Отвечает ему Крыса:
«Сына своего поставлю».
Сын-крысеныш станет крысой,
ведь наверняка.
А пока пристроить надо
Папина – сынка.
И не важно, что тут место
кто-то занимал.
Крыса был начальник склада,
будет, как сказал.
Год промчался, словно день,
прошел, не запылился.
Вновь заглянем мы на склад,
где Хомяк трудился.
Только склад тот не узнать —
всюду разорение.
Скорлупа, обертки, мусор,
грязь и запустение.
Что же это вдруг случилось,
Что за разгильдяйство?
А ничего особенного —
Крысеныш на хозяйстве.
Он развел тут грязь и плесень,
а сам сидит в планшете.
Склад ему не интересен,
хоть пусть гуляет ветер.
Дело своего отца
крысеныш завалил.
И не сказать, чтоб он…
Хотя…, нет, сказать —
Дебил!»
Крыса тоже сам хорош,
он ведь все устроил.
Это он работника
достойного уволил.
Тут мораль сама стремится
к нам через порог —
Увольняют часто тех,
кто б работать мог.
Несмотря на то, какой ты
профессионал.
Просто ты помехой
вдруг однажды стал.
«А почему?» – вы спросите
возник этот вопрос.
Да потому, что деточка
директорский подрос.
И, может, не нужна ему
такая работенка,
и, все-таки, пристроить
хочется ребенка.
«Обед у крокодила»
В зоопарке Крокодил
зебру в гости пригласил:
«Вы так стройны, ваши полоски
и шикарны и не броски —
так гармоничен ваш наряд.
Он мне давно ласкает взгляд.
стройнее вас лошадки нет.
Вы приходите на обед.
Я так хотел бы отобедать с…
вами. И будем вечно мы друзьями».
Зарделась Зебра, покраснела —
любой кобыле льстит внимание:
«Ну, что же, раз такое дело,
я прискачу, и даже прискачу заранее».
В урочный час обед тот состоялся.
Один из двух был съеден в один раз.
Я, думаю, читатель догадался —
кто навсегда покинул нас.
Мораль тут проще, чем вода в стакане.
Мне кажется, вы поняли заранее.
Как бы ни лестно было предложение,
однако стоит различать —
когда? куда? во сколько? от кого?
нам можно предложение получать.
«Козел и осиный улей»
Козел, гуляя на лужайке,
добрел до лесополосы.
И, голову от травки поднимая,
задел рогами там гнездо осы.
Оса встревоженно жужжала:
«Кто мне мешает? Осторожно!
Ведь у меня есть жало!»
Козел жужжания не разобрал,
и дальше с ульем бодаться стал.
Оса была из многодетной,
и дружной, и воинственной семьи.
И если что-то улью угрожало,
то быстро собирались все свои.
Козлу так популярно стали объяснять,
что «к улию осиному не стоит приближаться» —
копытами сверкая ему пришлось бежать,
от разъяренных ос спасаться.
Как водится, мораль приходится писать.
Она, как осы, не заставит себя ждать.
В лесу не стоит улей ворошить —
там злые осы могут жить.
«Мышеловка»
Однажды Мышь на ферме
(а где их не бывает?),
заметила, что человек
пришел там мышеловку ставить.
И новость эту не в «контакте» разместила,
а напрямую всех зверей оповестила.
Сказала Курице, Овце, Корове —
всем сказала. Но понимания
в том вопросе не снискала.
Наперебой ей начали кричать,
что мышеловка лишь ее проблема,
по пустякам не надо отвлекать.
Змея попала в мышеловку,
поскольку двигалась она неловко.
А мышеловка ведь не выбирает —
кто к ней пришел – того поймает.
Хозяйка не заметила Змею —
была укушена, в лечении нуждалась.
И Курицу сварили для нее,
чтоб выздоравливая, она правильно питалась.
Узнали о беде соседи и друзья,
к ней стали приходить и навещать.
Тогда Овцу зажарили для них —
ведь не с пустыми же руками
гостей встречать.
Но яд подействовал, хозяйка умерла.
Был скорбный день, ее похоронили.
Позвали на поминки всех друзей.
Кормить их надо – и Корову зарубили.
А Мышь сидела, задаваяся вопросом,
о том, что в жизни почему-то так бывает —
не видит кто проблему перед носом,
тот от проблемы этой и страдает.
И напрямую, может, не касается,
но «шарик» круглый,
и тебе достанется.
«Баран и Конь»
Хозяйский Конь однажды захворал.
Да сильно так – не смог стоять, упал.
Лежит, грустит, бедняга. Опечален.
Ничуть не меньше, чем его хозяин.
Падеж скотины – божье наказание.
Хозяин думает, что если Конь
До вечера на ноги не встает,
Чтоб прекратить животного страдания —
Он сам его колоть придет.
Баран хозяйский, а Коню сосед,
Приятеля решился подбодрить.
Когда ушел хозяин на обед
Он стал слова такие говорить:
«Дружище, соберись, не погибай в тоске,
Ведь жизнь твоя висит на волоске.
Ты если сам на ноги встать не сумеешь —
Тебя заколют раньше, чем ты околеешь.
Негоже – смерть такая для коня,
Красавчик, поднимайся!
Ты слышишь ли меня?»
Очнулся Конь – он понял – подниматься нужно,
И гривою затряс, заржал натужно,
Забегал – убежать как-будто хочет,
