Честно говоря, навались они вдвоем, и фиг бы что я с ними сделала. Но они даже не пытались. Происходящее до ужаса напоминало декорации к какому-то историческому фильму. И, если бы не вонь, я бы подумала, что это актеры. Не зря же Громила такой колоритный, словно Шрека косплеит.
– Дурак ты, Мох, – спокойно сипел тот. – Нирфеаты к мечу драклорда прикоснуться не могут.
– А как же… – хотел было что-то сказать Вонючка.
– Торопиться надо, скоро стемнеет! – перебил его Громила, говоря с нажимом, и посмотрел на небо.
Я невольно повторила его движение, но быстро опомнилась. Еще не хватало повестись на прикол, вроде: «Ой, смотри! Птичка!», и остаться без оружия. Нет уж!
Ступая по сухому колючему сену, поспешила к дальнему концу длинной повозки. Старясь не выпускать ошарашенную двоицу из виду, спустилась на землю. Похоже, придется убегать прямо так – без одежды. Рубаха Громилы, конечно, не бог весть что, но все же не такая гадкая, как у второго. Она бы мне пригодилась.
Но нет, так нет. Надеюсь, комары меня не сожрут…
Какие-то насекомые уже противно звенели поблизости, словно присматриваясь.
– Не смейте за мной идти, ясно! Порубаю! – я угрожающе пошевелила клинком.
Мужики переглянулись.
– Ладно, – как-то грустно согласился Громила и тяжко вздохнул.
– Все. Валите отсюда! Быстро! – осмелела я.
Или оборзела в конец?
– Хорошо-хорошо, – кивнул здоровенный и послушно хлестнул самого настоящего быка!
Рогатая скотина темной масти неохотно двинула с места. Повозка медленно тронулась и потащилась по дороге. На ходу в нее забрался Вонючка. Обернувшись, он так и облизывал меня взглядом. Фу!
– Что, вот так просто? Сюр какой-то… – пробормотала я, наблюдая за медленно удаляющейся повозкой.
Я ждала чего-то другого, если честно. Приготовилась бежать далеко и долго. Отбиваться. Но того, что меня просто возьмут и отпустят, не ожидала совсем.
– В лес не заходи, там змеееи! – сложив рупором руки, вдруг крикнул Вонючка.
– Чего?! – с запозданием до меня дошло сказанное.
Сумерки сгущались, и в прогалах между деревьями уже ничего не было видно.
А нет! Там что-то шевелилось, и кажется… шипело, шуршало? Или что это был за звук? Глюки?
Возможно, так на меня подействовало предупреждение, но стало совсем неуютно. Меч – это хорошо, но из меня мечник, как из булыжника бабочка. Да и что против змей особенно сделаешь? Что-то не верю я, что достаточно шустрая.
Я посмотрела на оружие, что держала в руках. Рукоять довольно вычурная, со всякими прибамбасами и большим округлым камнем желто-зеленого цвета. Похож на глаз с вытянутым зрачком – это на нем я лежала. Сам клинок слегка расширялся к центру, а затем снова сужался, и по плоским сторонам вилась черненая вязь. Не то орнамент, не то какие-то письмена. Прямо как в играх, в которые рубилась Васька!
Одним словом бутафория, но красивая. Наверняка, на заказ делали и точно задорого.
У обочины вдруг громко зашипело, зашелестело – теперь уже не только в моем воображении. На дороге вдруг очутились две перевитые друг с другом змеи, скатившись откуда-то с пригорка справа. Завизжав, я припустила за повозкой, как только меч из рук не выронила?
Нагнав неспешно катящуюся телегу, взлетела на нее точно на крыльях. И принялась топать и стряхивать с себя несуществующих змей под омерзительный хохот Вонючки. Громила только клыкасто ухмыльнулся, усилив этим сходство с огром. И естественно оба снова на меня вытаращились.
Не выдержав такого внимания к своему телу, потянула на себя дерюгу, и прикрылась. Не до брезгливости уже, потом как следует помоюсь, лишь бы эти двое меня так пристально не разглядывали.
– Вы знали! Знали да?! – истерично выкрикнула я.
Нервишки уже не выдерживали.
– Кто же не знает про кубло?
– Какое еще кубло? – нахмурилась я.
Мужики переглянулись, и Здоровяк констатировал:
– Не местная.
Что он имеет ввиду? Я, вообще, где? Неужели пока я была в отключке, меня куда-то вывезли? Что это за страна?
Но я уже заранее понимала, что мои предположения – пальцем в небо. Здесь что-то определенно не то…
– Видишь, Бух. Ньера боится змей, – радовался Вонючка.
Ну вот, теперь он меня ньерой назвал, а не нирфеаткой. Что бы это все это значит? Смутные подозрения, что я уже не на родине только усилились.
– Ненавижу змей! – я передернулась и откашлялась: – Послушайте, вы тут фильм снимаете, что ли?
Мужики дремуче переглянулись.
– Снимайте? – повторил Вонючка.
– Так это… Одежда ей нужна, значит? – догадался Здоровяк.
– Ну конечно! Ньера все талдычит: «Снимайте, снимайте!», а мы уж… – засуетился Вонючка. – А тебе лишь бы…
– Захлопнись! – коротко рыкнул на него Огр. – Ничего снимать не надо. У нас есть тут кой-чего. Раз уж, ты не нирфеатка, так не грех и одежей поделиться. А то ведь неприлично…
Он выудил откуда-то тряпицу и швырнул мне. Это оказалась еще одна рубаха простецкого покроя, относительно чистая, хоть и не глаженная. Но все лучше, чем надевать с чужого плеча пропотевшее.
– Отвернитесь! Ну! – потребовала я.
Дождавшись, когда моя просьба будет выполнена, отложила меч и быстро натянула рубаху, переживая, что пока я отвлеклась, меня могут обезоружить. Но все прошло хорошо, и странная двоица, не думала поворачиваться.
Удивительно все-таки, как сильно мы зависим от одежды!
Стоило хоть немного прикрыться, и настроение поднялось. Грубая ткань давала тепло и ощущение защиты. Пусть эта защита была хотя бы от взглядов.
– Поясочек, – кинул мне какую-то веревку Вонючка.
Я не стала выпендриваться и подпоясалась, чем дали, чтобы хоть как-то усмирить широченную для меня рубаху.
– Спасибо.
Повисла гнетущая тишина. В моей голове роилась сотня вопросов, но я не могла выбрать, который из них задать. Начало казаться, что этих двоих мне бояться не стоит. Если бы они замыслили что-то дурное, уже давно это могли сделать, и никакой меч бы мне не помог. Похоже, все дело в том, что я какая-то там для них не то ньера, не то нирфеатка. Знать бы еще, что это означает.
Если честно, я боялась, что если вдруг эти странные мужики узнают, что я не та и не другая, то их отношение изменится. А значит, нужно действовать аккуратно. Не в лоб.
У меня вдруг неожиданно громко заурчало в животе. Ужас какой! Как же неловко!
– Ньера голодная? – радостно оскалился Вонючка.
– Не отказалась бы перекусить, – помедлив, ответила я.
Поди не отравят.
Немногословный Огр снова пошарил у себя под ногами, где у него, похоже, была какая-то сумка, и протянул мне ломоть лепешки. Я не решилась приблизиться, и он кинул его прямо на сено – ближе ко мне. Хорошо хоть не на мерзкую дерюгу, иначе я бы не смогла победить брезгливость.
– Спасибо! – не стала отказываться от угощения.
Жизнь может повернуться по-всякому, как показывает практика. Если мне придется бежать и прятаться, то хотя бы на сытый желудок.
Я подобрала лепешку и принялась жевать. Не сказать, что она была свежей или неожиданно вкусной, но вполне съедобной.
– А Бух – это бухгалтер? – задала я нейтральный вопрос, чтобы завязать разговор.
В этой ущербной компании Здоровяк был и сильным, и умным одновременно, а его товарищ, похоже, только вонючим.
– Букалтер! Какое красивое имя! – искренне восхитился он. – Жаль, что сохам такое не полагается.
Они что, не в курсе, кто такой бухгалтер?
Видимо Бух это все же не кличка, а реальное имя. А что еще за сохи какие-то? Эти двое явно к ним себя причисляют…
– А кому такие красивые имена полагаются? – задала я, можно сказать, каверзный вопрос.
– Ньерам, конечно! – вылупил глаза и поднял глаза вонючка. – У ньеров-то все с выдумкой, это у нас, сох, по-простому. А у ньеров и одежда богатая-красивая, и имена тоже сложные, да длинные. Из двух частей всегда, не меньше. А у сох-то попроще. Ни к чему нам такое.
– Ага, пока выговоришь, – встрял в разговор Огр.
– Во! Точно! Мох, подай лопату! Бух, подсоби этот камень передвинуть. Смекаешь? А то я бы его именовал Буккальтером, так пока выговорил бы, Дракон и Тень за лес сели бы.
– Точно! И работа так и была бы не выполнена. Эрл в трясине приказал бы за такое утопить, – осклабился Здоровяк, необычайно разговорившись.
Оба сидели в пол-оборота, чтобы меня лучше видеть, и мне показалось, что они рады побеседовать. Что ж, мне это только на руку.
– А этот Эрл, он ваш начальник?
Мужики переглянулись.
– Ну да, а как же иначе?
– Я же не местная, – напомнила я, с трудом дожевывая последний кусочек суховатой лепешки. – Никого в этих краях не знаю.
– Мы в эрлинге Зинборро, ньреа. Значит-ся, эрл Зинборро тут всем и заправляет, – пояснил Огр.
Эрлинг Зинборро. Эрлинг. Что-то я не припомню, где так называют местность. Я никак не могла сообразить, в какой нахожусь стране. Сербия? Молдова? Язык-то я понимаю, хотя и странно все это…
– А… А в каком Пределе находится эрлинг Зинборро? – поинтересовалась я, затаив, дыхание.
– В Торисвене же? Неужто не знаете? – удивился Огр.
– А вы сами-то откуда будете? – сощурился Вонючка.
– Я? Из Москвы, – не стала уточнять, что живу в Подмосковье, иностранцам это мало что скажет.
– Это ж, где такой эрлинг, Бух? Ты поболе моего знаешь, – обратился к товарищу Вонючка.
– Точно не из Солияра. Там бабы чернявые. И не из Берштона, там… Нирфы там сейчас заправляют, этим все сказано. Или Дракендорт, или Кирфаронг, так? – обратился он ко мне.
От незнакомых названий, у меня глаза на лоб лезли.
– А этот ваш Эрл Зинборро, он ньер или соха? – осторожно подвела я разговор к интересующим меня понятиям.
Мужики снова переглянулись.
– Так как же эрл может быть сохой, ньера? Отродясь такого не бывало! – противно рассмеялся вонючка.
Да так, что у него даже слезы выступили. Огр тоже улыбался. Сумасшедший дом!
– Говорю же, не местная! – рассердилась я.
– Ньера, так ведь во всех Пределах эрлов ньерами называют, неужто в вашем по-другому?
– А, может, я не из Пределов вовсе?
– Так откуда же еще? – толкнул Огра локтем в бок Вонючка, продолжая веселиться.
– Неужели, из Нирфгаарда? – перестал улыбаться тот, и мне это совершенно не понравилось.
Глава 5. Волшебная не палочка.
Попутчики смотрели на меня пристально и настороженно, и все же я решила рискнуть:
– А если, это действительно так?
Вонючка подпрыгнул, и едва не свалился с козел. Его спас Огр, ухватив за шиворот. При этом он смотрел на меня как-то испуганно, хотя чего бояться такому здоровяку?
По такой бурной реакции, я сделала выводы, что нирфеаткой быть мне не стоит. Не любят их и побаиваются, в отличие от ньер. Я уже догадалась, что это обращение такое уважительное, принятое в этих краях.
– Да пошутила я! Видели бы вы свои рожи! – я нарочито громко и заливисто расхохоталась.
