч-черт!
Виго прошиб холодный пот. Он нервно оглянулся. Рядом сидел Валеддин, положив руку ему на плечо, и немного напряженно смотрел на музыкантов. Вроде, больше никто ничего не заметил. Фу-у! Валеддин чуть заметно сжал плечо мальчика и убрал руку. Виго облегченно откинулся на спинку кресла. Вот ведь, чуть не спалился! Принц благодарно взглянул на Валеддина. Если б не он, неизвестно, чем бы закончился этот незапланированный полет.
Больше Виго не позволил себе так расслабляться. Он досидел до конца выступления, вцепившись обеими руками в подлокотники кресла. Валеддин ни разу не повернулся в сторону Виго. Только выглядел немного напряженным. Виго время от времени косился на него. Как теперь объяснить ему все это? Поймет ли? Владанион предупреждал, чтоб Виго не показывал на людях свои ненормальные способности. Нет, надо завязывать с этими бесконтрольными полетами! Далеко ли до греха!
Глава 6
Виго сидел во внутреннем дворике и сосредоточенно штудировал самоучитель по игре на флейте. Оказывается, играть на этом инструменте не так-то легко. Но очень увлекательно. Уже к концу первого дня Виго сыграл простенькую мелодию на своей новой флейте. И был крайне доволен. Инструмент вместе с самоучителем ему торжественно вручили в день его рождения.
Преподносила подарок Валедина. Вечером после выступления музыкантов Виго опять оказался в центре всеобщего внимания. Мезина попросила минуточку внимания и предоставила слово дочери. Валедина выступила вперед, держа руки за спиной и загадочно улыбаясь. Виго, перед этим переживший стресс из-за своего бесконтрольного взлета над креслом, обмер и посерел лицом. Он смотрел на Валедину как кролик на удава. В голове метались панические мысли: от «она все видела?» до «мне – конец!»
Валедина сказала прочувствованную речь о том, как все счастливы, что у них появился такой замечательный родственник, и что они теперь никогда-никогда не расстанутся. Сама же прослезилась. Мезина тоже смахнула что-то с ресниц. Валеддин скорчил рожицу и подмигнул виновнику торжества. Виновник автоматически ответил ему тем же, не совсем понимая, что происходит. Наконец, Валедина закончила свою речь на пафосной ноте и протянула… самую настоящую флейту! Виго зачарованно уставился на подарок. Взял флейту дрожащими руками и прижал ее к сердцу. Все захлопали в ладоши, вразнобой посыпались поздравления. Но Виго уже ничего не видел и не слышал. Он хотел теперь только одного – поскорее остаться наедине со своей прелестью.
Мезина тактично отвлекла внимание своих отпрысков от Виго, и он, облегченно выдохнув, улизнул к себе в комнату со своей добычей. Чуть позже к нему зашел Валеддин. Виго напрягся, но тот лишь занес самоучитель и не стал задерживаться. Уже лежа в постели и вспоминая события прошедшего дня, маленький принц понял, что день рождения – великая вещь. В этот день могут вот так запросто сбываться мечты. Единственное, о чем он сожалел, что рядом в этот день не было Рика. И Фёрта. И Эмиля. И Владо. И…
Во внутреннем дворике никого не было кроме Виго. Домашние оставляли его в покое и не отвлекали от занятий музыкой. Понимали, что мальчику сложно музицировать при посторонних. Валедина, конечно, заставила его пообещать, что первым слушателем станет именно она. Виго поднес к губам флейту. Он уже разучил несколько мелодий из самоучителя и вполне сносно их воспроизводил. Но где-то в глубине души у него зрело желание исполнить свою собственную мелодию. Ту, что давно уже тревожит душу, но пока не оформилась в звуки. Когда-нибудь она появится на свет.
Все последние дни его смущало только одно: Валеддин так ни разу и не заговорил с ним о том, что произошло в день рождения Виго. Он как будто сознательно избегал этой темы. А Виго очень хотелось знать отношение Валеддина к случившемуся. Неужели это напугало или оттолкнуло его? Но нет, вроде не заметно, чтоб Валеддин как-то по-иному начал относиться к Виго. Все было в их общении по-прежнему. Или Валеддин отнесся к этому так спокойно, что ему даже не интересно? Не может быть! Виго бы с ума сошел от любопытства, взлети кто-нибудь рядом с ним.
